# Душа Полна Иных Стремлений

Виктор Васильевич Луговский

Новелла из романа "Все только начинается".

Душа полна иных стремлений...


На роскошный банкет по поводу защиты диссертации Вовой Либерзоном Виктор попал "случайно". Но что есть случай в нашей жизни ? Конечно, не что иное, как непознанная закономерность, а, точнее, синхронизм, проявление чего-то единого. Только ясно это становиться позднее, когда пройдет много-много времени. Тогда и окажется, что без этой "случайности" не достичь бы самой главной цели, не состоялась бы жизнь, любовь или что-то еще.... Не хватило бы какой-то там детали, без которой "машина" не заработает.

Виктор был на совещании разработчиков мощного сварочного лазера в питерской "Планете" и, выходя из конференц-зала, буквально наткнулся на институтского приятеля Василия Лыкова, с которым прожил в одной комнате студенческого общежития целых пять лет. С распределения они друг с другом не виделись и оба очень обрадовались встрече. Еще бы, уж им было что вспомнить ! Тут же выяснилось, что Вася в этой крутой фирме работает ведущим инженером. И женат на ленинградке, симпатичной татарочке Наташе Бекташевой с их потока.

- Виктор, - говорил Вася, делая, как и раньше в незабвенные времена, ударение на последнем слоге его имени,- я тебя никуда теперь не отпущу. Сам понимаешь, надо вспомнить, отметить и все такое прочее. Но, черт возьми, сейчас едем все в ресторан обмывать либерзонову диссертацию. Давай и ты с нами. Да нет проблем ! Хочешь тебя сам Вова сейчас же пригласит ? Там заодно и поговорим и вспомним. Это лучше чем слушать про значительный вклад в науку одного из самых талантливых молодых докторов и подобную чепуху.

- Вообще-то я с удовольствием, - отвечал обрадованный встрече Виктор, - тем более что завтра выходной, но неудобно как-то....

- Неудобно сам знаешь что.

Спешить ему в то время было не к кому, так как в очередной раз он "развелся", кстати, очень испуганный решительными притязаниями хирургической медсестры Катюши.

За столом Вася устроил место недалеко от Либерзона и рядом с какой-то аспиранткой, которую Либерзон любезно приглашал сесть поближе, потом еще поближе, не забывая при этом поддерживать беседу и чокаться с несколькими учеными начальниками, судя по их габаритам и каменным выражениям лиц. Правда, внимание присутствующих научных и околонаучных сотрудников с увеличением количества выпитого все более перемещалось к противоположному концу стола, где веселился один из убеленных и маститых. Виктор узнал в нем профессора Борисевича из оптического института, известного юмориста и сердцееда. За разговором с Васей, прерываемом длинными тостами за незнакомого ему Либерзона и короткими за их студенческие потехи (а ты помнишь Ленкину защиту, а ты помнишь, как Жора Гершвин математику сдал ?), Виктор основательно запьянел и попросил Васю погодить и дать осмотреться. Тут он услышал разговор Либерзона с довольно привлекательной аспиранткой, которую Вася коротко представил Виктору в самом начале банкета- вот, мол, Алена, аспирантка. И подмигнул. Впрочем, аспирантка тогда в их сторону даже не взглянула.

- Алена, для меня нет ничего невозможного, поверьте Вове Либерзону,- убеждал Вова.

- Владимир Борисович, но Клямкин мне уже дважды отказал, а я не могу доделать анализ без его спектрометра, и времени осталось мало. Шеф ругается, говорит договаривайся, как хочешь-ты же баба, а сам попросить не может-чего-то они там не поделили в прошлом году. Может быть в Иоффе у вас есть знакомые ?

- Слушай, Ален, зови меня просто Вовой, а за Клямкин спектрометр не волнуйся. В понедельник он сам тебе позвонит и сообщит время работы. А вот сегодня, в такой день я готов найти для тебя часик-другой и поговорить подробнее о твоей диссертации, дать пару жизненных советов как избежать....., кого выбрать в оппоненты и так далее.... Короче, Либерзон готов взять шефство над молодым ученым Аленой Степановой.

Виктор слышал, как Алена изо всех сил пытается вежливо открутиться, но Либерзон категорически напирал.

- Борисевича кадр, - разъяснил Вася, заметив интерес Виктора к соседке.

- Борисевича хочет отодвинуть Вова. И, самое интересное, своего добьется. Это как дважды два. Я его давно знаю, еще с дипломной практики. Редкостная пиявка....

