# Извивы

Юрий Васильевич Панченко

Юрий Панченко


Женщине.


Извивы

Московское лето буянилось солнечными ветрами.

Отчётливо вбивая стуки каблуков по дубовому паркету, резкая, стеблистая не тонким не толстым изящной породистости телом, энергично вошла в свой домашний кабинет знающая, как писать сценарии для кино многих серий. За столом её, руководительницу группы, с листами бумаги ожидал почти ровесник, молодой соавтор.

- Добрый день, сегодня мы продолжим...

- Здравствуйте, Алевтина Аркадьевна, - привстал соавтор и сел на стул.

- Будем писать тему... тему вынужденного расставания... и основное по содержанию - какие ощущения испытывает мужчина, - твердовато, как выпытывая произнесла, остановившись и глянув в глаза - когда узнаёт, ему изменила жена. На кадре, представим, женщина в профиль, мужчина в фас...

- И кричит своей овчарке команду - фас!

- Без шуток, Фёдор, мы работаем... и работы много. По ситуации у них детей нет, а есть совместные банковские дела, и кроме измены муж понимает, - диктовала наставительно, стуками каблуков прохаживаясь перед столом, - вместе со вчерашними семейными обрушены и дела банковские...

- Мне сразу расписывать?

- Когда идёт наброс материала - не до тонкостей, - подтвердила простукиванием каблуков по паркету.

- Запомнил, распишу позже, - наклонился лобастой головой к листу, записывая понравившееся правилом для себя.

Стеблистая, извивистая, как линии в архитектуре модерн, - отмечал себе соавтор, чиркая план работы на листе... поглядывая на не широкий и выпуклый под тонкой юбкой зад упруго идущей сейчас от него к высокой светлокоричневой длинной тумбочке с накладными полосками узоров...

Как блестящим лаком икры прямых ног обтянуты прозрачными тончайшими колготками, слегка охристой светлости...

Густая широкая пшеничного цвета причёска с начёсом на лоб, уверенные в необходимости строгие крупные очки, тонкие бретельки на золотистых плечах тонкого верха красноватого-бурого костюма с непонятными орнаментами по низу - юбка и блузка напущенная сверху на неё, с обрезом под ключицами, и чёрные бретельки чёрного лифчика... исполнением, времена показа интимного... принагнувшись, положив локти на тумбу и отведя талией, легко согнутыми ногами зад в его сторону, обернулась, продолжила уверенно диктовать...

- Откуда вы знаете, Алевтина Аркадьевна?

- Думаю, весь вечер работала, отсюда и знаю. Воображение творческое помогает. Итак, записывайте дальше... Крупный план, лицо её мужа в фас, она в профиль злым лицом...

- С ним? С мужчиной злым? Не понял.

- Не с ним, - со злым лицом. Женщина. Лицо женщины.

- Ну да, её выбросят из богатого быта, из загороднего особняка...

- Понимаете, как и что... Работайте, Фёдор, прилежно и настойчиво работайте. У нас сроки сдачи материала определены по договору.

Подошла, пальцами легко опёрлась на стол, во второй держа пачкой листы и с них наброски диктуя... Занося ногу за ногу заступанием, как идя вокруг себя же, пошла в сторону зеркала в углу... ногами прямыми, уверенными, всем мужчинам они нравятся... блещением прозрачных колготок лёгкого песчаного цвета отсвечивают... лица вослед поворачивают... сзади обнажённая срезом блузки до низа двигающиеся под кожей от движений рук чистейшие лопатки...

Соавтор втянул нижнюю губу, прикусил, стараясь отвлечься от разглядываний красивой породистой молодой женщины и полностью втянуться в материал сценария... ну как-то отстраниться... от сравнения породистой женщины с породистой лошадью, почему-то и правильно подходящим и оскорбительным для неё, что ли? В тумане не разобраться...

Твёрдо выстукивая каблуками по паркету проходила мимо него, остановилась, принагнулась, через плечо разглядывая записанное им, запахло свежестью лесных ландышей...

- И дальше мы сможем устроить поворот от разбирательства скандала семейной пары в сторону полёта Тимофеева, основного персонажа, в Америку на конференцию...

- Мы и в Америку полетим снимать фильм?

- Не знаю, - высказала чётко. - Сейчас мы обязаны исполнить контракт и написать сценарий. Какие страны напишем, в них и полетим со съёмочной группой.

