# И вновь об истории Ссср

Валерий Федорович Паульман

И вновь об истории СССР


"История не знает сослагательного наклонения и развивается по капризной логике, перечеркивая наши труды и ожидания. Обижаться на историю глупо..."

Г.Андреев

"Здесь сама реализация свободы возможна только тогда, когда свободны все, более того, реализация свободы требует осознания необходимости данной взаимозависимости каждого от всех и всех от каждого".

И.Евдокимов

"Официальная советская история была мифологизирована, и всем нам трудно уйти от стереотипов".

С.Кара-Мурза.


Содержание


Вступление..............................................2

1.Образование СССР. Административное

деление СССР..........................................4

2 Гражданская война...............................12

3.Борьба за власть в

большевистской партии...........................16

4.Новая экономическая политика...............31

5.Индустриализация................................47

6.Коллективизация..................................81

7.Террор и репрессии.............................101

8.Великая Отечественная война..............133

9.Восстановление и развитие

народного хозяйства СССР после

окончания Великой Отечественной войны.153

10.Хрущёвская "оттепел"ь.....................164

11.Период "застоя"...............................174

12.Распад СССР....................................197

13.Об ошибочных концепциях..................212

14.Итоги................................................227 =====================================


Вступление


Я неоднократно обращался к истории СССР. Первый раз, когда писал свою монографию "Мир на перекрестке четырех дорог"; в ней вся вторая часть посвящена истории СССР. Последней работой, в которой я исследовал историю Советского Союза, был очерк "Спорные проблемы истории СССР" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_1190.shtml).

? Поскольку такие проблемы, как природа Великой Октябрьской революции 1917 года; существовал ли наемный труд в СССР, а следовательно - и социализм; был ли партийно-государственный аппарат новым классом эксплуататоров; какова роль И.Сталина в истории СССР; каковы причины развала СССР проанализированы мной в вышеназванных произведениях, то я на них в данном очерке останавливаться не намерен.

При написании данного очерка использованы материалы Википедии, работы Ю.Жукова, В.Земскова, И.Евдокимова, А.Островского, С.Кара-Мурзы, А.Молчанова, Д.Зыкина, А.Гусейнова, Л.Шебаршина, А.Тишкова.

По данным Левада центра кривая с вопросом "идем ли мы в правильном направлении" за последние семь месяцев рухнула вниз: c июня 2015 по январь 2016 число ответов "да" упало с 60% до 45%; число же ответов "да" на вопрос "идем ли в тупик" за тот же период выросло с 22 до 34%.

Число респондентов, не одобряющих деятельность правительства, за тот же период выросло с 37 до 48%, деятельность Думы - с 44% до 57%; не одобряющих политику Президента - с 10 до 18%. Голосование среди пользователей интернета еще хуже, на вопрос сайта "Накануне" о причине кризиса - 86% ответов - неэффективность властей. Похоже "патриотический" подъем уже не компенсирует внутренний кризис: дым развеялся. Такие процессы наблюдались в Царской России, когда систему не поддержал не только народ, но и большая часть интеллигенции, значительная часть генералитета, элит, даже часть духовенства и членов императорской фамилии.

Все большее число граждан России начинает испытывать ностальгию по СССР и по И.Сталину. По данным опроса Левада-центра, за плановую экономику высказались 52% опрошенных, а за экономическую модель на основе частной собственности и рынка - 26%. Со времен декабрьской девальвации рубля 2014 года число россиян уверенных, что их семья проиграла в результате реформ 90-х стремительно растет, достигая более 50 %.

Реальная база электората КПРФ намного выше EP, несмотря на "официальные опросы" Левада-центра и ФОМС. По текущим данным сайта "Накануне" по виртуальным выборам в Думу - ЕР набирает около 8%, КПРФ - 44%. Эта выборка не соответствует "средней", но показывает предпочтения "думающего класса". Итак, "низы не хотят", и их взгляд на будущее страны явно противоречит планам элит по дальнейшей "либерализации" и "приватизации". Общество имеет кардинальный запрос на "Новый Курс". Как пел В.Цой: "Перемен!" - требуют наши сердца. "Перемен!" - требуют наши глаза. В нашем смехе и в наших слезах, И в пульсации вен: "Перемен! Мы ждем перемен!"

При этом характерно, что все большая часть взрослого населения России положительно отзывается о И.Сталине. Так, 5 марта т.г. в интернете появились такие вот фотосюжеты:

Несомненно, высокая оценка деятельности И.Сталина, - это другая крайность. К сожалению, у работающего люда отсутствует верное понимание той модели общества, к которой надо стремиться. И в этом заключается вина партий, именуемых себя левыми или даже марксистскими.


1.Образование СССР


Административное деление СССР


Один из принципиальных вопросов становления РСФСР после Великой Октябрьской революции был вопрос о праве народов царской России на самоопределение. Среди большевиков по этой жгучей проблеме не было единства.

На VII (Апрельской) конференции Российской социал-демократической рабочей партии большевиков разгорелась дискуссия вокруг этого вопроса. В книге о Ф.Дзержинском (А.Тишков. "Дзержинский". М.: "Молодая Гвардия, 1976, с.198). сообщается о том, что с 1903 года этот вопрос был камнем преткновения в отношениях между польскими социал-демократами и большевиками. Ф.Дзержинский взял слово на конференции и заявил: "Стремление к отделению от России, сепаратизм - есть стремление борьбы с социализмом. В этом мы хорошо убедились на примере всех польских националистических партий. Если мы, признав право наций на самоопределение, поддержим лозунг "независимости Польши", то этим будем только играть на руку польским националистам и шовинистам!". Далее А.Тишков пишет: "В перерыве к Дзержинскому подошел Ленин. Владимир Ильич взял его под руку, мягко, по-товарищески стал доказывать несостоятельность его выступления. Нельзя путать право с обязательным отделением. Отделиться или соединиться - должны сами угнетенные в прошлом народы России. Ведь свобода соединения предполагает и свободу отделения. Только так Россия сможет обеспечить себе доверие и поддержку других народов!".

Разногласия по этому вопросу были у В.Ленина и со И.Сталиным. В первом советском правительстве, образованном после победы Октябрьской революции, И.Сталин занял пост наркома по делам национальностей. Он активно участвовал в административном устройстве окраинных районов. Его стремление к централизации и нетерпимость нередко служили источником конфликтов с руководителями вновь образованной Украинской Советской Республики. Отдельные руководители Компартии Грузии возражали против сталинского предложения о вступлении в РСФСР. Но И.Сталин продолжал политику принуждения. Он противопоставил местному национализму самые плохие формы бюрократического централизма. В работах "Об образовании СССР" (26 сентября 1922 года) и "К вопросу о национальностях или об "автономизации" (30 -- 31 декабря 1922 года) В.Ленин подверг решительной и бескомпромиссной критике предложенный И.Сталиным план "автономизации" (т. е. низведения самостоятельных советских республик до уровня автономных и включения их в состав РСФСР) и предложил свой, принципиально иной план создания новой федерации, нового союза -- Союза ССР. В этот период Ленин особенно настойчиво требовал сугубой осторожности, предупредительности и даже уступчивости в отношениях с малочисленными и в прошлом угнетавшимися национальностями, ибо "ничто так не задерживает развития и упроченности пролетарской классовой солидарности, как национальная несправедливость" (В.Ленин Полн. собр. соч. Т. 45. С. 360).

К I съезду Советов РСФСР И.Сталин подготовил тезисы "Национальные моменты в партийном и государственном строительстве". В ходе обсуждения вопроса о местном национализме стали видны слабость сталинской аргументации и всей его линии. В одном вопросе И.Сталин в любом случае был последовательным, реалистичным и дальновидным. Исходным пунктом его аргументации при решении национальных проблем, так же, как и проблем государственного и партийного аппарата, была ссылка на отсталость старой России. Отвергая националистические требования, он подчеркивал: "А если нельзя в два-три и даже в десять лет поднять существующую русскую культуру, то как же можно требовать ускоренного поднятия культуры в областях нерусских, отсталых, малограмотных?" (http://www.coldwar.ru/stalin/stalin2.php).

Однако И.Сталин, несмотря на разногласия, как член правительства, должен был подчиниться коллективному мнению. 2 (15) ноября 1917 года "Декларация прав народов России", подготовленная И.Сталиным, с поправками В.Ленина и Н.Бухарина была подписана от имени Российской Республики его автором и председателем Совета народных комиссаров. Она была принята в условиях охватившего страну тотального кризиса национально-государственного устройства. Обнародование этого документа, объективно способствуя поддержанию в государстве центробежных тенденций, стало, вместе с тем, первым реальным шагом к погашению стихии движения за право народов на самоопределение и свободное развитие, к направлению энергии масс в рамки закона, к отказу их от решения национального вопроса явочным порядком. 3 (16) ноября Декларация была опубликована в "Газете Временного рабочего и крестьянского правительства" и в газете "Правда", затем в "Собрании узаконений и распоряжений Временного рабочего и крестьянского правительства". В январе 1918 года на III съезде Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов изложенные в Декларации новые принципы национально-государственного устройства были оформлены законодательно в резолюции по докладу И.Сталина "О федеральных учреждениях Российской Республики" - новое, социалистическое государство учреждалось "на основе добровольного союза народов России", как федерация советских республик этих народов. В дальнейшем идеи Декларации нашли отражение во Всемирной Декларации прав человека, вошли составной частью в систему международного права в области межнациональных отношений (http://unikdoc.rusarchives.ru/GRSearch/(X(1)S(ijgxl0fnkq4eupwmht4rb1nb))/Search/Details/89c2c919-4fca-4d6d-8e77-1579d6462097).

После Октябрьской революции в соответствии с Декларацией из состава бывшей Российской империи вышло и стало самостоятельным государством Финляндия. 18 (31) декабря 1917 государственная независимость Финляндской Республики первой была признана Советом Народных Комиссаров (правительством) Российской Советской Республики, возглавляемым В.Лениным

22 апреля 1918 года Закавказский сейм провозгласил на территории закавказских губерний независимую Закавказскую демократическую федеративную республику, которая через месяц распалась на три государства: Демократическую Республику Азербайджан, Первую Республику Армения и Грузинскую Демократическую Республику. После распада ЗДФР, на её территории постоянно вспыхивали военные конфликты, как из-за периодических наступлений Турции, так и из-за взаимных территориальных претензий республик друг к другу. 22 апреля 1920 года силами 11-й Красной армии в Азербайджанской ДР была установлена советская власть и провозглашена независимая Азербайджанская Советская Социалистическая Республика. 2 декабря 1920 года силами 11-й Красной армии в Республике Армения была установлена советская власть и провозглашена независимая Армянская Советская Социалистическая Республика. 4 марта 1921 года силами Красной армии на территории бывшего Сухумского округа Грузинской ДР была установлена советская власть и провозглашена ССР Абхазия, а к 18 марта советская власть установлена на всей остальной территории Грузинской ДР, после чего была провозглашена независимая Грузинская Советская Социалистическая Республика. 20 июля 1921 года был ратифицирован Московский договор, устанавливающий границу между Турцией и Закавказскими республиками. В соответствии с этим договором, бывшие Карсская область, большая часть Батумской области и Сурмалинский уезд Эриванской губернии отходили Турции. Границы были окончательно оформлены и подтверждены Карсским договором.

11 ноября 1918 года в Варшаве, на оккупированной Германией российской территории, где ранее существовало марионеточное государство Королевство Польское, польские отряды разоружили немецкий гарнизон, была создана Польская Республика, официально признанная Версальским договором (1919 год), включившем также в её состав ряд территорий проигравшей в войне Германии. Российское большевистское правительство сначала не признало нового государства во главе с Юзефом Пилсудским. Однако 18 марта 1921 года между РСФСР, УССР и Польшей был подписан Рижский договор, завершивший советско-польскую войну. По договору большевики формально признали независимость Польши и легитимность правительства Пилсудского, была установлена государственная граница границ между РСФСР, УССР и БССР, с одной стороны, и Польшей -- с другой.

10 марта 1919 года III Всеукраинский съезд советов провозгласил независимую Украинскую Социалистическую Советскую Республику. До этого, 17 февраля 1919 года, было принято постановление Совета Рабочей и Крестьянской Обороны РСФСР о ликвидации Донецко-Криворожской советской республики и передаче её территории в состав Украины (западная граница области Войска Донского была сохранена в изначальном состоянии). 26 апреля 1919 года 4 северных уезда Черниговской губернии Украинской ССР стали частью созданной в составе РСФСР Гомельской губернии. 15 марта 1920 года от области Войска Донского в состав созданной Донецкой губернии УССР были переданы станицы Гундоровская, Каменская, Калитвенская, Усть-Белокалитвенская, волость Карпово-Обрывская Донецкого округа; станица Владимирская, Александровская Черкасского округа, далее на запад условная линия: станция Казачьи Лагеря, Мало-Несветайская, Нижне-Крепинская и далее до границы с Таганрогским округом. Таганрогский округ передан Украине целиком. 2 апреля 1920 года Совнарком принял уточнённую границу Донецкой губернии: из Области Войска Донского: Таганрогский округ, из Донецкого округа станицы Гундоровская, Каменская, Калитвенская, Усть-Белокалитвенская, волость Карпово-Обрывская; от Черкасского округа - волость Фёдоровская, станица Владимирская, волость Сулиновская, станица Александровская и северные половины станиц Грушевской и Аксайской. 16 апреля 1920 года Президиум ВУЦИК утвердил эту границу. 12 июля 1920 года Донецкий губисполком издал приказ N11, в котором указывалось, что станица Луганская по реку Деркул ныне входит в состав Донецкой губернии УССР. От РСФСР официальных распоряжений не поступало, формально граница осталась прежней. 31 августа 1920 года Донисполком издал постановление, которым подтверждалась передача станицы Луганской в состав УССР.

29 декабря 1919 года Румыния официально аннексировала Бессарабию, где с 8 мая 1919 года формально существовала Бессарабская ССР, провозглашённая составной частью РСФСР. Фактически Румыния заняла Бессарабию ещё в декабре 1917 - марте 1918 года, в 1919 году обязалась вывести войска, но нарушила соглашение и пошла на аннексию. Присоединение Бессарабии к Румынии никогда не признавалось ни РСФСР, ни СССР. При этом после принятия конституции РСФСР Бессарабская ССР формально не числилась в её составе. При образовании СССР участником союзного договора Бессарабская ССР также не стала. Таким образом, после румынской аннексии Бессарабия больше не считалась частью РСФСР и не имела в дальнейшем какого-либо статуса в её составе, став спорной территорией между РСФСР (затем - СССР) и Румынией.

2 февраля 1920 года был заключён Тартуский мирный договор между РСФСР и Эстонией, которым обе стороны официально признали друг друга (первый международный договор обоих государств). Западные приграничные территории Псковской и Петроградской губерний РСФСР (районы Печорского края, Причудье) были переданы Эстонии.

В феврале 1920 года на территории бывшего Хивинского ханства после того, как шах Хорезма отрёкся 2 февраля от престола, была создана самостоятельная Хорезмская Народная Советская Республика, установившая договорные отношения с РСФСР.

6 апреля 1920 года во избежание прямого конфликта между РСФСР и Японией провозглашена Дальневосточная республика. 14 мая РСФСР признала независимость республики. 15 ноября 1922 года ВЦИК, в ответ на просьбу Народного собрания Дальневосточной республики, включил последнюю в состав РСФСР в качестве Дальневосточной области.

12 июля 1920 года был заключён Московский договор между РСФСР и Литвой, по которому РСФСР признала независимость Литвы. При этом ликвидировалась Литовско-Белорусская ССР.

31 июля 1919 года в состав РСФСР вошли западные части Речицкого, Бобруйского, Игуменского и Борисовского уездов бывшей Минской губернии, ликвидированной 12 июля Литовско-Белорусской ССР. Вновь провозглашённая ССР Белоруссии включала в себя только 6 (из 9) неполных уездов бывшей Минской губернии.

11 августа 1920 года был заключён Рижский мирный договор, в котором признавалась независимость Латвийской Республики]. По договору часть территории Островского уезда (в том числе Пыталово) была передана Латвии.

8 октября 1920 на территории бывшего Бухарского эмирата была создана самостоятельная Бухарская Народная Советская Республика, установившая 4 марта 1921 года договорные отношения с РСФСР.

Таким образом, из состава бывшей Российской империи выделились в качестве самостоятельных государств Финляндия, Эстония, Латвия, Литва, Польша, Бессарабия.

На базе остальных республик, не вышедших из состава России, был образован Советский Союз. Догово?р об объединении в одно союзное государство -- Союз Советских Социалистических Республик, был заключён в 1922 году Российской Социалистической Федеративной Советской Республикой, Украинской Социалистической Советской Республикой, Белорусской Социалистической Советской Республикой и Закавказской Социалистической Федеративной Советской Республикой. В течение 1920-1930-х гг. в состав СССР вошли: Казахская ССР, Туркменская ССР, Узбекская ССР, Киргизская ССР, Таджикская ССР. Из ЗСФСР (Закавказской Cоветской Федеративной Социалистической Республики) выделились и образовали самостоятельные республики в составе СССР Грузинская ССР, Армянская ССР и Азербайджанская ССР. Молдавская автономная республика, входившая в состав Украины, получила статус союзной. В 1939 году Западная Украина и Западная Белоруссия были включены в состав УССР и БССР. В 1940 году в состав СССР вошли Литва, Латвия и Эстония.

Таким образом, к моменту развала СССР в 1991 году в ее состав входили 15 союзных республик.

Оценивая с высоты двадцать первого столетия разногласия по поводу принципов образования СССР и план И.Сталина по автономоизации, следует заметить, что наличие в составе Советского Союза суверенных союзных республик в условиях сверхцентрализации управления, явилось базой для разжигания национализма, что сыграло свою негативную роль в распаде первого в истории социалистического государства. Вместе с тем, следует особо подчеркнуть, что союзные республики были в действительности самостоятельными государствами (независимо от их величины и доли в едином народнохозяйственном комплексе страны), несмотря на то, что общесоюзные структуры (ЦК КПСС, Совет Министров СССР, Госплан СССР, союзные министерства и ведомства) нередко вмешивались в решение политических и экономических вопросов в союзных республиках. Однако это осуществлялось не в приказном порядке, а путем согласования и порой упорных и ожесточенных споров с республиками. Я об этом могу судить, проработав многие годы в ЦСУ и Госплане Эстонской ССР, а также в ЦК КП Эстонии. К мнению руководства союзных республик всегда прислушивались и более того - была, например, в планировании выработана многоступенчатая процедура согласования народнохозяйственных планов (она длилась 4 месяца в году). При решении крупных проблем, затрагивающих интересы всех союзных республик, всегда в Москве проводились общесоюзные совещания, отличавшиеся деловыми дискуссиями, и ни одно решение союзными органами не принималось без одобрения его республиками.

Конечно, размежевание в обязанностях и правах Центра и республик было необходимо. По инициативе Н.Рыжкова была создана специальная комиссия по подготовке предложений союзному правительству. В ее работе я также принимал участие. Проект предложений был подготовлен и обсуждение его было назначено на начало августа 1988 года в Таллинне. На этом совещании представитель Народного фронта Эстонии поставила мне ультиматум - уйти с поста Председателя Госплана республики. Тогдашний Премьер Б.Саул поддержал Народный фронт и я подал в отставку. Однако проект был все-таки доработан и представлен Н.Рыжковым М.Горбачеву, который его не принял. Он это специально сделал, чтобы усилить националистические настроения в республиках (наверное, не обошлось без подсказки со стороны А.Яковлева).


2. Гражданская война


В январе 1918 года III Всероссийский съезд Советов принял Декларацию прав трудящихся и эксплуатируемого народа, в которой были определены главные задачи революционных преобразований: уничтожение всякой эксплуатации, установление социалистической организации общества и построение социализма. На этом съезде земельный фонд и природные богатства были объявлены общенародным достоянием, была введена всеобщая трудовая повинность.

15 января 1918 года советское правительство издало указ о создании Красной Армии, а 29 января -- Красного флота на добровольческих (наёмных) принципах. В места, неподконтрольные советскому правительству, направлялись отряды красногвардейцев. Южной группой советских войск против Украинской центральной рады и донского атамана А.Каледина командовал В.Антонов-Овсеенко, на Южный Урал был направлен П. Кобозев, в Белоруссию -- Р. Берзин.

22 апреля 1918 года декретом ВЦИК "О порядке замещения должностей в Рабоче-Крестьянской Красной Армии" (РККА) была отменена выборность командного состава. В связи с невозможностью обеспечить комплектование командным составом исключительно по классовому признаку, потребовалось привлечение в её ряды офицеров старой армии -- "военспецов". Для осуществления политического контроля в Красной армии в марте-апреле 1918 года был учреждён институт военных комиссаров. Так в систему организации РККА был введён принцип двуначалия. 29 мая 1918 года на основе всеобщей воинской повинности (мобилизации) начинается создание регулярной Красной армии, численность которой осенью 1918 года составила 800 тысяч человек, к началу 1919 года -- 1,7 млн., к декабрю 1919 года -- 3 млн., а к 1 ноября 1920 года -- 5,5 млн. человек.

В связи с принятием Советской властью декретов о комитетах бедноты в июне 1918 ЦК партии левых эсеров и III съезд партии левых эсеров постановил использовать все доступные средства для того, чтобы "выпрямить линию советской политики". На V Всероссийском съезде Советов 10 июля 1918 года большевики, несмотря на противодействие левых эсеров, находившихся в меньшинстве, приняли первую Советскую конституцию, закрепив в ней идеологические принципы нового политического режима. Основной его задачей было установление диктатуры городского и сельского пролетариата и беднейшего крестьянства в форме могучей Всероссийской Советской государственной власти с целью полного сокрушения буржуазии и помещиков. Рабочие могли послать от равного числа избирателей в 5 раз больше делегатов, чем крестьяне (городская и сельская буржуазия, помещики, чиновники и духовенство по-прежнему не имели избирательных прав при выборах в Советы). Будучи представителями интересов прежде всего крестьянства и являясь принципиальными противниками диктатуры пролетариата, левые эсеры перешли к активным действиям.

6 июля 1918 года левый эсер Я.Блюмкин убил в Москве германского посла Мирбаха, что послужило сигналом к началу восстаний в Москве, Ярославле, Рыбинске, Коврове и других городах. 10 июля в поддержку своих соратников попытался поднять восстание против большевиков командующий Восточным фронтом РККА левый эсер М.Муравьёв. Но его со всем штабом под предлогом переговоров заманили в ловушку и убили. К 21 июля восстание было подавлено, однако обстановка оставалась сложной.

30 августа 1918 года эсерами было совершено покушение на В.Ленина, убит председатель Петроградской ЧК М.Урицкий. 5 сентября большевиками был объявлен красный террор -- массовые репрессии в отношении политических противников. За одну только ночь в Москве и Петрограде было убито 2200 человек.

Короче говоря, претворение в жизнь законодательных актов Советской власти натолкнулось на ожесточенное сопротивление буржуазии, помещиков, церкви, массы чиновников государственного аппарата, враждебных большевикам партий, принявшее форму бойкота решений Советского правительства и вооруженной борьбы, которая вскоре была поддержана военной интервенцией самых могущественных государств мира против Советской России.

Напомню, что к началу марта 1918 года Советская власть утвердилась почти на всей территории России. Были ликвидированы практически все очаги контрреволюционных выступлений. Были разгромлены вооруженные формирования П.Краснова, А.Каледина, А.Дутова, И.Калмыкова, Г.Семенова, Центральной рады на Украине, Кубанской рады, Белорусской рады и т.д. 3 марта 1918 года с Германией был подписан Брест-Литовский мир, что позволило приостановить продвижение австро-германских войск на центральные районы России. Словом, за четыре месяца Советская власть смогла в основном стабилизировать обстановку в стране. И пламя Гражданской войны вспыхнуло в 1918 году исключительно из-за военной интервенции иностранных государств, поддерживаемых огромной финансовой и материальной помощью, оказанной Белому движению. Например, только вооруженным силам Юга России в течение 1919-1920 гг. Англией и США было поставлено 882540 винтовок, 7800 пулеметов, 350 орудий, 666,4 млн. патронов, 942 тыс. снарядов, большое количество обмундирования (шинелей, фуфаек, полушубков, комплектов теплого белья) и т.д. Финансовые субсидии выделялись не только белым, но и эсерам, меньшевикам, сербским военнопленным, балтийским морякам.

Гражданская война стала неизбежным следствием Великой Октябрьской революции, ее логическим продолжением. Борьба за власть в Советской России продолжалась на полях войны, ибо буржуазия как отечественная, так и международная, а также помещики вкупе с политическими партиями, выступавшими против большевиков и руководимых ими Советов, не могли смириться с потерей принадлежащих им средств производства, богатства и власти.

Большевики одержали трудную победу в Гражданской войне, во-первых, благодаря поддержке крестьянства, которым была обещана земля без какой-либо реставрации помещичьей собственности. В крестьянской России основным был аграрный вопрос. От его решения, без всякого преувеличения, зависел ход революционных событий. Недаром Н.Бухарин подчеркивал, что пролетарская революция подпиралась крестьянским восстанием. Кстати, и дальнейшее развитие уже советской России в значительной, если не в решающей степени, определялось тем, что социальная революция происходила не в индустриально-развитой, а в крестьянской стране.

Только национализация земли, ликвидировавшая помещичье землевладение, проведенная большевистским правительством, позволила, наконец, безвозмездно передать крестьянам 150 млн. га сельскохозяйственных угодий. Естественно, крестьяне выступили на стороне новой власти. Отношение крестьян к власти красных или белых в ходе Гражданской войны определялось позицией тех или других по решению аграрного вопроса. Он был поистине стержневым. А кто получал поддержку крестьян, тот и одерживал победу в войне.

Во-вторых, победа РККА была одержана благодаря переходу трех четвертей офицерского корпуса царской России на сторону большевиков. Именно они сумели профессионально организовать войсковые соединения и вести вооруженную борьбу против белогвардейцев, интервентов и националистов. Из 250-тысячного офицерского корпуса в октябре 1917 года против большевиков выступило не более 5,5 тысячи человек. В дальнейшем многие высшие офицеры поступили на службу в создававшуюся регулярную Красную армию (например, М.Бонч-Бруевич, ставший 4 марта 1918 года руководителем Высшего военного совета, Д.Парский - бывший командующий 12-й армией, В.Егорьев - бывший начальник штаба Западного фронта и многие другие).

В-третьих, контрреволюцию не поддерживали и фабричные рабочие в городах. Они составили костяк РККА.

Таким образом, правящие классы России в 1917 году оказались в полной политической изоляции. И разве не благоразумнее было уладить назревший социальный конфликт мирным путем? Однако этого не произошло, и вина за развязывание Гражданской войны лежит не на большевиках, которые стремились последовательно выражать волю народных масс, а на тех, кто безрассудно пытался сохранить свои богатства, власть и привилегии.

Гражданская война, длившаяся три года, была выиграна Советской властью, несмотря на то, что против нее ополчился весь капиталистический мир. По сути своей это была вторая мировая война. Советская власть сумела сформировать многомиллионную армию, ее вооружить, одеть, обуть и накормить. И эта армия одержала верх в сражениях против армий интервентов и Белого движения.

Окончание Гражданской войны знаменовало завершение первого этапа революционных преобразований, этапа вооруженной борьбы за власть в России. Настало время для второго этапа социалистической революции - этапа созидательных преобразований.


3.Борьба за власть в большевистской партии


Внутрипартийная борьба в ВКП(б) в 1920-е годы началась в открытой форме еще до отхода В.Ленина от политической деятельности.

Противоречия, накопившиеся в обществе в результате гражданской войны, проведения экономической и социальной политики военного коммунизма, не могли не отразиться и на внутрипартийной жизни, о чем красноречиво говорят материалы Х съезда РКП(б). Для подтверждения этого вывода приведу справку из Википедии с некоторыми сокращениями: "X съезд правящей коммунистической партии фактически стал последним съездом Гражданской войны. По состоянию на март 1921 года большевики уже подавили основные крупные очаги вооружённого сопротивления: фактически закончилась советско-польская война, на Дальнем Востоке сформирована "буферная" Дальневосточная республика, ещё в ноябре 1920 года белые войска оставили Крым. В связи с тем, что фронты прекратили своё существование, началась широкая демобилизация Красной армии.

Однако в то же время общее хозяйственное и политическое положение в стране к весне 1921 года стало крайне тяжёлым. Россию захлестнул целый ряд восстаний недовольных продразвёрсткой крестьян, чему способствовала массовая демобилизация. На Съезде Ленин был вынужден признать, что питательной почвой для "бандитизма" стала именно демобилизация, давшая "повстанческий элемент в невероятном количестве". На март 1921 года образуется целый пояс восстаний, некоторые из которых по своему размаху даже превзошли крестьянскую войну Емельяна Пугачёва (так называемый "зелёный потоп").

Восставшие в ряде случаев формируют целые армии в десятки тысяч человек, действующие одновременно в нескольких губерниях. Действовавшая на Тамбовщине так называемая "Зелёная армия" Антонова по своей численности составляла, по разным оценкам, от 20 до 50 тыс. чел., сведённых, по образцу РККА, в 8-21 полков с "политкомиссарами", под командованием "Главного оперативного штаба".

В июле 1920 года восстал командующий 9-й кавалерийской дивизией РККА Сапожков, образовавший так называемую "Красную армию Правды". В октябре 1920 года взбунтовался гарнизон РККА в Нижнем Новгороде, с сентября восстания казаков захлестнули Дон и Кубань. Начавшееся за месяц до X Съезда Западно-Сибирское восстание привело к тому, что в феврале 1921 года на три недели было отрезано железнодорожное сообщение Центральной России с Сибирью, что нанесло сильный удар по снабжению хлебом.

Ничуть не лучшей была и обстановка в городах. Общая численность заводских рабочих, которых большевики считали своей социальной базой, по состоянию на 1920 год составила 47% от довоенной. Общая численность горожан при этом упала до 40,4 % от довоенной. По данным С.Струмилина, производительность труда упала до 26% от довоенной, в том числе вследствие недоедания. Всеобщее распространение получили прогулы, доходившие до 10-15 %. Выплавка чугуна составила всего лишь до 2,8 % от довоенной, стали -- 4,6 %.

Особенно бедственным стало положение Петрограда, население которого за годы Гражданской войны сократилось с 2 млн. 347 тыс. чел. до всего 799 тыс., численность петроградских рабочих сократилась в 5 раз. Уровень жизни рабочих резко сократился; по подсчётам С.Струмилина, по состоянию на первый квартал 1921 года, реальная заработная плата рабочих составляла, в пересчёте на цены 1913 года, 21 коп. в мес., доля натуральных выдач в заработке рабочего дошла до 86 %.

Из-за перебоев с поставками закрывались уцелевшие к тому времени заводы. Так, 11 февраля Петросовет санкционировал закрытие с 1 марта, в связи с нехваткой топлива, 93 заводов.

Снабжать большие города хлебом, забираемым по продразвёрстке у озлобленных крестьян, становилось всё сложнее и сложнее. Тяжёлое положение усугублялось развалом железнодорожного транспорта; процент "больных" паровозов дошёл с 13 % в 1913 году до 61 %. В своём выступлении на съезде Л.Троцкий был вынужден признать, что железные дороги уже в 1920 году приближались к порогу, после которого они становились способными лишь обслуживать собственные потребности. В качестве топлива для паровозов, в связи с резкой нехваткой угля, использовались дрова, крайне неохотно заготовляемые крестьянами по трудовой повинности.

