# Патриотизм Жертвенный, Патриотизм Зоологический (Элвис Гард)

Евгений Михайлович Гуреев

Для патриотизма зоологического понятие "Родины" сужается до локального простраства-времени-мысли-биотипа. Новая физика, новая Вселенная - нет, старая физика, старая Вселенная, архаически доЭйнштейновская. Вот в этой локально-точечной сингулярности ютится зоологический патриотизм. Но эта локальность опасна, так как она готова в любой момент взорваться, рождая из себя тёмную Вселенную экспансии...Он апеллирует к высотам духу, его лицо - воителя. Его дух темен. Его высота - темная бездна пропасти. Жертвенный патриотизм это экспансия света. Это тоже расширяющаяся Вселенная. Она не покоряет, а защищает территории. - Я патриот своей семьи, - заявляет он, - патриот своего города, своего края, своей страны. Я патриот своей планеты, Галактики, Вселенной, Бытия, созданного Господом Богом. ... Его корни в земле, его плоды на Небесах.

Патриотизм жертвенный, патриотизм зоологический


-- Патриотизм зоологический (партиотизм), говоря "школьным" языком, это тогда, когда в твоем воображении возникает человек, наставивший на тебя дуло автомата, и оскал зубов, готовый разорвать тебя на куски.


-- Патриотизм зоологический это патриотизм для себя, он всегда и всегда ищет внешнего врага и не только за границами государства или села, в котором он проживает, но и внутри этих границ. Если Вы иного цвета, иного лица, иначе говорите и мыслите - Вы чужой, даже если родились на той же земле и в то же время. Вам скажут:

- Это земля моя, я не хочу тебя здесь видеть?

- Почему это Ваша земля?

- Потому что я патриот!

- Но я тоже родился на этой земле. Я возделывал её. Я тоже патриот.

- Ты не можешь быть патриотом, потому что ты иначе смотришь, иначе говоришь, ты просто другого цвета. Запах мне твой не нравится!

И на Вас направят дуло автомата.


Для патриотизма зоологического понятие "Родины" сужается до локального простраства-времени-мысли-биотипа. Новая физика, новая Вселенная - нет, старая физика, старая Вселенная, архаически доЭйнштейновская. Вот в этой локально-точечной сингулярности ютится зоологический патриотизм. Но эта локальность опасна, так как она готова в любой момент взорваться, рождая из себя тёмную Вселенную экспансии.


-- Зоологический патриотизм живет в своей сингулярной скорлупе, пока он слаб. Это позиция защиты от многообразия мира. У него две мечты: уничтожить внешнего врага и занять его территорию. И набравшись сил, зоологический патриотизм агрессирует на чужие территории - ибо это нужно для сохранения своей собственной. Потом чужая территория становится его собственной. Экспансия продолжается. Темная вселенная продолжает расширяться. Зоологический патриотизм агрессивен.


-- Зоологический патриотизм любит маршировать, он любит петь воинственные гимны, сужая патриотизм до уровня такой деятельности, пока не наступит момент "Большого взрыва". Он любит притворную и придворную литературу, прикрытую маскировочными халатами сусальных слов, за которыми прячется заряженный автомат. Всё это тактика военных действий. Мир - это состояние войны перед наступлением. Тюрьма для слов, для мысли, для чувств и действий. Его факельные шествия воодушевляют всех униженных и оскорбленных, которые пытаются подняться из грязи и, протирая от неё глаза, видят факельные шествия - им кажется, что это высота. Они не понимают, что это темная высота, высота ночи, в которой факелы это не светильники, а ослепляющие страсти. Сакральные высоты, на которые они поднялись - это темные высоты. Нужно обладать изначальным духом Света, чтобы, поднявшись из грязи, прыгнуть в высоты Божественные. Зоологический патриотизм заразен.


-- Истинный патриотизм, если он использует это понятие - обычно он говорит о его содержании (о полевых травах и цветах, о детях и жизни) - это патриотизм жертвенный. Он не поглощает - он отдает. Он жертвует низшим ради высшего. Он жертвует своим, а не чужим, жертвует временем и собственными силами, чтобы не было чужих: но не уничтожая, не изгоняя их, а поднимая и поднимаясь сам до таких высот, где чужих не бывает.


-- Зоологический патриотизм жертвует чужими жизнями ради идолов, иногда жертвует и своей, не понимая, что она принадлежит Господу. Он всегда жертвует высшим, например, Богом данной жизнью ради фетиша государственности и других надуманных идей-идолов.


