# Теперь, когда все трупы истлели

Руслан Альбертович Белов

Теперь уже, когда все трупы истлели, расскажу вам, как нас женили...

Больше всего повезло Жоре Андрееву, нашему курсовому верзиле. С отрочества он был стеснительным, с девушками мог сблизиться лишь в переполненном общественном транспорте, и при этом так жарко краснел, что девушки расстегивали на кофточках верхние пуговки, отчего, Жора, не бледнея, падал в обморок. В полуобморочном состоянии его подобрала симпатичная дюймовочка Сара Абрамова, которую портил лишь изрядный носик и двухлетний сын, с еще более многообещающим носом.


Саше Сапрыкину повезло меньше. Через два месяца после курсовой попойки, не комсомольского поведения Наташа, во всеуслышание объявила его отцом своего ребенка, зачатого как раз два месяца назад. И Саша, как юный пионер, поперся с ней во дворец бракосочетания, однако его приличного воспитания хватило лишь года на четыре, по прошествии которых он трезво рассудил, что лучше отдавать четверть зарплаты, чем жить с ****ью. ****ь не возражала, наверное, потому, что малолетний ее сыночка стал неотразимо походить на Анвара Мухаметшина, пошедшего к тому времени в гору. Да что тут Мухаметшин, что Жора! Мой любимый папочка узнал о моем существовании лишь на четвертом году брака с моей мамочкой!


Нет, некоторые мои друзья все же хорошо жили. Вот Сергей Кивелиди мальчиком и девочкой обзавелся, обширной квартирой, гарнитуром "Рубенс" и машиной, но когда мы выходили покурить из ресторана, обязательно нервничал: - Знаешь, я ее бы убил, труп ножиком расчленил и выкинул в мусорные баки! Причем без всякого сожаления!

Понятно, она затащила его в его же постель, потом, понимаешь, задержка менструации со всеми вытекающими обстоятельствами, и вся жизнь побоку, ведь детей любимых от нелюбимых женщин практически не бывает...


А я, дурак! Квартира была, свобода, тут появилась Надежда, блинов напекла, занавесок навесила, а потом эта задержка. А до Надежды? Какая любовь была с Наташей! Плакал, стихи писал, жить не мог. И все коту под хвост...

"Тамара, Тамара, ты мне не пара... Я влюбился, женился и с супругой живу..." - пел под гитару Таиров Искандер, наш курсовой весельчак и сорвиголова... Пел, не сводя озорных глаз с нежного личика Тамары, самой привлекательный девушки нашего факультета.

Перед моим днем рождения мама посоветовала мне пригласить Тамару. На мой удивленный вопрос, откуда она вообще ее знает, мама ответила, что эта симпатичная девушка давно ходит к ней на работу и говорит обо мне очень хорошо.

На дне рождения Тамара была умопомрачительна в обтягивающем черном платье, но чувств не вызывала. Под конец вечера я присел с ней на диван, решая, как сказать, что провожать ее будет Игорь Карнафель, уже час бесконечно в нее влюбленный...


Через неделю я познакомился с подругой Тамары, маленькой, очень милой Наташей. До сих пор помню ее открытое лицо, лучащиеся голубые глаза, тонкие, чувственные губы... Я хотел ее видеть всегда, всегда хотел быть рядом. Млел перед ней, руки не мог протянуть, не то, что прикоснуться... Мне до сих пор кажется, что сложись у нас тогда отношения "короче дорога бы мне легла". Мы стали встречаться, но однажды Наташа сказала, медленно и четко выговаривая слова, что у нее есть парень, и она его любит. Лишь многие годы спустя я узнал, что Тома жестоко избила свою соперницу и вынудила порвать со мной.

На второй практике ко мне начал придираться Роберт Калганов с первого курса. Он часто был безмолвным третьим в Тамариной палатке, куда я частенько заходил просто позубоскалить. Ему, крепкому парню, боксеру-разряднику, мои экспромты не нравилось и потом он, сжимая кулаки, привязывался впритык: "Выйдем, да выйдем".

