# Поэзия

Ирина Игоревна Лобановская

Прекрасное безумие дождя,

Долбящего, как милая занудность,

Твердящего, что только так и нужно,

Идущего сорок четыре дня.


Прекрасные потоки бытия,

Стремящиеся вниз, к земле, на землю...

Напрасно верить: я их не приемлю.

Напрасны ныне только ты и я.


Размыто все: дела, часы, друзья...

И наша колея давно размыта.

И вся Земля - огромное корыто,

В котором отстирались ты и я.


В четыре рассвело. Такая синь,

Засвеченная серостью рассвета,

Твердящая заманчиво про это

Да и про то. И клин, куда ни кинь...


Пустых на свете слишком много слов.

И все приходит чересчур внезапно...

Еще вчера сегодня было завтра,

Размытое под наглостью ветров.


Еще вчера мы шли рука к руке...

А небеса так быстро потускнели...

И мы на мир совсем не так глядели,

Когда застыли вдруг щека к щеке.


Еще вчера мы жили всем назло

И ждали, отметая все приметы...

И помнили про то, про сё, про это...

Но только в пять сегодня рассвело...


Никем я не была в твоей судьбе:

Ни радостью, ни памятью, ни болью.

Без права верить - верила тебе,

Без разрешенья быть - была с тобою.


Я не ждала любви твоей и клятв.

Но без тебя я быстро уставала.

Наверно, я была плохой солдат,

Из тех, кто не мечтал стать генералом.


Я не боролась за тебя с судьбой,

Смотрела полусонными глазами...

Я знала: даже миг рядом с тобой -

Мой щит, моя опора, мое знамя.


Я помнила: сдаются только те,

Кто хочет сдаться. Сразу и без боя...

Никем не стала я в твоей судьбе:

Ни радостью, ни памятью, ни болью.


Дедлайн... Ну вот, опять у нас дедлайн...

Какое-то навязчивое слово.

И я к нему нисколько не готова,

Зато понятно: наше дело дрянь...


Какие-то дурные рубежи,

Какие-то нелепые барьеры...

И исчезает крохотная вера,

И пропадает тропочка во ржи...


Беги, спеши, лети без останов...

Старайся все успеть и все закончить...

Зачем? Да что у нас случилось нонче?

Тебе так нужен завтрашний улов?


Где время, чтобы полночь оценить?

Где тишина, чтобы расслышать вечность?

А нужно лишь набросить луч на плечи,

Остановиться, оглянуться, жить...


Сквозь расстояния и горе,

Сквозь тлен, безумие и дым

Входили женщины в историю

Нехитрым именем своим.


У них искал мечту, терпенье,

Защиту, веру... И нашел

И божество, и вдохновенье,

И силы - этот сильный пол.


Ах, эти милые мужчины,

Как мальчики, совсем слабы...

Писали драмы и картины,

В задумчивости терли лбы...


И посвящали, посвящали,

Колена скорбно преклонив,

Свои великие печали

Обычной женщине они.


Они вставали, мир оспорив,

Одно лишь имя на устах...

... Входили женщины в историю,

Об этом так и не узнав.


По буковке, по запятой, по строчке

Рождаются стихи. Но вот зачем?

Похоже, просто нечто душу точит

И может искрошить ее совсем.


Загадочное ·что▌... Его найти

И расспросить о целях и задачах...

Понять, зачем сошлись наши пути

На перекрестке боли, стона, плача.


А лучше - посмеяться нам вдвоем,

Легко, и беспричинно, и нелепо.

Сказать: ·Я непутевая. И в чем

Тогда загадка странной нашей скрепы?▌


Загадочное ·что▌ в своих правах.

Ответит мне оно еще нескоро...

Я складываю буковки в слова,

И строчки убегают от курсора.


Устаканилась тихая осень,

Растеклась по асфальту желтком

Оторвалась по полной в покосе,

Сбив листву в ярко-красочный дом.


Шепчет ласково, приторно-сладко,

Обещает исправить контекст...

И не будет зимы, будет сказка,

Где услышим мы все благовест.


Разольются под кленами звуки,

Все в улет! И в реальность - мечты.

Ни страданий, ни боли, ни муки,

Лишь оранжевый шлейф чистоты.


Непонятки и слабости - мимо.

Тонет ненависть вся в желтизне.

Только вечер, тоскою томимый,

Каждый раз застывает в окне...


Глаз положил... Да это просто сглаз!

И чернота, и тьма застывшей фразы.

У вас такого не было ни разу?

Глаз положил - и вроде проклял вас.


А ведь вначале лился ясный свет

Из голубых, и карих, и зеленых...

И небо расстилалось так влюбленно,

И голосили птицы нараспев...


Забавная и детская игра.

Игра в подставу и на подсознанье.

У взрослых мальчиков такие няни,

Как перемены, поиск и ветра.


Слепая неустойчивость во всем.

И кто-то, очевидно, просто спятил.

И кто-то наплевал на все распятья.

И это все о нем, о нем, о нем...


Чудовищная разница конца

И милого, и теплого начала...