-- Жертвенный патриотизм это экспансия света. Это тоже расширяющаяся Вселенная. Она не покоряет, а защищает территории.

- Я патриот своей семьи, - заявляет он, - патриот своего города, своего края, своей страны. Я патриот своей планеты, Галактики, Вселенной, Бытия, созданного Господом Богом. Для истинного патриота защитить литературное наследие "чужого" Гёте столь же естественно, как и защита наследия "своего" Льва Николаевича Толстого.


-- Зоологический патриотизм не в состоянии защитить и "собственное наследство", ибо, для того чтобы "защитить" наследие Льва Николаевича Толстого, ему требуется сначала пустить автоматную очередь в великого писателя, чтобы используя великий беспомощный труп, вытравить из его произведений всё, что не устраивает зоологический патриотизм. Вот тогда Лев Николаевич и будет своим. Не удастся - снова пустят автоматную очередь, но уже как в "чужака".


-- Истинный патриотизм никого не вытесняет с территорий, а предлагает лететь вместе с ним за черту расширяющегося горизонта. Расширяющаяся Вселенная жертвенного патриотизма - это не агрессия - это Зов! Жертвенный патриотизм - мыслящий патриотизм. Он мечтателен, и он конкретен. Он планирует, и он творит. Его корни в земле, его плоды на Небесах. Он не аморфен - он структурирован. Он защищает "не своего Гёте", но еще более он защищает "своего" Пушкина, не по причине "своего - не своего" (у него нет таких понятий), а лишь по одной той причине, что для защиты Пушкина у него гораздо больше языковых средств и знаний, благодаря принадлежности к определенной культуре, но он же будет заинтересован в том, чтобы знающий "Гёте" защищал его.


-- Зоологический патриотизм столь же ослеплен своими воинственными страстями, как и дикий хищник. Ослеплённый, безмозглый патриотизм. Он еще ничего не понял в этом мире. Он не понял, что времена изменились и за одной автоматной очередью последуют миллиарды автоматных очередей, которые уничтожат всё живое на этой планете. Зоологический патриотизм - патриотизм суицидный. Он аморфен. Он толпа. Его структуры это не структуры Божественной Иерархии - это подмена, искусственная иерархия, в которой он объявил себя Господом. Он создал свою партию и объявил её народом. Зоологический патриотизм стал партиотизмом. Не правда ли, много ассоциаций?


-- Жертвенный патриотизм это любовь, в нём нет ни йоты ненависти. Он предлагает помощь зоологическому патриотизму в приобретении человеческого божественного лицо.


-- Зоологический патриотизм это ненависть. В нём нет ни йоты добра. Он говорит жертвенному патриотизму:

- Вот тебе твоя жертва - умри! - и выпускает по нему очередь.

Он апеллирует к высотам духу, его лицо - воителя. Его дух темен. Его высота - темная бездна пропасти.


-- Жертвенный патриотизм щедр - он дарит. Поэтому от его жертвы мир становится богаче. Даже сам жертвующий становится богаче, ибо его потери заменяются более высокими дарами. Его содержание - это пение птиц, это утренняя роса, это улыбающаяся девушка на улице, появившаяся после дождя радуга, это приближающаяся к космическому аппарату звезда Сириус, это россыпи звезд Великого млечного пути, меняющие свои очертания по мере перемещения космического аппарата, это история маленького этноса, насыщенная своими победами и поражениями, это мама, встречающая своего сына или дочь после дальнего пути.


.

-- Зоологический патриотизм приватизирует всё и, умертвляя, перекраивает по-своему. Он достиг вершин: приватизировал Бога Он объявил его ручным, сделал его служанкой своих идей. Но приватизированный Бог уже не бог, а идол. "Нет другого Бога, кроме идола", - объявляет нам приватизатор и "отлучает нас" от Бога. Он самонадеян и глуп, он ведет себя подобно лавочнику, который купил новую лавку и первое, что сделал в ней, изменил её дизайн под своё собственное лицо. А что он может предложить своим сторонникам, кроме очередного марша и очередного всплеска торжествующей ненависти? Кроме ликования от подъёма еще на одну ступеньку тёмного царства?


Вы оскорблены? Вы негодуете? Вы наставляете на меня дуло автомата? Но позвольте, я не обвинял Вас в зоологическом патриотизме. Если же Вы сами себе поставили такой диагноз, и он Вам не нравится, направьте дуло автомата на себя.


Элвис Гард (переведено Е.М. Гуреев)


Высказывания великих


...Нападки... на недостатки и пороки народности есть не преступление, а заслуга, есть истинный патриотизм.

В. Белинский.


