# Искушение Маленького Человека

Виктор Васильевич Луговский

Искушение маленького человека


Луговский Виктор Васильевич


(Новелла из романа "Все только начинается")


Можно было бы еще сомневаться, что встреча с экстрасенсом Козыревым реально произошла, но на рабочем столе под стеклом лежал его тщательно разглаженный гороскоп, который так неожиданно и загадочно принес ему ветер. Спустя некоторое время после посещения человека-феномена Виктор открыл у себя необычные способности. Однажды совершенно случайно он обнаружил, что может видеть человека без одежды. И не в негативном изображении, как было раньше, а в цветном почти нормальном виде. На одной из бесконечного числа попоек по поводу заключения сделок, присутствующая в кабинете директора новый главный бухгалтер фирмы Людмила Сергеевна Удальцова категорически отказалась от выпивки сославшись на головную боль. Людмила была ровесницей Виктора и, в общем-то, симпатичной женщиной, по слухам счастливой в семейной жизни. Вскоре после прихода в фирму она вдруг написала заявление на увольнение. На следующий день, вероятно, по причине долгого разговора с Ларионовым в его кабинете Удальцова заявление забрала. Однако отношение Александра Владимировича к ней заметно изменилось. Он называл Людмилу теперь только на вы и уже не позволял себе при ней никаких шуток в ее адрес. Все же смена главного бухгалтера - дело серьезное.

Чем-то Людмила была симпатична Виктору. Уверенная в себе, современная деловая женщина. В свои сорок с небольшим она еще не потеряла женскую привлекательность. Да и Людмила Сергеевна выделяла его из всех сотрудников фирмы, работающих в офисе. Когда они все вместе собирались в кабинете у Ларионова по случаю какого-нибудь праздника, то Людмила разговаривала в основном только с ним. Получалось так, что и сидели они всегда вместе.

В тот день, когда Людмила отказалась пить, Виктор подумал, что женщине все же проще отписаться от этого сомнительного удовольствия, сославшись на головную боль или еще что-то в этом роде. "Ей, как и мне, неприятны эти выпивки. Вот и отписалась". Однако его оппонент внезапно приказал ему: "Закрой глаза !" Прикрыв глаза, Виктор "увидел" Людмилу Сергеевну совершенно без одежды как на экране цветного телевизора. Не успев удивиться, он услышал новое указание: "Смотри на голову справа." "Посмотрев" туда, Виктор обнаружил небольшой сгусток грязно-серого цвета вблизи ее головы, который соединялся с виском Людмилы с помощью тонкого отростка. На это "смотреть" было так неприятно, что Виктор сразу же открыл глаза. Выходит, Людмила не притворялась. И оппонент ему это показал. Спустя какое-то время, когда Виктор сидел в кабинете, он неожиданно подумал, что может помочь ей избавиться от головной боли. Он вновь закрыл глаза и увидел теперь только силуэт ее головы с "присоской". "Попробуй оторвать "присоску",-посоветовал ему оппонент. Однако сделать это Виктору почему-то не удавалось. "Тогда.....". Оппонент дал ему несколько советов, которые, наконец, привели к нужному результату. После того, как присоска была оторвана, оппонент подробно объяснил, как ее нейтрализовать. Виктор заглянул в кабинет Людмилы Сергеевны.

- Как ваша головная боль, неужели еще не прошла ?-спросил он Людмилу. "Вы знаете, кажется, прошла только что. Я пришла, потом подумала о вас (тут она смутилась от своих слов) и сразу же прошла боль. - Рад за вас, -только и смог ответить ей Виктор.

