# Кто-то Другой

Руслан Альбертович Белов

Много раз попадал в разного рода переделки, но обходилось. Вот несколько лет назад налетела на меня легковая машина, оставив 2 трещины в коленке. А могло получится много хуже, если бы я не успел подпрыгнуть, исключив из силы удара свое трение об асфальт. Самое интересное это то, что на самом деле подпрыгнул не я, а кто-то Другой...


══Первый раз (или в который раз) я встретился с ним в молодости.

═══...Я спускался с мелкокалиберной винтовкой с разведочной канавы, пройденной на высоте 3910. Шел по узенькому обрывистому водоразделу, высматривая сурка на обед. Увидел - здоровенного, рыжего, как золото! - с ходу вдарил, но попал лишь в зад! Бедняга закрутился у самой бровки обрыва, я, дурак, с мыслью: - Упадет! лезь потом за ним в преисподнюю! - бросился к нему, как к золотому самородку. Подлетел, когда сурок уже наполовину был в обрыве, попытался схватить, но оступился и полетел вослед, вниз головой полетел, вниз головой, в которой было лишь полное неверие в смерть.

══И случилось чудо: в стремительно замедлившемся полете в тартарары я увидел в скале неширокий карниз, потянул к нему напрягшиеся руки, они ударились о бровь обрыва, и я, сделав сальто, твердо стал на ноги на следующем карнизе, располагавшемся двумя метрами ниже! Карнизе, шириной всего пятнадцать сантиметров! Это было невероятно: за всю свою жизнь я не сделал ни одного сознательного сальто, конституция совсем не та. Кто-то Другой, не я, владел моим телом, кто-то Другой перевернул в полете мое тело, перевернул как ребенок, изображая падение скалолаза, перевернул бы изображающую его куклу...


══...Когда появляется Другой, он разом овладевает всем тем, что нам не дано узнать. Он - вместилище нашей тайны, всего того, что живет в нас, но не может быть причислено к истине. Он не является вместилищем ни нашего подобия, ни нашего различия, ни идеальным воплощением того, что мы есть, ни скрытым идеалом того, чего нам недостает, - он вместилище того, что ускользает от нас, место, через которое мы ускользаем сами от себя. Этот Другой - не воплощение желания или отчуждения; он - воплощение помутнения разума, затмения, появления и исчезновения, мерцания существа. Ведомо, что понятие Другого никогда не возможно объяснить, прибегая к словам, выражающим желание; ведомо, что субъект ошибается, стремясь к тому, что он любит; ведомо, что каждое высказывание ошибочно в своей безнадежной попытке выразить то, что оно стремится выразить. Тайна всегда принадлежит искусственному. Это и вынуждает искать Другого не в ужасающей иллюзии диалога, но устремляться в своих поисках в иные места, следовать за ним подобно его тени, очерчивая вокруг него некую линию, навсегда отказавшись быть самим собой, но не став при этом окончательно чуждым самому себе, следовать, не вписываясь в образ Другого, в эту странную форму, пришедшую извне, в это тайное обличие, повелевающее событийными процессами и необычайными экзистенциями. Другой - это то, что позволяет мне не повторяться до бесконечности. Ж. Бодрийар "Прозрачность зла".