# Как измерить счастье

Леонид Александрович Ашкинази

Как измерить счастье


Как измерить


"Он проделал громадную работу, собравши гигантскую коллекцию разнообразнейших определений счастья. Там были простейшие негативные определения ("Не в деньгах счастье"), простейшие позитивные определения ("Высшее удовлетворение, полное довольство, успех, удача"), определения казуистические ("Счастье есть отсутствие несчастья") и парадоксальные /.../


- А может, его вообще нет? /.../


- Как же его нет, - с достоинством сказал он, - когда я сам его неоднократно испытывал?"


А. и Б. Стругацкие


Про счастье можно сказать то же, что изрек Аврелий Августин про время -- пока меня не спрашивают, я знаю, что это такое, а когда спрашивают -- караул. Смысл этого изречения, последующими поколениями возведенного в ранг афоризма, был, однако, чисто метрологический. Изрекающий сообщает, что не знает, как это "счастье" связать с другими понятиями так, чтобы результат был легитимен и принят собеседником. Связь понятий -- в простейшем случае детерминированная, то есть просто следствие. В более сложных случаях -- либо связь вероятностная, корреляция, либо связь нескольких понятий, либо сравнение, то есть измерение (длина удава в попугаях). Сказать про какое-либо понятие "что это такое" -- это связать данное понятие с другими, собеседнику уже известными и принятыми им за основу. А еще лучше -- принятыми не им одним, а еще и референтной группой, научным сообществом.


Например, когда мы говорим, что в розетке 230 вольт и 50 герц, мы связываем то, что в розетке, с понятиями потенциал, работа, заряд, синус, период, и все эти сущности можно измерить. Впрочем, есть важное отличие -- напряжение в розетке мы можем, при некотором сочетании условий, ощутить непосредственно, и наш собеседник тоже может это сделать. Время мы воспринимаем лишь очень косвенно, через память о событиях, и не можем предоставить собеседнику эти события или восприятие. Счастье находится посередине -- его мы ощущаем непосредственно. Однако передать это ощущение другому -- как указали на это Стругацкие (см. эпиграф) -- весьма трудно, хотя в некоторых ситуациях, как говорит личный опыт, возможно.


Определения, связи понятий, методы измерений нужны именно для коммуникации. Мы можем обойтись без определений, связей и измерений, просто сказав, что поражение электричеством -- это больно или что 10% времени в прошедшем месяце некто N был счастлив. Такие высказывания несут какую-то информацию, особенно в режиме сравнения: 230 это больнее, чем легендарные 127, а те -- примерно как резко сесть на хорошую кнопку. Некто N счастлив именно 10% времени, а его сосед M по лестничной клетке, вдвое более -- 20% времени. Правда, такие сравнения -- это уже почти метрология, но не будем чересчур метрологами... Эффективность cравнений опирается на сходство жизненного опыта, способа восприятия и оценки -- известные собеседникам и принятые ими за основу.


Поэтому один из способов измерения счастья -- просто спросить респондента. То есть человека, который снял трубку с телефона и сейчас тоскливо слушает профессиональную скороговорку... мы проводим опрос... ...нас интересует ваше мнение... (следующий раз я отвечу -- а давайте лучше познакомимся? Или вообще грохнусь отелефон, обернусь социологом и спрошу: часто ли вам в ответ предлагают познакомиться?). У этой простейшей методики измерения счастья (ее даже странно называть этим красивым словом) есть два принципиально важных плюса, общих для всей измеряющей социологии -- интуитивность и операциональность.


Интуитивность -- это быстрое предварительное восприятие человеком. "Цель расчетов -- не цифры, а понимание" (Ричард Хемминг). Слова "в розетке 220" могут быть восприняты опытным электриком как указание на местонахождение и время суток. Слова "себя считают счастливыми 20% населения" вполне воспринимаются нами интуитивно. Правда, опытный электрик может задуматься, почему именно столько? И сколько было вчера? И что это значит?.. Социологу задуматься над всем этим тоже не заказано.


Операциональность -- это возможность практического применения. Если доля граждан, считающих себя счастливыми, велика и, что еще лучше, растет, то власть может заниматься любимым делом спокойно. А если мала, или, что еще хуже, падает -- надо (по мнению некоторых) браться за гаечный ключ. Кстати, насколько "хуже", то есть, как взвесить значения величины и производной, -- хороший социологический вопрос.


Что известно


Я доезжаю до дома, раздеваюсь, стираю рубашку, проверяю будильник и падаю в кровать. Я засыпаю раньше, чем голова касается подушки. И даже не успеваю понять, что я счастлив.


Л.Х.