Жизнь вскоре после этого случая превратилась в пестрый карнавал. Когда Виктор закрывал глаза в помещениях, где работали сотрудники фирмы, он видел голых мужчин и женщин, однако каждого из них по отдельности. Видеть это было конечно стыдно, но очень уж удивительно. Он попытался так "смотреть" на улице, но там это было сделать труднее и удавалось лишь разглядеть фрагменты обнаженных тел. "И что же я теперь должен с этим делать ?"-озабоченно думал Виктор. Рассказать о таком кому-нибудь даже по секрету было немыслимо. Все равно ведь не поверят (как не верит сейчас читатель), но на всякий случай начнут избегать. Как минимум пришлось бы уволиться из "Меркура", а может быть, могло произойти что-нибудь похуже. А не сходит ли он часом с ума ? Жаль, что не смог отыскать Козырева. Сходить туда еще раз ?

На его вопрос оппонент ответил тут же: "Что, что. Деньги делать." Однако Виктор, вспомнив слова Козырева о неправильном использовании способностей и решил выдержать паузу. Подождать, а там станет ясно, зачем ему эта напасть.

Между тем здоровье Виктора становилось все хуже и хуже. Давление было ниже нормы, а пульс иногда доставал до сотни и даже выше. Он уже категорически уклонялся от выпивки, старался регулярно питаться. Но желудок давал о себе знать тупой ноющей болью, которая усиливалась после очередного посещения столовой. Эта постоянная боль мешала спать ему ночью и лишала физических сил, истощая нервную систему. Иногда он в отчаянии вскакивал с постели, быстро одевался, выходил на улицу и куда-то шел, шел быстрым шагом, пока оппонент говорил ему решительно: "Ну-ну, хватит, теперь возьми себя в руки". Тогда Виктор "брал себя в руки" и возвращался, чтобы забыться коротким сном. Вскоре просыпался опять... Ходить по врачам он никогда не любил. Лекарства почти не помогали - причина-то "в голове"... Единственный раз в жизни Виктор попал в больницу десять лет назад, когда произошла та самая авария на установке, после которой он частично потерял память. Однако со здоровьем следовало что-то делать, так как он испытывал не только постоянный дискомфорт, но не мог как следует питаться, опасаясь удовлетворять свой аппетит. Ирина особо не баловала его дома в питании, ну а столовская еда грозила сделать его просто инвалидом. Он попытался использовать свой вновь открывшийся дар для самолечения. Перед сном путешествовал по своему телу, отмечая в районе живота сгустки темно-красного цвета, и поступал с ними так, как сделал это в свое время с "присоской". На короткое время помогало, но через несколько часов сгустки образовывались опять, и появлялась ноющая боль. Виктор попросил совета у своего оппонента. Но тот заявил, что и так сказал ему слишком много. Что знать ему это еще рано. Нужно годик-другой подождать. "А как насчет : пока травка подрастет, лошадка с голода умрет ?"-спросил Виктор. "Не умрешь, слишком легко хочешь отделаться",-заявил оппонент.

Как-то Виктор зашел к главному бухгалтеру сразу после начала рабочего дня подписать договор. Людмила Сергеевна сидела за своим рабочим столом, закрыв лицо руками, и плакала. Он спросил Людмилу, что произошло. Людмила Сергеевна вытерла платочком слезы, встала из-за стола и подошла к окну. Она смотрела в окно куда-то на улицу и молчала. Виктор извинился и хотел уже уйти, но Людмила вдруг заговорила.

- Вы понимаете..... Я.... Я совсем не знаю, что делать. У меня нет больше сил видеть, как он медленно умирает. Врачи отказываются нам помочь. Говорят, что такие болезни пытаются лечить только в Германии. Ничего сделать невозможно. Ничего.....

-Муж ?-спросил Виктор. Людмила молча кивнула. "Ну вот для тебя настоящее дело",-удовлетворенно сказал оппонент. "А то ты переживал: зачем, зачем. Помоги ей ".

"А я смогу ?"

Оппонент пренебрежительно промолчал.

Виктор присел в кресло и спросил: - Что же это за болезнь ?

-Какое-то нарушение координации. Название-язык сломаешь. Работал в своем НИИ с какой-то дрянью..., с бензолом, и сильно отравился два года назад. Неделю уже не встает с постели. У него сильная депрессия. Он совершенно не хочет больше жить.