С 20 февраля 1921 года в Петрогрде начинаются забастовки (в советской историографии -- "волынки"), связанные с урезанием хлебных пайков на треть. 21 февраля остановился Трубочный завод, 23 февраля -- завод "Арсенал".

В течение зимы 1920--1921 гг. положение с продовольствием и топливом в городах Европейской части России напоминало ситуацию накануне Февральской революции. Разруха на транспорте и нежелание крестьян расставаться со своей продукцией создали катастрофическое положение с поставками продовольствия; чувствительнее всего снова пострадал Петроград, наиболее удаленный от центров сельскохозяйственного производства. Заводы останавливались из-за нехватки топлива; многие покинули города; те, кто оставался, ездили в деревню выменивать мануфактуру, выданную им бесплатно правительством или вынесенную с предприятий, на провизию, но на обратном пути их ожидали "заградительные отряды", конфисковывавшие всю добычу.

Более мелкие "эксцессы" начались уже с января, 8 февраля на два дня останавливался Балтийский судостроительный завод. Первоначально требования рабочих носили преимущественно экономический характер: "усиление удовлетворение населения продовольствием", и особенно -- снятие "заградотрядов", отбиравших на вокзалах продовольствие, привозимое частными лицами из деревень. В феврале в Петрограде начинают появляться нелегальные листовки меньшевиков, эсеров и анархистов.

Непосредственно перед началом Съезда вспыхнуло восстание в Кронштадте, наглядно продемонстрировавшее, что недовольство крестьян начинает перекидываться и в армию, крестьянскую по своему составу. Некоторые иностранные газеты существенно преувеличивали размах восстания: так, влиятельная газета "Таймс" (Лондон) в номере 42658 от 2 марта 1921 года сообщала также о "восстании в Москве", а французское издание "Matin" в ряде номеров в первых числах марта упоминала даже о восстаниях Псковского и Смоленского гарнизонов, и о том, что Петроград и Москва якобы уже в руках восставших, образовавших Временное правительство.

Ответные меры большевиков сочетали жёсткие репрессии с уступками. Так, 1 февраля Ленин принял решение о закупке за границей 300 тыс. т. угля. Уже с 24 февраля выдачи по пайкам в Петрограде были увеличены. 28 февраля Совет Труда и Обороны выделил 10 млн руб. золотом на закупку продовольствия и предметов первой необходимости для "нуждающихся рабочих". Также 28 февраля были демобилизованы все петроградские "трудармейцы", жившие на казарменном положении в наиболее тяжёлых условиях, и ставшие наиболее взрывоопасным материалом. Кроме того, глава Петрограда Зиновьев заявил, что снимет "заградительные отряды", конфисковывавшие продовольствие у въезжающих в город. Вместе с этими мерами большевики образовали с 25 февраля Комитет обороны Петрограда, широко практиковали массовые увольнения бастующих рабочих.

Наступивший к весне 1921 общий хозяйственный крах режима "военного коммунизма" усугублялся острым политическим кризисом, принявшим на тот момент форму крайнего раскола в правящей партии. К 1921 году в стране уже в общих чертах сложилась однопартийная система, и к коммунистической партии начали примыкать лица, которые в условиях многопартийности предпочли бы вступить в какую-либо другую партию. В условиях действующей в стране цензуры и государственного террора единственной возможностью как-то высказать своё мнение стала сама же РКП(б), на тот момент ещё допускавшая в своей среде свободные дискуссии. Как заметил на Съезде Л.Троцкий, "теперь всё недовольство идёт через нашу партию".

Результатом стал постепенно нараставший с 1920 года раскол партии на целый ряд "платформ", содержание и состав участников которых неоднократно менялись. Фактический глава государства В.Ленин объяснил эти процессы с точки зрения своей классовой теории, считавшей крестьянское большинство России, за исключением беднейшей его части, "мелкой буржуазией". С точки зрения В.Ленина, кадровый пролетариат к концу Гражданской войны резко уменьшился, и партию захлестнула "анархическая мелкобуржуазная стихия".

7 марта, непосредственно перед намеченным на 8 марта открытием Съезда, наркомвоенмор Л.Троцкий и командующий 7-й армией М.Тухачевский предприняли первую попытку штурма восставшего Кронштадта. Штурм, однако, оказался неудачным, до трёх тысяч красных курсантов погибли.

К моменту начала X съезда в составе РКП(б) сформировалось три основных оппозиционных группы ("платформы", "течения", "уклона"): рабочая оппозиция во главе с Шляпниковым, Коллонтай и Медведевым, Группа демократического централизма (Бубнов, Сапронов и др.), платформа Троцкого.

По крайней мере две из этих трёх групп возникли в ходе "дискуссии о профсоюзах" 1920--1921 годов; "децисты" сформировались в 1919 году, за год до начала "профдискуссии".

Советская историография приписывает инициативу начала дискуссии Л.Троцкому, выступившему на V Всероссийской конференции профсоюзов (3-7 ноября 1920 года) с требованием их "перетряхивания", то есть распространения на всю промышленность военной дисциплины по образцу уже милитаризованного железнодорожного транспорта. При обсуждении этой инициативы в ЦК РКП(б) проект Л.Троцкого был отвергнут с крайне незначительным перевесом, 8 голосами против 7.


В то же время как сам Л.Троцкий, так и лидеры остальных двух оппозиций -- децисты и "рабочая оппозиция" -- в своих выступлениях на X съезде отвергли свою инициативу начала "профдискуссии", возложив всю ответственность исключительно на официальный ЦК.

Помимо трёх основных фракций, в ходе "профдискуссии" возникла также "буферная группа" (Бухарин, Серебряков, Радек, Крестинский, Каменев, Зиновьев, Томский, Дзержинский, Сергеев (Артём), Рыков), настаивавшая на примирении всех "платформ" и в то же время сама тяготевшая к платформе Троцкого. К концу декабря 1920 года Зиновьев, Каменев, Томский и Артём предпочли поддержать В.Ленина и официальную "линию ЦК", Зиновьев стал одним из основных ораторов официальной "платформы десяти", окончательно сформировавшейся только 14 января 1921 года.

В то же время остальной "буфер" постепенно перемещается к поддержке платформы Л.Троцкого, к "буферу" присоединяются также Ларин (Лурье), Преображенский, Сокольников, Яковлева. К концу января 1921 года "буфер" окончательно объединяется с Троцким, приняв объединённые тезисы Троцкого-Бухарина.

Кроме того, свои собственные платформы выдвинули также Ногин В.Игнатов ("игнатовцы"), руководитель Института Маркса и Энгельса Д.Рязанов. К концу января 1921 года Ногин отказывается от собственной платформы, присоединившись к официальной "платформе десяти". Тяготевшие к "рабочей оппозиции" игнатовцы окончательно присоединяются к ней непосредственно перед съездом, 29 февраля. В то же время Рязанов ни к какой платформе так и не присоединился.

Члены "рабочей оппозиции" в рамках "дискуссии о профсоюзах" именовались также "профессионалистами" (сторонниками увеличения власти профсоюзов). Вместе с тем, с поддержкой усиления роли профсоюзов выступали также принадлежавшие к "буферу" Ларин (Лурье) и Томский.

Общее количество официально зарегистрированных "платформ" во время "профдискуссии" доходило до восьми. В материалах X съезда упоминалось также и о некоторых других, более мелких, платформах. Их содержание осталось неизвестным, неизвестно и, присоединился ли к таким платформам кто-либо, кроме непосредственно их авторов. Кроме того, свои собственные тезисы по вопросу о партстроительстве предложила Орловская парторганизация; изучение этих тезисов показывает, что они в целом лежали в русле официальной "платформы десяти".

Крайняя сложность возникшей в ходе "профдискуссии" фракционной картины отмечалась многими делегатами X съезда, включая и лидеров. В.Ленин в одном из своих выступлений прямо признал, что он не прочитал целиком программные документы всех платформ, так как их было слишком много. Лидер "рабочей оппозиции" А.Шляпников с января 1921 года заявлял, что не видит никакой разницы между платформами В.Ленина и Л.Троцкого; по мнению А.Шляпникова, Л.Троцкий, убедившись, что "профсоюзы оказались сильны", отказался от лозунга их "перетряхивания", после чего платформы его и В.Ленина перестали отличаться. Д.Рязанов раскритиковал вообще все существовавшие платформы, как официальную, так и все оппозиционные, приписав при этом Зиновьеву собственную "платформу Зиновьева" (на деле Зиновьев на тот момент поддерживал официальную "платформу десяти").

При этом показательно, что все три оппозиционные фракции X съезда с сожалением высказывались о расколе, и поддерживали, по крайней мере на словах, партийное единство. Заявление В.Ленина о том, что "оппозиции теперь крышка" было встречено аплодисментами.

Пестрота фракционных "платформ" привела и к тому, что на съезде велись ожесточённые дискуссии не только между оппозицией и официальной "линией ЦК", но и различных оппозиционных группировок друг с другом. Общая картина ещё сильнее осложнилась тем, что до 300 делегатов съезда, включая и лидеров, были мобилизованы на подавление Кронштадтского восстания. Так, в Кронштадт был мобилизован один из лидеров "децистов" Бубнов. Наркомвоенмор Л.Троцкий был направлен ЦК РКП(б) в Кронштадт ещё 5 марта, и в связи с этим отсутствовал примерно на половине заседаний съезда. Помимо Л.Троцкого, в то же время отсутствовал вместе со всей петроградской делегацией председатель Петросовета и председатель ИККИ Зиновьев"

Вот в такой обстановке шла работа Х съезда.

И еще одно существенное замечание. Начиная с 1918 года по 1924 год партийные съезды проводились ежегодно. Затем до XVI съезда (1930 год) они проводились через год. А после окончательной победы И.Сталина во внутрипартийной борьбе вплоть до 1952 года съезды созывались только два раза: - в 1934 году и 1939 году. Те читатели, которые желают поближе познакомиться с материалами съездов партии в оригинале, могут это сделать по следующей ссылке - http://www.agitclub.ru/center/comm/commall1.htm.

После обострения заболевания В.Ленина и его фактического отхода от текущих государственных и партийных дел в верхах коммунистической партии началась ожесточённая борьба за роль преемника Ленина. По её итогам И.Сталину удалось оттеснить своих соперников, в первую очередь, Л.Троцкого и Г.Зиновьева. ВКП(б) в своём развитии закономерно прошла этапы постепенной концентрации власти в руках всё более и более узкой группы лиц; от ЦК -- к Политбюро (и, кроме того, от партийного съезда -- к ЦК), от Политбюро -- к неформальной "тройке" Г.Зиновьев-Л.Каменев-И.Сталин и, наконец, к установлению единоличного правления И.Сталина.

Различные историки считают, что временем прихода И.Сталина к единоличной власти следует считать период от 1926 до 1929 года. В декабре 1925 года на XIV съезде ВКП(б) И.Сталин был назван в выступлении К.Ворошилова "главным членом Политбюро", который "в разрешении вопросов принимает наиболее активное участие, и его предложения проходят чаще, чем чьи-либо другие". Апокрифическое "Письмо старого большевика" называет датой окончательного установления единоличного правления Сталина 1933 год; автор этого документа (предполагается, что это был Н.Бухарин) считал, что с этого момента борьба внутри партии качественно изменилась, перейдя от конфликтов "сталинцев" с другими группами к борьбе различных групп "сталинцев" друг с другом с целью повлиять на И.Сталина лично, склонив его к принятию тех или иных ключевых решений.

В ходе борьбы стороны активно обвиняли друг друга в "контрреволюционности", "мелкобуржуазности", "отходе от ленинизма", "фашизме" и разнообразных "уклонах". Так, Г.Зиновьев в 1925 году обвинял Сталина в "полутроцкистском уклоне", получив взамен не менее абсурдное обвинение в "аксельродовщине" (то есть меньшевизме, по имени П.Аксельрода), хотя он критиковал официальный ЦК не справа, а слева. Показательно, что на XII съезде РКП(б) в 1923 году сам же Г.Зиновьев, возглавляя на тот момент официальный ЦК, заявлял, что "всякая критика партийной линии, хотя бы так называемая "левая", является ныне объективно меньшевистской критикой".

Велась своеобразная "война компроматов", главным образом, в виде прошлых разногласий с В.Лениным, которые в то или иное время имелись у всех претендентов. Так, на VII расширенном пленуме исполкома Коминтерна (1926 год) И.Сталин заявил, что в 1917 году Л.Каменев, узнав о Февральской революции, отправил из ссылки в Ачинске поздравительную телеграмму великому князю Михаилу, как "первому гражданину свободной России". В действительности, слухи о "телеграмме Каменева" ходили в Петрограде непосредственно весной 1917 года, и тогда же официально опровергались "Правдой". Крупным компроматом на самого И.Сталина стало письмо В.Ленина к XII съезду (более известное, как Завещание В.Ленина), в одном из пунктов рекомендовавшее снять И.Сталина с поста Генерального секретаря. Особенностью всех этих процессов являлось то, что борьба за власть как таковая сопровождалась самыми ожесточёнными дискуссиями о путях экономического, политического и национально-государственного устройства СССР. Все стороны конфликта проявили известный моральный релятивизм, заключая альянсы со вчерашними противниками и против вчерашних союзников (в частности, "зиновьевец" Н.Угланов в 1925 году перебежал на сторону И.Сталина, однако в 1928 году присоединился к "правому уклону"), меняли свои платформы на прямо противоположные. Так, Л.Троцкий вошёл в историю, как "борец" за "внутрипартийную демократию" и против "термидора"; парадоксально, но после Гражданской войны его самого воспринимали как главного кандидата в "красные Бонапарты". По поводу же демократии, Л.Троцкий, сам находясь на вершине власти, в 1920 году выступал с требованием "перетряхивания" профсоюзов, а на X съезде (1921 год) заявлял, что его оппоненты устраивают из лозунга "демократизма" фетиш. И.Сталин на XIII партконференции (1924 год) заметил, что для Л.Троцкого "демократия нужна, как конек, как стратегический маневр". Сам же И.Сталин, последовательно борясь с "левацкой" оппозицией Л.Троцкого-Г.Зиновьева (1926--1927 гг.), после её разгрома, под влиянием кризиса хлебозаготовок 1927 года немедленно "перехватил" лозунги оппозиции; в области индустриализации и коллективизации И.Сталин фактически осуществил троцкистскую программу.

Подобные политические манёвры были вполне заурядными для того времени; Г.Зиновьев, ставший во время Гражданской войны личным врагом Л.Троцкого, в 1923--1924 годах ожесточённо боролся с ним (Л.Троцкий даже приписывает Г.Зиновьеву изобретение самого термина "троцкизм"), однако в 1926 году предпочёл составить блок с этим же Л.Троцким. Не менее впечатляющей выглядит политическая эволюция одного из самых умеренных политиков 1920-х годов, Н.Бухарина: во время Гражданской войны он находился не на правом, а, наоборот, на левом фланге большевизма, и даже написал популярный в партии учебник "Азбука коммунизма", наполненный апологетикой режима "военного коммунизма".

Все эти дискуссии развернулись в период особенно массовых наборов в партию полуграмотных рабочих "от станка" во время Ленинского призыва, зачастую вообще не понимавших содержания идейных споров, в ряде случаев, принимавших оторванный от жизни, схоластический характер. Изучение документов того времени показывает, что низовые партийные ячейки в большинстве случаев вообще никак не интересовались бушевавшими в верхах спорами вождей, взаимно дискредитировавших друг друга. Большинство рядовых членов партии в таких условиях предпочитали голосовать за И.Сталина, в качестве Генерального секретаря, превратившегося в верховного распределителя постов и привилегий. К началу 1930-х годов огромное большинство рядовых коммунистов, порядка 75%, имели лишь низшее образование, многие не умели читать и писать. Процент лиц с высшим образованием, и так в среде большевиков всегда невысокий, упал до порядка 1%. В условиях аграрного перенаселения в деревне и безработицы, доходившей в 20-е годы до 15%, люди интересовались совсем другими проблемами. В период борьбы с "троцкистско-зиновьевским блоком" слесарь из Владивостока писал В.Молотову: "Пока Вы там спорите, у меня семья может с голоду умереть...Вы напоминаете средневековые турниры споров на религиозную тему".

Экономические процессы в период нэпа накладывались на политическое развитие и в значительной степени определялись последним. Процессы эти на протяжении всего периода Советской власти характеризовались тяготением к диктатуре, авторитаризму. Пока В.Ленин находился у руля, можно было говорить о "коллективной диктатуре"; лидером он был исключительно за счёт авторитета, однако с 1917 года и эту роль ему приходилось делить с Л.Троцким: верховный правитель в то время именовался "Ленин и Троцкий", оба портрета украшали не только государственные учреждения, но порою и крестьянские избы. Однако с началом внутрипартийной борьбы в конце 1922 года соперники Л.Троцкого -- Г.Зиновьев, Н.Каменев и И.Сталин, -- не обладая его авторитетом, противопоставили ему авторитет В.Ленина и в короткий срок раздули его до настоящего культа, -- дабы обрести возможность гордо именоваться "верными ленинцами" и "защитниками ленинизма".

Это было особенно опасно в сочетании с диктатурой коммунистической партии. Как сказал в апреле 1922 года М.Томский, один из высокопоставленных советских руководителей, "У нас несколько партий. Но, в отличие от заграницы, у нас одна партия у власти, а остальные -- в тюрьме". Как бы в подтверждение его слов, летом того же года состоялся открытый процесс над правыми эсерами. Судили всех более-менее крупных представителей этой партии, остававшихся в стране, -- и вынесли более десятка приговоров к высшей мере наказания (позднее осуждённые были помилованы). В том же 1922 году за границу выслали более двухсот крупнейших представителей российской философской мысли лишь за то, что они не скрывали своего несогласия с советским строем -- эта мера вошла в историю под названием "Философский пароход".

Дисциплина внутри самой коммунистической партии была также ужесточена. В конце 1920 года в партии появилась оппозиционная группировка -- "рабочая оппозиция", которая требовала передачи всей власти на производстве профсоюзам. Дабы пресечь подобные попытки, X Съезд РКП(б) в 1921 году принял резолюцию о единстве партии. Согласно этой резолюции, решения, принятые большинством, должны выполняться всеми членами партии, включая и тех, кто с ними не согласны.

Следствием однопартийности стало сращивание партии и правительства. Одни и те же люди занимали главные должности и в партийных (Политбюро), и в государственных органах (СНК, ВЦИК и т. д.). При этом личный авторитет народных комиссаров и необходимость в условиях Гражданской войны принимать срочные, неотложные решения привели к тому, что центр власти сосредоточился не в законодательном органе (ВЦИК), а в правительстве -- Совнаркоме.

Все эти процессы привели к тому, что действительное положение человека, его авторитет играли в 20-е годы бо?льшую роль, чем его место в формальной структуре государственной власти. Именно поэтому, говоря о деятелях 20-х годов, мы называем прежде всего не должности, а фамилии.

Параллельно с изменением положения партии в стране происходило и перерождение самой партии. Очевидно, что желающих вступить в правящую партию всегда будет гораздо больше, чем в партию подпольную, членство в которой не может дать других привилегий, кроме железных нар или петли на шею. В то же время, и партия, став правящей, стала нуждаться в увеличении своей численности для того, чтобы заполнить государственные посты всех уровней. Это привело к быстрому росту численности коммунистической партии после революции. С одной стороны, проводились периодические "чистки", призванные освободить партию от огромного количества "примазавшихся" псевдокоммунистов, с другой -- рост партии время от времени подхлёстывался массовыми наборами, наиболее значительным из которых был "Ленинский призыв" в 1924 году, после смерти Ленина. Неизбежным следствием этого процесса стало растворение старых, идейных, большевиков среди молодых партийцев и совсем не молодых неофитов. На 1927 год из 1300 тыс. человек, состоявших в партии, только 8 тыс. имели дореволюционный стаж; большинство остальных коммунистическую теорию совершенно не знало.

Понижался не только интеллектуальный и образовательный, но и моральный уровень партии. В этом отношении показательны результаты партийной чистки, проведённой во второй половине 1921 года с целью убрать из партии "кулацко-собственнические и мещанские элементы". Из 732 тыс. в партии было оставлено только 410 тыс. членов (чуть более половины!). При этом треть исключённых были изгнаны за пассивность, ещё четверть -- за "дискредитацию советской власти", "шкурничество", "карьеризм", "буржуазный образ жизни", "разложение в быту".

В связи с ростом партии всё большее значение стала приобретать поначалу незаметная должность секретаря. Любой секретарь -- должность второстепенная по определению. Это человек, который при проведении официальных мероприятий следит за соблюдением необходимых формальностей. В партии большевиков с апреля 1922 года существовала должность Генерального секретаря. Он соединял руководство секретариатом ЦК и учётно-распределительным отделом, который распределял партийцев нижнего уровня по различным должностям. Должность эту получил И.Сталин.

Вскоре началось расширение привилегий верхнего слоя членов партии. С 1926 года этот слой получил и особое имя -- "номенклатура". Так стали называть партийно-государственные должности, входящие в перечень должностей, назначение на которые подлежало утверждению в Учётно-распределительном отделе ЦК.

Процессы бюрократизации партии и централизации власти проходили на фоне резкого ухудшения здоровья В.Ленина. Собственно, год введения нэпа стал для него последним годом полноценной жизни. В мае 1922 года его поразил первый удар -- пострадал головной мозг, так что почти беспомощному В.Ленину установили очень щадящий график работы. В марте 1923 года произошёл второй приступ, после которого В.Ленин вообще на полгода выпал из жизни, чуть ли не заново учась выговаривать слова. Едва он начал оправляться от второго приступа, в январе 1924-го случился третий и последний. Как показало вскрытие, последние почти два года жизни у В.Ленина действовало только одно полушарие головного мозга.

Но между первым и вторым приступами он ещё пытался участвовать в политической жизни. Понимая, что его дни сочтены, он пытался обратить внимание делегатов съезда на самую опасную тенденцию -- на перерождение партии. В письмах к съезду, известных как его "политическое завещание" (декабрь 1922 -- январь 1923 года), В.Ленин предлагает расширить ЦК за счёт рабочих, выбрать новую ЦКК (Центральную контрольную комиссию) -- из пролетариев, урезать непомерно разбухшую и потому недееспособную РКИ (Рабоче-крестьянскую инспекцию).

В записке "Письмо к съезду" была и ещё одна составляющая -- личные характеристики крупнейших партийных деятелей (Л.Троцкий, И.Сталин, Г.Зиновьев, Л.Каменев, Н.Бухарин, Л.Пятаков). Нередко эта часть Письма трактуется как поиск преемника (наследника), однако В.Ленин, в отличие от И.Сталина, никогда не был единоличным диктатором, ни одного принципиального решения не мог принять без ЦК, а не столь принципиального -- без Политбюро, при том, что и в ЦК, и тем более в Политбюро в то время заседали независимые люди, нередко расходившиеся с В.Лениным во взглядах. Поэтому ни о каком "наследнике", вопрос стоять не мог (да и Письмо к съезду "завещанием" назвал не В.Ленин). Предполагая, что и после него в партии сохранится коллективное руководство, В.Ленин давал характеристики предполагаемым членам этого руководства, по большей части двойственные. Только одно определённое указание было в его Письме: пост генерального секретаря даёт И.Сталину слишком большую власть, опасную при его грубости (опасно это было, по мнению В.Ленина, лишь в отношениях И.Сталина и Л.Троцкого, а не вообще). Некоторые современные исследователи полагают, однако, что "Ленинское завещание" больше основывалось на психологическом состоянии больного, чем на политических мотивах.

В.Ленин обращается к очередному съезду партии, в котором говорилось: "Тов. Сталин, сделавшись генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда достаточно осторожно пользоваться этой властью". В добавление к этому письму в начале января 1923 года В.Ленин вновь возвращается к вопросу о некоторых нетерпимых для руководителя личных качествах И.Сталина. "Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и общениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличается от тов. Сталина только одним перевесом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д."

Но письма к съезду дошли до рядовых его участников только в отрывках, а письмо, в котором соратникам давались личные характеристики, ближайшее окружение и вовсе не показало партии. Договорились между собой, что И.Сталин обещает исправиться, -- тем дело и кончилось.

Ещё до смерти В.Ленина, в конце 1922 года, между его "наследниками" началась борьба, точнее -- оттеснение Л.Троцкого от руля. Осенью 1923 года борьба приняла открытый характер. В октябре Л.Троцкий обратился в ЦК с письмом, в котором указал на становление бюрократического внутрипартийного режима. Через неделю открытое письмо в поддержку Л.Троцкого написала группа из 46 старых большевиков ("Заявление 46"). Центральный комитет, разумеется, ответил решительным опровержением. Ведущую роль в этом сыграли И.Сталин, Г.Зиновьев и Л.Каменев. Острые споры не впервые возникали в партии большевиков, но, в отличие от предыдущих обсуждений, на сей раз правящая фракция активно использовала навешивание ярлыков. Л.Троцкого не опровергали разумными доводами -- его просто обвиняли в меньшевизме, уклонизме и прочих смертных грехах. Подмена действительного спора навешиванием ярлыков -- новое явление: его не было прежде, но оно станет всё более привычным по мере развития политического процесса в 20-е годы.

Л.Троцкого победили довольно легко -- следующая же партийная конференция, состоявшаяся в январе 1924 года, обнародовала резолюцию о единстве партии (прежде хранившуюся в секрете), и Л.Троцкий был вынужден замолчать, но не на долго. Осенью 1924 года он, однако, выпустил книгу "Уроки Октября", в которой недвусмысленно утверждал, что революцию делал он с В.Лениным. Тогда Г.Зиновьев с Л.Каменевым "вдруг" вспомнили, что до VI съезда РСДРП(б) в июле 1917 года Л.Троцкий был меньшевиком. В декабре 1924 года Л.Троцкого сняли с поста наркомвоенмора, но оставили в Политбюро.

К 1930-м годам советская государственная идеология обогатилась целым рядом новых доктрин. Личным изобретением И.Сталина обычно считается тезис о "построении социализма в отдельно взятой стране", впервые выдвинутый им в конце 1924 года, хотя на самом деле данное положение было сформулировано В.Лениным в 1915 году в статье "О лозунге Соединённых Штатов Европы". Парадоксально, но по итогам борьбы в советский официоз вошёл целый ряд доктрин, разработанный расстрелянными фракционерами, противниками И.Сталина. Так, термин "генеральная линия партии" был выдвинут Н.Бухариным, славословия в адрес Ленинграда, как "города трёх революций" продвигались Л.Зиновьевым. Л.Зиновьеву также принадлежит тезис о германской социал-демократии, как о "социал-фашизме"; в конечном итоге, эта доктрина обеспечила срыв альянса немецких левых сил против нацизма. Доктрина форсированной "сверхиндустриализации" за счёт выкачки средств из крестьянства впервые была разработана близким к Л.Троцкому экономистом Е.Преображенским в 1924 году. Парадоксально, но даже официозный лозунг "Сталин -- это Ленин сегодня" выдвинут не кем иным, как Л.Каменевым.


4.Новая экономическая политика


Не только удержав, но и укрепив свою власть в ходе Гражданской войны, большевики в 1921 году приступили к созданию первооснов экономики нового типа, еще невиданной в истории человечества. Начинать эту работу им пришлось на развалинах прежней, довоенной экономики, разрушенной в ходе боевых действий во время Первой мировой и Гражданской войн. В стране, где преобладало крестьянское население, применявшее примитивные методы ведения сельскохозяйственного производства с чрезвычайно низкой или нулевой товарностью, в стране, где безграмотность скорее была правилом, чем исключением. Именно этими факторами можно объяснить то крайнее напряжение, которое сопровождало создание основ социалистического общества.

Следует также отметить, что своеобразие предпринятого смелого эксперимента состояло в том, что впервые в истории человечества не экономика определяла форму политической власти, а, наоборот, политическая власть должна была сформировать себе экономический базис, опираясь на проведенную национализацию земли и основных средств производства в промышленности, внешней торговле, банковской системе, железнодорожном и морском транспорте. И не только в этом состояло своеобразие. Как отмечал В.Ленин, "нам наши противники не раз говорили, что мы предпринимаем безрассудное дело насаждения социализма в недостаточно культурной стране. Но они ошиблись в том, что мы начали не с того конца, как полагалось по теории (всяких педантов), и что у нас политический и социальный переворот оказался предшественником тому культурному перевороту, той культурной революции, перед лицом которой мы, все-таки, теперь стоим". И В.Ленин (В.Ленин ПСС, т.33, с.435), поясняя необходимость такого культурного переворота, писал: "...наша задача состоит в культурной работе для крестьянства. А эта культурная работа в крестьянстве, как экономическая цель, преследует именно кооперирование. При условии полного кооперирования мы бы уже стояли обеими ногами на социалистической почве. Но это условие полного кооперирования включает в себя такую культурность крестьянства (именно крестьянства, как громадной массы), что это полное кооперирование невозможно без целой культурной революции" (В.Ленин ПСС, т.33, с.434-435).

Замысел экономической политики послереволюционного периода, сформулированный В.Лениным, состоял в том, чтобы, опираясь на рабоче-крестьянскую власть в форме Советов, не отменяя, а используя рыночные отношения, допуская существование частного предпринимательства, правда, в ограниченных масштабах, на плановой основе осуществить индустриализацию страны и кооперировать население главным образом в аграрном секторе. Другими словами, население должно было идти к социализму, "руководствуясь собственной выгодой" (В.Ленин ПСС, т.27, с.302).

Первым позитивным шагом большевистской партии на пути радикальных преобразований была новая экономическая политика (нэп), призванная сменить обанкротившуюся политику военного коммунизма периода Гражданской войны.

