# Взрослый сын

Борис Федорович Морозов

В з р о с л ы й с ы н

Рассказ

Юрию Прокофьеву

1

- Наш Евгений уже совсем взрослый, учится в столице на четвёртом курсе, симпатичный, высокий, одним словом, самый-самый, а до сих пор без любимой девушки, - порой жаловалась мать, складывая проверенные тетради в аккуратную стопку.

- Успеется, всему своё время, - машинально успокаивал отец. - Твой любимый Пушкин познакомился с Гончаровой и женился когда? В тридцать. А сыну только двадцать один.

- Но это Пушкин, а мы-то поженились, когда ты учился на втором курсе.

- Мы - это мы. Сейчас, голуба, другой темп жизни и другие нравы, - философски отвечал отец, вспомнив, что в молодости тоже был робок с девушками.

Однако мать переживала за сына и в каждый его приезд на выходные, либо на каникулы затевала кухонные разговоры о студентках: сколько в группе? А на факультете? Кого больше блондинок или брюнеток? Как одеты? Красивые?

И вот, однажды в ноябре Евгений с дискотеки пришёл вечером не один.

- Знакомьтесь - это Варя.

Круглолицая полноватая девушка, складывая зонт, смущенно улыбалась, показывая очаровательные ямочки на раскрасневшихся щёчках.

Мать была на седьмом небе от счастья, радушно подала гостье руку и продолжала незаметно осматривать. Ага, лицо без косметики, никаких украшений, только простенькие красные сережки. Скромная, значит, хорошая. Дай-то Бог!

- Варя - студентка здешнего медицинского колледжа, у них общежитие в одиннадцать закрывается, можно, она переночует у нас? - робко спросил сын, смущенно поправляя очки.

Мать глянула на отца, и, опережая его согласие, торопливо ответила:

- Разумеется! Я постелю в зале, диван свободен.

Евгений ласково приобнял девушку, увлек в свою комнату.

- Может, чаю попьете? - спохватилась мать вдогонку.

- Хорошо, мама, только немного обсохнем, - радостно крикнул сын из-за двери. И тотчас оттуда послышался тихий смех, глухая возня.

Счастливая мать переглянулась с отцом, подняв одобрительно большой палец, а он многозначительно улыбнулся.

К чаю Варя вышла под руку с Евгением, и за столом сидела скромно, избегая пытливые взгляды родителей. А им хотелось расспросить ее про отца-мать, чем занимаются, где живут, но боялись смутить девушку излишней назойливостью.

Обсуждая это событие, родители в постели ещё некоторое время перешептывались.

Мать: "По виду скромная".

Отец: "Чересчур простая, видать, из глухой деревни".

Мать: "Убавь свой басище, ведь в зале всё слышно. Если уж поступила учиться в медицинский колледж, то не совсем дремучая".

Отец: "я бы на его месте нашел городскую".

Мать: "Городские все балованные, и курят, и пьют, и ругаются как парни".

Отец: "Зато красивые, изящные, а эта..."

Мать: "С лица воду не пить".

"Скромная - это хорошо" - подумала мать, засыпая.

Рано утром осторожно приоткрыла дверь в зал - Вари нет. Заглянула к сыну.

- Отец, - заполошно шептала она, расталкивая мужа. - Девушка у Евгения в постели!

- А где ж ей быть? Формулируй правильно: сын спит с любимой девушкой, - зевая, ответил он. - Успокойся, голуба, нынче время такое, молодые живут с девизом: "Всё и сейчас!" Как говорили древние: "Карпэ дием" - срывай день, лови мгновенье.

Мать слушала его, недовольно поджимая губы: "Вот тебе и скромница!"

Утром за столом, вконец смущённая осуждающим взглядом матери, девушка рассеянно брала ложечку, то и дело помешивала кофе и молчала, не поднимая глаз. К обеду немного освоилась, рассказала о своем провинциальном городке, а в конце ужина вызвалась помыть посуду. Так закончился выходной, день первого с ней знакомства.

Восьмого марта родители преподнесли Варе косметический набор, она в ответ подарила матери импортную чёрную краску для волос, а отцу бутылку чешского пива "Консул", какое он любил.

Потягивая пиво, отец мысленно восхищался почтительной внимательностью Вари, которая успела запомнить его пристрастие к "Консулу", и приветливо смотрел, как она сноровисто помогала матери готовить праздничный стол. Женщины жарили курицу в духовке, затем сбивали крем для торта и все время безумолчно говорили, говорили. О её родителях, об учебе, и, конечно же, о Евгении.

- Надежда Евгеньевна, вы преподаете литературу, на столе у вас бюст Пушкина, наверное, и Женю назвали в честь героя романа "Евгений Онегин"?