Вася разлил коньяк и добавил:

- Вообщем-то у тебя есть все шансы, только давай потом, а ? Поговорим, посидим часик...

Виктор нетерпеливо дернулся:

- Давай знакомь скорее, иначе поздно будет, утянет ее этот будущий лауреат.


***

Они стояли у метро "Горьковская", и Виктор уговаривал Алену зайти к "приятелю", который будто бы живет в пяти минутах в огромной квартире старого дома на Кировском проспекте. В кармане Виктор сжимал бумажную салфетку с адресом и просьбой к неведомому Илье, второпях написанную Васей Лыковом, потому что ему едва удавалось сдерживать несогласного Либерзона. Однако постепенно за неторопливым разговором Виктор с Аленой продвигались к заветной квартире.

- Нет, уже поздно и вам надо отдохнуть,-говорила Алена.

- Ну вот попьем кофейку, взбодримся. Я познакомлю вас с очень интересным человеком, настоящим ученым,- наугад обещал Виктор.

- Нет, давайте просто сегодня погуляем,-слабо сопротивлялась прелестная аспирантка.

Когда они вошли через арку во двор и подошли к подъезду, где жил Илья, Виктор вдруг понял, что нет это да...

Все чуть было не сорвалось - Илья не откликался на вызов домофона, но тут же к ним медленно подошел длинноволосый мужчина лет пятидесяти с хвостиком, впереди которого шествовал огромный черный котяра.

- Вам кого ребята ? - доброжелательно спросил незнакомец.

- Нам Илью из сто двадцать второй квартиры, который не отзывается,- пожаловался Виктор.

- Ну вот я ваш Илья и есть,-удовлетворенно сказал мужчина,- а это Соломон, - представил он кота. Затем еще раз представился сам: - Илья Апсит, чем, как говорится, могу... такой приятной паре ?

К счастью Алена молчала и вопросительно смотрела на Виктора. Виктор подал записку от Васи Лыкова. Апсит поднес ее к лампочке и внимательно прочитал с улыбкой на лице.

- Пожалуйста, прошу, - пригласил Илья поздних гостей, открывая дверь в подъезд.

Однако первым проследовал кот. Все остальные гуськом прошли за ним к тускло освещенной лестнице. Почему Васина записка произвела такое магическое действие, Виктор узнает позднее.

Илья Апсит занимал огромную по тем временам квартиру с длинным-предлинным коридором, увешанном живописными портретами , в конце которого открылась комната, заставленная вдоль стен самодельными стеллажами с книгами под самый потолок.

- Не стесняйтесь, молодые люди. Переночуете в библиотеке вот на этом диванчике,-любезно предложил Апсит. И, с любопытством взглянув на Алену, добавил:

- За диванчик, кстати, не переживайте, это он только с виду такой ветхий. На самом деле весьма надежен с довоенных времен.

Далее он показал Виктору все то, что обычно показывают гостям в подобном случае.

Потом они все действительно пили превосходный черный кофе на кухне, который заваривал в старой медной турке сам хозяин, и мило поговорили ни о чем. После чего Илья сказал добродушно улыбаясь:

- Ну что ребята, кофе и библиотека в вашем распоряжении, а мне еще надо поработать. Если что-нибудь нужно, я в последней налево комнате почти до утра. Гуд найт...

Алена первая заметила множество старых потертых переплетов на стеллажах и, оглянувшись на дверь, нетерпеливо стала доставать и рассматривать редкие книги.

- Здесь же целое богатство! - возбужденно заговорила она. - Хлебников, Бальмонт, Семен Надсон. Алена полистала пожелтевшие страницы томика Надсона.

- Как хорошо ! Это же просто хорошо! Хочешь послушать ?


Мне душен этот мир разврата

С его блестящей мишурой!

Здесь брат рыдающего брата

Готов убить своей рукой,

Здесь спят высокие порывы

Свободы, правды и любви,

Здесь ненасытный бог наживы

Свои воздвигнул алтари.

Душа полна иных стремлений,

Она любви и мира ждёт...


- Виктор, а душа действительно существует ?

Алена впервые прямо заглянула ему в глаза. В ее взгляде теперь была какая-то беззащитность, мягкость, потом туман.

- Конечно, -машинально ответил он и отобрал от нее книгу, вернув Надсона на полку.

Она опять говорила ему нет-нет и это ее нет-нет очень заводило Виктора...

Под утро Алена разбудила его поцелуями и попросила:

- Витя проводи меня... Илья, наверное, очень добрый человек, но этот ужасный коридор с мужиками на стенах...