Политика военного коммунизма сформировалась в 1918 году в результате борьбы сторонников концепции смешанной экономики во главе с В.Лениным и Л.Троцким, с одной стороны, и левых коммунистов, предводительствуемых Н.Бухариным, отстаивавших идею немедленного введения социализма, с другой стороны. Последняя группировка, "...включавшая заметную часть партийной элиты, потерпела унизительное поражение в связи с заключением Брест-Литовского договора, но продолжала действовать как фракция большевистской партии, отстаивая свою позицию на страницах журнала "Большевик". Члены этой группы, в которую, в частности, входили А.Коллонтай, В.Куйбышев, Л.Крицмак, В.Оболенский (Н.Осинский), Е.Преображенский, Г.Пятаков и К.Радек, считали себя "совестью революции". Они заявляли, что после Октября В.Ленин и Л.Троцкий неуклонно скатывались к оппортунистическому признанию "капитализма" и "империализма" (Р.Пайпс Русская революция. М.: Росспэн, 1994, с.361). К ним присоединились и меньшевики, которые в апреле 1918 года в своей газете "Вперед" обвинили В.Ленина в соглашении с буржуазией и проведении антирабочей политики. В.Ленин, который всеми силами стремился избежать обвальной национализации, в свою очередь, называл их утопистами и фантастами, жертвами "детской болезни левизны". Однако фракция эта имела мощную поддержку в среде рабочих и интеллигенции, особенно в московской партийной организации, которая чувствовала для себя угрозу в предложениях В.Ленина и Л.Троцкого вводить "капиталистические" методы хозяйствования". Верх в этом противостоянии взяли левые коммунисты. Была осуществлена программа национализации банков и промышленных предприятий (включая мелкие), железных дорог, торговли. Весной 1919 года вместо кооперативов были созданы потребительские коммуны, через которые население должно было, предъявляя карточки, получать продукты питания и предметы первой необходимости. Была также введена система принудительной трудовой повинности. Н.Осинский следующим образом обосновывал политику военного коммунизма: "Рынок - это очаг заразы, из которого постоянно возникают зародыши капиталистического строя. Овладение механизмом общественного обмена уничтожит спекуляцию, накопление новых капиталов, нарождение новых собственников. Оно вынудит деревенских мелких собственников сперва подчиниться общественному контролю над их хозяйством, потом перейти к общественному хозяйству. Правильно проведенная в жизнь монополия на все продукты земледелия, при которой нельзя будет продавать на сторону ни одного фунта зерна, ни одного мешка картофеля, совершенно лишит смысла самостоятельное хозяйствование в деревне" (Н.Осинский Строительство социализма. М.: 1918, с. 46). Лидер левых коммунистов Н.Бухарин в своем произведении "Экономика переходного периода" (http://elib.shpl.ru/ru/nodes/11219-buharin-n-i-ekonomika-perehodnogo-perioda-ch-1-obschaya-teoriya-transformatsionnogo-protsessa-m-1920-trudy-sotsialisticheskoy-akademii-obschestvennyh-nauk#page/1/mode/grid/zoom/1) проводил идею об исчезновении объективных законов при социализме, в котором функционирует организованное хозяйство, выполняющее команды сверху, а сопротивление им подавляется "пролетарским принуждением". Следует отметить, что проведение большевиками радикальной экономической политики было обусловлено не только идеологическими соображениями, но и ожесточенной классовой борьбой. На практике довольно быстро выявилась несостоятельность и пагубность политики экономического экстремизма. В результате ее проведения экономика страны была парализована гиперинфляцией, недееспособной системой взаиморасчетов между национализированными предприятиями. Огромный аппарат ВСНХ практически работал вхолостую. Сокращалось промышленное и сельскохозяйственное производство. Потребности населения удовлетворялись на предельно низком уровне и то главным образом благодаря спекуляции и чудовищно разбухшему черному рынку. В стране нарастало недовольство деятельностью большевиков. Поэтому смена курса была неизбежна. Впервые она была озвучена в январе 1920 года на III Всероссийском съезде Советов народного хозяйства. Съезд принял предложение Ю.Ларина (М.Лурье) упразднить продразверстку, установить натуральный налог в два раза ниже разверстки, а все остальное получать от крестьян путем свободного обмена. "Но тогда ее неизбежность еще не была признана руководством партии, поэтому эти постановления съезда остались неопубликованными, а Ларин поплатился за свою инициативу местом в Президиуме ВСНХ" (С.Павлюченков С чего начинался нэп? Сборник "Трудные вопросы истории". М.: Издательство политической литературы, 1991, с.49). Текст резолюции о нэпе был представлен в ЦК КП(б) только 24 февраля 1921 года, незадолго до Кронштадского мятежа в начале марта того же года. Выяснение сути нэпа породило в партии острые и болезненные дискуссии. Его называли "отступлением", "крестьянским Брестом". В.Ленин же подчеркивал, что в России "смычка с крестьянской экономикой (главный смысл НЭП╢a) - фундаментальное условие построения социализма. Иными словами, НЭП был вызван не конъюнктурой, а всем типом России как крестьянской страны" (С.Кара-Мурза Советская цивилизация. Книга 1.

## Глава 7. Параграф "Советское государство в период НЭПа" (http://www.e-reading.club/book.php?book=25436).


К 1921 году Россия буквально лежала в руинах. По подсчётам специалистов численность населения на оставшихся территориях едва достигала 135 млн. Во время военных действий особенно пострадали Донбасс, Бакинский нефтяной район, Урал и Сибирь, были разрушены многие шахты и рудники. Из-за нехватки топлива и сырья останавливались заводы. Рабочие были вынуждены покидать города и уезжать в деревню. Значительно сократился объём промышленного производства, а вследствие этого -- и производства сельскохозяйственного.

Общество деградировало, его интеллектуальный потенциал значительно ослаб. Большая часть российской интеллигенции была уничтожена или покинула страну.

Таким образом, главная задача внутренней политики РКП(б) и Советского государства состояла в восстановлении разрушенного хозяйства, создании материально-технической и социально-культурной основы для построения социализма, обещанного большевиками народу.

Крестьяне, возмущённые действиями продотрядов, не только отказывались сдавать хлеб, но и поднялись на вооружённую борьбу. Восстания охватили Тамбовщину, Украину, Дон, Кубань, Поволжье и Сибирь. На подавление этих выступлений были брошены части Красной армии.

Как уже выше отмечалось, недовольство перебросилось и на армию. 1 марта 1921 года моряки и красноармейцы Кронштадтского гарнизона под лозунгом "За Советы без коммунистов!" потребовали освобождения из заключения всех представителей социалистических партий, проведения перевыборов Советов и, как следует из лозунга, исключения из них всех коммунистов, предоставления свободы слова, собраний и союзов всем партиям, обеспечения свободы торговли, разрешения крестьянам свободно пользоваться своей землёй и распоряжаться продуктами своего хозяйства, то есть ликвидации продразвёрстки.

Из воззвания Временного революционного комитета г. Кронштадта: "Товарищи и граждане! Наша страна переживает тяжёлый момент. Голод, холод, хозяйственная разруха держат нас в железных тисках вот уже три года. Коммунистическая партия, правящая страной, оторвалась от масс и оказалась не в состоянии вывести её из состояния общей разрухи. С теми волнениями, которые последнее время происходили в Петрограде и Москве и которые достаточно ярко указали на то, что партия потеряла доверие рабочих масс, она не считалась. Не считалась и с теми требованиями, которые предъявлялись рабочими. Она считает их происками контрреволюции. Она глубоко ошибается. Эти волнения, эти требования -- голос всего народа, всех трудящихся. Все рабочие, моряки и красноармейцы ясно в настоящий момент видят, что только общими усилиями, общей волей трудящихся можно дать стране хлеб, дрова, уголь, одеть разутых и раздетых и вывести республику из тупика...".

Убедившись в невозможности договориться с восставшими, власти предприняли штурм Кронштадта. Чередуя артиллерийский обстрел и действия пехоты, к 18 марта 1921 года Кронштадт удалось взять; часть восставших погибла, остальные ушли в Финляндию или сдались.

Политика нэпа была одобрена 14 марта 1921 года X съездом РКП(б). Декретом ВЦИК от 21 марта 1921 года, принятым на основании решений X съезда РКП(б), продразвёрстка была отменена и заменена натуральным продналогом, который был примерно вдвое ниже. Столь значительное послабление дало определённый стимул к развитию производства уставшему от войны крестьянству.

Из обращения ВЦИК и СНК "К крестьянству РСФСР" 23 марта 1921 года: "... Постановлением Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета и Совета Народных Комиссаров развёрстка отменяется, и вместо неё вводится налог на продукты сельского хозяйства. Этот налог должен быть меньше, чем хлебная развёрстка. Он должен назначаться ещё до весеннего посева, чтобы каждый крестьянин мог заранее учесть, какую долю урожая он должен отдать государству и сколько останется в его полное распоряжение. Налог должен взиматься без круговой поруки, то есть должен падать на отдельного домохозяина, чтобы старательному и трудолюбивому хозяину не приходилось платить за неаккуратного односельчанина. По выполнении налога оставшиеся у крестьянина излишки поступают в его полное распоряжение. Он имеет право обменять их на продукты и инвентарь, которые будет доставлять в деревню государство из-за границы и со своих фабрик и заводов; он может использовать их для обмена на нужные ему продукты через кооперативы и на местных рынках и базарах...".

Продналог был первоначально установлен на уровне примерно 20 % от чистого продукта крестьянского труда (то есть для его уплаты требовалось сдать почти вдвое меньше хлеба, чем при продразвёрстке), причём впоследствии его намечалось снизить до 10 % урожая и перевести в денежную форму.

Земельный кодекс РСФСР был принят 30 октября 1922 года и введён в действие с декабря того же года. Он "навсегда отменял право частной собственности на землю", недра, воды и леса в пределах РСФСР. Сдача земли в аренду разрешалась на срок не более одного севооборота (при трёхполье -- три года, при четырёхполье -- четыре года и т. д.). При этом предусматривалось, что "никто не может получить по договору аренды в своё пользование земли больше того количества, какое он в состоянии дополнительно к своему наделу обработать силами своего хозяйства". Использование крестьянами наёмного труда допускалось лишь при "непременном сохранении применяющим его хозяйством своего трудового строя, то есть при условии, если все наличные трудоспособные члены хозяйства наравне с наёмным рабочими принимают участие в работе хозяйства" и при условии невозможности хозяйства самому выполнить эту работу.

Необходимо, однако, отметить тот факт, что зажиточные крестьяне облагались налогом по повышенным ставкам. Таким образом, с одной стороны, была предоставлена возможность улучшать благосостояние, но с другой, не было смысла слишком разворачивать хозяйство. Всё это вместе взятое привело к "осереднячиванию" деревни. Благосостояние крестьян в целом по сравнению с довоенным уровнем повысилось, число бедных и богатых уменьшилось, доля середняков возросла.

Однако даже такая половинчатая реформа дала определённые результаты, и к 1926 году продовольственное снабжение значительно улучшилось.

Возобновилось проведение (1921--1929) крупнейшей в России Нижегородской ярмарки.

В общем, нэп благотворно сказался на состоянии деревни. Во-первых, у крестьян появился стимул работать. Во-вторых, (по сравнению с дореволюционным временем) у многих увеличился земельный надел -- основное средство производства.

Стране требовались деньги -- на содержание армии, на восстановление промышленности, на поддержку мирового революционного движения. В стране, где 80 % населения составляло крестьянство, основная тяжесть налогового бремени легла именно на него. Но крестьянство было не настолько богатым, чтобы обеспечить все потребности государства, необходимые налоговые поступления. Повышенное налогообложение на особо зажиточных крестьян также не помогло, поэтому с середины 1920-х стали активно использоваться иные, неналоговые способы пополнения казны, такие, как принудительные займы и заниженные цены на зерно и завышенные цены на промышленные товары. Как следствие, промышленные товары, если рассчитать их стоимость в пудах пшеницы, оказались в несколько раз дороже, чем до войны, несмотря на менее высокое качество. Образовалось явление, которое с лёгкой руки Л.Троцкого стали называть "ножницами цен". Крестьяне отреагировали просто -- перестали продавать зерно свыше того, что им было нужно для уплаты налогов. Первый кризис сбыта промышленных товаров возник осенью 1923 года. Крестьяне нуждались в плугах и прочих промышленных изделиях, но отказывались покупать их по завышенным ценам. Следующий кризис возник в 1924-25 хозяйственном году (то есть осенью 1924 -- весной 1925). Кризис получил название "заготовительного", поскольку заготовки составили лишь две трети ожидаемого уровня. Наконец, в 1927-28 хозяйственном году -- новый кризис: не удалось собрать даже самого необходимого.

Итак, к 1925 году стало ясно, что народное хозяйство пришло к противоречию: дальнейшему продвижению к рынку мешали политические и идеологические факторы, боязнь "перерождения" власти; возврату к военно-коммунистическому типу хозяйства мешали воспоминания о крестьянской войне 1920 года и массовом голоде, боязнь антисоветских выступлений.

Всё это вело к разноголосице в политических оценках ситуации.

Так, в 1925 году Н.Бухарин призвал крестьян: "Обогащайтесь, накапливайте, развивайте своё хозяйство!", но уже через несколько недель на деле отказался от своих слов. Другие же, во главе с Е.Преображенским, требовали усиления борьбы с "кулаком" (забиравшим в свои руки, как они утверждали, не только экономическую, но и политическую власть в деревне), -- не помышляя, однако, ни о "ликвидации кулачества как класса", ни о насильственной "сплошной коллективизации", ни о свёртывании нэпа (в отличие от Н.Бухарина, который с 1930 года занялся теоретическим обоснованием новой сталинской политики, а в 1937 году в своём письме будущим руководителям партии клялся, что вот уже 8 лет не имеет никаких разногласий с И.Сталиным, Е.Преображенский осуждал сталинскую политику и на Лубянке в 1936 году). Однако противоречия нэпа усиливали антинэповские настроения низовой и средней части партийного руководства

Вопреки распространённому мнению, X съезд РКП(б) не принимал решения о введении свободы торговли и легализации частного предпринимательства. Более того, на этом съезде Ленин недвусмысленно заявил, что свобода торговли является для большевиков "опасностью не меньшей, чем Колчак и Деникин вместе взятые". Съезд принял решение о замене крайне раздражавшей крестьян продразвёрстки более лёгким продналогом, предоставив деревне свободу распоряжаться оставшимися после сдачи продналога и личного потребления излишками. Предполагалось, что государство централизованно обменяет эти излишки на промышленные товары, востребованные на селе -- ситец, керосин, гвозди и т. д.

Однако, жизнь вскоре опрокинула эти оторванные от реальности расчёты. В условиях послевоенной разрухи у государства просто не было достаточного количества промышленных товаров на обмен. Сама логика событий вынудила большевиков, отказавшись от продразвёрстки, постепенно пойти и на легализацию свободы торговли.

В течение 1921 года тон выступлений В.Ленина постепенно менялся. На X Всероссийской партконференции в мае и на III конгрессе Коминтерна в июне-июле он заявлял, что НЭП является временным тактическим отступлением, необходимым до нового подъёма мировой революции, который ожидался в ближайшие годы. Однако осенью заявления стали уже совсем иными.

На II Всероссийском съезде политпросветов, выступая 17 октября с докладом "Новая экономическая политика и задачи политпросветов", В.Ленин (http://leninism.su/works/83-tom-44/943-novaya-ekonomicheskaya-politika-i-zadachi-politprosvetov.html) был вынужден признать, что в известной мере была проведена реставрация капитализма, что его восстановление было необходимо для выживания большевизма, и пределы дальнейшего отступления неизвестны.

На VII Московской губернской партконференции, выступая с докладом 29 октября, В.Ленин (http://studopedia.ru/4_95739_provozglashenie-nepa.html) также признал, что предполагавшийся централизованный товарообмен сорвался "в том смысле, что он вылился в куплю-продажу...частный рынок оказался сильнее нас, и вместо товарооборота получилась обыкновенная купля-продажа, торговля".

Оживление свободы торговли вызвало определённое разочарование части партии. Во многом подобные настроения выразил Л.Троцкий, 25 августа 1921 года на заседании Политбюро пессимистически заметивший, что теперь "дни Советской власти сочтены", и "кукушка уже прокуковала".

Важнейшими элементами нэпа были: переход от продразверстки к продналогу; возобновление свободной торговли; восстановление нормального денежного обращения; введение хозрасчета на национализированных предприятиях; допущение частной собственности путем денационализации мелкой промышленности; использование различных форм государственного капитализма в виде концессий, аренды, смешанных обществ; создание условий для развития кооперации и кустарно-ремесленного производства. Наряду с Госбанком было разрешено создание коммерческих, кооперативных, коммунальных банков, сельскохозяйственных кредитных товариществ. От методов принуждения государство перешло к методу свободного найма рабочей силы с заключением добровольного трудового договора. В 1922 году была введена система социального страхования, которая распространялась на лиц наемного труда. Страховые взносы вносились работодателями без вычетов из заработной платы. Социальное страхование должно было обеспечивать оказание лечебной помощи, выдачу пособий при временной нетрудоспособности и дополнительных пособий (на кормление ребенка, похороны), выдачу пособий по безработице, которая стала возрастать быстрыми темпами, инвалидности и членам семей в случае смерти кормильца. Словом, по всей совокупности предпринимаемых мер большевики вынуждены были пойти на восстановление в ограниченном объеме капиталистического рыночного хозяйства, сохраняя в распоряжении государства рычаги управления экономикой, а также значительную часть национализированных предприятий. В определенном смысле нэп просто узаконил методы хозяйствования и торговли, находившиеся при военном коммунизме в тени и ранее запрещенные декретами правительства.

Власть наконец-то осознала ту простую истину, что в крестьянской стране только восстановление аграрного сектора позволит создать прочную основу для реанимации всей экономики. Ключевым вопросом был размер продналога. Он был установлен на уровне 20% от чистой продукции труда крестьян. Как показывают расчеты С.Струмилина, такой уровень ставки налога оставлял в распоряжении работника в 1,5 раза больше дохода, чем он получал в дореволюционной России, и был примерно на 20% легче, чем пресс продразверстки в годы военного коммунизма (включая изъятия через печатный станок).

Перед советским государством стояли проблемы финансовой стабилизации, а, значит, дефляции и достижения сбалансированного государственного бюджета. Стратегия государства, нацеленная на выживание в условиях кредитной блокады, определила первенство СССР в составлении балансов производства и распределении продуктов.

В июле 1921 года был установлен разрешительный порядок открытия торговых заведений. Постепенно отменялись государственные монополии на различные виды продукции и товаров. Для мелких промышленных предприятий был установлен упрощённый порядок регистрации, были пересмотрены допустимые размеры использования наёмного труда (с десяти работников в 1920 году до двадцати работников на одно предприятие по июльскому декрету 1921 года). Осуществлялась денационализация мелких и кустарных предприятий.

В связи с введением нэпа вводились определённые правовые гарантии для частной собственности. Так, 22.05.1922 года ВЦИК издал декрет "Об основных частных имущественных правах, признаваемых РСФСР, охраняемых её законами и защищаемых судами РСФСР". Затем постановлением ВЦИК от 11.11.22 года с 1.01.23 года был введён в действие Гражданский кодекс РСФСР, который, в частности предусматривал, что каждый гражданин имеет право организовывать промышленные и торговые предприятия.

Ещё в ноябре 1920 года СНК принял декрет "О концессиях", однако лишь с 1923 года начинается практика заключения концессионных договоров, по которым иностранным компаниям предоставлялось право использования государственных предприятий.

Задачей первого этапа денежной реформы, реализуемой в рамках одного из направлений экономической политики государства, явилась стабилизация валютно-кредитных отношений СССР с другими странами. После проведения двух деноминаций, в результате которых 1 млн. руб. прежних денежных знаков был приравнен к 1 рублю новых совзнаков, было введено параллельное обращение обесценивающихся совзнаков для обслуживания мелкого товарооборота и твёрдых червонцев, обеспеченных драгоценными металлами, устойчивой иностранной валютой и легко реализуемыми товарами. Червонец приравнивался к старой 10-рублевой золотой монете, содержавшей 7,74 г чистого золота.

Н.Кричевский в газете "Совершенно секретно" N3 за 2016 год в статье "Седьмое ограбление по-русски" писал: "Коротко о гиперинфляции того периода. По данным Конъюктурного института Николая Кондартьева, индекс цен в Москве показывал в 1921 году по сравнению с 1913-м средний рост в 27 тысяч раз. Цены на продовольственные товары увеличились в 34 тыс. раз, на непродовольственные - в 22 тыс. раз. Больше всего повысились цены на соль - в 143 тыс. раз, цены на сахар выросли в 65 тыс. раз. Из непродовольственных товаров больше других подорожало мыло - в 50 тыс. раз. В 1921 году поездка на трамвае "до следующей" стоила 500 рублей ("через одну" - 900 рублей), а номер газеты "Правда" продавался по цене 2500 рублей". Мой дед, который в то время работал на лесопилке на Черневской спичечной фабрике, приносил очередную зарплату в картофельном мешке и сваливал деньги в сарай. А весной, когда во дворе подсыхало, он вытаскивал деньги на площадку и сушил их, вороша граблями. У меня дома хранится марка, на которой напечатана ее цена -1000000 рублей.

Эмиссия обесценивающихся совзнаков была использована для финансирования дефицита государственного бюджета, вызванного экономическими трудностями. Их удельный вес в денежной массе неуклонно сокращался с 94% в феврале 1923 года до 20% в феврале 1924 года. От обесценения совзнаков большие потери несло крестьянство, стремившееся задержать реализацию своих продуктов, и рабочий класс, получавший заработную плату в совзнаках. Для компенсации потерь рабочего класса использовалась бюджетная политика, направленная на повышение обложения частного сектора и уменьшение обложения государственного сектора. Увеличивались акцизы на предметы роскоши и снижались или вовсе отменялись на предметы первой необходимости. Большую роль в поддержке стабильности национальной валюты в течение всего периода нэпа играли государственные займы. Однако угроза торговой смычке между городом и деревней требовала ликвидации параллельного денежного обращения и стабилизации рубля на внутреннем рынке.

Умелое сочетание плановых и рыночных инструментов регулирования экономики, обеспечивавшее рост народного хозяйства, резкое снижение бюджетного дефицита, увеличение запасов золота и иностранной валюты, а также активный внешнеторговый баланс позволили в течение 1924 года осуществить второй этап денежной реформы по переходу к одной устойчивой валюте. Отменённые совзнаки подлежали выкупу казначейскими билетами по фиксированному соотношению в течение полутора месяцев. Между казначейским рублём и банковским червонцем установили твёрдое соотношение, приравнивавшее 1 червонец к 10 рублям. В обращении находились банковские и казначейские билеты, а золотые червонцы использовались, как правило, в международных расчётах. Их курс в 1924 году стал выше официального золотого паритета по отношению к фунту стерлингов и доллару.

В 20-е гг. широко использовался коммерческий кредит, обслуживавший примерно 85% объёма сделок по продаже товаров. Банки контролировали взаимное кредитование хозяйственных организаций и с помощью операций по учёту и залогу, регулировали размер коммерческого кредита, его направление, сроки и процентную ставку. Однако применение его создавало возможность для внепланового перераспределения средств в народном хозяйстве и затрудняло банковский контроль.

Развивалось финансирование капитальных вложений и долгосрочное кредитование. После гражданской войны капитальные вложения финансировались в безвозвратном порядке или в виде долгосрочных ссуд. Для инвестирования промышленности в 1922 году были созданы акционерное общество "Электрокредит" и Промышленный банк, преобразованные затем в Электробанк и Торгово-промышленный банк СССР. Долгосрочное кредитование местного хозяйства осуществляли местные коммунальные банки, преобразованные в 1926 году в Центральный коммунальный банк (Цекомбанк). Сельскому хозяйству предоставляли долгосрочные кредиты государственные кредитные учреждения, кредитная кооперация. В 1924 году были образованы Центральный сельскохозяйственный банк, а также кооперативные банки -- Всекобанк и Украинбанк. Тогда же был создан Внешторгбанк, осуществлявший кредитно-расчётное обслуживание внешней торговли, куплю-продажу иностранной валюты

Новая налоговая политика государства преследовала экономически и социально оправданную цель - создать условия для заинтересованного и производительного труда крестьян, чтобы на этой основе обеспечить рост их благосостояния. Однако история распорядилась иначе. Не успела отгреметь канонада Гражданской войны, как в 1921 году вслед за неурожайным 1920 годом на страну обрушилась засуха, и во многих регионах урожай полностью погиб.

Но, несмотря на постигшую страну катастрофу, нэп набирал обороты, и в 1926 году страна шла к окончанию восстановительного процесса в промышленности. Крепло и сельское хозяйство, преодолев последствия засухи 1921 года. Доходы крестьянских хозяйств быстро росли. Темпы наращивания промышленного производства в 1921-1925 годах были чрезвычайно высокими, но промышленность не могла насытить внутренний рынок товарами. Товарный голод, как тень, сопровождал бурный рост экономики страны. Причина такого явления была в резко возраставшей платежеспособности крестьян.

В годы Гражданской войны, последовавшей сразу вслед за мировой бойней, от разрухи и голода страдали не только крестьяне, но и городское население, в том числе и рабочий класс. Политика военного коммунизма, навязанная стране, была, вне всякого сомнения, стратегической ошибкой большевиков, которая была ими же и признана. Эта губительная политика была, как отмечалось, в значительной мере следствием экспериментаторского зуда утопически (или прямолинейно и наивно?) мыслящих коммунистов, а не порождением какой-то маниакальной идеи уничтожения крестьянства. Те социологи и историки, которые утверждают подобное, просто не осознают в своем антикоммунистическом ослеплении той простой вещи, что партия власти никак не могла себе позволить подобную абсурдную политику в условиях, когда победа над контрреволюцией возможна была только при поддержке крестьянства. В политике, проводимой В.Лениным, союз рабочих и крестьян был краеугольным камнем - залогом успеха революции в огромной крестьянской стране.

Вышеприведенные данные о налогах на крестьян опровергают все утверждения об антикрестьянской направленности деятельности большевиков в период проведения нэпа. Когда они на своих партийных форумах говорили, что "мы государство не классового насилия над другим классом, а государство классового союза рабочих и крестьян", то это были не пустые слова, а реальная политика. Политика, продиктованная не только идеологическими соображениями, но и чисто прагматическим подходом к государственному управлению в такой огромной крестьянской стране, как СССР. Подтверждением тому служит то, как в период нэпа велась борьба с т.н. "ножницами цен". Дело в том, что в 20-х годах образовалась огромная разница между ценами на сельскохозяйственную и промышленную продукцию. В октябре 1923 года коэффициент роста оптовых цен на промышленные изделия по отношению к довоенному периоду составлял 2,75, а на сельскохозяйственную продукцию, наоборот, только 0,88. Несмотря на все усилия государства по снижению уровня оптовых цен на промышленные товары, розничные цены на них из-за спекулятивной деятельности частного торгового сектора практически не снижались. Так, если государство снизило в период с 1 октября 1923 года до конца 1925 года оптовые промышленные цены на 29%, то розничные цены в то же время уменьшились только на 9%. Оптовые закупочные цены на сельскохозяйственную продукцию государство увеличило на 83%, а розничные цены возросли на 113%. Сложившуюся ситуацию Ф.Дзержинский прокомментировал следующим образом: "Таким образом, если сравнить "ножницы", как они сейчас представляются для крестьянства, т.е. не опт с оптом, а сравнить крестьянский опт с нашей розницей, а для рабочих, наоборот, наш промышленный опт с розницей на хлеб, тогда мы видим, что и рабочие и крестьяне в результате страдают. Так как эти индексы относятся не к деревенскому рынку, а к городам, то, значит, крестьяне страдают еще больше. А что это означает? Это означает очень много. Ведь крестьянин нас не видит, наших благих пожеланий не знает, ему наши враги говорят: "Что там тебе рассказывают хорошие вещи про социализм, а вот смотри, чтобы достать необходимое, сколько нужно уплачивать". Вот тот клин и тот враг, с которым сейчас в момент товарного голода приходится считаться. Для нас это является самым страшным врагом, и если так дальше пойдет, если нами не будут приняты меры, чтобы это изжить, то ясно - наша валюта будет под угрозой. Потому что, если за деньги нельзя купить достаточное количество товаров, если товары дороги, - значит, деньги дешевые. Это отразится на нашей валюте, а наша твердая валюта есть залог союза рабочих и крестьян" (Ф.Дзержинский. Избранные произведения. М.: Госполитиздат, 1957, с. 216). Какие же меры предлагал Ф.Дзержинский? Меры абсолютно экономические, в духе нэпа: развитие кооперации и государственной торговли, т.е. ни о каких мерах административного воздействия на частного торговца речь в 1925 году не шла.

Если вообще говорить о политике властей по отношению к русскому крестьянству, то при царе Россия вывозила зерно за рубеж, в то время как в стране голодали десятки миллионов крестьян. Это была откровенная классовая политика грабежа и насилия. Политика военного коммунизма с ее продразверсткой была продиктована неумолимой логикой борьбы и выживания. Никогда большевики не ставили перед собой цели грабить крестьян. Наоборот, крестьянам была дана земля. И если бы не интервенция 1918 года, то не появились бы комитеты бедноты и отряды продразверстки. Повторяю, если бы крестьяне в своем абсолютном большинстве не поддержали Советскую власть, то большевики ни за что не сумели бы выиграть Гражданскую войну, а затем в кратчайшие сроки восстановить разрушенную войнами экономику.

С 1926 года начался качественно новый этап в развитии экономики СССР, который стал возможным благодаря нэпу. Три взаимосвязанных процесса определяли его содержание: планирование, индустриализация и коллективизация. Именно они к началу 1940 годов и сформировали основы той экономики, которая стала называться социалистической.


5.Индустриализация


Радикальные преобразования произошли при нэпе и в промышленности. Главки были упразднены, а вместо них созданы тресты -- объединения однородных или взаимосвязанных между собой предприятий, получившие полную хозяйственную и финансовую независимость, вплоть до права выпуска долгосрочных облигационных займов. Уже к концу 1922 года около 90% промышленных предприятий были объединены в 421 трест, причём 40% из них было централизованного, а 60 % -- местного подчинения. Тресты сами решали, что производить и где реализовывать продукцию. Предприятия, входившие в трест, снимались с государственного снабжения и переходили к закупкам ресурсов на рынке. Законом предусматривалось, что государственная казна за долги трестов не отвечает.

ВСНХ, потерявший право вмешательства в текущую деятельность предприятий и трестов, превратился в координационный центр. Его аппарат был резко сокращён. Именно в то время появился хозяйственный расчёт, при котором предприятие (после обязательных фиксированных взносов в государственный бюджет) имеет право само распоряжаться доходами от продажи продукции, само отвечает за результаты своей хозяйственной деятельности, самостоятельно использует прибыли и покрывает убытки.

Не менее 20% прибыли тресты должны были направлять на формирование резервного капитала до достижения им величины, равной половине уставного капитала (вскоре этот норматив снизили до 10% прибыли до тех пор, пока он не достигал трети первоначального капитала). А резервный капитал использовался для финансирования расширения производства и возмещения убытков хозяйственной деятельности. От размеров прибыли зависели премии, получаемые членами правления и рабочими треста.

Стали возникать синдикаты -- добровольные объединения трестов на началах кооперации, занимавшиеся сбытом, снабжением, кредитованием, внешнеторговыми операциями. К концу 1922 года 80% трестированной промышленности было синдицировано, а к началу 1928 года насчитывалось 23 синдиката, которые действовали почти во всех отраслях промышленности, сосредоточив в своих руках основную часть оптовой торговли. Правление синдикатов избиралось на собрании представителей трестов, причём каждый трест мог передать по своему усмотрению большую или меньшую часть своего снабжения и сбыта в ведение синдиката.

Реализация готовой продукции, закупка сырья, материалов, оборудования производилась на полноценном рынке, по каналам оптовой торговли. Возникла широкая сеть товарных бирж, ярмарок, торговых предприятий.

В промышленности и других отраслях была восстановлена денежная оплата труда, введены тарифы, зарплаты, исключающие уравниловку, и сняты ограничения для увеличения заработков при росте выработки. Были ликвидированы трудовые армии, отменены обязательная трудовая повинность и основные ограничения на перемену работы. Организация труда строилась на принципах материального стимулирования, пришедших на смену внеэкономическому принуждению "военного коммунизма". Абсолютная численность безработных, зарегистрированных биржами труда, в период нэпа возросла (с 1,2 млн человек в начале 1924 года до 1,7 млн человек в начале 1929 года), но расширение рынка труда было ещё более значительным (численность рабочих и служащих во всех отраслях народного хозяйства увеличилась с 5,8 млн. в 1924 году до 12,4 млн. в 1929 году).