В конце этой статьи приведены ссылки на источники, которые все есть в Интернете и в которых содержится множество интересных данных; здесь мы приведем лишь ничтожную часть из них. Итак, какая доля людей просто отвечает, что они счастливы?


В России в 2013 году на вопрос "Скажите, пожалуйста, вы счастливы?" ответили "очень счастливы" 11%, "довольно счастливы" 34%; по данным нескольких исследований, в 2014 году счастливых стало было больше; некоторые исследователи связывают это с Олимпийскими играми, расширением территории и подъемом патриотизма; по данным, полученным по немного другой методике, ситуация с 2013 по 2015 год ухудшалась -- количество счастливых возросло с 42% до 55%, а несчастных -- с 10% до 37%.


По данным Л.Б.Косовой, пожилые люди из бывших социалистических стран имеют самый низкий уровень субъективного благополучия - ниже, чем в бедных странах Африки и Азии; самый высокий уровень субъективного благополучия у пожилых людей из англоговорящих стран и протестантских стран Европы, то есть степень модернизации страны значимо влияет на субъективное благополучие пожилых людей. На рисунке показаны средние оценки уровня счастья, использовалась следующая шкала --

абсолютно счастлив 3, очень счастлив 2, скорее счастлив 1, ни счастлив, ни несчастлив 0, скорее несчастлив -1, очень несчастлив -2, абсолютно несчастлив - 3.


Счастье в этом самом общем вопросе/ответе будем далее называть интегральным счастьем. Вариант названия "общее счастье" хуже, так как отсылает к "счастью общества", которое требует отдельного рассмотрения и определения. Один широко известный вариант определения вот: "Счастье для всех, даром, и пусть никто не уйдет обиженным!" (Рэдрик Шухарт), но реально вопрос более сложен. Для социологов-теоретиков возможно, комфортнее был бы вариант названия "генерализованное счастье".


Дальше возможен анализ по трем направлениям. Первое -- связь разных частей внутреннего ощущения, например, связь интегрального счастья с частными счастьями -- удовлетворенностью работой (в целом и разными аспектами -- ответственностью, зарплатой, перспективами...) или удовлетворенностью отношениями с другими людьми (включая сотрудничество, дружбу, любовь и далее). Второе направление -- связь с объективными параметрами: биологическими (пол, возраст), экономическими (доход, стабильность), статусными (начальник, большой начальник, самый большой...). Третье, естественно, связь частных счастий с объективными параметрами. Как это обычно и бывает в социологии, последний путь сложнее в построении анкеты и обработке, но интереснее будут результаты.


Что касается связи разных частей внутреннего ощущения, то сознание россиян интересно устроено и местами парадоксально. Например, более четверти считающих себя счастливыми не смогли указать, что удовлетворены своей жизнью в целом. Примерно такой же оказалась доля респондентов, которые не во всем довольны своей нынешней работой, но считают себя счастливыми людьми. Это (как и многие результаты российских социологов) прекрасная тема для психологов -- рациональное мышление в России не популярно, оно преобладает лишь у четверти россиян. Что делает задачу более трудной для рационально мыслящего социолога.


Тем не менее, это тоже полезная информация, потому что влиять на частные удовлетворенности может быть и проще, чем на интегральное счастье. Это знали еще древние римляне: тогдашний социолог Децим Ювенал на вопрос очередного императора ответил с римской прямотой: panem et circenses, то есть хлеба и телевизора, princeps!


Что касается второго и третьего направлений, то есть связи частного и интегрального счастья с объективными параметрами, то вот некоторые результаты (вся литература в конце статьи, и в ней информации много-много больше):

- до 40 лет женщины счастливее мужчин, потом -- наоборот;

- образованные, здоровые и обеспеченные счастливее;

- для женщин обеспеченность влияет на счастье сильнее, чем для мужчин;

- важна не только обеспеченность, но и темпы ее роста и оценка надежности;

- счастье увеличивает наличие детей до 18 лет, причем чем их больше, тем сильнее, и для мужчин эффект сильнее, чем для женщин;

- влияет количество и качество социальных связей, а также "счастливость" окружающих, например, родители сильно влияют на детей.


Вот более свежие данные


По мнению Сергея Гуриева,

главного экономиста Европейского банка реконструкции и развития (и бывшего ректора Российской экономической школы),

люди на бывшем посткоммунистическом пространстве в среднем стали счастливее, хотя в конкретно в России это не так. Уровень удовлетворенности жизнью в западных странах за последние годы немного снизился. В результате люди с одним и тем же уровнем дохода, живущие в восточноевропейских и западноевропейских странах, имеют примерно один и тот же уровень удовлетворенности жизнью.