Слезы текли из глаз Людмилы, и она больше не вытирала их платочком. Она плакала молча, слегка отвернув свое лицо в сторону.

- Очень его любите ? - зачем-то спросил Виктор.

- Д..да. Мы с ним еще в школе дружили... с седьмого класса.

Он подумал, что как часто мы ошибаемся в своем отношении к людям, судя о них по внешнему впечатлению. Принимаем одно за другое. По этому впечатлению мы выстраиваем какую-то свою реальность, обозначив в ней людей такими, какими мы их видим. Однако подлинная реальность может быть совершенно иной. Ведь он считал Людмилу благополучной, уверенной в себе женщиной. Женщиной, у которой преуспевающий муж, достаток. И отсюда эта ее уверенность в себе, с которой вынужден считаться Ларионов.

"Спроси фото мужа и имя",-подсказал оппонент. Виктор произнес:

- Я попробую вам помочь, но без врачей. Только не спрашивайте как. Необходима фотография вашего мужа.

"Черно-белая фотография",-подсказал оппонент.

- Как его зовут ?

- Ваня. Иван Гаврилович, -поправилась Людмила. - У вас есть знакомый

экстрасенс ?-догадалась она.

- Что-то вроде этого, -подтвердил Виктор.

В обеденный перерыв она съездила домой на такси и привезла ему фотографию.

Когда Людмила Сергеевна отдавала Виктору фото стоящего у каких-то ворот высокого мужчины , она с надежной спросила:

-Скажите, Виктор Вячеславович, вы верите, что это может помочь ?

Виктор пожал плечами. Уже у двери его кабинета она обернулась и сказала:

- Мы.... Я готова все деньги, которые.....

- Ничего не обещаю, -прервал ее Виктор. И, спохватившись, добавил уже более мягко:

- Потерпите немножко. Может быть, нам повезет.

Людмила удивленно посмотрела на Виктора и вышла из кабинета.

Он давно понял, что если слишком сильно чего-то захотеть, то это желание обязательно исполниться лишь тогда, когда искренне веришь, но очень не стараешься. Залог успеха предприятия - спокойное представление желаемого. Он очень желал Людмиле помочь. Виктор чувствовал, что Людмила Сергеевна продолжает любить мужа и не хочет его терять. Наверное, они лет двадцать вместе. Или даже больше. Не часто встретишь такие чувства через двадцать лет. Однако, следовало отвязаться от эмоций. Он сунул фотографию в карман пиджака и приказал себе о ней забыть. Виктор знал, когда вопрос созреет, то фотография напомнит о себе сама. За годы "видений" и прочих грез он научился управлять своим воображением, вызывая в памяти по своему желанию те или иные картины или мысли. Некоторые мысли он не впускал в сознание до тех пор, пока это ему было необходимо. Такая способность была развита им с целью самосохранения разума. И с каждым годом Виктор все более убеждался в важности такого умения. "Голоса", видения могли бы давно отправить его в психушку, но этого, слава Богу, не произошло. Более того, благодаря своей интенсивной и непростой внутренней жизни, Виктор понял, что личность человека не однородна. И из-за этого человек теряет очень много энергии на внутреннюю борьбу, а во внешнем мире делает глупости. Что разные ее части борются между собой за влияние на контролирующую часть личности - Я. Или отстаивают взаимоисключающие решения, не зная друг друга. Все эти маленькие я напоминали ему иногда свору мелких собачек, время от времени, хватающих за ноги то Я, с которым он отождествлял себя. "Собачки" побольше, выбегая на сцену сознания, пытались оттеснить Я и завладеть, таким образом, всем сознанием*). Тогда Виктор принимал решения, уводящие его в сторону от цели, совершая очень глупые, иногда непоправимые ошибки, как, например, его отказ от предложенного места на комиссии по распределению в институте. Ошибкой, вероятно, был его разрыв с Лилей. Ошибкой ли ? Почему он не выяснил с ней, не поборолся за нее с этим рыжим... как звать-то этого паршивца? Кажется, Юрой. Да, с рыжим студентом Юрой. Не любил выяснять у женщин. Слишком гордый был. Был ?