В промышленности и торговле возник частный сектор: некоторые государственные предприятия были денационализированы, другие -- сданы в аренду; было разрешено создание собственных промышленных предприятий частным лицам с числом занятых не более 20 человек (позднее этот "потолок" был поднят). Среди арендованных "частниками" фабрик были и такие, которые насчитывали 200-300 человек, а в целом на долю частного сектора в период нэпа приходилось около пятой части промышленной продукции, 40-80% розничной торговли и небольшая часть оптовой торговли.

Ряд предприятий был сдан в аренду иностранным фирмам в форме концессий. В 1926-27 гг. насчитывалось 117 действующих соглашений такого рода. Они охватывали предприятия, на которых работали 18 тыс. человек и выпускалось чуть более 1% промышленной продукции. В некоторых отраслях, однако, удельный вес концессионных предприятий и смешанных акционерных обществ, в которых иностранцы владели частью пая, был значителен: в добыче свинца и серебра -- 60%; марганцевой руды -- 85%; золота -- 30%; в производстве одежды и предметов туалета -- 22%.

Помимо капиталов в СССР направлялся поток рабочих-иммигрантов со всего мира. В 1922 году американским профсоюзом швейников и советским правительством была создана Русско-американская индустриальная корпорация (РАИК), которой были переданы шесть текстильных и швейных фабрик в Петрограде, четыре -- в Москве.

Бурно развивалась кооперация всех форм и видов. Роль производственных кооперативов в сельском хозяйстве была незначительна (в 1927 году они давали только 2% всей сельскохозяйственной продукции и 7% товарной продукции), зато простейшими первичными формами -- сбытовой, снабженческой и кредитной кооперацией -- было охвачено к концу 1920-х более половины всех крестьянских хозяйств. К концу 1928 года непроизводственной кооперацией различных видов, прежде всего крестьянской, было охвачено 28 млн. человек (в 13 раз больше, чем в 1913 году). В обобществлённой розничной торговле 60--80% приходилось на кооперативную и только 20--40% -- на собственно государственную, в промышленности в 1928 году 13% всей продукции давали кооперативы.

На валютном рынке как внутри страны, так и за рубежом червонцы свободно обменивались на золото и основные иностранные валюты по довоенному курсу царского рубля (1 американский доллар = 1.94 рубля).

В 1921 году был создан Государственный банк РСФСР (преобразованный в 1923 году в Государственный банк СССР), начавший кредитование промышленности и торговли на коммерческой основе. В 1922--1925 гг. был создан целый ряд специализированных банков: акционерные, в которых пайщиками были Госбанк, синдикаты, кооперативы, частные и даже одно время иностранные, для кредитования отдельных отраслей хозяйства и районов страны; кооперативные -- для кредитования потребительской кооперации; организованные на паях общества сельскохозяйственного кредита, замыкавшиеся на республиканские и центральный сельскохозяйственные банки; общества взаимного кредита -- для кредитования частной промышленности и торговли; сберегательные кассы -- для мобилизации денежных накоплений населения. На 1 октября 1923 года в стране действовало 17 самостоятельных банков, а доля Госбанка в общих кредитных вложениях всей банковской системы составляла 2/3. К 1 октября 1926 года число банков возросло до 61, а доля Госбанка в кредитовании народного хозяйства снизилась до 48%.

Товарно-денежные отношения, которые ранее пытались изгнать из производства и обмена, в 1920-е годы проникли во все поры хозяйственного организма, стали главным связующим звеном между его отдельными частями.

В 1930-32 годы прошлого столетия в результате кредитной реформы в СССР окончательно сформировалась "сталинская экономическая система", основой которой являлась уникальная двухконтурная модель денежного обращения:

-- в одном её контуре осуществлялся оборот безналичных денег (рублей);

-- в другом контуре - наличных денег (рублей).

Если опустить отдельные бухгалтерско-банковские тонкости, то сущность двухконтурной системы заключается в следующем:

Обязательными, базовыми условиями существования и функционирования двухконтурной модели денежного обращения являются:

-- абсолютная недопустимость превращения (конвертации) безналичных денег в наличные;

-- жесточайшая государственная монополия на внешнюю торговлю.

В безналичных рублях планировались показатели производственной деятельности, распределялись ресурсы и осуществлялись взаиморасчёты предприятий и организаций. В наличных рублях планировалась "общая сумма выплат" физическим лицам (зарплаты, пенсии, стипендии и пр.).

"Общая сумма выплат" являлась денежным эквивалентом всего, выполненного в государстве созидательного труда, одна часть которого оплачивалась непосредственно его исполнителям, а другая часть изымалась через налоговую службу и выплачивалась "бюджетникам" (чиновникам, военным, пенсионерам, студентам и т.п.).

"Общая сумма выплат" всегда соответствовала "общей суммарной цене", имеющихся в стране потребительских товаров и услуг, предназначенных для реализации населению.

"Общая суммарная цена", в свою очередь, формировалась из двух своих главных составляющих:

1.Суммарная цена на "социальные", жизненно необходимых товары и услуги (здравоохранение, образование, жильё, жизненно важные продуктовые и промышленные товары, топливо, электроэнергия, услуги транспорта и ЖКХ).

2.Суммарная цена на престижные" товары и услуги, не являющихся жизненно необходимыми (легковые автомобили, сложная бытовая техника, хрусталь, ковры, ювелирные изделия).

"Изюминкой" двухконтурной модели являлось то, что государство устанавливало на потребительские товары и услуги "оптимальные" розничные цены, которые не зависели от себестоимости их изготовления и отражали принцип социальной и экономической целесообразности:

1.Цены на "социальные" товары и услуги устанавливали гораздо ниже их себестоимости или делали их вообще бесплатными.

2.Цены на "престижные" товары и услуги, соответственно, устанавливались гораздо выше их себестоимости таким образом, чтобы в составе "общей суммарной цены" компенсировать потери от снижения цен на "социальные" товары и услуги.

Для обоснования и поддержания высоких розничных цен на "престижные" товары, они выпускались в объёмах, поддерживающих их постоянный дефицит и ажиотажный спрос. Деньги, полученные таким путем, никуда не пропадали, а перераспределялись для оплаты труда работников, производящих дешёвые или бесплатные социальные товары и услуги, в том числе:

-- дешёвые услуги транспорта и ЖКХ;

-- дешёвый бензин, электроэнергию и жизненно важные продуктовые и промышленные товары;

-- бесплатное здравоохранение, образование и жильё.

Главной задачей функционирования контура оборота безналичных денег являлась организация оптимального, планового развития всех отраслей народного хозяйства, обеспечивающего жизненные потребности населения и обеспечение суверенитета страны.

Главными задачами функционирования контура оборота наличных денег являлись:

1.Справедливое распределение среди населения СССР жизненно-необходимых товаров и услуг.

2.Материальное стимулирование исполнения установленных плановых показателей, высокого качества и дисциплины труда.

В организациях и на предприятиях существовали очереди на приобретение престижных товаров и получение жилья. В числе первых получали эти блага передовики производства, в числе последних - отстающие и недисциплинированные люди.

3.Поддержание оптимального баланса спроса и предложения на внутреннем рынке товаров и услуг на уровне, исключающем инфляционные процессы.

Система была очень справедливая - никого не принуждали покупать "престижные" товары, все, наоборот, делали это с воодушевлением и удовольствием, а сделанная при их покупке переплата возвращалась каждому в составе пакета социальных товаров и услуг.

Необходимо отметить, что в разряд подобных товаров входили так же табак и водка, спрос на которые при любых завышенных ценах никогда не падал, даже при их абсолютном изобилии.

Товары эти были объектом государственной монополии - за счёт прибыли от их реализации выплачивалась заработная плата военным и прочим государственным людям.

Принимая во внимание объёмы её товарооборота и себестоимость, продукция эта была сверхприбыльной. Особенно водка.

Однако восстановление полноценных товарно-денежных отношений, таило в себе возникновение нового противоречия, которое так и не было преодолено вплоть до 1991 года. Об этом подробно пишет И.Евдокимов в своей статье "План и товар" (http://www.proza.ru/2010/10/10/608): "...сохранение товарных отношений было обусловлено низким уровнем развития производительных сил в стране, которое сохраняло мелкое крестьянское хозяйство, охватывающее 3/4 населения страны. Обособление крестьянского производства, ибо его производство было в основном направлено на удовлетворение потребностей самого крестьянина, в условиях естественно сложившегося общественного разделения труда не могло не породить неизбежным товарные отношения.

Но существование товарных отношений не могло отменить планомерную организацию обобществленного промышленного производства. Первые единые хозяйственные планы, охватывающие все общественное производство, представляли собой скорее программы восстановления. Тресты разрабатывали конкретные планы производства продукции, которые впоследствии соединялись в единую производственную программу...Недостаточный учет общего состояния производства при разработке программы на 1920/1921 годы привел к топливному кризису, который парализовал промышленность. При разработке плана на 1921/1922 год Госплан усилил свою корректирующую роль полученных программ трестов, но и он имел существенные недостатки: ни одна отрасль не справилась с производственными заданиями. План на 1922/1923 год был составлен на основе более реальных оценок, что позволило выполнить план по валовому объему производства на 96,4 процента, а в обрабатывающей промышленность выполнение составило 109 процентов. На такой же основе был составлен и план на 1923/1924 года, но его выполнение началось с кризиса сбыта вследствие "ножниц цен", что не позволило выйти на запланированный уровень. Все планы этих лет характеризует то, что

(1) планирование осуществлялось снизу вверх, от трестов к государственным плановым органам;

(2) большую роль по выявлению потребностей играли синдикаты, торговые объединения, которые формировали номенклатурные заказы для промышленности;

(3) планы основывались на технико-экономических возможностях: количество топлива, наличие и производительность оборудования, количество вовлекаемой в производственный процесс рабочей силы;

(4) планы представляли собой программы по производству конкретных видов продукции, финансовые стороны планов занимали незначительную обобщающую часть;

(5) существование товарно-денежных отношений проявлялось в том, что выполнение планов оценивалась по валовой продукции, выраженной в стоимостном выражении.

Высшей точкой составления планов на основании такой методики был план на 1924/1925 год. Он представлял собой не просто производственную программу, это был производственно-финансовый план, в котором существовала производственная программа, опирающаяся на бюджетно-финансовые возможности. Данной методологии предшествовало все предшествующее развитие советской экономики. Во-1-х, поскольку продукт труда в промышленности является товаром, постольку необходимо был осуществлять калькуляцию стоимости товара, что предопределило переход от натуральных форм заработной платы к денежной заработной плате. Во-2-х, стремление стимулировать сельскохозяйственное производство в условиях товарных отношений привело к переходу от натурального продналога к денежному налогу. В-3-х, и это, пожалуй, главное в 1924 году была закончена денежная реформа и в стране стала существовать твердая валюта, что позволяло более точно ориентироваться в бюджетно-финансовой сфере. Но в любом случае порядок разработки плана на данный год сохранил свою прежнюю направленность движение: снизу вверх, от производственных программ посредством корректировок на основе финансовых возможностей к производственно-финансовому плану. Обобщающим показателем данного плана выступила совокупная стоимость, стоимость совокупного общественного продукта, которая являлась обобщающим результатом всего производства. Тем самым план на 1924/1925 год создал основу для нового качественного скачка в планомерной организации общественного производства, что и нашло свое отражение в плане на все последующие годы. Это был скачок от производственного плана к товарному плану.

Непосредственно-общественное производство предполагает обобществление всех средств производства и объединение всех производственных звеньев в единый производственный организм. Уже это само по себе объединение с необходимостью требует планомерной организации всех производственных звеньев, поскольку если общество как производственная ассоциация организует производство, то она осуществляет это без того, чтобы превращать произведенные продукты труда в товары. Общество интересует весь произведенный совокупный общественный продукт, который будет получен в конце планового периода, который и должен быть распределен. Одна часть распределяется между членами общества для удовлетворения потребностей, вторая часть возмещает потребленные средства производства и, кроме того, предусматривает расширение производства, чтобы достигнуть более высокого уровня удовлетворения потребностей, а по мере их насыщения создавать основу для сокращения продолжительности рабочего времени. В этом обществе производство занимает такое место, какое ему и предназначено, производство служит непосредственно всем членам общества.

В таком случае общество должно еще до начала производства выявить существующие в обществе потребности, объединив самих потребителей в какие-либо потребительские общества. Эти потребительские общества выявляют существующие потребности и оформляют заказы в производственных звеньях. Производственные звенья на основании существующей на данном предприятии производительной силы труда разрабатывают производственные программы, которые с неизбежностью должны корректироваться единым экономическим центром, чтобы осуществить взаимоувязку и корректировку в зависимости от различной производительной силы труда на различных предприятиях и существующих общих потребностей страны. Развитие производительных сил общества будет сопровождаться ростом производительной силы труда на том или ином предприятии (невозможно чисто физически заменить все оборудование в один миг), что и предопределяет необходимость таких корректировок. Естественно, что выявление потребностей населения уже в силу своей массовости и разнообразия предполагает непосредственное участие самих членов ассоциации и тем самым требует привлечения их к плановой работе.

Но в СССР сохранилась товарная форма продукта труда. Теперь совокупный общественный продукт имеет не только свое вещественное содержание, но и стоимостную оценку. План на 1924/1925 год был высшей формой, когда планирование в полной мере отразило форму плана в виде уравнения "а"товара А + "б" товара Б +...+ "n" товара N = Y золота. Y золота есть не что иное, как совокупная стоимость, особенная общественная форма совокупного общественного продукта. Получив свою обособленную форму, планируемый совокупный общественный продукт, который был результатом планирования, сделал сальто-мортале, перевернулся с ног на голову, перевернув свою формулу наоборот Y золота = "а" товара А + "б" товара Б +...+ "n" товара N. То, что было обобщающим результатом планирования, стало его предпосылкой.

Именно это и произошло при разработке планов на 1925/1926 год. При разработке плана на данный год впервые были установлены плановые контрольные цифры по валовой и товарной продукции для сельского хозяйства и для промышленности, по товарообороту и объему грузоперевозок. И это был качественный скачок в самом планировании, который и предопределил все последующее развитие страны. Что же собой представляют контрольные цифры и что служит основой для ее определения? Валовая продукция и товарная продукция есть не что иное, как различные методы исчисления стоимости совокупного общественного продукта. Товарная продукция есть сумма стоимостей товаров, которые произведены предприятием за определенный плановый период времени, независимо от того, лежат ли данные товары на складе или проданы покупателям. Валовая продукция есть не что иное, как товарная продукция плюс стоимость незавершенного производства. Нас же не беспокоит в данном случае, как исчислялась стоимость совокупного общественного продукта, важно то, что она была установлена до начала разработки планов. Теперь тресты при разработке планов должны были ориентироваться, с одной стороны, на заказы синдикатов, которые с определенной долей вероятности выявляли потребности, а с другой стороны, на контрольные цифры.

Поскольку совокупная стоимость является предпосылкой процесса планирования, постольку она не может быть результатом разработки планов на основании существующих потребностей и существующей производительной силы труда. В таком случае базой для определения плановой стоимости совокупного общественного продукта может служить только стоимость произведенного совокупного общественного продукта в предшествующий плану период. Абстрактно это можно выразить следующей формулой. Если мы обозначим, стоимость произведенного в прошлый период совокупного общественного продукта, как Д(пр), плановую контрольную цифру его стоимости на следующий плановый период, как Д(пл), а произведенную его стоимость по окончанию планового периода также, как Д(пр), то получаем следующее движение стоимости совокупного общественного продукта Д(пр) - Д(пл) - Д(пр). Как видит читатель, здесь все части качественно одинаковы, они представляют собой деньги Д, здесь нет никакого качественного разнообразия, а в таком случае здесь могут существовать только количественные различия. И тогда нашу формулу необходимо выразить Д(пр) - Д'(пл) - Д'(пр), где, как Д'(пл) больше Д(пр), так и Д'(пр) больше Д(пр). Будет ли Д'(пр) = Д'(пл) в данном случае или нет не существенно, важно то, что Д'(пр) должна стремиться к Д'(пл). Но Д'(пр) есть тем самым база для разработки плана на последующий плановый период и соответственно Д"(пл) будет установлена больше, чем Д'(пр). Таким образом, переход к планированию с использованием контрольных цифр сам по себе порождает "планирование от достигнутого", которое все столь безжалостно критиковали в перестроечное время, но так и не сумев понять его сущности и причин возникновения.

Появление контрольных цифр оказало существенное влияние на сам процесс планирования. Ранее весь процесс планирования осуществлялся снизу вверх, от разработанных производственных программ на основе выявленных с определенной долей вероятности потребностей к государственным, центральным органам, которые осуществляли корректировку планов, исходя из общего состояния тех или иных отраслей, финансовых возможностей бюджета, и в итоге сформировывался план. Совокупная стоимость была ее обобщающим результатом.

С установлением контрольных цифр разработанный план, составленный в соответствии со старой методологией, мог противоречить установленным контрольным цифрам. В таком случае наступал период взаимоувязки разработанного плана с контрольными цифрами, чтобы достигнуть если не самих контрольных цифр, то, по крайней мере, максимально приблизиться к ним. В таком случае в самом процессе планирования появляется возможность несоответствия планов с реальными возможностями его выполнения. И план на 1925/1926 год это вполне продемонстрировал.

Уже в первом квартале планового периода возник товарный голод, тот самый, который известен современному читателю как дефицит товаров, как превышение платежеспособного спроса над товарным предложением. Но товарный голод породил и неравномерность распределения предметов потребления. Особенно сильным оказался товарный голод в конце 1925 года. В результате пришлось пересматривать все плановые задания в сторону понижения.

Данный этап исследования не является целью осуществить анализ всех причин данного кризиса. Для нас в данном случае важным является сам по себе качественный скачок в планомерной организации производства. Именно потому, что сохранились в стране товарные отношения, а, следовательно, и деньги, как всеобщее воплощение стоимости, весь совокупный общественный продукт получил обобщающую форму: совокупную стоимость. В отсутствие товарных отношений совокупный общественный продукт не имел бы, да и не мог бы иметь никакой обобщающей формы. Столы с картофелем попросту невозможно сложить, для данной математической операции необходимо качественное однообразие предметов, но товар "стол" и товар "картофель" могут быть подвергнуты любым математическим действиям, они, как товары, обладают общим свойством, они суть продукты абстрактного человеческого труда. Теперь совокупный общественный продукт есть не только совокупность потребительных стоимостей, произведенных для удовлетворения потребностей членов общества, но и особенная его форма, совокупная стоимость, которая есть обобщающий результат всего объединенного производства.

И эта особенная форма совокупного общественного продукта позволила осуществить данный качественно иной скачок в планомерной организации производства. Она стала базой для плановой разработки темпов роста производства, поскольку Д'(пл.) больше Д(пр.) за прошедший период, а отношение Д'(пл.) к Д(пр.) есть не что иное как темп роста. Эта особенная форма общественного продукта создала возможность планирования сверху еще до выявления конкретных потребностей в обществе. Если непосредственная планомерная организация с необходимостью предполагает для выявления потребностей и возможностей производства на том или ином предприятии непосредственное участие низовых структур, а, следовательно, и все общественное планирование осуществляется снизу вверх, то совокупная стоимость создала возможность осуществления планирования сверху вниз посредством установления контрольных цифр. Она создала возможность перехода от производства во имя удовлетворения потребностей к производству во имя совокупной стоимости. Но при такой форме планомерной организации производственным процессом сначала фактически распределяется рабочее время по различным отраслям, и только впоследствии на основании установленного планового задания по общему количеству времени, которое государство предполагает затрачивать в данной отрасли, определяют то, что будут производить.

Однако, истины ради, следует сказать, что напечатанные комиссией И.Смилги контрольные цифры на 1925/1926 год подверглись всестороннему обсуждению, были признаны несостоятельными в данный период и, в конечном счете, Совет народных комиссаров не утвердил данные контрольные цифры. Но они все-таки оказали свое влияние, о чем и было сказано выше.

На 1926/1927 год представленные контрольные цифры были составлены менее оптимистичными и для повышения их обоснованности был применен балансовый метод, посредством которого осуществлялась взаимоувязка контрольных цифр, но и они не получили своего утверждения в СНК. Контрольные цифры на 1925/1926 и 1926/1927 годы носили рекомендательный характер, но в стране развернулась широкая дискуссия о правомерности планирования на основе контрольных цифр.

Участники дискуссии разбились на два противоположных лагеря. Одни считали, что контрольные цифры имеет право на существование, но они должны носить рекомендательных характер, чтобы показывать низовым структурам производственного процесса направление движения экономического развития, но основу планирования должно составлять выявление существующих потребностей и возможностей производства по их удовлетворению. По их мнению, существующие материальные условия есть тот самый материальный объективно существующий базис, на основании которого только и возможно построение планов. Другие считали, что планы потому не выполняются, что они не являются директивами партии и правительства. Советское государство диктатуры пролетариата должно ставить цели и с пролетарской решимостью добиваться их выполнения. Первые участники дискуссии получили название "генетиков", вторые - "теологов".

Начало конца данной дискуссии произошло при разработке контрольных цифр на 1927/1928 год. Если все предыдущие контрольные цифры были разработаны Госпланом, государством, как экономическим субъектом, то контрольные цифры на 1927/1928 год были рассмотрены на объединенном Пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б), проходивший в июле-августе 1927 года. Решение Пленума дало директивы по составлению контрольных цифр. Таким образом, контрольные цифры приобрели директивный характер, пока еще не закрепленный юридическими законами, но уже осуществленный. И установление контрольных цифр на Пленуме еще один шаг к централизации всего производственного процесса, который все более и более приобретает совсем иную целенаправленность. Установление директив по разработке контрольных цифр на Пленуме есть не что иное, как первые шаги по сращиванию государства, как экономического субъекта с государством, как политическим институтом (использование И.Евдокимовым понятия "государство как экономический субъект", на мой взгляд, научно не обосновано- ВП). Придание директивного характера, хотя и на партийном уровне, контрольным цифрам, впервые осуществленное в 1928 году порождает совсем иное целеполагание в развитии производства. На смену непосредственной направленности на удовлетворение непосредственных потребностей приходит косвенное целеполагание, направленное на производство совокупной стоимости. Во всей экономической деятельности по руководству обобществленным сектором производства государство приобрело свой особый интерес, проявляющийся в совокупной стоимости. Придание директивности контрольным цифрам на уровне партийных органов рано или поздно должно было получить и свое юридическое оформление, которое и нашло свое окончательное выражение в постановлении ЦК ВКП(б) от 5 декабря 1929 года "О реорганизации управления промышленностью".

Суть данной реформы предоставим выразить современнику того времени В.Куйбышеву: "Промышленность только тогда получит значительную возможность развития, если мы всю реорганизацию управления проведем по принципу децентрализации оперативных функций и централизации планового руководства и регулирования". И далее: "Только при том условии, если будут ликвидированы корни существующих недостатков в области исполнения, если будет организован аппарат таким образом, что он в самом себе будет содержать гарантии своевременного контроля и проверки выполнения директив вышестоящих органов, - только при этом условии можно будет добиться прочных результатов".

Вот так вот, не более и не менее. Централизация планирования, план закон, оперативная самостоятельность производственной деятельности в выполнении планов, контроль аппарата за выполнением планов. И в заключение всего все это прикрывается развитием демократии.

Теперь государство определяет планы, опираясь на произведенную совокупную стоимость в прошедший период. Основой этих планов становится производство совокупной стоимости, все остальные стороны плана служат всего лишь способом достижения в процессе производства установленной совокупной стоимости. Производственные звенья должны были организовать так производство, чтобы добиться выполнения установленных планов по производству совокупной стоимости, для этого им была предоставлена оперативно-хозяйственная самостоятельность. Но эта самостоятельность ограничена планом, который он обязан выполнить. На смену производственному плану, основанному на изучении потребностей с определенной долей вероятности, пришел товарный план, построенный на установлении заданий по производству совокупной стоимости.

Переход к товарному плану породил с неизбежностью некоторые моменты.

Первый момент. Планирование в соответствие с контрольными цифрами с естественной необходимостью вступил в противоречие с деятельностью синдикатов. Синдикаты представляли собой торговые объединения, которые продавали на рынке большую часть производимой трестами продукции. В таком случае синдикаты выполняли функции в условиях рыночных отношений потребительских обществ по выявлению потребностей и формированию заказов для трестов. Синдикаты и тресты заключали между собой договора на производство продукции. Номенклатуру этой продукции и определял синдикат. Трест, в свою очередь, определял свои производственные возможности по выполнению заказов и подавал тем же синдикатам заявки на необходимые материалы для выполнения производственной программы. Вся эти заказы, принятые трестами к выполнению и составляли совокупность производимой продукции, как потребительных стоимостей, и, поскольку это были товары, сумма цен этих товаров составляла общий объем производства по стоимости. Совокупная стоимость в таком случае есть получающийся результат.

Но при планировании на основе контрольных цифр трестам устанавливаются плановые задания по производству совокупной стоимости. Получаемые же заказы от синдикатов в своем натуральном выражении оказывались порой не соответствующими в своей обобщающей стоимостной оценке, но поскольку контрольные цифры имеют директивный характер, постольку деятельность синдикатов попросту противоречит правильной организации плановой работы государства. И споры о контрольных цифрах, и нежелание СНК их утверждать были тому ярким подтверждением. Но с приданием контрольным цифрам директивного характера деятельность синдикатов противоречит политике государства, как экономического субъекта, имеющего свой обособленный экономический интерес, проявляющийся в совокупной стоимости. Результат был предопределен. Было принято решение об упразднении синдикатов и об объединении производства, снабжения и сбыта в одних руках.

Второй момент. Непосредственное выполнение планов осуществлялось на предприятиях, которые были объединены в тресты. Государство, как экономический субъект, устанавливает планы и должно контролировать их исполнение. Исполнение планов осуществляется предприятиями, а контроль государством за деятельностью трестов, как, впрочем, и стимулирование за выполнение планов осуществлялось по отношению ко всему тресту. Было принято решение о переводе на хозрасчет непосредственно предприятий и повышение роли единоначалия именно руководителей предприятий.

Третий момент. Реорганизация в управлении обобществленным сектором, каковым и была промышленность, она не коим образом не могла затронуть сельское хозяйство. Если обобществленный сектор экономики государство стало планировать посредством установления контрольных цифр, то мелкое раздробленное сельскохозяйственное производство не поддавалось планомерной организации. В 1925 году была предпринята попытка привязать мелкое крестьянское производство к планомерной организации обобществленной промышленности посредством договоров контрактации. Государственные учреждения на местах заключали с крестьянами договор контрактации, согласно которому крестьянин обязался поставить государственному учреждению определенное количество определенного продукта своего труда по определенной цене. Данные договора естественно оказывали существенное влияние на рыночные отношения, ибо крестьянин теперь работал на неизвестный рынок, где господствуют стихийно складывающиеся цены, а не на определенного покупателя по определенным ценам. Но выполнение планов контрактации было сопряжено с огромными трудностями. Во-первых, если цены на промышленную продукцию оказывались завышенными по сравнению с периодом заключения договора, то крестьянину было невыгодно продавать свою продукцию в соответствие с договором, он предпочитал ждать повышения цен на свою продукцию. Во-2-х, если рыночные цены на поставляемую продукцию оказывались в момент поставки выше цен, заложенных в договоре, то крестьянин стремился продавать свою продукцию по существующим ценам. И в-3-х, в случае неурожайного года, стоимость производимой продукции автоматически возрастала, а количество производимой продукции падала, что затрудняло выполнение крестьянами договора контрактации, а то порой и попросту делало его выполнение невозможным.

Придав контрольным цифрам форму директивы, план приобрел форму товарного плана, где определяющим становится совокупная стоимость. Но планирование, основанное на совокупной стоимости, меняет все приоритеты и цели непосредственного производства, основным и направляющем в этом случае становится темп роста, о чем и говорилось ранее. Но обеспечение роста совокупного общественного продукта, даже если мы предположим, что план в своем развернутом виде соответствует существующим в обществе потребностям, с неизбежностью предполагает расширение производства, что требует строительства новых предприятий. Создание же новых предприятий потребовало от государства увеличение объемов импорта оборудования и необходимых материалов, что в свою очередь возможно только при условии увеличения экспорта хлеба.

Как мы знаем, план на 1927/1928 год был составлен на основании контрольных цифр, которые приняли директивную партийную форму, будучи, основанными на решении объединенного Пленума ЦК и ЦКК, но сложившиеся рыночные условия при его выполнении привели к нежеланию крестьян выполнять условия договоров контрактации, на рынке не хватало достаточного количества промтоваров. В таких условиях крестьянин предпочел задержать продажу хлеба, нарушая условия договоров контрактации. Последствия Вам известны, применение чрезвычайных мер в отношении хлебозаготовок. Таким образом, мелкое крестьянское производство вступило в противоречие с изменившимися условиями, основу которых составлял товарный план. И то, что Сталин в дальнейшем в своем выступлении говорил, о том, что крестьянское мелкотоварное хозяйство сдерживает индустриальное развитие страны, и на основании этого было выдвинуто требование коллективизации сельского хозяйства, есть всего лишь повод. Причиной было то, что мелкотоварное производства крестьянина поставило под сомнение само существование товарного плана. Но поскольку сама по себе совокупная стоимость стала овеществленным выражением интересов государства, постольку ради этого не грех было пойти и на коллективизацию.

Конечно, прочитав вышесказанное, многие воскликнут: "Иного пути не было, обострение на международной арене и угроза войны толкали на необходимость принятия данного решения". Было! И это сказано не в запальчивости и даже не вследствие анализа всех сторон того периода. Нацисты в фашистской Германии смогли это сделать без излишних катаклизмов. Нацисты попросту жестко регламентировали все личное потребление. А, ограничив личное потребление, направили высвободившиеся ресурсы на производство оружия для подготовки к войне. Анализ всех сторон этого процесса требует анализа непосредственно самого процесса производства и воспроизводства, который на данном этапе исследования еще читателю не предоставлен на суд, но одним замечание я все же ограничусь.

Общество может направить такое количество труда на производство средств производства, сколько оно сможет в силу существующей производительной силы труда освободить в производстве предметов потребления. Перейдя от производственного плана к товарному плану, государство направило всю производственную деятельность на производство совокупной стоимости. Но ее увеличение, как мы уже говорили, требует и увеличение накопления, которое все большее количество труда отвлекает от производства предметов потребления и направляет его на производство средств производства. В таком случае вся денежная масса, выплачиваемая рабочим, не находит своего товарного обеспечения, возникает и стабильно существует товарный голод, который раз возникнув одновременно с планированием, опирающемся на контрольные цифры в 1925 году, больше никогда не покидал родного отечества. Масса денег постоянно превышала массу товаров в стоимостном выражении. Кроме того, этот процесс еще более усиливался, ибо мы строили социализм, но что это за социализм, если не повышается народное благосостояние. Планы постоянно предусматривали повышение заработной платы и на различного уровня собраниях, совещаниях, съездах и т.п. постоянно говорили о том, насколько возросла и насколько планируется рост зарплаты, как изменилась номинальная и как изменилась реальная зарплата. Но, к сожалению, в условиях ставшего хронического дефицита товаров реальная зарплата - это не та зарплата, которая определяется соотношением изменения ее роста в номинальном исчислении и роста цен. В таких условиях реальность зарплаты определяется тем, что имеешь ли ты возможность превратить свою зарплату в товар или нет, имеешь ли ты доступ к закрытому распределителю или нет, можешь ли ты после работы зайти в N-ую торговую точку, чтобы получить причитающийся тебе паек или ты должен занять очередь за хлебом с вечера, всю ночь отстоять в очереди, надеясь купить хлеб до начала рабочего времени.