Какие факторы влияют на ощущение счастья? Наиболее счастливы на посткоммунистическом пространстве образованные, молодые, работающие, а также те, у кого все хорошо в семейной жизни и больше детей. Что касается географии, то в постсоветских странах счастливее всего страны Центральной Азии. Другие страны, в которых людям хорошо -- балтийские страны. В них многие показатели экономического, политического, социального развития близки к западноевропейским, поэтому неудивительно, что и уровень счастья здесь близок к немецкому.


По мнению Гуриева, многие разочарованы реформами, и это -- тормоз на пути дальнейшего движения. Отрицательное отношение к реформам коррелирует с пониманием неравенства возможностей. Люди, которые родились в менее богатой семье, женщины, люди, которые родились не в большом, а в маленьком городе или деревне, имеют меньше возможностей на рынке труда и в области образования -- и они считают систему несправедливой. Поэтому важен доступ к образованию, мобильность рабочей силы, хорошие институты, конкурентная политика и так далее.


Зачем все это


"Просыпаюсь в шесть часов


С ощущеньем счастья:

Нет резинки от трусов


И советской власти".


Частушка 90-х. Россия.


Зачем вообще могут быть нужны эти данные? Причины можно разделить на субъективные и объективные или, что почти то же самое, на психологические и рациональные. Проснувшись утром, взяв верный тестер и измерив напряжение в сети, мы низводим покой на душу -- мир на месте, все хорошо, в сети то, что надо. Посмотрев на данные по счастью, мы радуемся -- кто-то менее счастлив, чем россияне. И уже от этого делаемся счастливыми по традиционному принципу "пусть у меня корова сдохнет, лишь бы у соседа -- две". Правда, при этом мы старательно не замечаем, что в Африке, где некоторые ходят известно как одетые, известно чем больные, и известно кого едят, счастливых еще больше.


Рациональная причина проста. Большинство хочет быть счастливыми, несмотря на известный тезис "человек создан для счастья, как птица для работы" (Геннадий Малкин). Мы реально хотим, чтобы было хорошо нам, и за немногими исключениями, проголосуем за то, чтобы было хорошо и другим -- конечно, если мы будем уверены, что это не за наш счет, а еще лучше, если и нам подкинут за правильное голосование (или хотя бы не пригрозят увольнением или отчислением).


Кстати, насчет зависти, которая гораздо сильнее мешает прогрессу, чем нам кажется -- например, она мешает любой кооперации, любому сотрудничеству. Всероссийская зависть/ненависть прекрасно отрефлектирована -- знаете же анекдоты про "вырви мне глаз, лишь бы соседу два", и эта зависть очень живуча. Потому что она базируется на древней идее ограниченности ресурсов -- некоторые говорят, что она гораздо слабее за Уралом и по ту сторону любого океана. Так устроена геополитика: если страна образуется в условиях экспансии на более-менее однородное в смысле земельной ренты пространство, то для зависти меньше оснований -- мой золотишко, стреляй белку и бизона, тайга и прерии всехние.


Как ни странно, в счастье людей заинтересованы и серьезный бизнес, и даже власть. Бизнес -- чтобы делать бизнес, потому что счастливый и желающий счастья человек и производит, и потребляет шустрее (социологические данные имеются). Власти нужно счастье людей -- чтобы сохранить власть: это и само по себе, наверное, приятно, и позволяет и дальше заниматься своими большими делами.


Поэтому и бизнес, и власть заинтересованы в социологических данных. Причем серьезный бизнес -- в серьезных и достоверных данных. С властью ситуация сложнее.


Литература


П.М.Козырева, А.Э.Низамова, А.И.Смирнов. Счастье и его детерминанты // Социологические исследования. 2015. N 12 и 2016. N 1.

Ю.А.Зеликова. Субъективное благополучие пожилых людей (кросс-национальный анализ) // Социологические исследования. 2014. N 11.

Л.С.Киселева, В.Стриелковски. Восприятие счастья россиянами // Социологические исследования. 2016. N 1.

Ю.Е.Шматова, М.В.Морев. Измерение уровня счастья: литературный обзор

российских и зарубежных исследований // Экономические и социальные перемены: факты, тенденции, прогноз. 2015. N 3.

Л.Б.Косова. Вот такая старость... // Демоскоп-Weekly. 2016. N 709-710.

Екатерина Синицына "Индексы счастья: как измерить неизмеримое" http://www.cloudwatcher.ru/analytics/1/view/90/

"Global Barometer of Hope and Happiness" WIN-Gallup International Association

http://www.wingia.com/en/services/end_of_year_survey_2015/global_results/9/53/