Оставшееся до ночи время он не думал о предстоящем испытании и занимался своими производственными делами. Два раза пришлось ездить на двадцать второй завод вместе с конструктором-изобретателем новой модели станка. Улаживал технические неувязки в конструкторской документации. Потом он разговаривал с будущим начальником производства неким Симоновичем, которого предлагал взять на эту должность Ларионов, видя, как тяжело приходится Александрову. Коробейников "тянул" теперь на себе вопросы снабжения и комплектации и был занят до предела. Виктору Симонович не понравился. Вокруг его головы он увидел красно-черную дымку, которая насторожила. Он попросил Ларионова пока подождать с приемом Симоновича.

Вечером он не пошел в столовую, чтобы меньше болел желудок, и отказался даже от чая, опасаясь ухудшения самочувствия. Вскипятил лишь немного молока кипятильником и выпил, закусывая подсушенной булкой. Когда он полез в карман пиджака за записной книжкой, в которой у него был телефон офиса Козырева, то вместе с ней он вытащил фотографию Ивана Удальцова. Виктор поставил ее на тумбочку и внимательно взглянул, пытаясь запомнить лицо Ивана.

Он лежал в полной темноте и "смотрел" на мысленный образ фотографии. Наконец ему показалось, что он "понял" этого человека и четкий контакт установлен. Когда Виктор реконструировал изображение его тела в пространстве перед собой, то заметил темно-красные сгустки в районе сердца и головы. Далее он действовал так, как будто когда-то кто-то учил Виктора действовать в подобных случаях. Он стянул все сгустки в один шар, преобразовал его цвет в белый, затем из трехмерного пространства трансформировал шар в двумерную фигуру. После чего "отклеил" эту фигуру от изображения человека, как отклеивают наклейку. И растворил эту наклейку золотистым универсальным светом. На место сгустков он послал "лазерный" луч фиолетового неона вместе с искренним желанием помочь. Так он долго лежал и транслировал этот луч Ивану Удальцову, проваливаясь в какой-то транс, в котором он сам чувствовал себя этим лучом в универсальном пространстве, а свое тело совершенно не чувствовал. Будто бы оно растворилось во всеобщем потенциальном поле.

Он пришел в себе в первом часу ночи. Тело было необычайно легкое, нигде не болело. Виктор выпил немного воды, записал свои ощущения, испытанные в необычном сеансе, и спокойно уснул.

Снится сон, в котором он участвует в банкете богатых людей, избранных кем-то очень влиятельным. Банкет происходит в стенах НИИ, где Виктор был на приеме у Козырева. Ему рекомендуют познакомиться с "профессором", который может помочь. Затем Виктора проводят в лабораторию. Здесь присутствуют несколько человек "специалистов". На кушетке лежит некто, укрытый с головой. Виктору предлагают "подлечиться", чтобы затем получить возможность "лечить" самому, обретя высокий уровень энергии. В этот момент он начал ощущать физически, наблюдая себя как бы со стороны, отделение тонкой оболочки от физического тела. Оболочка выделяется из всего тела, кроме головы. Физически Виктор испытывает сильнейшее наслаждение. Тут ему задается "профессором" вопрос о согласии на дальнейший эксперимент. Однако кто-то очень глубокий и сильный в личности Виктора (кто всегда делает главный выбор) не хочет продолжения. Виктор обращает внимание на присутствие кого-то на кушетке, укрытого с головой. Он чувствует, что это "их" человек. Что физически этот человек умер. Выделение оболочки прекращается. Виктору предлагают подумать и придти сюда еще раз.