- Да, это имя нам по нраву, к тому же, так звали моего отца.

- Ой, и правда, а я сразу не обратила внимание.

Мать не могла ею нарадоваться, ласково называла Варенькой и своё восхищение передавала сыну:

- Я думала, таких скромных и не бывает, сейчас девушки носят штаны, курят, делают макияж до такой степени, что иной раз жутко смотреть, будто синяки под глазами, а Варенька - просто чудо. Лучшей жены я для тебя не мыслю, ты скоро заканчиваешь университет, можешь жениться. Нам она пришлась по сердцу. Так ведь, отец?

Отец согласно кивнул и улыбнулся, вспомнив пиво "Консул".

- Я привязалась к ней, как к доченьке, - повторила мать несколько раз.

- Ты, голуба, смолоду привязчивая, всегда плачешь, расставаясь со своими выпускниками. Впрочем, Варя и мне понравилась, я другой снохи не хотел бы. Ласковая. Внимательная.


2

- Ну, погода! Ни то ни сё, ни два, ни полтора, скользота страшная, только на машине и ездить, у неё четыре конечности, а на наших двух того и гляди шлёпнешься, - послышался в прихожей бас отца. Ветеринар клиники "Айболит", он часто в шутку руки-ноги называл конечностями.

- Как ты, голуба, дошла от автобуса, не поскользнулась? Что делаешь, опять тетрадки? Тебе, наверное, темновато, - спросил он и включил верхний свет.

- Ничего, хватает настольной лампы, но так, разумеется, получше, спасибо. - Вот, проверяю сочинения своих девятиклассников. Я попросила их высказать мнение о бед-ной Лизе. Не о произведении, а о самой героине. Вы изучали в школе "Бедную Лизу"?

- Карамзина? Не помню, но в детстве читал, - отозвался он уже из кухни.

- Да, позвонил Евгений, сказал, что заедет в общежитие к Коле, а потом они сразу сядут на семнадцатичасовую электричку и часам к девяти прибудут, проведут у нас вы-ходной. Ты пока чего-нибудь перекуси, а к приезду ребят я приготовлю ужин. Вот, послушай, что мои ученики пишут, - подняв к свету тетрадку, прочитала мать: - Лиза никогда бы так не поступила, и не бросилась в пруд, если бы смотрела телевизионную передачу "Давай поженимся". Тебе слышно?

- Слышно, голуба, слышно. Что ещё?

- Ещё? - она открыла тетрадь из проверенной стопки: - Лизе надо было рубить дерево по себе, а не гоняться за богатым москвичом. Обвенчалась бы с односельчанином, осталась бы жива, собирала бы ландыши, за матерью ухаживала бы". Видишь, что придумала: сослагательное "бы". И это пишут девочки.

- А мальчики? Не оправдывают соблазнителя Эдварда?

- Эраста. Нет, не оправдывают. Хитрецы, боятся, что за содержание могу поставить "неуд".

Он вышел из кухни с булочкой и бокалом молока, остановился около жены, наблюдая процесс проверки:

- Грамматических ошибок много?

Она не ответила, а вдруг спросила:

- Как думаешь, Варя пожалела бы Лизу? Ведь Карамзин полагал, что девушки будут плакать, читая его повесть.

- Варя? - он отошёл к тёмному окну. - Думаю, да, судя по тому, как она переживала, слушая мой рассказ про жерёбушку. Помнишь, голуба, я работал уже в "Айболите", когда за мной приехали с частного конезавода. Кобылка ожеребилась и, видимо, копытом повредила своей малышке переднюю конечность. Богатей сказал, что ново-рожденная от ахалтекинца, очень дорогая, надо вылечить, не применяя гипс. Я расколол длинное полено на лучинки, привязал их бинтами так, что все суставы, кроме плечевого, оказались неподвижны... А не пора ли нам заняться ужином? - прервал он рассказ. - Думаю, пора. Тогда пойдём, голуба, доскажу на кухне.

- Так вот, в течение месяца я дважды укреплял лучинки новыми бинтами и вскоре жерёбушка стала потихоньку передвигаться по деннику, явно радуясь жизни. Через полгода меня пригласили в краснокирпичные лошадиные хоромы и сообщили, что жерёбушку необходимо выбраковать и сдать на мясо. Такой приговор сделал жокей, дескать, лошадка не пойдет под седло, так как за время болезни привыкла хромать, и эта едва заметная хромота в судьбе чистопородной лошади оказалась роковой. Когда зарезали, я из профессионального любопытства вскрыл место перелома, и ахнул: оказывается, кость срослась идеально. Вот эту несчастную жерёбушку Варя и жалела. Кстати, а ты сообщила ей, что Евгений приезжает?