Встала у стола в полупрофиль, пальцы руки на стол твёрдо, с показом я здесь решаю, во второй листки для считки заранее сделанного ею... диктуя голосом настойчивым, с запрещением возражений...

Соавтор правой строчил на бумаге, второй рукой зажал кое-чего под столом, для неё вроде невидимо...

- Тебе в туалет нужно? - спросила, сбоку стрельнув через очки.

- Не надо.

- А почему ты руку на ширинке держишь и жмёшь?

- Да так... случайно... Видите через столешницу?

- И в Америке на конференции... подожди, подумать и проверить на прежних страницах, кто с ним полетел...

Лёгкая, изящная, стеблистая, извивистая, - вертелось в голове у соавтора, уплывшего в сторону от сценария... - Кому такие Алевтины Аркадьевны достаются... губы полноватые, добрые...

Подошла к столу, глянула как постороннее на его бумаги... глянула поверх очков внимательно...

- Что вы созидаете? - развела полусогнутые руки в стороны, подогнув на свободной последние пальцы. - Нет, что вы вытворяете? Мы пишем сценарий, а ты - сразу опустила его в значении, голую тётку в фас нарисовал? С пучком волосищь под животом? - Швырнула свои бумаги с записями на паркет. Резко. - Нет! Я не понимаю! Вы начинающий сценарист, крепкий молодой человек, жизнь распахивается впереди, тебе работать и работать надо! Вка-лы-вать!!! Что у тебя в голове? Голая тётка какая-то! - швырнула на пол. - Кошмарно! Не допустимо!

Прошла мимо стола и рухнула на широкое кресло. Отчаянно. Опустила лицо на ладони.

Полудевушка вчерашняя... полуженщина начавшаяся... как сирень, распустившаяся цветением... цветами многими...

- Алевтина Аркадьевна, ну почему сразу так? Предположим, у меня появилась творческая идея?

- Какая идея? Какая? - подняла голову гордо и внимательно.

- Предположим... они вместе... наняли лодочника с моторной лодкой...

- Е-рун-да!

Пригнулась от талии тревожным вниманием и увидела - на край пухлой головки толстенького столбика над ширинкой натягивает медленно круглую тонкую кожу и опускает, натягивает неторопливо и опускает...

- Ооооой! Жуть! Жуть! Не допустимо! Не дозволительно!

Встал и отчаянно подошёл к ней в штанах, наверху полностью расстёгнутых. На прорыв, на будь что будет. Пригнулась лицом, близко глянула на ровно горизонтальный, - а? ой? - сорвалась из удивление в отвержение... в поразительность... взмахнула руками, - как у быка! Кошмарно!

Помолчавшая. Посмотревшая заново. А новыми минутами... а улыбнувшаяся встречаемо... поднялась на ноги...

Прижатая встретившими руками, обнятая со стороны лопаток и сама крепче прижалась спиной, вроде вырываясь, извиваясь, извиваясь напоминанием вырваться, выкручиваясь из рук, а одна рука приподняла блузу навыпуск снизу прогладила потеплевший живот забралась в самый лифчик притиснуто надавливая на груди, кругами по ним кругами... отражаемыми раскачиваниями на стебельных ногах, извиваниями, извиваниями тела... а рука свалилась вниз, в пах самого живота, прижала под самым животом её там, спрятанную... заставила принагнуться вперёд, руку его чувствовать острее...

- Аааа? - удивилась... - Уходи, невозможно ужасно... Не разрешаемо, не допустимо...

Молчал и гладил по голым плечам с тонкими бретельками...

Отступила на два шага, подумала, опустив лицо... сняла очки, из-под верхних век посмотрела встречаемо на него, на его горизонтальный посмотрела подольше... положила снятые очки на стол, предупреждая о движении к нему. Посмотрела на пол стыдливо, крутанула туфелькой, поджала согнутые руки вверх, подошла, вмещаясь во встречаемые объятья спиной к молодому и сильному. Стеблистостью рук, стеблистостью тела, стеблистостью желаний извиваясь, извиваясь, прижимаясь к сильному телу то спиной то боками то животом, ногами к ногам, как пробуя полностью вместиться в тело рядом...