В конце коридора он увидел полоску света из неплотно прикрытой двери и, проводив Алену, не выдержал и заглянул внутрь комнаты. Затем Виктор шире отворил дверь и замер, пораженный увиденным. В большой комнате располагалась настоящая физическая лаборатория с многочисленными приборами и испытательными машинами. Сам Апсит сидел вполоборота к двери за "дореволюционным" письменным столом и вертел в руках какой-то стержень. На полстола растянулся громадный Соломон. Увидев Виктора, Илья изумленно вздернул брови: - Не спите, Виктор, может быть что-то нужно ? Ладно, извиняю. Можете пройти.

Он забыл на какое-то время про Алену и еще раз обвел взглядом лабораторию.

- Вас интересует чем же я здесь таким занимаюсь ? Вы, Виктор, кажется, тоже

физик ?

Апсит пытливо посмотрел на Виктора.

- Что-то вроде этого.

- Тогда смотрите, смотрите...

Илья зажал тонкий металлический стержень одним концом в тиски, зажег газовую горелку, затем, сильно увеличив ее пламя, поднес к свободному концу стержня. Стержень стал медленно изгибаться под действием пламени. Но, как только экспериментатор убрал горелку, почти мгновенно восстановил свою форму. Удивительно, - произнес Виктор,- и необъяснимо...

- Уже объяснимо !- воскликнул изобретатель. - Это будет новый термомеханический двигатель. Причем, вы не поверите, коэффициент полезного действия превосходит единицу !

Соломон широко открыл свои зеленые глаза, потянулся и презрительно фыркнул.

Услышав последнюю фразу, Виктор скептически улыбнулся, но промолчал. То, что он сейчас увидел, само по себе было весьма любопытно.

- И как же вы смогли все это ?

Виктор кивнул на сложное оборудование, собранное по всей видимости в какой-то замысловатый стенд.

- Во многом мне помог ваш друг, Вася Лыков, а я помог ему с диссертацией, хотя сам так и не остепенился, пока нет на это времени. Кроме того, я ведь работаю уже не один год над этой идеей. На "Планете" у меня совсем другая тема, а здесь - это для души. Однако, Виктор, я бы попросил вас молчать. Знаете, могут ведь придраться, откуда что, ну вы понимаете... Обещаете?


***

Он простился с Аленой в метро и с тех пор больше никогда ее не видел. Утром у Апсита она вновь читала ему Надсона :


Пусть роза сорвана - она ещё цветёт,

Пусть арфа сломана - аккорд ещё рыдает!..


Когда прощались в вестибюле метро, Виктор предложил ей приехать в Зеленый Бор, но услышал неизменное нет-нет. Слегка утомленный от ее ночных ласк он не стал сейчас настаивать, отложив на потом, которое так никогда и не наступило. Мелькнула звездочка на небосклоне...

Через несколько месяцев Виктор позвонил Апситу и предложил сотрудничество. Илья в то время, чтобы довести изобретение до промышленного использования нашел "соавторов" в каком-то московском институте стали и сплавов, число которых росло, но тему обещали открыть только в будущем году. Виктору удалось получить небольшую партию материала неофициально. Пришлось заплатить коллективу Апсита как за консультации сумму, которая заинтересовала кого-то из бдительных неудачников. Виктора Александрова вызвали в спецотдел милиции ОКБ, где составили протокол о наличии в макетной мастерской неучтенного материала неизвестной марки. В конце концов резко вмешался Зимин и дело замяли, а материала оказалось мало, очень мало, но просто незначительное количество - сто грамм. Для того, чтобы завести дело страдающему от безделья начальнику спецмилиции майору Нечипоренко, такого количества оказалось недостаточно. Остальной материал пришлось припрятать до поры... Однако решили тогда тему не открывать, чтобы не дразнить "гусей". Идея использования материалов , обладающих эффектом Апсита, в системе юстировки мощного лазера, ждала своего часа.

И вот теперь похоже этот решительный час наступил.

Разыскивая телефон Апсита, Виктор звонил Васе Лыкову в Ленинград, который, продиктовав ему номер телефона, добавил:

- Алену помнишь, Казанова ? Оставила твоя Алена аспирантуру и Борисевича заодно и уехала в свой Томск или Саратов. Твоя заслуга ?

Осталась легкая грусть и воспоминание о том, как она читала Надсона в той странной петербургской квартире.


Пусть роза сорвана - она ещё цветёт.....