- Нет. Она ведь на выходные собиралась к себе, навестить родителей, - ответила мать, зажигая под кастрюлей газ.

- Ах, да, я и запамятовал, - улыбнулся он, представляя пухленькую Варю и очаровательные ямочки на щеках.

У ветеринара и студентки медицинского колледжа всегда находились общие темы для разговоров. Наливая очередную чашку чая, он говаривал ей: - Репетатур, что по-русски значит - повтори, а иногда - бис репетатур, то есть, повтори дважды. А если он разрезал пирог или торт, Варя наставляла его тоже на латыни:

- Алексей Георгиевич, дивидэ ин партэс эквалес - раздели на равные части.

А мать при этом ревниво советовала:

- Перед тем, как резать, подержите нож под холодной водой, чтобы торт не прилипал и не крошился.

Прежде ему приходилось лечить крупных животных. Выпускник Московской сельхозакадемии, он ставил на рецептах металлическую печать со словами по окружности: "Ветеринарный врач Поливанов Алексей Георгиевич". Практиковаться довелось в большом совхозе "Ручьи" под Ленинградом, тогда в каждом хозяйстве были коровы, свиньи, овцы, в каждой деревне - конюшня... А теперь, когда возвращался с работы, жена подтрунивала:

- Как поживают твои Котофеичи и Собакевичи?

Варя же спрашивала более серьезно: много ли хлопот с кошками и собачками?

- Живут кошки, живут и собаки, - откликался он с иронией. - И те и другие пред-почитают переселяться в теплые квартиры и растягиваться на всю длину дивана, а кош-ки из тепла вообще на улицу не выходят, так что мыши перегрызают провода, ведущие к телевизорам и компьютерам. Хозяева часто спрашивают совета, как вылечить лежебок от лени? Может, у вас, в медицине есть радикальное средство? Ведь медицина и ветеринария науки смежные.

Варя слушала, улыбалась, показывая ямочки на щеках.

Обходительная, внимательная, она и с матерью находила темы для разговора:

- Надежда Евгеньевна, как вы ведете себя с учениками? Очень строгая к хулиганам? А после девятого многие ли собираются пойти в десятый?

- Дисциплина вроде нормальная, но многие мальчишки собираются после девятого в колледж, поэтому иногда прогуливают уроки, считают, что там знания нужны минимальные. Некоторые девочки настроены так же. Раньше колледж, мы ещё помним, назывался профтехучилищем. В нынешнем году две моих девочки, сестры-близняшки, поступили туда учиться на поваров. У них мамы нет, девочки хорошие, смогут ли нормально трудоустроиться? Недавно видела их отца, тот рассказывал со смехом, как во время подготовки к экзаменам по кулинарии, дочки напекли блинов на неделю вперед. Так они тренируются перед каждым испытанием. А ведь в жизни и это понадобится, да?

- Конечно, - вступал в разговор отец, думая, что все-таки колледж колледжу рознь. Ему нравилась будущая Варина профессия. Однажды он лежал в больнице, насмотрелся на медперсонал. Особенно нравилась одна медсестра, Маша, которая круглым лицом, походкой и доброжелательностью напоминала Варю. Больных тогда было много, некоторые кровати стояли в коридоре. Маша то и дело пробегала в ординаторскую и обратно, останавливалась на секунду около коридорных, среди которых был и он, поправляла кому одеяло, кому трогала лоб, а стонущему клала в руку незапланированную таблетку от боли. И всё это на ходу, легко, с добрым словом и ласковой улыбкой. Недавно он встретил её на улице неуклюже беременную. Поздоровался. Маша узнала его и, чтобы предупредить вопрос о фигуре, шутливо сказала:

- Видите, округлилась "на один бок", как шутят медики, нечаянно проглотила кислородную подушку.


3

- Ну, что ж, голуба, всё готово к приезду гостей, - отец посмотрел на часы. - Минуло три часа, парни должны заявиться с минуту на минуту, если успели на семнадцатичасовую.

Только он проговорил, как щёлкнул замок входной двери.

Рядом с Евгением стояла такая же высокая, стройная девушка в джинсовых брючках и коричневой куртке-пуховике.

"Вот так Коля!" - недоуменно переглянулись родители.