Анализируя товарный план, мы видели, что во-1-х, государство при планировании от достигнутого уровня, которое опирается на ранее произведенную совокупную стоимость в предшествующий плановому период, может установить такую величину совокупной стоимости, которая будет не соответствовать структуре производимых товаров, необходимых для удовлетворения потребностей общества. Совокупная стоимость в своем определении опирается не на существующие потребности, а на ранее созданную совокупную стоимость и именно поэтому она есть предпосылка планомерной организации производственного процесса, начиная с планирования и заканчивая его выполнением. Во-2-х, если мы предположим, что разработанный план всецело соответствует существующим в обществе потребностям, то в условиях господства товарного плана товар становится попросту эквивалентом совокупной стоимости. Рабочие предприятия, производя товар, своим трудом производят и стоимость товара, а тем самым и совокупную стоимость, которая есть, по сути, сумма стоимостей отдельных произведенных товаров. Теперь ориентир для предприятия стоимость, а не существующие в обществе потребности. В таком случае, и это мною было показано при анализе товарного плана в первой части данной работы и проиллюстрировано на примере швейного предприятия, товаропроизводитель может видоизменить производимую номенклатуру, добиваясь выполнения планов по совокупной стоимости, но, не давая обществу необходимые товары. Но чтобы обязать предприятия выполнять установленный товарный план, необходимо определить ответственное лицо в управленческой структуре, которое будет отвечать за его выполнение, отсюда и усиление единоначалия на предприятии.

Но это не могло остановить предприятия. Директора стремились выполнять планы в ущерб интересам других предприятий. 5 декабря 1929 года было принято постановление о реорганизации управления, а спустя всего лишь год в начале 1931 года на совещании хозяйственных работников со всех сторон посыпались вопросы и возмущенные восклицания о нарушении договоров поставок, которое приводит к серьезным затруднениям в выполнении планов. Таким образом, товарный голод охватил не только индивидуальное потребление, но и производительное потребление.

Если бы планирование осуществлялось в условиях непосредственно общественного производства, то общество, исходя из общественной необходимости могло бы и увеличить количество труда для производства средств производства свыше допустимого, но тогда было бы произведено меньшее количество предметов потребления. Распределение по труду предполагает, что каждый работник получает от общества такое количество предметов потребления, в которых содержится столько труда, сколько он дал обществу за вычетом в общественные фонды. Здесь не было бы и не могло бы быть место дефициту товаров и его развращающему неравенству в потреблении. Здесь бы общество сознательно пошло бы на ограничения своего бы потребления, поскольку возрастали бы вычеты в общественные фонды".

Всего за 5 лет, с 1921 по 1926 год., индекс промышленного производства увеличился более чем в 3 раза; сельскохозяйственное производство возросло в 2 раза и превысило на 18% уровень 1913 года. Но и после завершения восстановительного периода рост экономики продолжался быстрыми темпами: в 1927 и 1928 гг. прирост промышленного производства составил 13 и 19% соответственно. В целом же за период 1921--1928 гг. среднегодовой темп прироста национального дохода составил 18%.

Самым важным итогом нэпа стало то, что впечатляющие хозяйственные успехи были достигнуты на основе принципиально новых, неизвестных дотоле истории общественных отношений. В промышленности ключевые позиции занимали государственные тресты, в кредитно-финансовой сфере -- государственные и кооперативные банки, в сельском хозяйстве -- мелкие крестьянские хозяйства, охваченные простейшими видами кооперации. Совершенно новыми оказались в условиях нэпа и экономические функции государства; коренным образом изменились цели, принципы и методы правительственной экономической политики. Если ранее центр прямо устанавливал в приказном порядке натуральные, технологические пропорции воспроизводства, то теперь он перешёл к регулированию цен, пытаясь косвенными, экономическими методами обеспечить сбалансированный рост". Что из этого получилось, аргументированно показал И.Евдокимов.

Государство оказывало нажим на производителей, заставляло их изыскивать внутренние резервы увеличения прибыли, мобилизовывать усилия на повышение эффективности производства, которое только и могло теперь обеспечить рост прибыли.

Широкая кампания по снижению цен была начата правительством ещё в конце 1923 года, но действительно всеобъемлющее регулирование ценовых пропорций началось в 1924 году, когда обращение полностью перешло на устойчивую червонную валюту, а функции Комиссии внутренней торговли были переданы Наркомату внутренней торговли с широкими правами в сфере нормирования цен. Принятые тогда меры оказались успешными: оптовые цены на промышленные товары снизились с октября 1923 года по 1 мая 1924 года. на 26% и продолжали снижаться далее.

Весь последующий период до конца нэпа вопрос о ценах продолжал оставаться стержнем государственной экономической политики: повышение их трестами и синдикатами грозило повторением кризиса сбыта, тогда как их понижение сверх меры при существовании наряду с государственным частного сектора неизбежно вело к обогащению частника за счёт государственной промышленности, к перекачке ресурсов государственных предприятий в частную промышленность и торговлю. Частный рынок, где цены не нормировались, а устанавливались в результате свободной игры спроса и предложения, служил чутким "барометром", "стрелка" которого, как только государство допускало просчёты в политике ценообразования, сразу же "указывала на непогоду".

Но регулирование цен проводилось бюрократическим аппаратом, который не контролировался в достаточной степени непосредственными производителями. Отсутствие демократизма в процессе принятия решений, касающихся ценообразования, стало "ахиллесовой пятой" рыночной социалистической экономики и сыграло роковую роль в судьбе нэпа.

Сколь ни блестящи были успехи в экономике, её подъём ограничивался жёсткими пределами. Достигнуть довоенного уровня было нелегко, но и это означало новое столкновение с отсталостью вчерашней России, сейчас уже изолированной и окружённой враждебным ей миром. В конце 1917 года прекратило торговые отношения с Советской Россией правительство США, в 1918 году - правительства Англии и Франции. В октябре 1919 года Верховный совет Антанты объявил о полном запрещении всех форм экономических связей с Советской Россией. Империалистические державы пытались с помощью блокады удушить голодом первое в мире социалистическое государство. В результате провала интервенции против Советской республики и роста противоречий в экономике самих империалистических стран государства Антанты были вынуждены снять блокаду (январь 1920 года). Потерпев поражение с организацией общей блокады, империалистические государства пытались организовать т.н. золотую блокаду, отказываясь принимать в качестве платёжного средства советское золото, а несколько позже -- кредитную блокаду, отказываясь предоставлять СССР кредиты. Советский Союз успешно прорывал одну форму экономической блокады за другой.

Непосредственным поводом для полного сворачивания нэпа послужил срыв государственных хлебозаготовок в конце 1927 года. В конце декабря по отношению к кулачеству впервые после окончания "военного коммунизма" были применены меры принудительной конфискации хлебных запасов. Летом 1928 года они были временно приостановлены, но затем вновь возобновились осенью 1928 года.

В октябре 1928 года началось осуществление первого пятилетнего плана развития народного хозяйства, руководство страны взяло курс на форсированную индустриализацию и коллективизацию. Хотя официально НЭП никто не отменял, к тому времени он был уже фактически свёрнут.

Юридически НЭП был прекращён только 11 октября 1931 года, когда было принято постановление о полном запрете частной торговли в СССР.

Несомненным успехом НЭПа было восстановление разрушенной экономики, причём, если учесть, что после революции СССР лишился высококвалифицированных кадров (экономистов, управленцев, производственников), то успех новой власти становится "победой над разрухой". В то же время, отсутствие тех самых высококвалифицированных кадров стало причиной просчётов и ошибок.

Значительные темпы роста экономики, однако, были достигнуты лишь за счёт возвращения в строй довоенных мощностей, ведь Советский Союз лишь к 1926 - 1927 году достиг экономических показателей 1913 года. Потенциал для дальнейшего роста экономики оказался крайне низким. Частный сектор не допускался на "командные высоты в экономике", иностранные инвестиции не приветствовались, да и сами инвесторы особо не спешили в Советский Союз из-за сохраняющейся нестабильности и угрозы национализации капиталов. Государство же было неспособно только из своих средств производить долгосрочные капиталоёмкие инвестиции.

В 1927 году СССР вплотную подошел к концу восстановительного периода, и в связи с этим возникло множество вопросов о путях дальнейшего развития экономики. Какие отрасли развивать в первую очередь и какими темпами? Сельское хозяйство или промышленность? А если промышленность, то тяжелую индустрию или отрасли, производящие товары народного потребления? Как должно сложиться соотношение между накоплением и потреблением? Сколько тратить на оборону? Как строить экономические отношения с мировым капиталистическим хозяйством? Идти по пути нэпа или взять курс на его свертывание? И т.д. и т.п. Вокруг этих вопросов велись ожесточенные дискуссии, порой приобретавшие острые политические формы. Как известно, был взят курс на индустриализацию, что и нашло отражение в первом пятилетнем плане, ставшем главным рычагом реализации экономической политики партии. В резолюции XV съезда ВКП (б) была дана следующая директива: "При составлении пятилетнего плана народного хозяйства необходимо стремиться к достижению наиболее благоприятного сочетания следующих элементов: расширенного потребления рабочих и крестьянских масс; расширенного воспроизводства (накопления) в государственной индустрии на основе расширенного воспроизводства в народном хозяйстве вообще; более быстрого, чем в капиталистических странах, темпа народнохозяйственного развития и непременного систематического повышения удельного веса социалистического хозяйственного сектора, что является решающим и главным моментом во всей хозяйственной политике пролетариата" (КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II, 1954, с. 452-453).

Какова же была логика выбора из множества возможных вариантов того единственного, который и был воплощен в первом и последующих предвоенных пятилетних планах?

Ставка была сделана на собственные силы, внутренние ресурсы. Однако при этом руководство СССР сознавало, что в условиях Великого кризиса западные корпорации с готовностью будут продавать столь необходимые для индустриализации страны машины, оборудование и технологии. Как сказал последний премьер СССР В.Павлов: "...Запад, чтобы устоять, хватался уже за любую возможность зарабатывать, именно тогда мы купили ГАЗ, Магнитку, "Уралмаш", весь хребет нашей экономики" (В.Павлов Интервью газете "Совершенно секретно" N 8. 1994).

Считалось, что ориентация на ускоренное развитие аграрного сектора и добывающих отраслей, чтобы в перспективе получать доход от экспорта зерна и сырья, может обратить СССР в колонию иностранного капитала, что было бы равнозначно самоубийству. Выбор предопределил внешний фактор - а именно потенциальная угроза социалистическому строю, потому предпочтение было отдано варианту, который обеспечивал создание мощной индустрии по производству средств производства, а также вооружения.

Что касается ключевой проблемы - взаимосвязи индустриализации и аграрной политики, то ее декларированная суть была сформулирована одним из авторов пятилетки С.Струмилиным следующим образом: "Мы очень охотно идем навстречу интересам деревни. Индустриализация страны, умножая и удешевляя товары, направляемые в деревню, расширяя рынок для товарной продукции деревни и для поглощения аграрного перенаселения, является лучшим залогом плодотворности наших забот о деревне. Но мы идем на удешевление цен для деревни лишь в меру снижения себестоимости индустриальной продукции. И притом лишь за счет технической и всякой иной рационализации труда, а не за счет оплаты труда пролетариата и снижения темпа развертывания социалистической промышленности, как этого хотелось бы идеологам хозяйственного мужичка в деревне. Советская власть придает огромное значение подъему сельского хозяйства и благосостояния бедняцко-середняцких слоев деревни. Она не жалеет для этого миллиардных затрат. Но перед ней стоят и другие, не менее важные задачи, требующие еще более значительных затрат и усилий. И во всяком случае политика жертв пролетариата во имя капиталонакопления кулацких верхушек деревни - не наша политика (С.Струмилин. "На плановом фронте". М.: Госполитиздат, 1958, с. 346).

В ходе формирования плана первой пятилетки его авторами неоднократно подчеркивалось, что накопления, необходимые для индустриализации, должны осуществляться в соответствии с реальными финансовыми возможностями государства, не нанося ущерба жизненному уровню рабочих и крестьян. Однако индустриализация, на которую было затрачено 15,5 млрд. рублей (в ценах 1961 года), в том числе 13,0 млрд. в тяжелую промышленность и 2,5 млрд. рублей в легкую промышленность, и за счет которых было введено в строй 9 тысяч крупных предприятий, потребовала огромных жертв от народа. Для закупки промышленного оборудования за рубежом экспортировалось большое количество хлеба в ущерб внутреннему потреблению. Все это привело к ухудшению рабочего снабжения, введению карточной системы, которая была отменена лишь с 1 января 1935 года.

Как можно с позиций сегодняшнего дня оценить то, что было сделано в 1930-е годы?

С одной стороны, конечный результат был впечатляющим, ничего подобного мировая история до сих пор не знала. Была создана индустрия, выведшая СССР в число ведущих стран мира по экономическому потенциалу. По сравнению с 1913 годом объем валовой продукции промышленности в 1940 году возрос в 7,7 раза, в том числе производство средств производства увеличилось в 13,4 раза, а предметов потребления - в 4,6 раза. СССР мог теперь самостоятельно осуществлять техническое оснащение всех отраслей экономики и производить все виды оружия. Имея в виду победу, одержанную над фашистской Германией в войне 1941-1945 годов, понесенные жертвы оказались не напрасными. Индустриализация коренным образом преобразила не только экономику страны, подняв ее на качественно новый уровень с точки зрения возможностей самовоспроизводства, в частности сельского хозяйства, на современной технической основе, но и радикальным образом изменила социальную структуру общества. Была ликвидирована безработица. Резко увеличилась численность городского населения (его доля в 1939 году составила 33% против 18% в 1913 году), в основном за счет рабочих и инженерно-технического персонала предприятий. В 1940 году в промышленности и строительстве работало 12,5 млн. человек против 4,5 млн. в 1928 году. К началу 1941 года в народном хозяйстве насчитывалось 235 тыс. инженеров с высшим образованием и 324 тыс. техников со средним специальным образованием. Индустриализация вовлекла в свою орбиту Поволжье, Сибирь, Дальний Восток, Казахстан, республики Средней Азии и Закавказья.

С другой стороны, при впечатляющих цифрах количественных показателей качественные показатели далеко отставали от уровня развитых капиталистических стран. Это касалось не только производительности труда, но и технико-экономических показателей выпускаемой продукции. Примеров можно привести бесчисленное множество. Так, выпуск чугуна и стали в расчете на одного рабочего были в среднем в 5 или более раз ниже, чем в США. На одного рабочего карьеров приходилось в СССР 500 тонн, в США - 5000 тонн. "В Америке грузовая машина пробегает 60-80 тыс., даже 100 тыс. километров в год, в СССР только 20 тыс., т.е. в 3-4 раза меньше. Из каждых 100 машин в работе только 55: остальные в ремонте или в ожидании его. Стоимость ремонта в 2 раза превышает стоимость всех выпускаемых новых машин" (Л.Троцкий. "Преданная революция. Что такое СССР и куда он идет?" 1936 год - http://www.magister.msk.ru.).

Как известно, проблема достижения высоких качественных показателей - это проблема культуры в самом широком смысле слова, а также умения организовывать производство. В этих вопросах СССР отставал от индустриально развитых капиталистических стран по очень многим параметрам.

Следует также отметить, что методы, использованные властью для проведения в жизнь форсированной индустриализации, свидетельствуют о том, что руководство страны взяло курс на разрыв с нэпом, сделав ставку на административные формы управления экономикой. Реализация программы индустриализации стала возможной только благодаря огромным масштабам страны, наличию всевозможных природных богатств и значительных свободных трудовых ресурсов. Но, несмотря на совокупность этих объективных факторов, достигнутый результат был бы невозможен в условиях капиталистического хозяйства. Наличие государственной формы собственности на основные средства производства в сочетании с сосредоточением в руках центрального руководства страны всех видов власти, использующей инструмент планирования, - вот что сделало в принципе возможным мобилизацию и направление миллиардов рублей на развертывание гигантского промышленного строительства и освоение вновь введенных в строй производственных мощностей. Политическая воля руководства страны, которое форсировало темпы индустриализации (подчас волюнтаристски), аргументируя свое поведение нависшей внешней угрозой, нашла отклик у десятков миллионов людей, которые с подлинным энтузиазмом учились, работали, не щадя себя, строя в труднейших условиях тысячи предприятий и осваивая новую технику. Это - бесспорный факт истории. Таким же неоспоримым фактом является и то, что в стране было немало и решительных противников индустриализации. И не только среди простого люда, но и в составе высшего руководства страны. Однако их сопротивление было сломлено. И не только репрессиями, но и средствами массовой пропаганды.

Существует еще одна малоизвестная грань индустриализации, а именно артельная форма собственности, сохранившаяся с времен нэпа. Привожу одну из справок по этому вопросу: "Предпринимательство при Сталине...Наверное, если бы я сам прочитал лет пять-шесть назад такой заголовок, то сразу решил бы, что речь идет о ликвидации предпринимателей, как класса, перевоспитании на Беломорканале, наказаниях в ГУЛАГе и прочем "кошмарении малого бизнеса". Ну, как же может быть иначе - Сталин, строительство социализма, НЭП давно прикрыт, плановое хозяйство - какое тут может быть частное предпринимательство? А оказалось - могло быть.

И очень даже мощно развивалось это предпринимательство при товарище Сталине, пока Хрущев в 1956 году не прикрыл и ликвидировал этот сектор народного хозяйства вместе с приусадебными участками (которые, кстати, при Сталине были до 1 гектара). Я впервые заинтересовался темой предпринимательства в сталинские времена, когда просматривал многотомное издание документов НКВД периода Великой Отечественной войны. Там был представлен рапорт старшего майора (было такое звание) НКВД о состоянии дел на заводе, выпускающем артиллерийские снаряды. Рапорт чисто статистический, столько-то тысяч готовых снарядов на складах, столько-то тысяч - в процессе производства, материалов для производства снарядов - столько-то, на такой-то период работы. Все понятно, рутинно, но неожиданным было то, кому принадлежит производство - производственной артели! А ведь речь шла о выпуске десятков тысяч снарядов, мощном производстве!

Мое детство прошло в хрущевское время, поэтому отношение к артелям было, как обычно в те времена, пренебрежительное: "Подумаешь, ширпотреб, подумаешь, артель "Красная синька", чепуха какая!". Вот государственное предприятие - это серьезно! А после прочтения этого рапорта начал интересоваться и старался понять - а каким же оно было, советское, сталинское предпринимательство, артельное производство? Первым делом вспомнилось - по прочитанным мемуарам оружейников-конструкторов и производственников - что в осажденном Ленинграде, например, знаменитые автоматы Судаева делались в артелях. А это значит, что артели располагали машинным парком, станками и прессами, сварочным оборудованием, достаточно высокой технологией. Потом начал искать сведения об артелях - и узнал удивительные вещи.

Оказалось, что при Сталине предпринимательство - в форме производственных и промысловых артелей - всячески и всемерно поддерживалось. Уже в первой пятилетке был запланирован рост численности членов артелей в 2,6 раза. В самом начале 1941 года Совнарком и ЦК ВКП(б) специальным постановлением "дали по рукам" ретивым начальникам, вмешивающимся в деятельность артелей, подчеркнули обязательную выборность руководства промкооперацией на всех уровнях, на два года предприятия освобождались от большинства налогов и госконтроля над розничным ценообразованием - единственным и обязательным условием было то, что розничные цены не должны были превышать государственные на аналогичную продукцию больше, чем на 10-13% (и это при том, что госпредприятия находились в более сложных условиях: льгот у них не было).

А чтобы у чиновников соблазна "прижать" артельщиков не было, государство определило и цены, по которым для артелей предоставлялось сырье, оборудование, места на складах, транспорт, торговые объекты: коррупция была в принципе невозможна. И даже в годы войны для артелей была сохранена половина налоговых льгот, а после войны их было предоставлено больше, чем в 41-м году, особенно артелям инвалидов, которых много стало после войны...В трудные послевоенные годы развитие артелей считалось важнейшей государственной задачей.

Я читал воспоминания своего ровесника об отце, руководителе крупной и успешной артели, коммунисте, фронтовике. Ему поручили организовать артель в небольшом поселке, где он жил. Он съездил в райцентр, за день решил все оргвопросы и вернулся домой с несколькими листками документов и печатью новорожденной артели. Вот так, без волокиты и проволочек решались при Сталине вопросы создания нового предприятия.

Потом начал собирать друзей-знакомых, решать, что и как будут делать. Оказалось, что у одного есть телега с лошадью - он стал "начальником транспортного цеха". Другой раскопал под развалинами сатуратор - устройство для газирования воды - и собственноручно отремонтировал. Третий мог предоставить в распоряжение артели помещение у себя во дворе.

Вот так, с миру по нитке, начинали производство лимонада. Обсудили, договорились о производстве, сбыте, распределении паев - в соответствии со вкладом в общее дело и квалификацией - и приступили к работе. И пошло дело. Через некоторое время леденцы начали делать, потом колбасу, потом консервы научились выпускать - артель росла и развивалась. А через несколько лет ее председатель и орденом за ударный труд был награжден, и на районной доске почета красовался - оказывается, при Сталине не делалась разница между теми, кто трудился на государственных и частных предприятиях, всякий труд был почетен, и в законодательстве о правах, о трудовом стаже и прочем обязательно была формулировка "...или член артели промысловой кооперации".

И какое же наследство оставил стране товарищ Сталин в виде предпринимательского сектора экономики? Было 114 000 (сто четырнадцать тысяч!) мастерских и предприятий самых разных направлений - от пищепрома до металлообработки и от ювелирного дела до химической промышленности. На них работало около двух миллионов человек, которые производили почти 6% валовой продукции промышленности СССР, причем артелями и промкооперацией производилось 40% мебели, 70% металлической посуды, более трети всего трикотажа, почти все детские игрушки.

В предпринимательском секторе работало около сотни конструкторских бюро, 22 экспериментальных лаборатории и даже два научно-исследовательских института. Более того, в рамках этого сектора действовала своя, негосударственная, пенсионная система! Не говоря уже о том, что артели предоставляли своим членам ссуды на приобретение скота, инструмента и оборудования, строительство жилья. И артели производили не только простейшие, но такие необходимые в быту вещи - в послевоенные годы в российской глубинке до 40% всех предметов, находящихся в доме (посуда, обувь, мебель и т.д.) было сделано артельщиками. Первые советские ламповые приемники (1930 год), первые в СССР радиолы (1935 год), первые телевизоры с электронно-лучевой трубкой (1939 год) выпускала ленинградская артель "Прогресс-Радио".

Вот как развивалось предпринимательство при Сталине. Предпринимательство настоящее, производительное, а не спекулятивное. Предпринимательство со светлой головой и трудовыми руками, которое открывало полный простор инициативе и творчеству, и которое делало экономику сильнее, шло на пользу стране и народу. Предпринимательство, которое находилось под опекой и защитой государства - о таких реалиях "демократии", как рэкет, "крышевание", коррупция, в сталинские времена и не слыхал никто. И в этих условиях предпринимательство росло и крепло.

Ленинградская артель "Столяр-строитель", начав в 1923 году с саней, колес, хомутов и гробов, к 1955 году меняет название на "Радист" - у нее уже крупное производство мебели и радиооборудования. Якутская артель "Металлист", созданная в 1941 году, к середине 50-х располагала мощной заводской производственной базой. Вологодская артель "Красный партизан", начав производство смолы-живицы в 1934 году, к тому же времени производила ее три с половиной тысячи тонн, став крупным производством. Гатчинская артель "Юпитер", с 1924 года выпускавшая галантерейную мелочь, в 1944-м, сразу после освобождения Гатчины делала остро необходимые в разрушенном городе гвозди, замки, фонари, лопаты, к началу 50-х выпускала алюминиевую посуду, стиральные машины, сверлильные станки и прессы. И таких примеров успеха - десятки тысяч.

И.Сталин и его команда решительно выступали против попыток огосударствить предпринимательский сектор. Во всесоюзной экономической дискуссии в 1951 году Д.Шепилов, А.Косыгин отстаивали и приусадебное хозяйство колхозников, и свободу артельного предпринимательства. Об этом же писал И.Сталин в своей последней - 1952 года - работе "Экономические проблемы социализма в СССР".

Но И.Сталин умер, на высший государственный пост пролез хитрый прощелыга, "оттепельщик" Хрущев. Вылил потоки грязи на И.Сталина, злопамятно припомнил Д.Шепилову его выступления против хрущевских идиотических идеек (старшее поколение помнит хрущевскую формулу "и примкнувший к ним Шепилов"). И за пять лет разорил, растоптал и уничтожил то, что десятками лет заботливо, мудро и последовательно выращивал И.Сталин. В 1956 году он постановил к 1960-му полностью передать государству все артельные предприятия - исключение составляли только мелкие артели бытового обслуживания, художественных промыслов, и артели инвалидов, причем им запрещалось осуществлять регулярную розничную торговлю своей продукцией.

Разгром артельного предпринимательства был жестоким и несправедливым.

Упомянутый выше "Радист" стал госзаводом. "Металлист" - Ремонтно-механическим заводом. "Красный партизан" - Канифольным заводом. "Юпитер" превратился в государственный завод "Буревестник". Артельная собственность отчуждалась безвозмездно. Пайщики теряли все взносы, кроме тех, что подлежали возврату по результатам 1956 года. Ссуды, выданные артелями своим членам, зачислялись в доход бюджета. Торговая сеть и предприятия общественного питания в городах отчуждались безвозмездно, в сельской местности за символическую плату.

Не вызывает сомнений справедливая национализация, проведенная после революции - все, что построено народом за века его ограбления и эксплуатации, при мерзкой и несправедливой системе распределения благ, безусловно должно было быть передано тому, кому все это принадлежит по праву - трудовому народу.

Все, что нажито спекуляцией, ростовщичеством, обманом, аферами, финансовым или полицейским принуждением - должно быть возвращено народу и использоваться во благо всего народа.

Но собственность артелей, созданная и накопленная в советское время, в полном соответствии со справедливыми законами, собственность материальная, трудовая, не бумажные "ваучеры", "акции" и прочие бумажонки, являющиеся средствами и инструментами обмана и присвоения - собственность в виде станков, машин и помещений, которые зачастую собственноручно строились артельщиками - это собственность честная.

Это собственность, которая служит не эксплуатации одного человека другим, а созиданию благ для всех - и ее отнимать, как отнял Н.Хрущев, нельзя. И сейчас, перед выборами, когда пропагандистская машина демиков беспощадно промывает мозги всем предпринимателям насчет того, что "придут злые сталинисты и все отберут", надо помнить, что именно И.Сталин сформировал и вырастил великолепно работающую систему предпринимательства - честного, производственного, не спекулятивно-ростовщического. И надежно защитил ее как от злоупотреблений и коррупции чиновников, так и от ростовщического, живущего на проценты, хищного капитала. Не смог только защитить от глупого и злобного Н.Хрущева, горе-реформатора, предтечи нынешнего коррупционного режима, не отправил его вовремя в тот самый ГУЛАГ". (А.Трубицын.-http://www.pokaianie.ru/article/stalin/read/28434).

Единственное существенное замечание, которое напрашивается: тов. А.Трубицин, видимо, не силен в политической экономии. Он считает артель частным предприятием, хотя кооперативы нигде и никогда не являлись формой частной собственности и были свободны от эксплуатации человека человеком.


6.Коллективизация


Первые колхозы возникли в конце 1917-18 гг. Революционный энтузиазм зачинателей колхозного движения, стремившихся осуществить в деревне задачи социалистической революции, внести в крестьянскую среду начала новой жизни, дополнялся стихийной тягой в колхоз многих бедняков, батраков, промышленных рабочих, вызванной условиями хозяйственной разрухи, безработицы, голода. Материальной основой первых шагов коллективизации была национализация земли и конфискация помещичьих имений. Часть последних (вместе с инвентарем и скотом) была использована для организации колхозов и совхозов. Во 2-й половине 1918 года, с развертыванием социалистической революции в деревне, колхозное строительство становится одной из практических задач аграрной политики Советского государства (усиление пропаганды коллективных форм хозяйства, расширение сети колхозов, передача им машин, государственные ассигнования и т. п.). В возникновении колхозного движения большую роль сыграли комитеты бедноты и продотряды. 1-й Всероссийский съезд земотделов, комбедов и коммун (декабрь 1918 года) "в целях наискорейшего переустройства всего народного хозяйства на коммунистических началах и развития производит. сил" провозгласил "главнейшей задачей...неуклонное проведение широкой организации земледельческих коммун, советских коммунистических хозяйств и общественной обработки земли" и призвал земельные органы "энергично проводить в жизнь организацию общественной обработки земли". Съезд одобрил проект "Положения о социалистическом землеустройстве и мерах перехода к социалистическому земледелию" (утверждено ВЦИК 14 февраля 1919 года), которое утверждало необходимость перехода к товарищеским формам земледелия, подчеркивало, что "на все виды единоличного землепользования следует смотреть как на проходящие и отживающие". Здесь проявилась характерная для военного коммунизма попытка "штурмом" сокрушить капитализм и перейти непосредственно к социалистическим основам производства и распределения. В.Ленин уже осенью 1918 указывал, что "...пытаться вводить декретами, узаконениями общественную обработку земли было бы величайшей нелепостью...", что коллективизация должна проводиться "...терпеливо, рядом постепенных переходов, пробуждая сознание трудящейся части крестьянства и идя вперед лишь в меру пробуждения этого сознания...", что "...здесь мы рассчитываем на длительное, постепенное убеждение, на ряд переходных мер..." (В.Ленин. Соч., т. 28, с. 121, 318, 322). Но эти указания не были тогда в полной мере усвоены многими работниками, стремившимися к быстрому преобразованию деревни на социалистический лад. Руководящие работники Наркомзема С.Середа, А.Митрофанов, В.Кураев считали, что для такого перехода достаточно 3-4 лет, что допустимо применение некоторого принуждения, т.к. приходится преодолевать характерную для крестьянина-хозяина косность. Зимой 1918-1919 гг. в организации колхозов проявились торопливость, администрирование.

Перегибы в отношении к середняку были решительно осуждены VIII съездом РКП(б) (март 1919 года). "Действовать здесь насилием, - говорил на съезде В.Ленин, - значит погубить все дело...Нужна работа длительного воспитания. Крестьянину...мы должны дать конкретные примеры в доказательство того, что "коммуния" лучше всего...Задача...сводится не к экспроприации среднего крестьянина, а к тому, чтобы учесть особенные условия жизни крестьянина,...учиться у крестьян способам перехода к лучшему строю и не сметь командовать!" (там же, т. 29, с. 187-88). Решения съезда закрепили принцип добровольности коллективизации: "Лишь те объединения ценны, которые проведены самими крестьянами по их свободному почину и выгоды коих проверены ими на практике. Чрезмерная торопливость...вредна, ибо способна лишь усиливать предубеждения среднего крестьянства против новшеств. Те представители Советской власти, которые позволяют себе употреблять не только прямое, но хотя бы и косвенное принуждение, в целях присоединения крестьян к коммунам, должны подвергаться строжайшей ответственности и отстранению от работы в деревне" ("КПСС в резолюциях...", 7 изд., ч. 1, 1954, с. 448). В Программе партии, принятой съездом, указывалось, что "...мелкое крестьянское хозяйство еще долго будет существовать..." (там же, с. 424).