И руки его по бёдрам, по бёдрам, развернув её спиной к телу, завернули юбку кверху закрутили по выкругленным полушарам половин зада высокого, не на подколенках... и по заду мять, гладить, мять, давить вжимаемо, вжимаемо... И лицо само наклоняется, притягивается вниз, вниз, смотреть на горизонтальный, дымящийся неотвратимостью хотения, и вместо слов раздельных ым... ум... ым.. ууу... бормотания то ли притягиванием то ли разрешением... а руки сами по телу крепкому, а руки крепкие поднимают подол легчайшей юбки, а руки свои его прихватившие поверх проводят ими по бёдрам, по бёдрам, впереди и по сторонам по бёдрам... и как-то получается изгибчиво вращать телом, спиной к нему оказываясь, животом притираясь, сразу чувствуя захваченные крепкими ладонями обе шаровые половины зада под юбкой опять задранной... мнут, мнут упругие оба полушария попы, собирающей желание в самый низ живота... а горизонтальный ищется прижимается к бедру и рука тыльной стороной чаще рядом с ним, случайно натыкиваясь, чаще тянет твёрдый захватить... вместе с яйцами... тяжело почувствованные в руке... ни с того ни с сего... умыыы...ы! уууу... ай... слова невозможны... мычания, вздроги удивления тела извивы... извивы...

Полудевушка телом и гладчайшей нежной кожей... вчерашняя полуженщина...

И сама разворотом лицом откровения к лицу начала гладить мужчину по груди, бокам, сама постоянно натыкивать, случайно обратной стороной ладони касаться горизонтальный, прижимающийся к бедру, - ой, ой, ы, ы, - и сама ладонью наложенной поверх на мужскую направила его руку туда, под низ живота, нагнувшись, зная руку прижавшую внизу и отпускающую, прижавшую - ой, оооой, уууу...- верчением всего тело вворачивая извилисто в него, в мужчину, - сзади к полушарам упругим прижался твёрдый собой и тяжёлыми яйцами, передающими - ааа, ааах, плотнее... ааа... - спереди взяла его руку и по низу живота кругами, кругами, надавливая на самый низ, а другая рука утекает наверх и по грудям, блузкой пока закрытым, по грудям вращениями, - ох, ох, ойййй....- бёдрами направо-налево, покачиваясь, теряя стены... и не оборачиваясь не глядя стеснительно и тревожно с дрожью пальцев прогладила стоящий сильно, дыбом с опорой на яйца, - прогладила по яйцам, по яйцам, прогладила с ох-ох с выстаниванием по стоящему до головки, вниз и заново до... яйца полностью забрав с полусогнутые корзинкой пальцы... обкручивая, отглаживая, обворачивая пальцами тонкими тугие под ним и строгий вертикальный над ними, задравшийся выше к животу в пальцах нежности женской, в признавании без слов... покорностью...

...руку его в юбку сверху пропустив, на голый живот кругами, кругами, в самые колготки и трусики... ахххх, охххх... покачиваясь бесперестанно телом...

...откинув голову на крепкое его плечо сама вдвинула рукой его руку в трусы под юбкой и колготками и рука крепкая нашла те волосы и раздвоение толстеньких губ под ними, раздваивая, раздваивая...

...за оханьями сама юбку собрав наверх, ноги свои изнутри где нежнее проглаживая, по сторонам почти обнажённой под лобком проглаживая, пока запертую в трусах... надвигая поглаживаниями ярость возможную... и себя задирая на все верха желаний и мужской рукой ну прямо по ней проводя, прижимая к ней... в белые узкие треугольные трусики забрался, раздваивает, раздваивает её настырно, - рукой прихватила стоящий сзади, прижимающийся к телу бедра, рукой по нему, поднимая до головки и опуская круглую тонкую кожу, как видела, как он делал... от самых тяжести яиц до головки оборачивая пальцами, пальцами обкручивая...

Повернулась, сверху глянула на стоящий, от яиц до верха прогладила а по желанию плывя языком в рот, и поцелуями на поцелуи, рты распахнуты и зажимаются губами поцелуйно, переливчато, а рука мужская юбку опять задрав на круглоты попы давит, кругами наласкивает по коже упругой, давит, - на самый вход в попу не дави... больно... в попочку нельзя... и сама провела рукой рядом с мужской по выкругленным полушарам половин высокого зада, почти взвыв - ыыыы... уууу... - да надо мне твой... - не отпуская руку его с разделения попы надвое... - мне нужна твоя... прижалась щекой к щеке...