Он проснулся уже под утро и утвердился в принятом решении отказаться. После того, как Виктор заснул опять, ему приснился новый сон. Он пытается купить билет на поезд, а ему будто бы говорят, что поезд уже ушел. Виктор выбегает из здания вокзала и видит уходящий поезд.

Перед самым пробуждением Виктору приснился маленький неопрятный человек, который стучался в его комнату, плакал и просил его пустить к нему. Виктор лежал во сне на кровати и боялся, что этот человек каким то образом сумеет открыть дверь и войдет. И он просил кого-то незримого и сильного ни в коем случае не допустить этого. А человек все плакал и просился к нему. Маленький человек снился ему еще несколько ночей подряд. Сначала продолжал плакать, а потом он просто стоял у двери комнаты, молча ожидая чего-то, иногда тяжело всхлипывая или вздыхая. И Виктор во сне это чувствовал. Когда ему перестал сниться этот неприятный сон, он обнаружил, что потерял способность "видеть" обнаженные тела людей.

Утром он проснулся с ощущением, что удалось помочь Ивану. По дороге на работу Виктор пытался понять странные сны, которые ему снились этой ночью. Он понял лишь, что почти прошел какое-то испытание, но понятно было не все. "Разыскать бы Козырева", -подумал Виктор. Но существование Козырева само уже было под вопросом.


***

Людмила Сергеевна позвонила ему, когда он только появился в кабинете, и просила зайти к ней. Несколько неотложных дел и запланированных переговоров не позволили это сделать сразу. Лишь перед обедом, когда все более или менее наладилось, он смог забежать к Удальцовой. Людмила рассказала Виктору, что утром обнаружила своего Ивана, сидящего в халате за письменным столом со взъерошенными после ванны волосами и ищущего что-то в ящиках. На ее вопрос Иван ответил, что ищет неоконченную статью. При этих словах Людмила Сергеевна заплакала, но было понятно, что ee слезы были слезами радости. Однако Виктор счел своим долгом предупредить Людмилу, очень возможно, наступило только временное улучшение и надо быть готовой к рецидиву. Как это происходит, он уже знал на примере самолечения своего желудка. Виктор видел, как его слова о рецидиве не доходят до сознания Людмилы. Она продолжала радоваться неожиданному улучшению в состоянии мужа. И Виктор понял, что ей пришлось пережить недавно и как нужно сейчас такое облегчение, чтобы хотя бы передохнуть самой.

- Сколько я должна, Виктор Вячеславович ? Если бы вы знали, как я вам благодарна. Я так давно уже не видела его таким, прежним Иваном. Спасибо вам и тому человеку, который нам помог. Глаза Людмилы Сергеевны светились благодарностью. Она вытерла капельки слез с лица и вопросительно смотрела на Виктора.

- Людмила,-он впервые назвал ее по имени без отчества, - решим так. Вы не должны ничего. И никаких разговоров больше на эту тему. Никаких. И помните: я думаю, что болезнь может вернуться, хотя очень хотел бы, чтобы этого не произошло.

С этим словами Виктор покинул кабинет главного бухгалтера.

Под конец рабочего дня Людмила Сергеевна принесла в кабинет Виктора большой пакет. В нем были бутылка "Абсолюта", конфеты, кофе, чай и еще какие-то баночки --коробочки.

- Людмила Сергеевна, я же вас просил...., - сначала возмутился Виктор.

- Но, Виктор Вячеславович ! Отдайте это вашему знакомому и передайте ему мою благодарность. Может быть дадите его телефон ? Я хотела бы с ним встретиться.

Затем Виктору пришлось врать, что его знакомый экстрасенс поставил условием помощи полную бескорыстность и анонимность. Пакет все же пришлось взять.

"Шарлатан-экстрасенс получает подарки",-констатировал недремлющий оппонент происходящее сейчас в кабинете.