До 1919 года в колхозном строительстве преобладала наиболее высокая форма обобществления производства и потребления - коммуна: люди, совершавшие величайшую социальную революцию, стремились сразу добиться максимального равенства и ликвидировать классовые различия. Но уже тогда практика выдвинула др., более понятные и приемлемые для крестьян формы колхоза - артель и товарищество по совместной обработке земли (ТОЗ), в которых производство обобществлялось частично, а распределение осуществлялось с учетом затрат труда. В конце 1918 года, по неполным данным, на не занятой врагом территории РСФСР было 1579 колхозов (975 коммун и 604 артели), объединявших 16,4 тыс. крестьянских хозяйств (земельная площадь - 201,6 тыс. га). Большинство первых колхозов было мелкими (12-15 семей), слабыми объединениями. К концу 1920 года число колхозов в РСФСР (включая освобожденные районы) возросло до 11644 (8581 артель, 2117 коммун, 946 ТОЗов). Они объединяли около 130 тыс. хозяйств (земельная площадь - св. 980 тыс. га). С ликвидацией фронтов гражданской войны возобновилось колхозное строительство и в других советских республиках.

Процесс создания первооснов социалистической экономики в стране, в которой к концу 20-х годов свыше 80% населения проживало в деревне и где насчитывалось 25 миллионов индивидуальных крестьянских хозяйств, был бы незавершенным без такой акции, как коллективизация. Решение о ее проведении было принято в 1927 году, т.е. через 10 лет после Октябрьской революции на ХV съезде ВКП (б). В постановлении съезда было записано: "Поставить в качестве первоочередной задачи на основе дальнейшего кооперирования крестьянства постепенный переход распыленных крестьянских хозяйств на рельсы крупного производства (коллективная обработка земли на основе интенсификации и машинизации земледелия), всемерно поддерживая и поощряя ростки обобществленного сельскохозяйственного труда. Такое усиление подъема сельского хозяйства необходимо и в интересах повышения благосостояния основной массы крестьянства, и в интересах увеличения рынка (сбыта и сырья) для крупной промышленности, и в интересах технической перестройки и социалистического кооперирования деревни с преодолением тем самым капиталистических элементов деревни" (КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. Ч. II. Изд. 7-е, с. 437). В этом постановлении все выверено и правильно: и постепенный переход к крупному производству, и машинизация земледелия и его интенсификация, и поддержка со стороны государства ростков обобществленного труда.

Следует отметить, что до начала сплошной коллективизации на базе нэпа происходил подъем сельскохозяйственного производства, которое по общему объему валовой продукции в 1926/27 гг. на 8,3% превысило довоенный уровень, однако товарность аграрного сектора была ниже, чем в 1913 году (по зерну товарная часть составляла в 1916 году 21,3 млн. т, а в 1926 году - только 10,3 млн. т). Государство проводило экономическую политику всемерной поддержки батрачества, бедняцких и середняцких хозяйств, вовлекая их во все формы кооперации (потребительской, сбытовой, кредитной, производственной). В то же время предпринимались меры по ограничению капиталистических элементов на селе. Характерной особенностью динамики социальной структуры являлось возрастание (абсолютное и относительное) середняцких хозяйств за счет сокращения бедняцкой прослойки.

К началу развертывания массовой коллективизации уровень фондо - и энерговооруженности сельского хозяйства был чрезвычайно низким: только 15% крестьянских хозяйств имели усовершенствованный конный инвентарь. В деревне преобладал ручной труд. Применение тракторов в сельскохозяйственном производстве было мизерным. "Контрольными цифрами народного хозяйства на 1927-1928 год" предусматривалась поставка сельскому хозяйству всего-навсего 2700 тракторов. Техническая отсталость сельского хозяйства и слабая интенсивность труда в земледелии и животноводстве порождали аграрное перенаселение. По подсчетам Госплана СССР, хозяйственно неиспользованный труд в сельском хозяйстве по сравнению с годовым запасом в 1927-1928 гг. составлял 28%. Невысокий уровень производительности труда, обусловленный низкими урожайностью сельхозкультур и продуктивности животноводства, при одновременном избытке трудовых ресурсов и неиспользованных земель не мог быть преодолен и значительно повышен на базе мелких крестьянских хозяйств. Какие-то небольшие возможности экстенсивного роста производства сельскохозяйственной продукции в рамках существовавшей тогда структуры собственности и форм хозяйствования, безусловно, все еще были, но радикальное решение проблем улучшения продовольственного обеспечения населения огромной страны, подъема жизненного уровня сельских жителей и увеличения экспортного потенциала лежали только на пути интенсификации производства на основе крупного машинного производства. При этом следует учитывать, что уже в начале индустриализации социалистической в СССР, в условиях быстрого роста промышленности и городов, мелкое крестьянское хозяйство перестало справляться с удовлетворением потребностей страны в с.-х. продуктах и сырье. Прирост индустриального населения за счет сельского (переселение из деревни в город) в 1926 году составил 945 тыс. человек, в 1928 году - св. 1 млн. человек, в 1930 году - 4 млн. человек. Всего же за период между переписями населения 1926 и 1939 гг. переселились в город 18,5 млн. человек. Спрос на хлеб быстро возрастал. Стремительно росли хлебные цены на свободном рынке - за 1928-29 гг. в 4-6 и более раз. Продовольственные трудности вынудили ввести карточную систему. Хлебозаготовительный кризис конца 20-х гг. поставил под удар планы индустриализации, дело социализма в целом.

ХХ век предоставил в распоряжение человека электрические машины, моторную технику, высокопроизводительные посевные и уборочные агрегаты, достижения агрономической и зоотехнической наук, т.е. качественно новую научно-техническую базу для земледелия и животноводства. Однако переход на современную агротехнику и зоотехнику сопровождался колоссальным увеличением капиталоемкости и энергоемкости сельскохозяйственного производства. Применение новой техники и технологии было под силу только крупным хозяйствам, обладавшим достаточными инвестиционными возможностями, способностью вести работы на больших земельных массивах и создавать крупные животноводческие комплексы. А это с неизбежностью вело к исчезновению мелкого производства, означало необходимость их объединения в кооперативы.

Начавшаяся в стране индустриализация позволяла в среднесрочной перспективе вооружить аграрный сектор тракторами, автомобилями, комбайнами и другой сельскохозяйственной техникой, сопряженной с применением минеральных удобрений. Таким образом, индустриализация должна была естественно сомкнуться с коллективизацией на плановой основе, проводимой на добровольных началах.

В принципе, формирование крупных фермерских хозяйств, способных применять прогрессивную агротехнику и зооветеринарную технологию, как показывал опыт США, Канады и ряда европейских стран, могло происходить и на базе капиталистических рыночных отношений. Но это означало бы поощрение в СССР кулачества и отказ от политики построения социализма, а также отрыв аграрного сектора от наращивания индустриальной мощи, десятилетиями длящуюся агонию крестьянства.

После национализации земли, уничтожившей естественную базу существования класса помещиков, в условиях нэпа определяющую роль в социальном расслоении крестьянства стали играть такие факторы, как наличие рабочего и продуктивного скота, машин и инвентаря, торговля. Поскольку в 1927 году в СССР каждое третье крестьянское хозяйство не имело рабочего скота, то они вынуждены были на кабальных условиях арендовать у кулаков рабочий скот и орудия производства. Платой за аренду являлась работа на кулака, который таким образом обеспечивал себя дешевой рабочей силой и мог осуществлять накопление капитала. Доля кулаков в сельскохозяйственном населении неуклонно возрастала и составила к 1927 году около 4%, однако их удельный вес в производстве был значительно выше. В 1927 году кулацкие хозяйства имели около 10 млн. га зерновых посевов (из общей площади 94,7 млн. га) и давали пятую часть (около 130 млн. пудов) всего товарного хлеба. Вот как характеризовал сложившуюся обстановку Л.Троцкий: "Крестьянство поляризировалось между мелким капиталистом, с одной стороны, батраком, с другой. В то же время, лишенное промышленных товаров государство вытеснялось из деревенского оборота. Между кулаком и мелким кустарным предпринимателем появился, как бы из-под земли, посредник. Сами государственные предприятия в поисках сырья вынуждены были все чаще обращаться к частным торговцам. Везде чувствовался капиталистический прибой" (Троцкий Л. Преданная революция. Что такое СССР и куда он идет? 1936. http://www.magister.msk.ru).

Кампания по сплошной коллективизации, т.е. по насаждению (термин И.Сталина) в деревне колхозов и совхозов, началась летом 1929 года. И хотя решениями ХV съезда предусматривался, как это выше было подчеркнуто, постепенный переход к организации крупного сельскохозяйственного производства, на самом деле процесс обобществления принял скоротечный, лихорадочный характер.

В марте 1930 года (!), т.е. спустя примерно полгода, ЦК ВКП(б) был вынужден принять специальное постановление "О борьбе с искривлениями партлинии в колхозном движении". В нем констатировалось, что нарушался принцип добровольности в колхозном строительстве. Добровольность заменялась принуждением к вступлению в колхозы под угрозой раскулачивания и лишения избирательных прав. В число раскулаченных попала часть середняков и бедняков, причем в некоторых районах процент раскулаченных доходил до 15, а лишенных избирательных прав - до 20%. "Наблюдаются факты исключительно грубого, безобразного, преступного обращения с населением со стороны низовых работников, являющихся иногда жертвой провокации со стороны контрреволюционных элементов (мародерство, дележка имущества, арест середняков и даже бедняков и т.п.). При этом в ряде районов подготовительная работа по коллективизации и терпеливое разъяснение основ партийной политики, как бедноте, так и середнякам подменяется бюрократическим, чиновничьим декредитированием сверху раздутых цифровых данных и искусственным вздуванием процента коллективизации (в некоторых районах коллективизация за несколько дней "доходит" с 10 до 90%)" (КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. 7-е изд. Ч. II, с. 669).

Во многих местах ретивые организаторы коллективизации начали принудительное обобществление жилых построек, мелкого скота, птицы, нетоварного молочного скота, создавая вместо сельскохозяйственных артелей (колхозов) коммуны. Допускалось административное закрытие церквей, упразднение рынков и базаров.

После принятия упомянутого постановления начался массовый выход крестьян из скороспелых колхозов и коммун. Но дело было не только в административных перегибах, допущенных партийными и государственными органами на местах, а в сознательно проводимой высшим руководством страны политике форсирования коллективизации как составной части общей стратегии ускорения строительства основ социализма.

В конце 20-х и начале 30-х годов промышленность еще не могла производить в достаточном количестве необходимой техники для машинизации сельского хозяйства. Поэтому колхозы создавались на основе обобществления примитивных орудий, приспособленных к конной тяге и к ручному труду. Техника стала поступать в колхозы позднее, когда вступили в строй новые тракторные заводы и предприятия сельхозмашиностроения.

Форсированная коллективизация привела к падению сельскохозяйственного производства, потому что кулаки, да и многие середняки убивали скот, что вызвало трудности в обеспечении населения продуктами питания.

Цель, поставленная ХV съездом ВКП(б), - усиление подъема сельского хозяйства - на первоначальной стадии сплошной коллективизации не была достигнута. Поголовье крупного рогатого скота в 1934 году сократилось против 1928 года на 26,6 млн. голов (с 60,1 до 33,5 млн.). Еще большим было сокращение поголовья свиней (почти в 2 раза), овец и коз (в 3 раза). Заметно уменьшился также и валовой сбор зерна (с 73,3 млн. т в 1928 году до 67,6 млн. т в 1934 году). И лишь с 1935 года началось медленное восстановление сельскохозяйственного производства, что позволило отменить распределение продуктов питания по карточкам.

Сплошная и принудительная коллективизация, искорежившая жизнь миллионов крестьянских семей, на долгие годы прервала процесс неуклонного роста сельскохозяйственного производства, имевший место в 1920 годах как результат нэпа. Коллективизация была проведена не так, как об этом было объявлено на ХV съезде ВКП(б), и не так, как предлагали ученые-аграрники. Об этом, в частности, писал О.Лацис: "Надо было предложить крестьянину-единоличнику не только ситец, керосин и сельскохозяйственные орудия на конной тяге. Надо было дать ему трактор, электромотор, стройматериалы. Конечно, это было бы не только технико-экономическое, но и социально-политическое решение совсем иного порядка, чем избранное Сталиным. Рядом с колхозом и совхозом более или менее длительное время развивалось бы высокотоварное индивидуальное хозяйство фермерского типа. Оно не исключало бы ни развития по пути укрупнения и индустриализации, ни развития по пути социализма. Оно было бы с самого начала включено, интегрировано в социалистическое хозяйство страны<...>Такой путь был реален, прежде всего, в научном плане: сегодня, вернув себе Чаянова после пересмотра дела "Трудовой крестьянской партии", мы узнаем, что именно русская наука разработала и обосновала этот путь" (статья О.Лациса "Перелом" в сборнике "Суровая драма народа. Ученые и публицисты о природе сталинизма". М.: Издательство политической литературы. 1989. с.173).

Коллективизация же с самого начала была раскручена сверху, а затем еще более ускорена чересчур ретивыми партийными и государственными чиновниками на местах.

Что же заставило И.Сталина, возглавлявшего политическое руководство страны, спустя два года после XV съезда повернуть руль на 180 градусов, осуществив крутой поворот, отказаться от прежней позиции, форсировав в 1929-1930 годы темпы коллективизации, не дожидаясь завершения подготовки ее материально-технической базы, не накопив достаточного опыта кооперации крестьянских хозяйств? Вряд ли он руководствовался чисто идеологическими соображениями. Дело было, по-моему, в трудностях с государственными заготовками зерна и других сельскохозяйственных продуктов, созданных, в общем-то, самим руководством страны.

Товарную продукцию в то время в основном давали крепкие крестьянские хозяйства. Проводимая государством политика ограничения кулачества, выражавшаяся в повышенном налогообложении, продаже государству излишков хлеба не по рыночным, а по твердым ценам, ужесточении условий аренды земли и использования наемного труда, вызвали сопротивление крепких крестьянских хозяйств. Объем хлебозаготовок, достигнутый в 1926-1927 годы, оказался предельным в доколхозной деревне. Однако уже в 1926-1927 годы Госплан констатировал значительно меньшее отчуждение (на 123 млн. пудов) хлеба государству, чем это первоначально намечалось. По словам И.Сталина, к январю 1928 года было заготовлено хлеба еще на 128 млн. пудов меньше, чем к январю 1927 года. В то же время потребность государства в товарном зерне быстро возрастала. В народном хозяйстве возрастало напряжение, т.к. образовался порочный круг. Чтобы выйти из него, надо было форсировать индустриализацию, в частности, для того, чтобы обеспечивать село промышленными товарами, включая сельскохозяйственную технику. А сделать это можно было, только увеличив товарность сельского хозяйства, создавая рынок для промтоваров.

В ходе хлебозаготовок 1927-1928 годов государство начало применять меры принуждения для сдачи крестьянами хлеба. "В ответ на отказ кулачества продавать излишки хлеба государству по твердым ценам партия и правительство провели ряд чрезвычайных мер против кулачества, применили 107 статью Уголовного кодекса о конфискации по суду излишков хлеба у кулаков и спекулянтов, в случае отказа продавать эти излишки государству по твердым ценам, и дали бедноте ряд льгот, в силу которых беднота получала в свое распоряжение 25 процентов конфискованного кулацкого хлеба" (История Коммунистической партии Советского Союза. М.: Издательство политической литературы, 1970, с. 279). Однако решительное наступление на кулачество было развернуто в ходе кампании по сплошной коллективизации в 1929-1930 гг. Экономически это стало возможным лишь потому, что в 1929 году созданные совхозы и колхозы произвели около 400 млн. пудов зерна, в том числе товарного хлеба дали свыше 130 млн. пудов, т.е. больше, чем кулаки в 1927 году.

Коллективизация позволила резко повысить уровень отчуждения хлеба для нужд государства. Вместо 700 млн. пудов сданного государству хлеба в 1927/28 г, из которого только 10% составлял хлеб колхозов и совхозов, в 1931/32 году сдано государству 1400 млн. пудов, из которого товарный хлеб колхозов и совхозов составлял уже не менее 75%.

В 1930 году началось уничтожение кулачества как социальной прослойки в деревне. Были отменены законы об аренде земли и найме труда, принятые в 1925 году. Был снят запрет на раскулачивание. Вступающим в колхозы крестьянам было разрешено конфисковать у кулаков скот, машины и другой инвентарь в пользу сельхозартели. Сами же кулаки вместе с семьями выселялись в малоосвоенные районы страны. Всего в 1930-1931 гг. на спецпоселения было выслано 381026 семей. Причем по предложению комиссии В.Молотова кулаки были подразделены на три категории, по отношению к которым применялись разные методы репрессий. К первой категории было отнесено 63 тысячи хозяйств, как занимавшихся контрреволюционной деятельностью. Во вторую категорию вошли 150 тысяч хозяйств, которые, по мнению властей, не оказывали активного сопротивления, но являлись "в высшей степени эксплуататорами и тем самым содействовали контрреволюции". Кулаки этих первых двух категорий подлежали аресту и выселению в Сибирь или Казахстан, а их имущество было конфисковано. И, наконец, кулаки, относимые к третьей группе, признавались лояльными по отношению к Советской власти и были отправлены на переселение на необработанные земли и подлежали коллективизации.

Как сообщил В.Земсков, главы кулацких семей отнесённых к первой категории арестовывались и их дела передавались на рассмотрение спецтроек в составе представителей ПП ОГПУ, обкомов ВКП(б) и прокуратуры. Кулаки, отнесенные к третьей категории, как правило, переселялись внутри области или края на спецпоселение. Кулаки второй категории и семьи кулаков первой категории выселялись в отдалённые районы на спецпоселение.

Итак, за 1930--1931 гг. на спецпоселение было отправлено 381173 семей общей численностью 1803392 человека. В 1932--1933 гг. на спецпоселение поступило ещё около 300 тыс. человек. Таким образом, всего за 1929--1933 гг. на спецпоселение было отправлено более 2,1 млн человек. Большое количество людей умирало в пути следования в "ссылку". Например, во всех прибывающих из Северного Кавказа эшелонах отмечена высокая смертность и заболеваемость, преимущественно сыпным тифом и остро-желудочными заболеваниями. На первых этапах высылки в 1930--1933 гг. высокая смертность объясняется: 1) преступно-халатным отношением к отбору контингентов, выселяемых в трудпосёлки, результатом чего явилось включение в этапы больных, стариков; 2) явное невыполнение указаний директивных органов о выделении выселяемым в трудпосёлки 2-месячного запаса продовольствия; 3) эшелоны не были снабжены горячей пищей, почти не снабжались кипятком, а потребление сырой воды вызывало массовые заболевания.

В первые годы жизни в "ссылке" положение спецпереселенцев было крайне тяжёлым. Во время голода 1933 года правительством была установлена низкая норма снабжения, вследствие чего резко упали нормы выработки; были отмечены случаи смерти от голода, самоубийства, рост числа грабежей. В этой ситуации промышленные наркоматы нередко игнорировали просьбы органов ОГПУ-НКВД материально поддержать работающих на предприятиях спецпереселенцев и членов их семей. Видя тщетность этих призывов, органы ОГПУ-НКВД в ряде случаев вынуждены были из своих фондов выделять спецпереселенцам соответствующие материальные и денежные средства, чтобы не допустить их полного вымирания. Также стоит заметить, что на первом этапе переселения были отмечены многочисленные кражи должностными лицами продовольственных фондов╦ которые выделялись государством для спецпоселенцев. В среднем же на одно раскулаченное хозяйство, по расчётам В.Земскова, выделялось порядка 630--660 рублей.

По данным на 1 июля 1938 года, на учёте Отдела трудовых поселений ГУЛАГа НКВД состояло 997329 спецпереселенцев; количество спецпосёлков на этот период составляло 1741. Важнейшим компонентом спецколонизации являлось сельскохозяйственное освоение ранее необжитых и малообжитых районов. К началу 1938 года спецпереселенцами было освоено 3035644 га земель: из них 1128194 га пашня и пахотноспособные земли; 287431 га -- сенокос, 590789 -- выгон, 44914 -- усадебные земли, 984316 -- прочие угодья. В 1937 году спецпереселенцы посеяли яровых на площади 377352 га, озимых -- 83248 га, вспахали под зябь и пары -- 308939 га. В 1937 году валовый сбор урожая составил (в тоннах): зерно -- 294859; хлопок -- 14119, масленичные и технические культуры -- 4161, рис -- 496, картофель -- 167800, овощи -- 38274, кормокорнеплоды -- 14041, сено -- 402284, силос -- 45241, грубые корма -- 229583. В 1938 году в основном завершился процесс трансформации трудпоселенческих артелей в обычные колхозы (постановление СНК от 9 сентября 1938 года "О переводе неуставных артелей трудпоселенцев на устав артелей"). К 1 января 1938 года спецпереселенцами было поднято 243161 га целинных земель.

В первое время в "кулацкой ссылке" в плачевном состоянии находилась система школьного обучения. Но уже к середине 30-х гг. положение удалось выправить, и большинство детей обучалось в школе. Органы власти придавали этому особое значение, поскольку школьное обучение рассматривалось как важный инструмент отрыва детей от реакционных элементов (то есть родителей-кулаков). К сентябрю 1938 года в спецпосёлках имелось 1106 начальных, 370 неполных средних и 136 средних школ, а также 230 школ профтехобразования и 12 техникумов. По постановлению СНК СССР И ЦК ВКП(б) от 15 декабря 1935 года "О школах в трудпосёлках" разрешалось детей спецпереселенцев, окончивших неполную среднюю школу, принимать на общих основаниях как в техникумы, так и в другие специальные средние учебные заведения, а окончивших среднюю школу -- допускать на общих основаниях в высшие учебные заведения. Весной 1936 года был положительно решён вопрос об освобождении из "ссылки" лиц, поступивших в институты, техникумы и т. д. Именно поступление на учёбу в высшие и средние специальные учебные заведения на практике превратилось в наиболее распространённый легальный способ освобождения из "кулацкой ссылки" (в 1939--1940 гг. на учёбу был освобождён 18451 трудпоселенец).

В начальный период все выселенные кулаки были лишены избирательных прав. С 1933 года стали восстанавливаться в этих правах дети, достигшие совершеннолетия. Что касается взрослых, то восстановление их в избирательных правах до 1935 года производилось строго в индивидуальном порядке, как правило, по истечении 5-летнего срока с момента выселения и при наличии положительных характеристик. Практика восстановления спецпереселенцев в гражданских правах была законодательно закреплена специальным постановлением ЦИК СССР от 27 мая 1934 года. Но большинство освобождённых спецпереселенцев, несмотря на проведённую с ними пропагандистскую работу, массово выезжало из мест поселений, что вызвало серьёзную озабоченность руководства ОГПУ-НКВД. Поэтому уже в постановлении ЦИК СССР от 25 января 1935 года говорилось: "Восстановление в гражданских правах высланных кулаков не даёт им права выезда из мест поселений". В соответствии со статьёй 135, принятой 5 декабря 1936 года, Конституции СССР трудпоселенцы были объявлены полноправными гражданами. Но это не означало, что высланные в порядке раскулачивания в спецпосёлки имеют право вернуться в прежние места жительства. Конечно, в конце 1936-начале 1937 года имели место отдельные факты возвращения бывших кулаков в села и деревни, где они проживали до раскулачивания. Но уже весной 1937 года подобная практика была пресечена. Поэтому увеличилось бегство из "ссылки"; только за период с 1932 по 1940 год из спецпоселений бежало 629042 человека (235120 было возвращено).

В 1930-х гг. шёл не только процесс "направления в ссылку", но и процесс освобождения оттуда. В 1934--1935 гг. из "кулацкой ссылки" было освобождено 35515 человек как "неправильно высланных". Десятки тысяч людей были освобождены в связи с направлением на учёбу, вступлением в брак с нетрудпоселенцами, передачей на иждивение (серьёзно больных и престарелых). 22 октября 1938 года вышло постановление СНК СССР N 1143-280с "О выдаче паспортов детям спецпереселенцев и ссыльных"; данный документ начал процесс ликвидации "кулацкой ссылки", который бал закончен в конце 1940-х-начале 50-х гг. В постановлении говорилось: "Детям спецпереселенцев и ссыльных при достижении 16-летнего возраста, если они ничем не опорочены, паспорта выдавать на общих основаниях и не чинить им препятствия к выезду на учёбу или на работу". Но в первые месяцы после выхода этого постановления многие служебные органы не знали, по какому принципу производить освобождение. 27 января 1939 года вышло разъяснение наркома внутренних дел СССР В.Чернышёва в котором указывалось, что паспорта "выдаются только детям спецпереселенцев и ссыльных, которым сейчас исполнилось 16 лет". Из этого разъяснения вытекало, что круг претендентов на освобождение ограничивался узкими возрастными рамками 1922--1923 гг. рождения. Всё это вызвало недовольство десятков тысяч спецпереселенцев, которым на момент поступления в спецпосёлок было менее 16 лет. Поэтому в 1939 году в местные органы НКВД поступило множество прошений, которые вскоре возымели действие. В докладной записке заместителя председателя СНК СССР А.Вышинского от 11 ноября 1939 года на имя В.Молотова выражалось несогласие с разъяснением В.Чернышёва. На этом документе В.Молотов поставил резолюцию: "За отмену незаконного распоряжения т. Чернышёва". После отмены разъяснения от 27 января 1939 года, количество освобождённых возросло в 42,6 раза (теперь на освобождение могли претендовать и лица 1915--1916 гг. рождения).

По мнению В.Земскова, общее число раскулаченных в 1929--1933 гг. и позднее крестьян (всех трёх групп) могло максимально составлять 3,5 млн., из них порядка 2,1 млн. побывали на спецпоселении. В 1930--1940 гг. через спецпосление в форме "кулацкой ссылки" прошли около 2,3 млн. человек (включая и "деклассированный элемент", который отправлялся на "101-й км."). В 1940 году в "ссылке" оставалось около 1 млн. человек и, следовательно, убыль составила около 1,3 млн., из них умерших было не более 600 тыс. человек, а бежавших и освобождённых -- свыше 700 тыс. человек. После 1940 года "кулацкая ссылка" пошла на убыль, а окончательная её ликвидация произошла в начале 1950-х гг.

Проведенная в 1930 годы коллективизация коренным образом преобразила уклад деревенской жизни, ликвидировала социальную дифференциацию крестьянства на бедняков, середняков и кулаков, коренным образом изменила механизм государственного регулирования сельского хозяйства (вместо управления рыночными отношениями стал работать механизм директивного планирования), открыла простор для применения современных методов производства. После национализации земли и конфискации всего имущества помещиков коллективизация стала вторым по значимости актом социалистической революции на селе, уничтожившим кулачество и сформировавшим новую социальную группу населения - колхозное крестьянство. При этом следует отметить, что, начиная с 1932 года, государство отказывалось выдавать колхозникам паспорт, наличие которого стало обязательным для перемены места жительства, поставив тем самым колхозное крестьянство в исключительное положение, отличающее их от рабочих и служащих городов.

Если целесообразность индустриализации не вызывает никаких сомнений, то в отношении коллективизации возникает два принципиальных вопроса: во-первых, неизбежны ли были столь крутые меры в отношении кулачества; во-вторых, оправдала ли себя колхозная форма сельскохозяйственного производства?

Чтобы найти правильный ответ на первый вопрос, следует уяснить следующее - представляли ли кулаки реальную опасность для государства? Судя по произведению Л.Троцкого "Преданная революция. Что такое СССР и куда он идет?", И.Сталин в течение долгого времени проводил курс на всемерную поддержку крупных фермерских хозяйств и не собирался вплоть до 1929 года форсировать проведение коллективизации. В упомянутой книге Л.Троцкий пишет: "В 1925 году, когда курс на кулака был в полном разгаре, Сталин приступил к подготовке денационализации земельной собственности. На заказанный им самим вопрос советского журналиста "не было бы целесообразным, в интересах сельского хозяйства, закрепить за каждым крестьянином обрабатываемый им участок земли на десять лет?" Сталин ответил: "Даже и на 40 лет" (Л.Троцкий. "Преданная революция. Что такое СССР и куда он идет?" 1936. - http://www.magister.msk.ru). Народный комиссар земледелия Грузии, по прямой инициативе И.Сталина, внес законопроект о денационализации земли". И лишь в 1928-1929 годы, когда на города стала надвигаться угроза голода, И.Сталин стал отказываться от ставки на индивидуальное крестьянское хозяйство и склоняться к форсированию коллективизации. Временные чрезвычайные меры по изъятию хлебных запасов переросли в программу борьбы с кулачеством как классом. Возможно, свою роль в этом резком повороте сыграло и то, что при нэпе кулаки, благодаря своим финансовым и материальным возможностям, способности к организации, большей грамотности, стали серьезной политической силой в Советах и правлениях кооперативных обществ, что подрывало монополию на власть партии большевиков.

Во многих источниках приводятся данные о террористических акциях кулаков против органов Советской власти на местах, против колхозов и активистов колхозного движения. Только в 1929 году было зарегистрировано около 1300 мятежей. Не могут вызывать сомнения и факты саботажа кулаками государственных закупок сельскохозяйственных продуктов. Вероятнее всего, агрессивность кулачества явилась ответной реакцией на отход государства от нэпа. Нэп основывался на допущении капиталистических форм хозяйствования, на сочетании государственной, коллективной и частной собственности, т.е. на принципах смешанной, многоукладной экономики. Ограничение кулачества и курс партии на ликвидацию кулачества как класса означали не что иное, как отказ от нэпа, против чего выступали Бухарин, Рыков и другие деятели ВКП(б). Новый курс четко определился на ХV съезде ВКП(б). В резолюции съезда по отчету ЦК было записано: "... съезд считает, что по отношению к возросшим в своей абсолютной массе, - хотя и в гораздо меньшей степени, чем социалистический сектор хозяйства, - элементам частнособственнического хозяйства должна и может быть применена политика еще более решительного хозяйственного вытеснения" (КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. 7-е изд. Ч. II, с. 438). Во главу угла ставилась задача "... преодоления капиталистических элементов в деревне (наступление вместе с середняком на кулака, большая помощь бедноте, укрепление бедняцко-середняцкой кооперации, производственное кооперирование), так и для дальнейшего вытеснения частного капитала в городе" (Цит. изд., с. 438). Таким образом, сталинское политическое руководство, отказываясь от нэпа, взяло курс на полное искоренение капиталистических элементов в обществе, полагая, что они представляют опасность для устоев государства. В рамках реализации этого курса был избран вариант репрессий, т.е. применения силы против кулачества, чтобы уничтожить его как класс (кулацкие семьи составляли примерно 1,5% от общей численности семей в СССР). Такая политика нашла поддержку среди многих крестьян, ибо экспроприированное имущество кулаков поступало в распоряжение колхозов.