Патриотизм состоит не в пышных возгласах и общих местах, но в горячем чувстве любви к родине, которое умеет высказываться без восклицаний и обнаруживается не в одном восторге от хорошего, но и в болезненной враждебности к дурному, неизбежно бывающему во всякой земле, следовательно, во всяком отечестве.

В. Белинский.


Любовь к своему народу должна быть творческой любовью, творческим инстинктом. И менее всего она означает вражду и ненависть к другим народам.

Н. Бердяев


Любовь к родине не знает степеней; кто не делает для нее всего -- ничего не делает; кто не все отдает ей -- тот во всем отказывает ей.

К Берне.


Патриотизм является коррективом суеверия: чем более мы преданы нашей стране, тем менее мы преданы нашей секте.

Г. Бокль.


Во все времена негодяи старались маскировать свои гнусные поступки преданностью интересам религии, морали и патриотизма.

Г. Гейне.


Настоящий патриотизм не тот, который суетится и чванится в торжественные минуты, а тот, который ежедневно и неутомимо заботится об общем благе и не бахвалится этим.

А Граф.


Когда тонет родина в крови, когда стынут стоны на устах, те, кто распинался ей в любви, не спешат повиснуть на крестах.

И. Губерман.


Чем дальше я подвигаюсь на моем жизненном пути, тем проще я становлюсь и тем большим патриотом всего человечества я себя чувствую.

В. Гюго.

Если мой народ, побуждаемый тем, что принято называть "патриотизмом", подымается и нападает на родину своего соседа, грабит его имущество, убивает ее мужей, делает вдовами жен и сиротами детей, поит землю кровью ее сынов и насыщает диких зверей плотью ее героев -- тогда я ненавижу свою родину и ее граждан. Д. Джебраи.


Патриотизм -- последнее убежище подлеца.

С. Джонсон.


Патриотизм живой, деятельный именно и отличается тем, что он исключает всякую международную вражду, и человек, одушевленный таким патриотизмом, готов трудиться для всего человечества, если только может быть ему полезен. Н. Добролюбов.


В недавнее время патриотизм состоял в восхвалении всего хорошего, что есть в отечестве; нынче уже этого недостаточно, чтобы быть патриотом. Ныне к восхвалению всего хорошего прибавилось неумолимое порицание и преследование всего дурного, что есть еще у нас.

Н. Добролюбов.


Настоящий патриотизм как частное проявление любви к человечеству не уживается с неприязнью к отдельным народностям... Он развивается с особенной силой в тех странах, где каждой личности представляется большая возможность приносить сознательно пользу обществу и участвовать в его предприятиях.

Н. Добролюбов.


Патриотизм не должен ослеплять нас; любовь к отечеству есть действие ясного рассудка, а не слепая страсть.

Н. Карамзин.


Каждая нация считает себя выше других наций. Это порождает патриотизм и... войны.

Д. Карнеги.


Патриотизм есть источник жертвенности уже потому, что он не рассчитывает на вознаграждение, когда исполняет свой долг. Самое последнее, за чем бы я гнался, это похвала яркого патриота, то есть такого патриота, который хотел бы заставить меня забыть, что я должен быть гражданином всего мира.

Г. Лессинг.


Под патриотизмом я понимаю приверженность человека к определенному месту и определенному образу жизни, которые он считает лучшими в мире, но при этом не имеет желания навязать их силой другим людям.

Д. Орузпл.

...Никогда не будет в мире покоя, пока вы не выколотите патриотизм из человеческого рода.

Б. Шоу.


Нравственная обязанность настоящего патриота -- служить народу в человечестве и человечеству в народе.

В. Соловьев.


..Лучше отказаться от патриотизма, чем от совести

В. Соловьев.


Патриотизм и одиночество несовместимы. Патриотизму подавай размах, площадь, стадион, сотни тысяч глоток и едином реве.

В. Шендерович.


Патриотизм слеп. Вместо хрусталика, считывающего сложную картину мира, в патриоте-профессионале встроен распознаватель типа "свой-чужой", как у боевого самолета.

В. Шендерович.


Нормальный человек просто любит Родину. Патриот любит ее профессионально. Это его работа -- любить Родину, ничего другого он, как правило, толком делать не умеет. Зато уж любит ее бдительно, знает, как это надо правильно делать, и другим спуску не дает.

В. Шендерович.


Патриот и стадо неразделимы. Стадо это можно назвать коллективом, можно -- племенем, можно, для пущей торжественности, даже народом, но звук почему-то все равно выходит гортанный. Больше похожий на боевой клич.

В. Шендерович.