Вечером, лежа на кровати, как всегда он анализировал произошедшие в последние ночь и день события. Виктор чувствовал, что не следует заниматься "лечением". Кажется, это может принести вред ему и тому, кого он будет лечить. Но почему, каким образом ? Он не понимал. Слишком много у него накопилось в последнее время вопросов. Как разобраться ? Внезапно он почувствовал усталость от всего этого и глубокое одиночество. Вспомнил Лилю и девочку, которая снилась ему вместе с ней. Понимая, что желание найти Лилю через десять лет, после их расставания, являет собой абсурдную идею, Виктор отказываться от нее не собирался. "Будет, что будет. Я только посмотрю на нее и все". Ведь зачем-то она снилась ему столько лет. "Надо форсировать поездку на Псковщину",-решает он.


***

То, что произошло на следующий день, что называется, ни в какие ворота... Уже вчера после лечения Ивана Удальцова Виктору стало значительно лучше. Сегодня он чувствовал себя как никогда энергичным и здоровым. Ничего не болело. В стопах ног и в ладонях рук происходило какое-то приятное покалывание, а иногда даже ощущалось тепло. Пожалуй, это странно, так как обычно руки у Виктора были слегка прохладными. Случалось, после выпитой водки они становились холодными, на что не раз выговаривала ему Ирина, когда Виктор прикасался к ней чтобы попытаться пробудить ее ответную ласку и завершить романтический вечер. Она почти никогда не отвечала сразу. Требовался нажим. Да еще водка эта....

К концу рабочего дня он заглянул к Людмиле Сергеевне подписать договор. На его вопросительный взгляд Людмила радостно кивнула головой и улыбнулась - все хорошо.

Внезапно она поднялась из-за стола и поцеловала Виктора в щеку, однако ее поцелуй, как показалось Виктору, был чуть дольше чем положено простому знаку признательности. Может быть это было не так. Неожиданно он взял Людмилу за руку и посмотрел ей в глаза. У нее были красивые карие глаза, такие же были у его отца.

- Все наладится,- произнес Виктор.

Он чувствовал как горят его ладони, слегка сжимающие ладошку Людмилы. Вдруг ему стало понятно, что сейчас он испытывает не только дружеские чувства.

- Я знаю. Она смутилась. Высвободила руку и села в кресло. Затем стала быстро

что-то рассказывать про Ивана и, наконец, замолчала. Виктор хотел было взять подписанный договор, но Людмила заговорила снова. Виктор впервые узнал , что

она считает его другом. Что, еще до того как он ей помог, она почему-то считала его другом. И в этой частной фирме, где во общем-то все чужие люди и даже соперники, ей легче все это переносить, потому что она чувствует, что рядом есть такой дружески настроенный к ней человек.... Она говорила ему еще теплые слова. Все это было неожиданно. Виктор всегда мечтал иметь женщину-друга и не верил никогда, что с женщиной возможно дружить. Не верил и сейчас. Растерялся. Был не готов к такой откровенности. И понес совсем не то, что возможно хотел бы сказать в этой ситуации, чтобы сохранить дружбу.

- Людмила, экстрасенс от вашего пакета категорически отказался. Теперь я вынужден один вечером в своей комнате в ПТУ пить "Абсолют" и закусывать конфетами... Может быть вы мне тогда составите компанию ?

После того, как он это произнес у него была полная уверенность, что Людмила "придет в норму". Тогда можно будет вернуться к прежней дистанции между ними. Но Людмила Сергеевна, внимательно посмотрев на него, спросила: - Когда ?

- Сегодня, - ответил его оппонент.

Он делал совсем не то, что хотел. Вернее, он хотел, но этого не следовало делать. Что

подумает Людмила теперь? Он взглянул на нее.

- Вы как будто расстроились, предложив мне вечер,- спросила она и улыбнулась.

"Нет, кажется все в порядке",-решает он. Они договорились встретиться у метро, чтобы никто из сотрудников их не увидел вместе. "Глупо думать, что ты пользуешься ее положением. Она взрослая самостоятельная женщина. Здесь что-то другое",-подвел черту оппонент, когда Виктор медленно шел к себе по длинному коридору офиса.