Возможен ли был иной вариант развития событий? Теоретически - возможен, а практически нет, ибо политика ликвидации кулачества исходила из такой сталинской модели социализма, в которой не было места многоукладной экономике. При этом следует принять во внимание политику И.Сталина по тщательной подготовке стратегических позиций для решительного наступления на кулачество. Акция по раскулачиванию означала не что иное, как развязывание гражданской войны в деревне по инициативе сверху. На кулаков партия натравила не только батраков, бедняков, но и середняков. Такая политика была бы немыслима еще в середине 1920 годов, когда зажиточное крестьянство занимало в деревне сильные позиции, когда, по выражению И.Сталина, "середняк сплачивался вокруг кулака, а беднота распылялась". И лишь после того, как государство, согласно решениям, принятым на XIV партконференции, осуществило комплекс мер по оживлению экономической жизни на селе (снижение налогового бремени, развитие кооперации, упорядочение землеустройства и т.п.), радикально изменило свою политику в отношении середняцких хозяйств, ему удалось постепенно завоевать доверие значительной части крестьянства. Вот как оценивал в 1927 году И.Сталин результаты этой новой политики: партия "добилась умиротворения деревни, улучшения отношений с основными массами крестьянства, создания условий для организации бедноты в самостоятельную политическую силу, дальнейшей изоляции кулачества и постепенного охвата его со стороны государственных и кооперативных органов индивидуальных хозяйств миллионов крестьян. А что такое умиротворение деревни? Это есть одно из условий для строительства социализма. Нельзя строить социализм, имея бандитские выступления и восстания среди крестьян" (И.Сталин. Соч. Т.10, с.197). На подготовку войны против кулачества ушло пять лет, и она была выиграна И.Сталиным не только благодаря административным ресурсам государства, но главным образом в силу того, что против кулаков удалось мобилизовать значительную часть крестьянства.

К началу 30-х годов нэп в глазах И.Сталина и его ближайшего окружения себя полностью изжил; другими словами, нэп был похоронен благодаря его же достижениям. Вот как эта проблема трактовалась в решениях ХV съезда ВКП(б): "Итоги хозяйственного развития с полной отчетливостью обнаруживают, что за период новой экономической политики произошла радикальная перегруппировка в отношениях между обобществленными формами хозяйства (в первую очередь социалистической индустрией), простым товарным хозяйством и хозяйством капиталистическим. Если в начале новой экономической политики государственная промышленность почти бездействовала, в области товарооборота государственные и кооперативные органы сами прибегали к частному посредничеству, а частный капитал, имея все преимущества быстрого оборота, играл крупную роль, то на пороге перехода от восстановительного к реконструктивному периоду социалистическая промышленность и другие командные высоты играют уже решающую и ведущую роль во всем народном хозяйстве, государственная и кооперативная торговля обнимает собой подавляющую часть общего товарооборота страны, обобществленный сектор народного хозяйства определяет собой общее направление развития, вытесняя частный капитал, беря на буксир простых товаропроизводителей-крестьян" (КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК.. 7-е изд. Ч. II, с. 451).

Что касается сельскохозяйственных артелей (колхозов), объединявших мелкие бедняцкие и середняцкие хозяйства, то они представляли собой сочетание групповой собственности на основные средства производства и продукцию совместного производства, а также личной собственности на подсобное хозяйство, расположенное на приусадебном участке (жилой дом, продуктивный скот, птица, мелкий сельскохозяйственный инвентарь).

Если на первоначальной стадии колхозы осуществляли процесс производства на основе простого сложения средств труда, находившихся ранее в единоличной собственности крестьян, то в дальнейшем, по мере того как промышленность стала наращивать выпуск тракторов и машинной сельскохозяйственной техники, производство в колхозах все в большей степени механизировалось. Для обслуживания колхозов государство создало сеть машинно-тракторных станций (МТС). В 1940 году действовало уже 7069 МТС с тракторным парком на конец года 435 тыс. штук с тягловой мощностью 8358 тыс. л.с.

В результате политики коллективизации к 1932 году было создано 221 тыс. колхозов, что составило примерно 61 % крестьянских хозяйств. К 1937-1938 гг. коллективизация была завершена.

Наряду с колхозами создавались государственные сельскохозяйственные предприятия (совхозы).

Подробный анализ процесса коллективизации содержится в "Советской исторической энциклопедии" (http://dic.academic.ru/dic.nsf/sie/8232/%D0%9A%D0%9E%D0%9B%D0%9B%D0%95%D0%9A%D0%A2%D0%98%D0%92%D0%98%D0%97%D0%90%D0%A6%D0%98%D0%AF).

К 1940 году преобладающая доля самодеятельного населения на селе, занятого сельскохозяйственным производством, была объединена в колхозы и совхозы.

Что же дало обобществление крестьянского труда для продовольственного и сырьевого обеспечения потребностей страны?

В 1940 году по всем основным сельскохозяйственным продуктам, кроме мяса и шерсти, был превзойден уровень 1928 года; общий объем валовой продукции за этот период возрос в 1,3 раза. В среднем за 1938-1940 годы производство всех основных продуктов земледелия и животноводства превысило и среднегодовой уровень 1909-1913 годов.

В середине 1980 годов объем валовой продукции сельского хозяйства был больше довоенного уровня (1940 год) почти в 3 раза при увеличении за тот же период численности населения в 1,4 раза. Таким образом, в расчете на душу населения производство сельскохозяйственной продукции за рассматриваемый период возросло в 2 раза. Каждый среднегодовой работник, занятый в сельскохозяйственном производстве, "кормил", кроме самого себя, в 1913 году двух человек, тогда как в 1985 году - 10 человек. В СССР проживало 6% населения Земли, а производство продовольствия составляло примерно 13-16 % от мирового объема. В 1989 году, за два года до развала СССР, в стране производилось пищевых калорий в расчете на одного человека на треть больше, чем в остальных четырех развитых странах (и это в худших климатических условиях). СССР входил в десятку стран с наилучшим уровнем питания, точнее, занимая 7-ое место в 1990 году.

На основании приведенных данных можно сделать вывод о том, что колхозно-совхозная форма сельскохозяйственного производства, особенно после хрущевско-брежневских реформ, оказалась вполне жизнеспособной и обеспечивала устойчивый рост производства продовольствия и сырья для легкой промышленности. При этом следует учитывать то обстоятельство, что крестьянство еще до сплошной коллективизации облагалось данью - "сверхналогом" (за счет более высоких цен на промышленные товары и относительно низких цен на сельскохозяйственные продукты, закупаемые государством), а со времени образования колхозов они использовались государством как насос для перекачки материальных, финансовых и трудовых ресурсов для нужд индустриализации и наращивания военного потенциала страны. Колхозы по отношению к государству были поставлены в такое положение, которое резко ограничивало их самостоятельность и инициативу, а тем самым и их возможность осуществлять расширенное воспроизводство. Система директивного планирования и просуществовавшие до 1958 года обязательные поставки продукции государству по символическим ценам - в 10-12 раз ниже рыночных, бюрократическое командование колхозами были причинами замедленного и консервативного, то есть чуждающегося новшеств развития. Конечным результатом всего этого явилось отставание сельского хозяйства от потребностей общества, бегство крестьян от земли, запустение деревни. Колхозы в период сталинского правления стонали под прессом административного насилия. Как справедливо отмечали М.Геллер и А.Некрич, "...33 миллиона колхозников, кормивших своим тяжелым трудом 200-миллионное население страны, оставались вслед за зэками самым нищим, самым обиженным слоем советского общества" (М.Геллер, А.Некрич "Утопия власти". М.: МИК, 2000, с. 479). Поэтому не удивительно, что колхозная форма хозяйствования долгое время не могла проявить своих потенциальных возможностей, и только в 1960-1970 годах после ряда реформ колхозы постепенно стали становиться на ноги и во многих регионах страны, например, в Эстонии демонстрировали прекрасные технико-экономические показатели. К 1989 году из 24720 колхозов только 275 оставались еще убыточными (около 1%). Сумма их убытков составила 49 млн. рублей против 21 млрд. рублей прибыли, полученных остальными колхозами.


7.Террор и репрессии


Эта тема является одной из самых спорных. Называются совершенно фантастические цифры репрессированных - 100 млн. человек.

Если же обратиться к главному идеологу развала СССР через десоветизацию и десталинизацию А.Яковлеву, который был правой рукой М.Горбачева, то он, ссылаясь на госархив, вынужден был опровергнуть этот миф. Он сообщил, что на 1 января 1939 года, т.е. в самый разгар репрессий по всей стране во всех лагерях ГУЛАГа сидело 1289491 человек (по всем видам преступлений), из них контррревлюционеров - 443262 человека. И это на 190 млн. населения СССР.

Далее я обращаюсь напрямую к известному историку, доктору исторических наук, главному научному сотруднику Института российской истории РАН В.Земскову, который написал статью "Политические репрессии в СССР (1917--1990)" - http://actualhistory.ru/2008060101.

"Человеческая жизнь бесценна. Убийство невинных людей нельзя оправдать - будь то один человек или миллионы. Но исследователь не может ограничиваться нравственной оценкой исторических событий и явлений. Его долг - воскрешение подлинного облика нашего прошлого. Тем более, когда те или иные его аспекты становятся объектом политических спекуляций. Все вышеизложенное в полной мере относится к проблеме политических репрессий в СССР, анализу которых посвящена настоящая статья.

В начале 1989 г. по решению Президиума АН СССР была создана Комиссия Отделения истории АН СССР во главе с членом-корреспондентом АН СССР Ю.А. Поляковым по определению потерь населения. Будучи в составе этой комиссии, мы в числе первых историков получили доступ к ранее не выдававшейся исследователям статистической отчетности ОГПУ-НКВД-МВД-МГБ, находившейся на специальном хранении в Центральном государственном архиве Октябрьской революции, высших органов государственной власти и органов государственного управления СССР (ЦГАОР СССР), переименованном ныне в Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). С суммарными итогами наших изысканий мы хотели бы познакомить читателей журнала "Россия XXI".

Что же мы обнаружили?

Еще в начале 1954 г. в МВД СССР была составлена справка на имя Н. С. Хрущева о числе осужденных за контрреволюционные преступления, т.е. по 58-й статье Уголовного Кодекса РСФСР и по соответствующим статьям УК других союзных республик, за период 192I-1953 гг. (документ подписали три человека - Генеральный прокурор СССР Р.А. Руденко, министр внутренних дел СССР С.Н. Круглов и министр юстиции СССР К.П. Горшенин). Это была справка на пяти машинописных страницах, составленная по указанию Н.С. Хрущева и датированная I февраля 1954 года.

В документе говорилось, что, по имеющимся в МВД СССР данным, за период с 1921 года до начала 1954 года, за контрреволюционные преступления было осуждено Коллегией ОГПУ и тройками НКВД, Особым совещанием, Военной Коллегией, судами и военными трибуналами 3777380 чел., в том числе к высшей мере наказания - 642980, к содержанию в лагерях и тюрьмах на срок от 25 лет и ниже - 2369220, в ссылку и высылку -- 765180 чел. Указывалось, что из общего количества арестованных за контрреволюционные преступления ориентировочно 2,9 млн. человек были осуждены Коллегией ОГПУ тройками НКВД и Особым совещанием (т.е. внесудебными органами), 877 тыс. -- судами, военными трибуналами, Спецколлегией и Военной Коллегией. В настоящее время, говорилось в справке, в лагерях и тюрьмах содержится заключенных, осужденных за контрреволюционные преступления, -- 467946 чел. и, кроме того, находится в ссылке после отбытия наказания за контрреволюционные преступления, направленных по директиве МГБ и Прокуратуры СССР, -- 62462 человека.

Отмечалось, что созданным на основании постановления ЦИК и СНК СССР от 5 ноября 1934 года Особым совещанием при НКВД СССР, которое просуществовало до 1 сентября 1953 года, было осуждено 442531 человек, в том числе приговорено к высшей мере -- 10101, к лишению свободы -- 360921, к ссылке и высылке (в пределах страны) -- 67539 и к другим мерам наказания (зачет времени нахождения под стражей, высылка за границу, принудительное лечение) -- 3970 чел. Подавляющее большинство, дела которых рассматривались Особым совещанием, было осуждено за контрреволюционные преступления [1].

В первоначальном варианте справки, составленном в декабре 1953 года, когда число имевшихся тогда в наличии в местах лишения свободы осужденных за контрреволюционные преступления составляло 474950 чел., приводилась география размещения 400296 заключенных: в Коми АCCP - 95899 (и, кроме того, в Печерлаге - 10121), в Казахской ССР - 57989 (из них в Карагандинской обл. - 56 423), в Хабаровском крае - 52742, Иркутской обл. - 47053, Красноярском крае - 33233, Мордовской АССП -17104, Молотовской обл. - 15832, Омской -15422, Свердловской -14453, Кемеровской -- 8403, Горьковской - 8210, Башкирской АССР - 7854, Кировской обл. - 6344, Куйбышевской - 4936 и Ярославской -- 4701 чел. Остальные 74654 политических заключенных находились в других регионах (Магаданская обл., Приморский край, Якутская АССР и др.). Лица, находившиеся в конце 1953 года в ссылке и высылке, из числа бывших заключенных, осужденных за контрреволюционные преступления, проживали в Красноярском крае - 30575, Казахской ССР - 12465, на Дальнем Севере - 10276, в Коми АССР - 3880, Новосибирской обл. - 3850, в других регионах -- 1416 человек [2].

В конце 1953 года в МВД СССР была подготовлена еще одна справка. В ней на основе статистической отчетности 1-го спецотдела МВД СССР называлось число осужденных за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления за период с 1 января 1921 года по 1 июля 1953 года - 4060306 человек (5 января 1954 г. на имя Г.М. Маленкова и Н.С. Хрущева было послано письмо N 26/К за подписью С.Н. Круглова с содержанием этой информации) [3].

Эта цифра слагалась из 3777380 осужденных за контрреволюционные преступления и 282926 -- за другие особо опасные государственные преступления. Последние были осуждены не по 58-й, а по другим приравненным к ней статьям; прежде всего, по пп. 2 и 3 ст. 59 (особо опасный бандитизм) и ст. 19324 (военный шпионаж). К примеру, часть басмачей была осуждена не по 58-й, а по 59-й статье.

Число осужденных за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления в 1921-1953 гг. [4] (таблицу см. в оригинале по адресу -http://actualhistory.ru/2008060101).

Следует иметь в виду, что понятия "арестованные" и "осужденные" не являются тождественными. В общую численность осужденных не входят те арестованные, которые в ходе предварительного следствия, т.е. осуждения, умерли, бежали или были освобождены. Сюда же не входят арестованные, которые тем или иным судебным или внесудебным органом признавались невиновными (имеется в виду, что дело дошло до осуждения, но приговор был оправдательным).

Вплоть до конца 80-х гг. в СССР эта информация являлась государственной тайной. Впервые подлинная статистика осужденных за контрреволюционные преступления была опубликована в сентябре 1989 г., в статье В.Ф. Некрасова в "Комсомольской правде". Затем более подробно эта информация излагалась в статьях А.Н. Дугина (газета "На боевом посту", декабрь 1989 г.) В.Н. Земскова и Д.Н. Нохотович ("Аргументы и факты", февраль 1990 г.), в других публикациях В.Н. Земскова и А.Н. Дугина (последнего не следует путать с его однофамильцем из газеты "День"). Число осужденных за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления впервые было обнародовано в 1990 году в одной из статей члена Политбюро ЦК КПСС А.Н. Яковлева в газете "Известия". Более подробно эту статистику, с динамикой по годам, опубликовал в 1992 году В.П. Попов в журнале "Отечественные архивы" [5].

Мы специально привлекаем внимание к этим публикациям, потому что именно в них содержится подлинная статистика политических репрессий. Пока что они являются, образно говоря, каплей в море по сравнению с многочисленными публикациями иного рода, в которых называются недостоверные цифры, как правило, многократно преувеличенные.

"Демократическая" статистика

Реакция общественности на публикацию подлинной статистики политических репрессий была неоднозначна. Нередко высказывались предположения, что это фальшивка. Известный публицист А.В. Антонов-Овсеенко, акцентируя внимание на том, что эти документы подписывали такие заинтересованные лица, как Руденко, Круглов и Горшенин, внушал читателям "Литературной газеты": "Служба дезинформации были высоте во все времена. При Хрущеве тоже...Итак, за 32 года - менее четырех миллионов. Кому нужны такие преступные справки, понятно" [6].

Несмотря на уверенность А.В. Антонова-Овсеенко, что эта статистика является дезинформацией, мы позволим себе смелость утверждать, что он ошибается. Это подлинная статистика, составленная путем суммирования за 1921-1953 гг. соответствующих первичных данных, имеющихся в 1-м спецотделе. Этот спецотдел, входивший в разное время в структуру ОГПУ, НКВД, МГБ (с 1953 года и по настоящее время -- МВД), занимался сбором полной информации о числе осужденных у всех судебных и внесудебных органов. 1-й спецотдел -- это орган не дезинформации, а сбора всеобъемлющей объективной информации.

Рассматривая проблему достоверности первичных данных исправительно-трудовых учреждений, надо учитывать следующие два обстоятельства. С одной стороны, их администрация в своей отчетности не была заинтересована в занижении численности заключенных, ибо это автоматически вело к уменьшению плана продовольственного снабжения лагерей, тюрем и ИТК. Ухудшение же питания сопровождалось бы увеличением смертности, что привело бы к срыву огромной производственной программы ГУЛАГа. С другой стороны, раздувание данных о численности заключенных также не соответствовало ведомственным интересам, ибо было чревато аналогичным (т.е. невыполнимым) увеличением производственных заданий со стороны планирующих органов. А за невыполнение плана в те времена спрашивали строго. Думается, результирующей этих объективных ведомственных интересов была достаточная степень достоверности отчетности. Кроме того, следует учесть и "стахановскую" психологию представителей карательных органов тех лет: чем больше они выявляли и сажали "врагов народа", тем, считалось, они лучше работают. Так что занижать численность осужденных им не могло прийти в голову.

Большой резонанс в обществе вызвала публикация Р.А. Медведева в Московских новостях" (ноябрь 1988 года) о статистике жертв сталинизма [7].

По его подсчетам, за период 1927-1953 гт. было репрессировано около 40 млн. человек, включая раскулаченных, депортированных, умерших от голода в 1933 году и др. В 1989-1991 гг. эта цифра была одной из наиболее популярных при пропаганде преступлений сталинизма и довольно прочно вошла в массовое сознание. На самом деле такого количества (40 млн.) не получается даже при самом расширенном толковании понятия "жертвы репрессий". В эти 40 млн. РА Медведев включил 10 млн. раскулаченных в 1929-1933 гг. (в действительности их было около 4 млн.), почти 2 млн. выселенных в 1939-1940 гг. поляков (в действительности -- около 380 тыс.) -- и в таком духе абсолютно по всем составляющим, из которых слагалась эта астрономическая цифра. По мнению Р.А. Медведева, в 1937-1938 гг. было репрессировано 5 - 7 млн. (на самом деле -- 1,5 млн.); а 10 млн. в 1941-1946 гг. - это уж совсем фантастика, даже если сюда включить более 2 млн. выселенных немцев, калмыков, крымских татар, чеченцев, ингушей и др.

Нам часто приходилось слышать, что расчеты Р.А. Медведева, возможно, правильные, так как он ставит проблему репрессированных в широком плане. Поэтому мы специально так детально остановились на его расчетах, чтобы показать: в каком бы плане ни ставить проблему (широком или узком), статистика Р.А. Медведева не соответствует истине; в любом случае в его расчетах нет ни одной цифры, хотя бы отдаленно похожей на подлинную статистику.

Однако эти 40 млн. скоро перестали удовлетворять "растущим потребностям" определенных политических сил в очернении отечественной истории советского периода. В ход пошли "изыскания" американские и других западных советологов, согласно которым в СССР от террора и репрессий погибло 50-60 млн. человек. Как и у Р.А. Медведева, все составляющие подобных расчетов были чрезвычайно завышены; разница же в 10-20 млн. объяснялась тем, что Р.А. Медведев начинал отсчет с 1927 года, а западные советологи - с 1917 года Если Р.А. Медведев оговаривал в своей статье, что репрессии не всегда смерть, что большая часть раскулаченных осталась жива, что из репрессированных в 1937-1938 гг. была расстреляна меньшая часть и т.д., то ряд его западных коллег называли цифру в 50-60 млн. человек как физически истребленных и умерших в результате террора, репрессий, голода, коллективизации и др. Мы сомневаемся в научной добросовестности всех этих авторов. Здесь скорее речь можно вести о том, сколь добросовестно они потрудились над выполнением заказов политиков и спецслужб своих стран с целью дискредитировать в наукообразной форме своего противника по "холодной войне", не гнушаясь фабриковать прямую клевету.

Это, конечно, не означает, что в зарубежной советологии не было исследователей, старавшихся объективно и добросовестно изучать советскую историю. Крупные ученые, специалисты по советской истории С. Виткрофт (Австралия), Р. Дэвис (Англия), Г. Риттершпорн (Франция) и некоторые другие, подвергали открытой критике исследования большинства советологов и доказывали, что в действительности число жертв репрессий, коллективизации, голода и т.д. в СССР было значительно меньше.

Однако труды именно этих зарубежных ученых, с их несравненно более объективной оценкой масштабов репрессий, у нас в стране замалчивались. В массовое сознание активно внедрялось только то, что содержало недостоверную, многократно преувеличенную статистику репрессий [8].

Эти мифические 50-60 млн скоро затмили собой в массовом сознании роймедведевские 40 млн. Потому, когда председатель КГБ СССР В.А. Крючков в своих выступлениях по телевидению называл подлинную статистику политических репрессий, то многие в буквальном смысле не верили своим ушам, полагая, что ослышались. Журналист А. Мильчаков в 1990 году делился с читателями "Вечерней Москвы" своим впечатлением от выступления В.Крючкова: "...И дальше он сказал: таким образом, о десятках миллионов не может быть и речи. Не знаю, сделал ли он это сознательно. Но я знаком с последними широко распространенными исследованиями, которым верю, и прошу читателей "Вечерней Москвы" еще раз внимательно прочитать произведение А.И. Солженицына "Архипелаг Гулаг", прошу ознакомиться с опубликованными в "Московском Комсомольце" исследованиями известнейшего нашего ученого-литературоведа И. Виноградова. Он называет цифру в 50-60 миллионов человек. Хочу обратить внимание и на исследования американских советологов, которые подтверждают эту цифру. И я в ней глубоко убежден" [9].

Комментарии, как говорится, излишни. Недоверие проявлено только к документально подтвержденной информации, и безмерное доверие -- к информации противоположного свойства.

Однако и это не было еще пределом оболванивания общественности. В июне 1991 года "Комсомольская правда" публикует интервью А.И. Солженицына испанскому телевидению в 1976 году. Из него мы узнали следующее: "Профессор Курганов косвенным путем подсчитал, что с 1917 года по 1959 только от внутренней войны советского режима против своего народа, то есть от уничтожения его голодом, коллективизацией, ссылкой крестьян на уничтожение, тюрьмами, лагерями, простыми расстрелами, -- только от этого у нас погибло, вместе с нашей гражданской войной, 66 миллионов человек...По его подсчетам, мы потеряли во Второй мировой войне от пренебрежительного, от неряшливого ее ведения 44 миллиона человек! Итак, всего мы потеряли от социалистического строя -- 110 миллионов человек!" [10].

Некоторые вопросы и уточнения.

Позволим себе внести некоторые уточнения. Сокращение численности населения СССР за 1941-1945 гг. составило не 44 млн., а 27 млн. человек (в это число входят не только погибшие и умершие, но и "вторая эмиграция"). Р.А. Медведев предполагает, что до 1946 года включительно органами НКВД было репрессировано от 2 до 3 млн. человек, проживающих на территории СССР, подвергавшейся фашистской оккупации [11].

В действительности по всему Советскому Союзу в 1944-1946 гг. было осуждено по политическим мотивам 321651 чел., из них 10177 приговорены к высшей мере. Думается, большинство осужденных с бывшей оккупированной территории было наказано справедливо за конкретную изменническую деятельность. Можно, на наш взгляд, говорить о моральном наказании населения этой территории включением в анкеты графы "проживание на оккупированной территории", что на практике создавало осложнения в служебной карьере. Поражает странная однобокость в освещении репрессий и геноцида. Всячески раздуваются масштабы репрессий НКВД в отношении советского населения, проживающего на оккупированной территории, в то же время замалчивается фашистский геноцид. В свое время возглавляемая академиком Н.Н. Бурденко Чрезвычайная Государственная Комиссия по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их пособников установила, что на оккупированной территории СССР было убито и замучено 10,7 млн. советских граждан (включая военнопленных) [12].

Такие огромные жертвы нельзя назвать неизбежными издержками войны. Это была целенаправленная политика тогдашнего руководства Германии по ослаблению биологического потенциала славян, евреев, цыган и других "неполноценных" этносов.

Имеющее широкое хождение в западной советологии утверждение, что во время коллективизации 1929 -1932 гг. погибло 6-7 млн. крестьян (в основном кулаков), не выдерживает критики. В 1930 -1931 гг. в "кулацкую ссылку" было направлено немногим более 1,8 млн. крестьян, а в начале 1932 года их там оставалось 1,3 млн. Убыль в 0,5 млн. приходилась на смертность, побеги и освобождение "неправильно высланных". За 1932-1940 гг. в "кулацкой ссылке" родилось 230258, умерло 389521, бежало 629042 и возвращено из бегов 235120 человек. Причем с 1935 года рождаемость стала выше смертности: в 1932-1934 гг. в "кулацкой ссылке" родилось 49168 и умерло 281367, в 1935-1940 гг. -- соответственно 181090 и 108154 человека [13].

В число жертв репрессий часто включаются умершие от голода в 1933 году. Безусловно, государство своей фискальной политикой совершило тогда чудовищное преступление перед миллионами крестьян. Однако включение их в категорию "жертвы политических репрессий" вряд ли правомерно. Это - жертвы экономической политики государства (аналог -- миллионы не родившихся в результате шоковых реформ радикал-демократов российских младенцев). В регионах, пораженных засухой (Украина, Северный Кавказ, Поволжье, Казахстан, некоторые другие районы), государство не сочло нужным снизить объем обязательных поставок и изымало у крестьян собранный скудный урожай до последнего зернышка, обрекая их на голодную смерть. Точное число умерших пока не установлено. В литературе обычно называются цифры от 6 до 10 млн., причем только по Украине эти оценки колеблются от 3-4 до 6-7 млн. Однако статистика рождаемости и смертности в 1932-1933 гг. заставляет сделать вывод, что эти оценки сильно преувеличены. По данным Центрального управления народнохозяйственного учета Госплана СССР, в 1932 году на Украине родилось 782 тыс. и умерло 668 тыс., в 1933 году -- соответственно 359 тыс. и 1309 тыс. человек [14].

Здесь надо учитывать ежегодную естественную смертность (от старости, болезней, несчастных случаев и т.д.), но ясно, что на первое место по численности следует поставить умерших от голода.

В последние годы на Украине активно пропагандируется идея (в том числе в научных кругах), что голод 1932-1933 гг. явился следствием антиукраинской политики Москвы, что это был сознательный геноцид в отношении украинцев и т.п. Но ведь точно в таком же положении оказалось население Северного Кавказа, Поволжья, Казахстана и других районов, где царил голод. Здесь не было какой-то избирательной антирусской, антиукраинской, антитатарской или антиказахской направленности. Государство своей фискальной политикой совершило преступление перед всем крестьянством, независимо от национальности.

Приведу еще одну справку по вопросу о голодоморе из справки "СССР при СТАЛИНЕ: ТОЛЬКО ФАКТЫ!) (http://sokol14.livejournal.com/68141.htm).

"Якобы большевики изъяли у бедных крестьян весь хлеб и те стали голодать. На самом же деле хлебозаготовки, скажем на Украине, в 1932 году были меньше, чем в 1931 году, когда никакого голода не было. В 1930 году объем хлебозаготовок на Украине составил 6,92 млн.т. (30% от валового объема производства), в 1931 году - 7,39 млн.т.(40%), а в 1932 году - 4,28 (29%). То есть весь хлеб никакие большевики не изымали, наоборот, даже снизили объемы закупок. Но что все-таки стало причиной падения сборов зерна к 1932 году почти на 35% по сравнению с 1930 годом и последовавшего за этим голода? И почему голод затронул в основном только Украину и Дон? А дело в том, что в 1932 году на Украине и Дону засеяли едва ли треть пахотных земель, и это безусловная причина голода. Почему мало засеяли? На Украине и Дону землю пашут не лошадьми, как в Центральной России, потому что на черноземе они быстро выбиваются из сил, а волами. А волы - это говядина, их едят. Так вот поголовье волов на Украине снизилось с 593,7 тыс. (1929 год) до 105,2 тыс. (1932 год), то есть почти в 6 раз! Причины: вредительство, антиколхозная пропаганда и жадность. В результате население забивали и съедали свой скот, не желая сдавать в коллективные хозяйства.

Вина Сталина в этом, безусловно, есть. Во-первых, нужно было принять эффективные меры для сохранения рабочего скота. Но самое главное другое. Сегодня, опираясь на его статью "Головокружение от успеха", считают, что коллективизацию надо было проводить "мягко" - создать образцовые колхозы и сманить в них остальных. Коллективизация началась в 1929 году, а уже в марте 1930 года вышло постановление ЦК о запрещении насильственной коллективизации, часть новоиспеченных колхозников стали выходить из колхозов обратно, и было восстановлено до половины раскулаченных хозяйств. Но "мягкая" коллективизация - прямой путь к разделению сельских обществ, а разделение - это война. Массовый загон людей в колхозы вызвал бы водопады матюков, но через год все и всё уже забыли бы. Отказ от немедленной массовой поголовной коллективизации был главной ошибкой (очень сомнительный вывод - ВП)

Теперь следует разобрать вопрос о количестве жертв "голодомора", который, как мы видим, устроили украинцы и казаки себе сами. Количество смертей от недоедания было минимально. Но, безусловно, голод повлиял на заболеваемость населения и продолжительность жизни и соответственно на смертность и рождаемость населения.

Согласно результатам Всесоюзных переписей, наличное население Украины на 1 января 1927 года составляло 29043 тысяч человек, на 1 января 1939 года - 30946 тыс. человек (территория УССР сократилась за этот период на 2%). Столь малый прирост населения (+6,6%) за 12 летний период отчасти объяснялся значительным оттоком населения в новообразованные индустриальные и промышленные центры. Но в то же время рост населения соседней Белоруссии, которую голод не затронул, за этот период составил 11,76%. Поэтому можно согласиться, что по опубликованным в 1938 году данным население Украины должно было составлять более 32 млн. человек.

Рождаемость населения УССР в среднем за 1927-1931 гг. составила 1080,4 тыс., смертность - 521,8 тыс., прирост - 558,6 тыс. В 1932 году родилось 782 тыс., умерло 668 тыс. (прирост 114 тыс. - на 444,6 меньше предыдущей пятилетки), в 1933 году родилось уже 359 тыс., умерло 1309 тыс. (убыль 950 тыс. - на 1508,6 меньше). То есть потери населения УССР в 1932-1933 гг., сопутствующие голоду, можно оценить примерно в 2 млн. чел."

Сильно преувеличены также потери у депортированных в 1941-1944 гг. народов -- немцев, калмыков, чеченцев, ингушей, карачаевцев, балкарцев, крымских татар, греков, армян и болгар, у выселенных в 1944 году из Грузии турок-месхетинцев, курдов, хемшилов, азербайджанцев. Р.Медведев определяет число умерших во время и после выселения в 1 млн. человек [15].

Если бы это было так, то для малых народов такие жертвы означали бы страшнейший удар по их биологическому потенциалу, от которого они вряд ли оправились бы и к настоящему времени. В прессе, к примеру, проскальзывали оценки, согласно которым до 40% крымских татар умерло при транспортировке в места высылки. Тогда как из документов следует, что из 151720 крымских татар, направленных в мае 1944 года в Узбекскую ССР, было принято по актам органами НКВД Узбекистана 15 529, а в пути следования умер 191 человек (0,13%) [16].