В чернущий минус песня убежала,

И разбежались черточки лица.


И перезагрузились в пустоту

Все карие и голубые тоже...

Глаз положил... И стали мы похожи...

Но глаз не удержался на посту...


Заберите меня домой!

Из больниц, из болезней, из муки.

Протяните, пожалуйста, руки!

Позовите меня с собой!


Где тот дом? Его не найти...

Все рассыпалось и растерялось.

Все земное как будто устало

И отстало, шепча: ·Прости▌...


Ну, прощу... А толку-то чуть...

Та же боль побрела по дороге.

Тот же страх на моем пороге...

И ни выдохнуть, ни вздохнуть...


Мы потеряли то, что не имели,

Мы получили то, что не хотели

И бросили сгоревшее в костер.

Мы думали не то, что говорили,

И жили с тем, чего мы не любили,

И шли в туннели, словно на простор.


Мы верили тому, чего не знали,

Мы знали то, чего не понимали,

Кивали, даже если все не так.

Мы отдавали то, что не хранили,

Мы помнили о том, что позабыли...

Тогда зачем вся эта суета?..


От компьютера к глазам - лучики...

Что попросите, то и получите,

Если верить чужим словам.

А несчастьями дороги - измерены.

И душа никому не доверена,

Ни друзьям, ни врагам, ни шагам...

Вот и стали мы такими уставшими,

И далекими от вчерашнего,

И ненужными временам.


Простите мои жалкие замашки...

У куклы воспитанья слишком мало.

Зачем ты вырезал меня из деревяшки,

Мой старый, бедный, глупый папа Карло?


Я мог любить неловко и непросто,

Я мог сгореть в камине для друзей...

Но говорили: ·Этот? С длинным носом?

Он деревянный!▌ И смеялись все.


Но я учился плакать и сердиться,

Смеяться, горевать, богам молиться,

Не понимать себя, прощать слова.

Я, деревянный, научился греться.

Послушайте, здесь сердце,

Здесь, в деревяшке, бьется, как у вас.


Зачем оно стучится постоянно?

Зачем болит? Зачем считает раны?

Людьми я проклят, видимо, навек.

Они считают у других изъяны...

Я деревянный, да, я деревянный,

Несчастнее уродов и калек.


Я вырос в сказке, но она пропала,

Исчезла с первым шагом за порог...

И ты ничем, ничем мне не помог,

Мой старый, бедный, глупый папа Карло...


А понедельник настает опять...

Как бесконечно он умеет длиться...

Листаю дни. Быть может, перестать?

Безумье чисел: десять, двадцать, тридцать...


Такие бесконечные дела...

Спешить и видеть, чувствовать и помнить...

Мешать шаги, поступки, зеркала,

И мысли, и детали, и знакомых...


Сплошная понедельничная муть...

Потеряны опоры, стены, корни...

Закончится сие когда-нибудь?

Ты наконец появишься, мой вторник?


Плачете, бормочете, молчите ли,

Утонув в проблемах и годах...

Есть определенное величие

В слове ·одиночество▌ всегда.


Ты один... И это значит многое.

Это значит - выстоять сумей.

Разберись с проклятыми дорогами,

Осознай загадочную смерть.


Выбери себе одно-единое,

Не сломайся на краю судьбы.

Ты один. А мысли неизбывные

Рядышком бредут и морщат лбы...


Сверток под названьем ·сын▌.

Дали в руки. Что такого?

Только сломаны основы,

Ни к чему я не готова,

И остался - он один...


Он один. Всего два слова.

Разбегаются глаза...

Что там можно, что нельзя...

Начинаешь жить по новой.


Как давно все это было...

Как немного впереди...

Ничего я не забыла,

Сколько мук я проходила,

Чтобы вырос. Он один.


Я хожу по краю

И не замечаю,

Как устала ветка за моим окном,

Как горят зарницы,

Шелестят страницы,

А вчера синица

Постучалась в дом.


Я тебя забыла,

Словно не любила,

Словно не мечтала утонуть в былом.

Я окно закрыла,

Лампу пригасила,

Только из-за шторки мне ответил гром.


Где живут минуты?

И зовут как будто

Слабенькие капли

Цепью по траве...

В лужах бродит утро,

А земля разута,

Шепчет, и бормочет,

И зовет к себе...


Какая сила прячется в словах...

Вы можете нисколько им не верить,

Да только окна в них, ступеньки, двери,

И синий снег, и алая листва.


Они играют верой и тоской,

И честностью заманчивой колдуют.

Все просто: фразу выбери любую,

И затверди, и повторяй легко.


Какая легкость прячется в словах...

Какой размах давно уставших истин...

А все равно: кружится голова,

Хотите вы того иль не хотите.


Вначале было слово, говорят.

В начале бытия? В начале муки?

В начале немоты? В начале скуки?

Или в начале вечного вранья?


Ты слово произнес. А для кого?

И был ли в нем такой великий смысл?

Лишь звук разбился, разлетелся в выси,

Как хохот нас покинувших богов...