До назначенной встречи оставалось десять минут, до метро идти пять минут. Виктор колебался. "У нее болеет муж, а она...". "Чистоплюй и дурак. Людмила - замечательная женщина, она к тебе расположена, может быть устала от своих проблем, а жить-то хочется. И тебе ведь давно женщину надо... Что ? Все равно нет ? Тогда ищи, где поколоть дрова или звони в колокола, Чилентано". Оппонент был прав, и Виктор, посмотрев на часы, заторопился к метро.


***

Он долго не отпускал ее и , наверное, что-то было не так, но совсем немножко. Наконец, Людмила стала одеваться, объясняя, что надо успеть еще заехать к подруге.

- Зачем тебе к подруге ?

- Вернусь домой вместе с ней, чтобы Иван зря не мучился. И мне так увереннее перед ним.

На автобусной остановке, поцеловав его, она сказала, как будто вновь за что-то оправдываясь:

- Первый раз, понимаешь ? Ты не можешь себе представить эти два года моей жизни.

И попросила: - Не осуждай меня, Виктор, ладно ?

- Да я и...

- Я же тебя всего чувствую. И она, снова поцеловав его в щеку, легко побежала к подошедшему автобусу.

Теперь идеалист ее почему-то не осуждал.

Виктор подошел к темному корпусу, в котором он занимал комнату, и среди неосвещенных окон нашел взглядом свое окно. Было очень одиноко. Еще какие-нибудь полтора часа назад за этим окном они с Людмилой любили друг друга. И как это происходило никто не слышал, даже сторож сидел совсем в другом здании. Он вспомнил рыдания Людмилы и все остальное....

- Извини, что все это тебе... Он стал совсем другой..., совсем другой. Я не чувствую его так, как раньше... Я плохая жена, -жаловалась она потом, когда собирались.

Никто никогда не узнает ее тайну, и дай ей Бог терпения. Но внутри пусто.... Он знал, что сейчас душа Людмилы опять была с Иваном, а ему не к кому было прислонить свою душу.


***


Он вспомнил, как однажды еще не поздним вечером Ирина тоже пришла домой с подругой. От нее слегка попахивало коньяком и духами "Опиум". На Ирине было надето открытое красное платье в талию с широким поясом. Тогда для нее, наверное, был период расцвета - блондинка в красном платье, еще молодая и, при желании, немного загадочная...

Накануне вечером Ирина примеряла это новое платье и подбирала макияж. И Виктор, прозревший вдруг, как хорошо выглядит его жена, приставал к ней, но получил раздраженный отказ. Он еще не понимал ничего...

Подруга Неля щебетала тогда без умолку, а Ирина, выглядела чуть усталой, движения ее были замедленны - что-то в ней было незнакомое. Или давно забытое ? Зачем она притащила эту мельницу Нелю? Подруги потом еще долго трепались на кухне и, кажется, пили вино. Виктор, уставший за день на работе, так и не дождался жену и прилег отдохнуть. Часа в два он проснулся - Ирины не было рядом. Заглянул в зал - она спала там, постелив себе на диване.

Утром она была совсем прежней Ириной , совершенно не похожей на вчерашнюю женщину с туманом в глазах. Также бегала в бигудях из ванной на кухню, подгоняла сына в школу и втолковывала ученому мужу, что вчерашний суп на балконе.

Аналитик в нем, перетряхивая все это целых три дня, наконец обо всем догадался. Однако момент для выяснения отношений был уже упущен, он хорошо знал свою жену -цепляться бесполезно, теперь Ирина будет молчать.

Виктору не было жаль Ивана Удальцова, что ему изменила жена, и теперь уже не было жаль себя.