Кончилось все поздней осенью. Ночью меня пинали ногами у дверей собственного дома. Человек пять. Когда я уже на звук и свет не реагировал, двое взяли меня под руки, а третий с размаху начал бить в пах... Бить и приговаривать: "Это тебе от Тамары... А это - от Роберта!" А Роберт с Тамарой, как мне потом сказали, стояли в обнимку в жасминовых кустах неподалеку, стояли и любовались моим избиением... Можно было бы сказать, что любовь превратилась в ненависть, но это чушь. Просто девушкам хочется замуж. На клеточном уровне. И еще они говорят своим парням (точнее, говорили - сейчас другие времена), что потеряли невинность в результате коварных действий того-то и того-то, в данном случае, моих действий.


Сергей Раков был самым разумным на нашем курсе и жениться согласился лишь на немке, сосватавшей его в Германию. Не знаю, что у них там получилось, думаю не очень, очень уж неприглядной была немка, а Серый был не прочь залить под воротник.


Еще один друг, Миша, тоже испытал от женского пола по поводу излишней романтичности, да и мне досталось. Женился, я свидетелем был. В общем, три года он девицу одну, обхаживал, а та ни в какую: - После свадьбы, - говорит, - и точка.

Ну а после свадьбы оказалось, что она далеко не девочка, ибо простыни мазала красной краской из пузырька. От коварства такого - да хрен с ней, что не девочка, ломаться-то зачем, да не день, а три года? - он решил ко мне на пару дней переселиться, очувствоваться, что ли, а по дороге зашел в ресторан попутный соточку дернуть. Там девица - типичная Мальвина в одиночестве скучала. В общем, посидели они, поели, попили, потом он ее в соседнюю рощу и тому подобное. Через месяц жену в роддом отвез, а у нее сифилис, причем у него никаких намеков, только на третий раз поймали. Как поймали, сразу ко мне наряд солдатский, и с третьего курса в армию побрили - отец у Миши военкомом был. Слава богу, он вовремя узнал о моей непричастности, и меня как посадили на эшелон, так и сняли. Со временем Миша на вахтовом ГАЗ-66 в Зеравшан свалился, переломался весь, и его девушка одна выходила, медсестра, значит. Далеко не красавица, но с двумя детьми, Живут, слышал, не горюют.


А дружок закадычный? Игорь Карнафель? Парень видный, раз женился, два женился, три женился и между женитьбами пару раз подженивался. Жены неплохие были, богатые, симпатичные, породистые, но ни одна его надолго задержать не могла. Так и бегал, пока не познакомился с последней, Лизой-Лизаветой... Влюбился, ни о чем и ни о ком, кроме нее думать не мог. Видели вы наркоманов? Как смотрят, как разговаривают, когда заветная доза, там, в квартире? Вот Карнафель ее наркоманом и стал. А фишка вся в том, что Лиза эта была горькой алкоголичкой и вдобавок мужиков к себе таскала. И вовсе не периодически. Приведет хахаля и сутки с ним пьет и трахается, а Игорек мой в это время утки ее парализованному отцу меняет и сына, тоже ее, первоклассника, в школу собирает-встречает, уроки готовит. Видел я все это своими глазами и чувствовал - согласный он на все это, лишь бы рядом была. И глаза у него - не забуду... Счастье в них какое-то просветленное, вещественное, тутошнее. Как будто бы он им изнутри вымазался.

А ко мне, молодому, многие девушки приходили. С особенными глазами. Смотреть квартиру, дачу, ковры, что там еще? И сейчас то же самое. Нет, я не про себя, про молодых. Вот работал в солидной организации лет семь, и ни одного случая любви не зафиксировал. Все вызнают, у кого какая квартира, родители какие и перспективы.