Столкнула штаны вниз, сдвинула майку наверх, присела, взяла двумя руками, провела языком по нему под ним, под самой головкой на уздечке, его сильнее напрягая, не потому что возбудить а по желанию забирая в рот глубоко и отпуская, забирая и отпуская, мягко оборачивая мешочек с яйцами под ним... подняла глаза в глаза - полижи меня внизу... пожалуйста... вставая изгибчиво на ноги и поднимая юбку до самого пупка... - стеснялся, а если ты попросила... да... хочу... - присел, видя белые треугольные узкие трусы под прозрачными тонкими колготками, пальцами сдвигаемые в сторону прямо в колготках с главнейшей сейчас выступающей бугром, лизнул прямо по колготкам повторяя и повторяя, колготки опустились в месте с трусиками до колен, запахло сильнее, лизнул в самую её, в самое желание... самую невозможность...

...отшагнула к широкому креслу, села,- сразу согнув и подняв ноги вверх, подхватив их руками под коленками, близко увидел выгнутые туго толщинками наружных губ самой нужной, покрытые пшеничными коротко подстриженными волосами, - губы верхние тугие и упругие с растягиваемой, раскрываемой розовой ложбинкой между двумя волосатыми пухлостями... пахнущей сырыми слезами на требование сдаваться... с узкой щелочкой в тело её ближе к низу... щели отрешения... - сразу лизнул по голенькой розовой ложбинке от низа и по всей... - удобно тебе, отлично устроился, - улыбнулась довольно и добро сверху.... - возбуди меня окончательно срывно языком по моему ядрышку взрыва по самому клитору... ждёт тебя... под складочкой он припрятан... попал... - улетела ото всего в мире... Уммм... - загладила его по затылку, по голове, - уммм... А! Аааа! - криком... до сотрясения всем телом... и в удивлённое воспринимание дара, дара... встал на колени перед задранными, распахнутыми ногами, взяв рукой дыбящийся провёл по раскрытой розовой лощине от низ до клитора, с коротко остриженными волосиками, - приподняв голову смотрела упорно на головку... гладящую щелочку щелки впускания... требующую встретить толстый теснотой щелочки... притёрто к розовой ложбинке провёл не помня сколько нажал головкой на клитор на ядрышко взрыва и внимательно вдавил в узкую щель в самом низу, сразу делая его толщиной своего круглой, вырывая удивление - Аааа?! Ааааааа! - взорвалась выкриком не ярости не обиды а... до зажмуривания глаз... и дальше, и ритмичнее, и глубже... додавил на глубь до невозможности дальше. Задвигал, задвигал бодро и приударяя, прихлопывая собой по приподнятой попе, вгоняя вгоняя вгоняя... запустившая в себя наблюдала с внимающим любопытством, приподняв голову с добрыми глазами согласия нужности продолжения нужности врывания врывания... расплывчато улыбалась, смотрела... крупная головка не вытаскивалась до конца, чвакала мокротой с короткого разгона в подтекающую наслаждениями дарения, дарения... врываниями, врываниями... - теперь хочу сзади... в неё...

Белые стройностью породистые ноги недавней девчонки... не широкая бёдрами... узкая щелью мышиной...

Отдавая себя без торопливости, внимательно принимая в себя ею и всей собою, в себя, в себя, из кресла поднявшись, нагнувшись плечиками на подлокотник и принимая теперь сзади, теперь накачиваясь на него сама, сама, подвиливая бёдрами и приопускаясь ниже, ею отдавая внутри полностью... почти повисая на твёрдом горизонтальном чтобы сильнее продирался по самому верху в ней, притирался, придраивал... забурчал и сорвался после его выкрика удивления кончаю - кончил на попу, на спину... обернулась и погладила от яиц до всей длинны, теряющего толщину и напор...

С колготками и трусиками, спущенными под колени, без стеснения, будто обычно, рухнула в кресло, истратившая все силы, как после работы долгой... утомлённо глянула на него, улыбнулась...

- Завтра приходи ко мне, продолжим и работу, и тут... и за границей... соавтор необычный...

Полудевушка недавняя женщина сейчас знающая... зачем и что и как...

- Почему я вас забыл раздеть?

- А я и не знаю... не раздеть сводит с ума... хотя и раздеть - важно...

- Вы знаете кто?

- И?

- Вчерашняя девушка, перешагнувшая в женщину... сирень, вся в цветах, распустившаяся...

Привстала, поцеловала протяжно... и успокоено...

Предовольно, извивчато губами и телом...

- Женщина, я тебя... - вкрутился глазами...

Приложила указательный палец поперёк на губы.

- Не станем взаимные чувства переводить в слова...

...Лето в Москве с солнечными ветрами...


16.05.2020 год.


1