- Мама, папа знакомьтесь, это Оля! Оля, давай шапку и куртку, переобувайся, проходи, ванная здесь. Знаете, Оля будущий авиаконструктор, занимается в парашют-ном кружке, у неё уже четыре прыжка с высоты восемьсот метров, - восторженно говорил сын, проходя к столу, на котором так привычно стоял бюст Пушкина, а справа лежала пачка уже проверенных тетрадей. - Оле хочется побывать на родине Туполева, так что о нас не хлопочите, мы завтра весь день в бегах. С утра поедем на автобусе в сельцо Пустомазово, потом - в краеведческий музей. Она только переночует сегодня и завтра, а в понедельник мы помчимся на раннюю электричку, чтобы успеть к первой паре. Мама, папа, Оля из Торжка, она давно мечтала побывать в наших краях.

- Ну, вот и хорошо, - наконец, пришла в себя мать. - Оле я постелю в зале на диване, а сейчас прошу всех к столу. - Она обернулась к гостье, не называя ее по имени.

- Спасибо, только я хотела бы привести себя в порядок, - сказала Оля и нежно по-смотрела на Евгения: - Ты куда положил мою сумочку с косметичкой?

- В зале, пойдем, покажу.

Через некоторое время оттуда послышалась возня, скрип дивана, затем громкий смех Евгения и тихий, переливчатый - Ольги.

Пощипывая седеющую бородку, отец грустно подумал: "А что же он о Варе ни слова, ни полслова? Ни сам не сказал, и нас не спросил".

Когда молодые вернулись, он взял с книжной полки книгу местного краеведа Юрия Крюкова "Загадка сельца Пустомазово, или Что случилось с родиной Туполева" и подал девушке:

- Почитайте. Хорошо, что вы интересуетесь нашим земляком, сейчас история России в загоне. О селе Пустомазово есть замечательные стихи местного поэта Юрия Прокофьева, я потом найду.

Поужинали быстро, тихоголосая застольная беседа почему-то не ладилась, мать с отцом чувствовали себя неловко. Телевизор не включали, решив пораньше лечь, ведь молодым надо проснуться чуть свет.

Разошлись по комнатам. Спустя некоторое время послышались вороватые шаги и переливчатый девичий смешок в комнате сына.

Отец стоял у окна спальни, смотрел, как падает снег: "Крупный, сыроватый, значит, ходить будет не так скользко. Давно пора, а то зима какая-то невразумительная, через неделю Новый год, а ни Волга не встала, ни Кимрка".

Не спалось и матери. "Значит, Оля из Торжка, - огорчённо думала она. - Торжок... Гостиница Пожарского... Прутненский погост... Анна Керн... "И жизнь, и слезы, и любовь", писал Пушкин.

"И слезы, и любовь", - мысленно повторила она, вспоминая это романтическое увлечение поэта. - Пушкин повстречал Анну в Петербурге, а через несколько лет почти ежедневные свидания с ней в Тригорском, затем такие же частые встречи опять в Петербурге. Теперь она мать трёх дочерей, дружила с сестрой поэта Ольгой, в честь которой назвала младшую дочь, принята в доме родителей Пушкина. А он? Зимой двадцать восьмого года вбежал к ней в комнату, радостно повторяя последний написанный им стих: "Ударил бой, Полтавский бой...". Он ещё не женат на Гончаровой, а Анна после смерти мужа генерала ещё не вышла за своего троюродного брата... "Вот вам кольцо моей матери, носите на память обо мне". Что, если не признание в любви мог означать её подарок поэту? А на следующий день он ответно привёз ей кольцо с тремя бриллиантами...

Все эти картины промелькнули, будто на экране, и мать вздохнула: "Выходит, действительно, "...здесь некогда меня встречала свободного свободная любовь""?

Вспомнилось, как однажды в составе комиссии ей довелось побывать в нескольких сельских школах. В деревне Фролово школа не действовала, и в здании летом размещался студенческий стройотряд. В самой большой классной комнате, на бревенчатой стене крупной печатной латиницей красовалось: Фри лав!

"Фри лав!"... Мать встала, подошла к окну, за которым сыпал ясно видимый под фонарём долгожданно обильный снег, спросила мужа:

- Неужели от века к веку любовь становится всё свободней, и эта свобода становится нормой?

И заплакала.

- Не знаю, - задумчиво ответил он, неловко пряча лицо, и медленно провел рукой по начинающему запотевать стеклу: - Пора, голуба, спать. Будильник я поставил на полседьмого. Утро вечера мудренее.

Немного помолчав, повернулся в сторону спальни сына и проговорил:

- Успокойся, ведь ещё ничего не случилось. Сын вполне взрослый, разберется без наших советов.

Сказал, а сам подумал: "Конь о четырех ногах да спотыкается". Спустя некоторое время вспомнил разговор с женой о сочинении на тему повести Карамзина и прошептал в темноту:

- Бедная Варя!