Джатака об отмеченном удачей (11)


Словами: «Подателя добра и благ...» — Учитель — он жил тогда в Бамбуковой роще, близ Раджагахи, — начал повествование о Девадатте. История Девадатты вплоть до появления Абхимары излагается в Джатаке о Кхандахалс; о том, как Девадатта был смещен с казначейской должности, говорится в Джатаке о Чулла-хамсе; а про то, как Девадатту поглотила земля, поведано в Шестой книге, в Джатаке о путешествии за море. В ту же нору, о которой речь, Девадатта представил на суд общины пять поправок к Уставу монашеской жизни и, не найдя в монахах сочувствия, оставил монастырь и вместе с пятьюстами последовавшими за ним бхиккху поселился в Гайасисе. Узнав, что бхиккху созрели для постижения, Учитель призвал двоих своих лучших учеников и молвил: «Сарипутта, пятьсот бхиккху, прежние твои приверженцы, ушедшие с Девадаттой, ныне достигли зрелости в понимании своем. Возьми же с собой монахов, пойди к отступникам, наставь их в дхамме, просвети в знании Пути и Плода и приведи назад ко мне».
Сарипутта с товарищем отправился в Гайасису, наставил отступников в дхамме, просветил их в знании Пути и Плода и на рассвете следующего дня воротился в Бамбуковую рощу вместе со всеми бхиккху, ушедшими с Девадаттой. И когда по возвращении своем Сарипутта воздал должные почести Учителю и скромно встал посреди обители, бхиккху вознесли ему хвалу и так сказали Всеблагому; «О высокопочтенный, наш старший брат поистине исполнен величия: предводитель воинства дхаммы Сарипутта, воротясь, привел с собой пятьсот бхиккху, а Девадатта растерял всех своих приверженцев». «Братия, — заметил Учитель, — воротившийся с единомышленниками, Сарипутта не только ведь ныне стяжал славу, но и с прежние времена он был отмечен славой. Так же и Девадатта: не только ныне растерял он своих сторонников, но и в былые времена утратил их». Бхиккху тогда стали просить Всеблагого растолковать суть сказанного, и, уступив им, Учитель поведал о давнем событии, из-за перерождений утраченном их памятью.

«Во времена стародавние, когда на престоле города Раджагахи, что в царстве Магадха, восседал один правитель по имени Магадха, Бодхисатта обрел рождение в облике оленя. Со временем он сделался вожаком оленьего стада в тысячу голов и жил в лесу. И было у него два сына: Лаккхана, что значит «Отмеченный удачей», и Кала – «Темный». Состарясь, Бодхисатта призвал сыновей и, сказав им: «Дети, стар я стал, так что водите теперь вы это стадо», — разделил стадо надвое, дав каждому из сыновей но пятьсот подданных. И с этого времени те двое принялись водить свои стада.
В царстве Магадха, перед жатвой, когда тучнеют хлеба, олени подвергаются большой опасности в лесу: чтобы уберечь от них хлеба, люди роют ямы, устраивают западни, устанавливают самострелы, ставят капканы и силки, и многие олени от этого гибнут.
И вот, когда пришло время тучнеть хлебам, Бодхисатта послал за сыновьями. «Дети мои, — сказал он им, — хлеба потучнели. Наступило опасное для нас всех время. Мы, старики, как-нибудь проживем, вы же собирайте свои стада и уходите на горные пастбища. Возвращайтесь только после уборки урожая». Следуя совету отца, молодые вожаки двинулись со своими стадами в горы.
Но люди хорошо знали и оленьи тропы, и время, когда олени уходят в горы и когда спускаются с гор, и они устраивали везде засады, выслеживали и убивали оленей. Вожак Кала по глупости своей не ведал, в какое время должно совершать переходы, а в какое — не должно, и вел свое , стадо от восхода до захода, вблизи от деревень. Люди же, стоя или лежа в укрытиях, сделанных ими повсюду, разили оленей. Так, из-за скудости ума сгубив множество оленей, Кала всего лишь с несколькими сородичами добрался до леса. Премудрый Лаккхана был опытен, умел соразмерять свои силы, ведал, в какое время должно передвигаться, а в какое не должно. Он не вел свое стадо от восхода до захода, не проходил вблизи деревень, а вел его только в ночные часы и благополучно добрался до леса, не потеряв в пути ни единого оленя.
Олени прожили в горах четыре месяца. После окончания жатвы они стали спускаться в долину. На обратном пути Кала так же неосторожно вел свое стадо, погубил остальных оленей и воротился домой в одиночестве. Лаккхана же, не потеряв ни одного оленя, прибыл со всеми пятьюстами своими оленями к родителям. При виде обоих сыновей Бодхисатта, обращаясь к оленям, пропел такой стих:

Подателя добра и благ минует всякая невзгода:
Вот Славой Меченный ведет свой род из дальнего похода,
Наш Темный следует за ним — лишился неудачник рода.

Такими речами приветствовал Бодхисатта сыновей своих, и жил он потом долго, покуда не подошел его срок воплотиться в ином рождении в соответствии с накопленными заслугами».

В заключение своего рассказа Учитель повторил: «О монахи, не только ведь ныне сияет славою Сарипутта в окружении бесчисленных своих подвижников, но и в прежние времена был он славен. И не только теперь Девадатта лишился своего стада, но и прежде уже с ним случалось то же самое».
И, наставляя всех в дхамме и соединяя воедино стих и прозу и прошлую жизнь с нынешней, он вскрыл смысл Джатаки, так отождествив перерождения: «Оленем Кала тогда был Девадатта, приверженцами его — приверженцы Девадатты; Лаккханой был Сарипутта, сподвижниками его — сподвижники Будды; матерью была мать Рахулы, отцом же был я сам».


(Перевод Б. Захарьина)