***


В научно-производственной фирме "Меркур" кипели торговые страсти. Попытка продать несколько контейнеров с просроченной колбасой, привезенной из Карелии, закончилась скандалом с фирмой-покупателем из-за сильной плесени, появившейся на колбасе уже на прилавках магазинов. Ларионов пытался уклониться от решения неприятного вопроса, но получил прямые угрозы в свой адрес. Когда Виктор зашел к нему по каким-то своим делам, шеф раскрыл свой черный дипломат и искал в нем печать фирмы. Виктор увидел в дипломате наган и гранату-лимонку. Заметив его взгляд, Александр Владимирович мрачно произнес:

- Хреново все. Будем обороняться.

Это было трогательно и смешно. За время работы в "Меркуре" Виктор насмотрелся этих братков-рэкетиров. Наверное, подобных ребятишек нанимают, чтобы проучить должника. Здесь дипломат раскрыть не успеешь. Похоже, это понимал и Ларионов, а носил этот хлам для самоуспокоения или просто играл на публику. Колбасу он распорядился взять обратно у солидного покупателя. У покупателей пожиже рангом Ларионов возврат не принял. И недвусмысленно пригрозил прислать "бойцов", если не будет заплачена ему та часть денег, которая по договору причитается после реализации товара. Почти все работники фирмы, за исключением Ларионова и заместителей, несколько дней мыли возвращенную колбасу и продавали ее здесь же, недалеко от офиса, прямо на улице с лотка. Выкрутились, колбаса ушла. На то она и колбаса....

Виктор пару раз при случае выяснял с Ларионовым, насколько далеко тот способен пойти, если ему не заплатят деньги за испорченный продукт. С удивлением Виктор понял, что Александр Владимирович способен пойти на любые меры. Вообще со временем для Виктора стало ясно: бизнесмены и криминал связаны крепкой связью. Они нужны друг другу и в данных условиях просто друг без друга не могут существовать. Такие отношения для него были неприемлемы. А Ларионов знал - выжить сейчас и не завалить бизнес может только волчара-шакал. Он давно перешел границу, которую устанавливает для себя каждый человек и знает, когда ее переходит. Наступает момент, когда нет границ. Ты ждешь постоянно удара и сам никому и ничего не спускаешь. Причем дело превыше всего. Люди потом. Раньше на их с Виктором службе на первом месте была Родина, а люди потом. Получается при любом раскладе, почему-то люди всегда потом.

Несколько раз Ларионов заводил с Виктором разговор, что готов ему выделить небольшую долю акций в его АОЗТ. Со временем, когда Виктор больше будет разбираться в бизнесе, он готов даже сделать его директором фирмы, а самому открыть еще одно дело. Сначала это показалось заманчивым. По крайней мере, работа не скучная. Теперь Виктору становилось ясно, что соверши он такой шаг, согласись с этими предложениями, и вряд ли его из этого дела отпустят, если что. Или игра по их правилам, или.... Жизнь испытывала его со всех сторон, не провалиться ли он в болото какого-нибудь корыстного интереса. Не продаст ли он свою свободу выбора за миску похлебки, хотя и очень сладкой иногда, но дающей неизбежную отрыжку, так как готовят эту похлебку на адской кухне обмана, разврата и вседозволенности.

В то же время аппетит Ларионова возрастал с каждым днем.

- Хочу себе еще один оптовый склад прикупить, ну и маленький "свечной" заводик подобрать. Такая борзая торговля - это, конечно, временно. Надо что-то посолиднее завести. Да и денежки можно отмывать на производстве. Давай, давай, Виктор Вячеславович, езжай скорее на свою родину. Сначала дашь им заказ станков на двадцать и сотню мельниц. Если неплохо справятся, купим их с потрохами. Вообще посмотри что там и как. Есть ли надежные люди. Кто из местных бандюганов контролирует этот завод. Количество бойцов и связи со Псковом. Сколько попросят на лапу местные власти. Ну, ты теперь все это не хуже меня знаешь.

Виктор знал - без братков и отката нынче дела не делают. В первых числах июня, передав дела Коробейникову, он поехал на родину, взяв с собой сына погостить у бабушки.