# Прошлое и будущее - в тебе и во мне

Леонид Александрович Ашкинази

Прошлое и будущее -- в тебе и во мне


Люди любят повторять: ах, как быстро меняется... -- Что меняется быстро? -- Все. -- Разве? И быстро относительно чего? -- Относительно прошлого. -- А откуда вы взяли, что переход от одного метода изготовления каменных топоров к другому методу -- менее революционен, нежели выход в космос? Эпохальные достижения древности (топор, огонь, колесо, штаны, домашнее животное) случались реже, чем присуждаются Нобелевские премии, но как сопоставить значимость?


Чтобы сказать о чем-то "быстро" или "медленно", нужен прибор. Коробочка с дружелюбно подмигивающими светодиодиками. Или хотя бы какой-то полугуманитарный метод сравнений, какая-то шкала, какой-то эталон.


Можно попробовать обойтись без шкалы, без внешнего сравнения. И тут нас ждет некоторая -- по крайней мере, так мне показалось -- неожиданность. Мы обнаруживаем возможность сравнения внутри себя, сравнения одних частей себя с другими частями, возможность сравнения, не требующего внешнего эталона.


Вот, например: быстро или медленно меняется поведение человека? Не конкретного Петра, Джона и их подруги Масако, а человека как явления природы, человека в целом. С внешним сравнением проблемы -- мы пока не знаем, быстро ли меняются таукитяне, хотя можно попытаться сравнить по скорости изменения россиян, американцев и японцев. Но что мы видим просто внутри себя? Нечто с точки зрения инженерной странное. "Шаттл" или "Буран" с подвязанным веревочкой стабилизатором.


С одной стороны, мы легко видим внутри себя совершенно первобытные черты. Вот три примера, взятые наугад.

Страх "сглаза": повсеместное -- походите по городу, посмотрите -- выцарапывание или замазывание глаз на изображениях лиц на афишах.


Мечение территории: новая женщина через какое-то время оставляет или будто бы случайно забывает зубную щетку, расческу. Иногда -- игрушку, при большей близости -- бокалы. Кстати, потом забирает, подсознательно отмечая разрыв отношений.


Символическое обладание: древний человек вешал на шею акулий зуб или тигриный коготь, современный родитель трогательно спрашивает, какой именно учебник купить ребенку, и мы напрасно твердим в ответ, что важно не какой учебник иметь, а что с ним делать, и, кстати (или некстати?), -- что делать с задачником! Да и поныне клыки и когти на шее вполне в ходу -- спросите Сеть про кулон и коготь или кулон и клык.


С другой стороны, на наших несчастных глазах человек меняется, причем в самых фундаментальных частях -- как в методах восприятия мира, так и в свойствах, признаках образовательных процессов.


Что касается методов восприятия, то наш журнал об этом неоднократно писал, вот до кучи свеженькая цитата ровно на ту же тему из интервью учителя математики С.Е.Рукшина, вырастившего двух лауреатов Филдсовской премии и без счета медалистов: "Но дети правда серьезно изменились, причем в худшую для обучения сторону. Во-первых, это клиповое сознание. У меня студенты теряют нить лекции, логические связки за 2,5-3 минуты. Из-за этого они не в силах что-то выучить. То есть их можно механически научить дифференцировать, а вот развить мышление -- уже нет".


Что же до новых свойств познавательных процессов, то вот примеры -- опять же традиционно три.


Размывается граница между информацией и дезинформацией. Это странно звучит, но на наших глазах слова теряют смысл, становятся просто стимулами для возбуждения интереса у подопытного. Вспомним прелестное нелепое словосочетание, любимое СМИ: "состоялись секретные переговоры". Заголовки новостей на сайтах зачастую имеют весьма слабое отношение к содержанию, их цель проста -- чтобы мышка кликнула. Если раньше статьи о несуществующих людях и не имевших места событиях были уделом глянцевых журналов, а редакторы говорили "так все же поймут, что это по приколу", то теперь подобные статьи стали встречаться шире. И это никого не напрягает, то есть степень правдивости падает вполне гармонично с падением требований к достоверности содержания. Эти "вранье-сенсации" стали легитимным элементом культуры, обзавелись именем (фейк), есть фабрики по их выпечке, которые не называются информагенствами, а называются, вслед за Масяней, "троллейбусами" от слова "тролль". Фабрики умственного труда, где производят вранье и очернительство, то есть именно так формулируют задачу, без экивоков.


Изменилась глубина знания и владения материалом, причем это следствие не столько упомянутого выше клипового мышления, сколько усложнения объектов. Примем в качестве критерия сложности количество нормальных серьезных вузовских курсов, достаточных для того, чтобы человек мог начиная с нуля, с поиска вещества, создать объект. Тогда будут обязательны геологоразведка, добыча ископаемых, металлургия, металлообработка, материаловедение и так далее. Для паровоза достаточно, скажем, десяти курсов, для древнего лампового компьютера понадобится вдвое больше, для современного -- еще вдвое. Поэтому инженер первой половины прошлого века мог, взяв в руки великий трехтомный трехтысячестраничный справочник Хютте, построить все, что угодно. Во второй половине века -- уже нет, а сейчас -- тем более нет.


А вот самое потрясающее и никем не замеченное -- космология стала экспериментальной наукой. Первые попытки не просто заглянуть в космос, но и что-то там сделать человек предпринял довольно давно. В верхние слои атмосферы инжектировались с ракет пары щелочных и щелочноземельных металлов и пучки электронов, и люди с интересом наблюдали искусственное полярное сияние. Космологией это назвать еще нельзя, но вот -- первый настоящий космологический эксперимент человек поставил, запустив в космос зонды "Пионер" и "Вояджер" и обнаружив "аномалию "Пионеров"", отклонение скорости движения от расчетной. Запахло нарушением закона всемирного тяготения на космических расстояниях. Как и следовало ожидать, сначала были предложены всякие потусторонние объяснения через нарушение основных законов природы (Оккам сердито хмурился), и лишь потом аккуратно рассчитали дополнительную тягу, возникающую из-за теплового излучения самого аппарата. И оказалось, что наблюдаемый эффект объясняется именно этим. Отрицательный результат, который ценнее иного положительного, -- или просто замечательный положительный результат?


Вот так-то: с одной стороны, сглаз и акулий зуб на шее, с другой -- и клиповое мышление, и экспериментальная космология. А вы -- быстро меняется, ускоряется и т. п. и т. д. Да загляните просто внутрь себя -- что именно меняется? Что именно ускоряется? И ужаснитесь. Или восхититесь? Но главное -- задумайтесь.