Другое дело, что в первые годы жизни на спецпоселении в процессе мучительной адаптации смертность значительно превышала рождаемость. С момента первоначального вселения и до 1 октября 1948 года у выселенных немцев (без трудовой армии) родилось 25792 и умерло 45275, у северокавказцев соответственно 28120 и 146892, у крымчан -- 6564 и 44887, у выселенных в 1944 г. из Грузии -- 2873 и 15432, у калмыков -- 2702 и 16594 человек. С 1949 года у всех них рождаемость стала выше смертности [17].

"Тяжелая артиллерия" -- версия О.Шатуновской

В последние годы в средствах массовой информации время от времени, но довольно регулярно приводится статистика политических репрессий по воспоминаниям О.Шатуновской. О.Шатуновская -- бывший член Комитета партийного контроля при ЦК КПСС и Комиссии по расследованию убийства С.Кирова и политических судебных процессов 30-х годов во времена Н.Хрущева. В 1990 году в "Аргументах и фактах" были опубликованы ее воспоминания, где она, ссылаясь на некий документ КГБ СССР, впоследствии якобы таинственно исчезнувший, отмечала: "...С 1 января 1935 года по 22 июня 1941 года было арестовано 19 млн. 840 тыс. "врагов народа". Из них 7 млн. было расстреляно. Большинство остальных погибло в лагерях" [18].

В действительности же в 1935-1941 гг. за контрреволюционные и другие опасные государственные преступления было осуждено 2097775 человек, из них 696251 приговорено к высшей мере.

Утверждение О.Шатуновской "большинство остальных погибло в лагерях" (надо полагать, 7-10 млн.), разумеется, тоже не соответствует истине. Мы располагаем совершенно точной информацией, что за 20 лет (с 1 января 1934 года по 1 января 1954 года) в исправительно-трудовых лагерях (ИТЛ) ГУЛАГа умерло 1053829 заключенных [19].

За период 1939-1951 гг. (отсутствовали сведения за 1945 год) в тюрьмах СССР скончались 86582 человека [20].

К сожалению, в документах ГУЛАГа нам не удалось найти сводной статистики смертности в исправительно-трудовых колониях (ИТК) ГУЛАГа. Отдельные отрывочные сведения, которые нами выявлены, позволяют сделать вывод, что в ИТК смертность была ниже, чем в ИТЛ. Так, в 1939 году в лагерях она держалась на уровне 3,29% к годовому контингенту, а в колониях -- 2,30%. Это подтверждает и другой факт: при примерно равномерной численности и циркуляции убывших и прибывших заключенных в 1945 году в ИТЛ умерло 43848, в ИТК -- 37221 заключенных. В 1935-1938 гг. в ИТК содержалось примерно в 2 раза меньше заключенных, чем в ИТЛ, в 1939 году -- в 3,7, 1940 году -- в 4 раза, 1941 году -- в 3,5, 1942 году -- почти в 4 раза, 1943 году -- почти в 2 раза меньше. В 1944-1949 гг. численность заключенных в ИТЛ и ИТК была примерно одинакова, в 1950 году в ИТЛ она стала на 20-25% выше, чем в ИТК, в 1951 году -- в 1,5 раза и в 1952-1953 гг. -- почти в 2,5 раза [21].

В среднем за 1935-1953 гг. в колониях содержалось примерно в 2 раза меньше заключенных, чем в лагерях, и смертность там на "душу населения" была ниже. Используя метод экстраполяции, можно с достаточной степенью уверенности утверждать, что в колониях в 1935-1953 гг. умерло никак не больше 0,5 млн. человек.

Таким образом, в период 1934-1953 гт. в лагерях, колониях и тюрьмах умерло примерно 1,6-1,7 млн. заключенных. Причем в это число входят не только "враги народа", но и уголовники (последних было больше). Соотношение между политическими и уголовниками в ГУЛАГе в разное время весьма существенно колебалось, но в среднем за 30-е - начало 50-x гг. оно было близким к уровню 1:3. Характерными являются данные на 1 января 1951 года, когда в ГУЛАГе содержалось 2528146 заключенных, из них 579918 политических и 1948228 осужденных за уголовные преступления, т.е. в соотношении 1:3,3, в том числе в лагерях - 1:2,2 (475976 и 1057791) и в колониях -- 1:8,5 (103942 и 890437) [22].

Даже учитывая имеющиеся в литературе многочисленные свидетельства, что смертность у политических была выше, чем у уголовников, мы не можем опустить это соотношение ниже уровня 1:2. На основе приведенной выше статистики можно утверждать, что на каждого политического, умершего в местах лишения свободы, приходилось как минимум два умерших уголовника.

И как же теперь быть с небрежно брошенной О.Шатуновской фразой: "Большинство остальных погибло в лагерях"? Если на минуту поверить ее фантастическим цифрам, то это "большинство остальных" надо отсчитывать от почти 13 млн. человек (причем только "враги и народа", без уголовников), арестованных в 1935-1941 гг. и сразу не расстрелянных. В свете всех приведенных выше данных, взятых из многочисленных архивных документов, "версия" О.Шатуновской не только трещит по швам, но и выглядит как полнейший абсурд. В действительности за 20-летний период (1934-1953 гт.) численность "врагов народа", не приговоренных к высшей мере, но впоследствии умерших в местах лишения свободы, не превышала 600 тыс. человек.

Мотивы поступка О.Шатуновской не совсем понятны: то ли она сознательно выдумала эти цифры с целью мести (она была репрессирована), то ли сама стала жертвой какой-то дезинформации. О.Шатуновская уверяла, что Н.Хрущев якобы затребовал справку, в которой приводились эти сенсационные цифры, в 1956 году. Это очень сомнительно. Вся информация о статистике политических репрессий была изложена в двух справках, подготовленных в конце 1953 -- начале 1954 года, о которых мы говорили выше. Если даже в 1956 году Н.Хрущев и заказывал эту справку, то КГБ СССР мог только повторить цифры из сводной статистики I спецотдела МВД СССР, где содержалась наиболее полная информация по этому вопросу.

Мы уверены, что такого документа никогда не существовало, хотя в печати и делались попытки доказать обратное. Вот какое "доказательство" приводит А.Антонов-Овсеенко: "Готовя текст своего доклада на XX съезде, Н.Хрущев затребовал от КГБ данные о репрессиях. Председатель комитета А.Шелепин передал соответствующую справку лично Н.Хрущеву, и тот ознакомил с ней О.Шатуновскую вместе с сотрудником аппарата ЦК А.Кузнецовым. С января 1935-го по июнь 1941-го в стране репрессированы 19840000 человек, из них в первый же после ареста год казнены и погибли под пытками 7 миллионов. Копию документа А.Кузнецов показал помощнику Хрущева И.Алексахину" [23].

Здесь уместен вопрос: что же мешает ныне находящимся у власти политическим силам, не менее О.Шатуновской и А.Антонова-Овсеенко заинтересованным, надо полагать, в разоблачении преступлений сталинизма, официально подтвердить статистику О.Шатуновской со ссылкой на заслуживающий доверия документ? Если, по версии О.Шатуновской и А.Антонова-Овсеенко, служба безопасности в 1956 году подготовила такую справку, что же мешало сделать то же самое в 1991-1993 гг.? Ведь даже если сводная справка 1956 года и была уничтожена, то первичные данные сохранились. Ни Министерство безопасности Российской Федерации (МБРФ), ни МВД, ни другие органы не могли этого сделать по той простой причине, что вся соответствующая информация, которой они располагают, прямо опровергает статистику О.Шатуновской.

Данные МБРФ и подлинные проблемы статистики репрессий

2 августа 1992 года в пресс-центре МБРФ состоялся брифинг, на котором начальник отдела регистрации и архивных фондов МБРФ генерал-майор А.Краюшкин заявил журналистам и другим приглашенным, что за все время коммунистической власти (1917-1990 гг.) в СССР по обвинению в государственных преступлениях и некоторым другим статьям уголовного законодательства аналогичного свойства осуждены 3853900 человек, 827995 из них приговорены к расстрелу. В терминологии, прозвучавшей на брифинге, это соответствует формулировке "за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления". Любопытна реакция средств массовой информации на это событие: большинство газет обошли его гробовым молчанием. Одним эти цифры показались слишком большими, другим -- слишком маленькими, и в итоге редколлегии газет различных направлений предпочли не публиковать этот материал, утаив тем самым от своих читателей общественно значимую информацию (умолчание, как известно, одна из форм клеветы). Надо отдать должное редколлегии газеты "Известия", опубликовавшей подробный отчет о брифинге с указанием приводимой там статистики [24].

Примечательно, что в указанных выше данных МБРФ добавление сведений за 1917-1920 и 1954-1990 гт. принципиально не изменили приводимую нами статистику политических репрессий за период 1921-1953 гг. Сотрудники МБРФ пользовались каким-то другими источником, сведения которого несколько расходятся со статистикой 1-го спецотдела МВД. Сопоставление сведений этих двух источников приводит к весьма неожиданному результату: по информации МБРФ в 1917-1990 гт. по политическим мотивам было осуждено 3853900, а по статистике 1-го спецотдела МВД в 1921-1953 гт. -- 4060306 человек.

По нашему мнению, такое расхождение следует объяснять отнюдь не неполнотой источника МБРФ, а более строгим подходом составителей этого источника к понятию "жертвы политических репрессий". При работе в ГАРФ с оперативными материалами ОГПУ-НКВД мы обратили внимание, что довольно часто на рассмотрение Коллегии ОГПУ, Особого совещания и других органов представлялись дела как на политических или особо опасных государственных преступников, так и на обычных уголовников, ограбивших заводские склады, колхозные кладовые и т.д. По этой причине они включились в статистику 1-го спецотдела как "контрреволюционеры" и по нынешним понятиям являются "жертвами политических репрессий" (такое про воров-рецидивистов можно сказать только в насмешку), а в источнике МБРФ они отсеяны. Такова наша версия, но мы вполне допускаем, что, возможно, причина расхождения в этих цифрах кроется в чем-то другом.

Проблема отсева уголовников из общего числа осужденных за контрреволюционные и другие особо опасные государственные преступления гораздо серьезнее, нежели это может показаться на первый взгляд. Если в источнике МБРФ и был произведен их отсев, то далеко не полный. В одной из справок, подготовленных 1-м спецотделом МВД СССР в декабре 1953 года имеется пометка: "Всего осуждено за 1921-1938 гг. - 2 944 879 чел., из них 30% (1062 тыс.) - уголовников" [25].

Это означает, что в 1921-1938 гг. осужденных политических насчитывалось 1883 тыс. чел.; за период же 1921-1953 гг. получается не 4060 тыс., а менее 3 млн. И это при условии, если в 1939 - 1953 гг. среди осужденных "контрреволюционеров" не было уголовников, что весьма сомнительно. Правда, на практике имели место факты, когда и политические осуждались по уголовным статьям.

Мы считаем, что по периоду гражданской войны сведения источника МБРФ неполные. Там наверняка не учтены многие жертвы самосудов над "контрреволюционерами". Эти самосуды вообще не документировались, а в источнике МБРФ явно учтено только то количество, которое подтверждается документами. Вызывает также сомнение, что в 1918-1920 гг. в Москву поступала исчерпывающая информация с мест о числе репрессированных.

Обладая документально подтвержденными доказательствами, что статистика О.Шатуновской недостоверна, мы в 1991 году на страницах академического журнала "Социологические исследования" опубликовали соответствующие опровержения [26].

Казалось, что с версией О.Шатуновской вопрос был решен. Но не тут-то было. И по радио, и по телевидению продолжали пропагандировать ее цифры в довольно навязчивой форме. Например, 5 марта 1992 года в вечерней программе "Новости" диктор Т.Комарова вещала на многочисленную аудиторию о 19 млн. 840 тыс. репрессированных, из них 7 млн. расстрелянных в 1935-1940 гг. как о безусловно установленном факте. 10 марта того же года на заседании Конституционного суда адвокат А.Макаров в качестве доказательства зачитывал письмо О.Шатуновской с ее цифирью. И это происходило в то время, когда историческая наука доказала недостоверность этих сведений и располагала подлинной статистикой. Было бы недостаточно объяснить все это политическими пристрастиями или невежеством. Здесь довольно ясно вырисовывается хамски-пренебрежительное отношение к отечественной науке.

В число безусловных жертв большевистского режима дилетанты от истории включают все людские потери во время гражданской войны. С осени 1917 года до начала 1922 года население страны сократилось к I922 году на 12 741,3 тыс. человек; сюда входит и белая эмиграция, численность которой точно неизвестна (ориентировочно 1,5 -- 2 млн) [27].

Виновником гражданской войны безапелляционно объявляется только одна противоборствующая сторона (красная), и ей же приписываются все жертвы, включая свои собственные. Сколько в последние годы публиковалось "разоблачительных" материалов о "пломбированном вагоне", "кознях большевиков" и т.п.!? Не сосчитать. Нередко утверждалось, что не будь Ленина, Троцкого и других большевистских лидеров, то и не было бы революции, красного движения и гражданской войны (от себя добавим: с таким же "успехом" можно утверждать, что не будь Деникина, Колчака, Юденича, Врангеля, то и не было бы белого движения). Нелепость подобных утверждений совершенно очевидна. Самый мощный в мировой истории социальный взрыв, каковым являлись события 1917-1920 гг. в России, был предопределен всем предшествующим ходом истории и вызван сложным комплексом трудноразрешимых социальных, классовых, национальных, региональных и других противоречий. Здесь нет правых и виноватых. Если кого и можно винить, то только роковой ход истории, ниспославшей в 1917-1920 гг. на наш народ тяжкое испытание.

В свете этого мы не можем расширительно толковать понятие "жертвы политических репрессий" и включаем в него только лиц, арестованных и осужденных карательными органами Советской власти по политическим мотивам. Это значит, что жертвами политических репрессий не являются миллионы умерших от сыпного, брюшного и повторного тифа и других болезней. Таковыми не являются также миллионы людей, погибших на фронтах гражданской войны у всех противоборствующих сторон, умершие от голода, холода и др. И в итоге получается, что жертвы политических репрессий (в годы красного террора) исчисляются не только не миллионами, но даже не сотнями тысяч. Самое большее, о чем можно вести речь, это о десятках тысяч. Недаром, когда на брифинге в пресс-центре 2 августа 1992 г. было названо число осужденных по политическим мотивам начиная с 1917 года, то оно принципиально не повлияло на соответствующую статистику, если вести отсчет с 1921 года".

........................

[1] ГАРФ. Коллекция документов.

[2] Там же.

[3] Там же.

[4] ГАРФ. Коллекция документов; Попов В.П. Государственный террор в советской России. 1923-1953 гг.: источники и их интерпретация./ Отечественные архивы, 1992, N 2. С. 28

[5] Некрасов В.Ф. Десять "железных" наркомов I Комсомольская правда, 1989, 29 сент; Дугин А.Н. Гулаг: открывая архив/ На боевом посту, 1989. 27 дек.; Земсков В.Н. и Нохотович Д.Н. Статистика осужденных за контрреволюционные преступления в 1921-1953 гг./ Аргументы и факты, 1990, N 5; Дугин АН. Гулаг: глазами историка/ Союз, 1990, N 9; Дугин АН. Сталинизм: легенды и факты/ Слово, 1990, N 7; Дугин А.Н. Говорят архивы: неизвестные страницы ГУЛАГа/ Социально-политические науки,

1990, N 7; Дугин АН. и Малыгин А.Я. Солженицын, Рыбаков: технология лжи/ Военно-исторический журнал, 1991, N 7; Земское В.Н. Гулаг: историко-социологический аспект, 1991, NN 6-7; Земское В.Н. Заключенные, спецпоселенцы, ссыльнопоселенцы, ссыльные и высланные: статистико-географический аспект/ История СССР, 1991, N5; Попов В.П. Государственный террор в советской России. 1923-1953 гг.: источники и их интерпретация/ Отечественные архивы, 1992, 'N2.

[6] Антонов-Овсеенко А.В. Противостояние/ Литературная газета, 1991. 3 апреля. С.3

[7] Медведев Р.А. Наш иск Сталину /Московские новости, 1988. 27 ноября.

[8] См. Данилов В.П. Коллективизация: как это было / Страницы истории, советского общества - факты, проблемы, люди. М., 1989. С 250.

[9] Вечерняя Москва. 1990. 14 апреля.

[10] Размышления по поводу двух гражданских войн: Интервью A.И. Солженицина испанскому телевидению в 1976 г. / Комсомольская правда, 1991. 4 июня.

[11] Московские новости, 1988. 27 нояб.

[12] История СССР с древнейших времен до наших дней. М., 1973. Т. 10. С. 390.

[13] ГАРФ, ф.9479, оп.1, д.89, л.205,216.

[14] Поляков Ю.А., Жиромская В.Б., Киселев И. Н. Полвека молчания: всесоюзная перепись населения 1937 г. / Социологические исследования, 1990 N 6; Всесоюзная перепись населения 1939 г.: Основные итоги. М., 1992. С. 21.

[15] Московские новости, 1988. 27 ноября.

[16] Г АРФ, ф. 9479, on 1, д. 179, л. 241-242.

[17] Там же, д.436, л. 14, 26, 65-67

[18] Шатуновская О.Г. Фальсификация /Аргументы и факты, 1990. N 221.

[19] Г АРФ. ф. 9414, on. 1, д. 1155, л 2; д. 1190, л 36; д. 1319, л. 2-15.

[20] Там же. Коллекция документов.

[21] Там же, ф. 9414, on. 1, д. 330, л 55; д. 1155, л 2; д. 1190, л 26; д. 1319, л 2-15.

[22] Там же, д. 1356, л. 1-4.

[23] Литературная газета, 1991, 3 апреля.

[24] Руднев В. НКВД - расстреливал, МБРФ - реабилитирует/ Известия, 1992, 3 августа.

[25] ГАРФ. Коллекция документов; Попов В.П. Указ. соч. С.29.

[26] Земсков В.Н. ГУЛАГ: -историко-социологический аспект/ Социологические исследования, 1991, N6, с.13

[27] Поляков Ю.А. Советская страна после окончания гражданской войны: территория и население. М. 1986, с.98, 118.

........................

В.Земсков, как историк, вооружил нас достоверной информацией о статистике репрессированных. Но необходимо понять политические причины этого страшного периода массовых репрессий.

За 70 с лишним лет своего существования политическая система в СССР претерпела ряд радикальных изменений. Довольно быстро власть Советов сменилась диктатурой партийно-государственного аппарата, которая в начале 1930 годов приобрела уродливую форму культа личности И.Сталина. После его смерти в 1953 году и вплоть до горбачевской перестройки эта диктатура в своей основе оставалась неизменной, несмотря на то, что она отказалась от практики массовых репрессий, осужденных Н.Хрущевым на ХХ съезде Коммунистической партии.

Диктатура партийно-государственного аппарата и полновластные Советы, рожденные революциями 1905 и 1917 гг., были несовместимы. Кто-то должен был уступить власть. Верх одержала диктатура партийно-чиновничьего аппарата. Подробно об этом процессе написано мной в статье "Метаморфозы власти в СССР" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_0950.shtml.

Выхолащивание властных полномочий Советов, их трансформация из органов реальной власти в фиговый листок, прикрывающий диктатуру партийно-государственного аппарата, был многослойным, прошел несколько фаз и сопровождался острой политической борьбой.

Этот процесс включал в себя, в частности, ликвидацию внутрипартийной демократии в самой ВКП (б); создание карательных органов и проведение массовых репрессий в отношении не только противников социалистического строительства, но и тех, кто выступал против всевластия партийно-государственного аппарата и лично И.Сталина; создание мощной бюрократической машины централизованного управления страной и обществом с жесткой внутренней дисциплиной.

Процесс трансформации власти Советов в диктатуру партийно-государственного аппарата, увенчанной культом вождя "всех времен и народов" И.Сталина, был окончательно завершен к 1937 году, т.е. в течение 20 лет. Итогом этого процесса явилось практически полное отчуждение трудящихся масс от участия в управлении, превращение людей в простых винтиков огромной государственной машины. Сложилось острейшее противоречие между политической формой и экономическим базисом общества, которое, в конечном счете, и привело к краху СССР и демонтажу социалистической системы.

В 1930 годах И.Сталин во-всю развернул массовые репрессии не только против противников социализма, но и против своих бывших единомышленников. Дочь И.Сталина С.Аллилуева в своей книге "Только один год" писала: "Он дал свое имя системе кровавой единоличной диктатуры. Он знал, что делал, он не был душевно больным, ни заблуждавшимся. С холодной расчетливостью утверждал он свою власть и больше всего на свете боялся ее потерять. Поэтому первым делом всей его жизни стало устранение противников и соперников". Как поведал Н.Хрущев на ХХ съезде КПСС, из 139 членов и кандидатов в члены ЦК партии, избранных на XVIII съезде (1939 год), 98 человек, то есть 70%, были арестованы и расстреляны, большинство в 1937-1938 годах. Из 1966 делегатов этого съезда 1108 были арестованы по обвинению в контррволюционной деятельности (http://www.istpravda.ru/artifacts/7404/). К этому следует добавить, что 80% состава съезда "победителей" (или иначе - съезда расстрелянных) с правом решающего голоса были члены партии, вступившие в нее еще до революции или в годы гражданской войны.

Приведу один характерный пример. Речь пойдет о Й.Смилге.

В справке в Википедии о нем содержится следующая информация (печатаю с сокращениями (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D0%BC%D0%B8%D0%BB%D0%B3%D0%B0,_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D1%80_%D0%A2%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%81%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87).

"И?вар Тени?сович Сми?лга (латыш. Ivars Smilga; 19 ноября (2 декабря) 1892, Алоя, Вольмарского уезда Лифляндской губернии -- 10 января 1937, Москва) -- советский политический, государственный и партийный деятель, экономист. Член ЦК партии (1917--1920, 1925--1927), кандидат в члены ЦК (1920--1921, 1922--1923, 1924--1925). Расстрелян 10 января 1937 года. В 1987 году реабилитирован.

Согласно свидетельству о рождении, родился 19 ноября (2 декабря) 1892 г. в городке Алоя в семье "хозяина" (так в свидетельстве о рождении) Тениса Смилге и его жены Аннетты Юлии Линде. Крещён был в местном приходе 31 декабря того же года[1]. Отец -- лесник, расстрелянный в 1906 за участие в революционных событиях 1905 года в Латвии[2]; "По своим политическим убеждениям, -- писал о нём сам Смилга, указывая его фермером-земледельцем, -- отец мог бы быть отнесен к типу демократов-просветителей"[3], там же далее: "В конце 1905 года, во время ликвидации волостных правлений, отец был избран председателем революционного распорядительного комитета в нашей волости. В 1906 году он был расстрелян карательной экспедицией царского правительства". Как уточняет д. и. н. Д. П. Ненароков, "каратели, после зверств и пыток, расстреляли его на глазах близких, долгое время не разрешая хоронить" [4].

В январе 1907 года будучи учеником реального училища, в возрасте 14 лет вступил в РСДРП. В 1910 приехал в Москву и поступил в Московский Государственный Университет (по др. сведениям -- на юридический факультет Университета Шанявского [2]), в 1911 за участие в студенческой демонстрации был исключен из университета и выслан из столицы.

"Слушал лекции в народном университете имени Шанявского, играл выдающуюся роль в деле побуждения учащихся там рабочих к соучастию в студенческих беспорядках и активно содействовал подготовке уличной демонстрации в связи со смертью гр. Л. Н. Толстого" (Из дела 1911 года Вологодского губернского жандармского управления) [4].

Впоследствии, в 1915 году, за нелегальную пропагандистскую деятельность был сослан в Сибирь, откуда после Февральской революции 1917 года освободился по общей амнистии. В марте Смилга вернулся в Петроград и уже в апреле 1917 года в возрасте 24 лет был избран в ЦК РСДРП и отправлен представителем ЦК в Финляндию [4].

С середины 1917 года Смилга занимал пост председателя облисполкома армии, флота и рабочих Финляндии. Поддерживал связь с В. И. Лениным, находившимся в то время в Гельсингфорсе. Активно участвовал в подготовке Октябрьского восстания в Петрограде. 25 октября 1917 года, в день восстания, осуществил переброску верных большевикам войск из Финляндии в Петроград. С конца 1917 по 1918 годы -- уполномоченный РСФСР в Финляндии. Один из главных организаторов революционного движения в Финляндии, однако после поражения в начале 1918 года финской революции, вернулся в Петроград.

В период с 1918 по 1921 годы Смилга являлся членом Реввоенсовета последовательно Западного, Южного, Кавказского и Крымского фронтов.

Был членом РВСР с 8 мая 1919 года до 24 марта 1923 года [4].

31 мая 1919 года был назначен начальником Политуправления РВСР, руководившего деятельностью всех комиссаров в РККА. (Этот пост занимал по январь 1921 года.)

Участвовал в боях против войск А. М. Каледина, А. И. Деникина, повстанческих отрядов на Кавказе, Урале и Сибири, а также Вёшенского восстания. Также судил штаб конно-сводного корпуса во главе с Б. М. Думенко

С 1920 на хозяйственной работе. 1921--1923 -- член Президиума ВСНХ РСФСР, начальник Главного управления по топливу ВСНХ РСФСР. С 1923 года -- заместитель председателя Госплана СССР. В 1924--1927 годах -- директор Московского института народного хозяйства, читал в нём курс лекций по экономической политике СССР.

В начавшейся после смерти В. И. Ленина внутрипартийной борьбе Смилга поддерживал Л. Д. Троцкого, хотя и возражал против создания Трудовых армий. В 1927 году, как активный участник троцкистской оппозиции, был снят со всех постов и исключён из ВКП(б) [3][5]. Особым Совещанием при ОГПУ Смилга был приговорён к 4 годам ссылки и выслан в Минусинск. (существует свидетельство, что первоначально назначенное Политбюро место ссылки Колпашево было заменено по обращению к Сталину на Минусинск[3 ].) В 1930 вместе с А. Г. Белобородовым, К. Б. Радеком и Е. А. Преображенским заявил о разрыве с троцкизмом. Вскоре был восстановлен в ВКП(б) и вернулся в Москву. Вновь вошёл в Президиум ВСНХ и был назначен заместителем председателя Госплана СССР.

В декабре 1934 года после убийства С. М. Кирова вновь исключён из ВКП(б) и арестован 1 января 1935 года [2]. 10 января 1937 года Военной коллегией Верховного Суда СССР приговорён к расстрелу за "участие в троцкистской контрреволюционной террористической организации". Приговор приведён в исполнение в тот же день. Тело кремировано в крематории Донского монастыря.

3 апреля 1987 года Ивар Смилга был реабилитирован посмертно с восстановлением его членства в коммунистической партии.

..............................

1.LVVA. Ф. 235, Оп. 7, Д. 35, Л. 46 об.

2.Перейти к: 1 2 3 Т. И. Смилга-Полуян. "Дух оппозиции"

3.Перейти к: 1 2 3 И. Л. Абрамович "Книга воспоминаний". Часть 1.

4.Перейти к: 1 2 3 4 под ред. Д. П. Ненарокова. Ненароков А. П. Смилга Ивар Тенисович. Реввоенсовет Республики. История России. Библиотека

5 Политические деятели России 1917. М., 1993. С. 295--296.

.....................................

Хотел бы обратить внимание читателей еще на один факт: перерыв между XVIII съездом и XIX съездом партии (1952 год) составил 13 лет. Этот сам по себе знаменательный факт говорит о том, что И.Сталину было вполне достаточно власти, чтобы, опираясь только на государственный аппарат, управлять страной.

Судя по результатам голосования на XVIII съезде, когда против И.Сталина было подано 287 голосов, уже в то время многие члены партии осознавали, что необходимо его сместить с поста генсека, однако подходящий момент для этой акции был безвозвратно упущен. Позиции И.Сталина в конце 1930-х годов были непоколебимы. Как утверждает сын А.Микояна Серго, отец ему говорил, что "в последний раз мы могли его (И.Сталина - В.П.) убрать в 1927 году. Как он делал несколько раз раньше, Сталин предложил свою отставку, когда отдельные ведущие члены Политбюро оказывались против него. Но он всегда точно рассчитывал момент и соотношение сил. Будущие его жертвы оставляли его на месте Генсека, считая, что он еще понадобится им для сведения счетов между собой".

Стремление к лидерству, жажда власти свойственны всем амбициозным политикам. Большевики не были исключением. Но в большевистской партии не сложилось механизма, нейтрализующего поползновения того или иного лидера к абсолютной власти, к диктатуре. При жизни В.Ленина его авторитет еще как-то сдерживал бушевавшие страсти соперничающих вождей партии. Однако после смерти В.Ленина борьба между членами Политбюро разгорелась не на шутку, и она в конечном счете завершилась победой И.Сталина и гибелью всех его противников и конкурентов. Немаловажное значение в этой борьбе сыграли личные качества И.Сталина, такие, как хитрость, вероломство, способность играть на низких свойствах человеческой натуры, мстительность, злопамятность, подозрительность, отсутствие каких-либо сдерживающих моральных принципов. Вместе с тем нельзя не согласиться со следующим, бесспорно, верным утверждением Р.Медведева: "Было бы неправильным также, по примеру некоторых западных историков, изображать борьбу различных группировок в партии после смерти Ленина только как беспринципную борьбу за власть, прикрытую для видимости различного рода теоретическими рассуждениями. Нет, в 20-е гг. существовали серьезные теоретические и практические расхождения и идейная борьба, особенно по вопросу о возможностях, путях и методах строительства социализма в Советском Союзе. Верно, однако, и то, что для И.Сталина в этой борьбе главным был вопрос о власти. И.Сталин как-то сказал Енукидзе: "Запомни, Авель, кто не со мной - тот против меня". Умело маневрируя между различными течениями и платформами, И.Сталин воспользовался борьбой различных фракций в партии, чтобы ослабить всех конкурентов и усилить свою власть и влияние".

К началу 1930 годов сложилось ближайшее окружение И.Сталина, многочисленный отряд его сторонников, которые и не были такими отпетыми негодяями, как например, Ежов, но, будучи им сломленными, не предпринимали никаких действий против установившихся в партии и стране порядков. Одним из них, например, был А.Микоян, который на закате своей жизни признался, что "с середины 30-х годов и позже, будучи свидетелем разнузданных сталинских репрессий, оказался способным на компромиссы со своей совестью, хотя и спорил со Сталиным из-за арестов, но не затевал с ним борьбы, поскольку она не имела никаких шансов на успех <...> Все мы были тогда мерзавцами".

Правда, Н.Хрущев вспоминал такой эпизод. Однажды во время очередного застолья К.Ворошилов орал на И.Сталина, обвиняя его в том, что армия не имеет хороших командиров: "Вы сами виноваты во всем этом! Вы уничтожили старые кадры армии, вы убили наших лучших генералов". Сказав это, К.Ворошилов будто бы опрокинул обеденный стол, на котором лежал молочный поросенок. Вероятность такого эпизода весьма сомнительна, ибо вряд ли И.Сталин мог уничтожать кадры высшего ранга в армии и флоте без ведома и согласия К.Ворошилова. Я не исключаю того, что К.Ворошилов мог заступаться за некоторых офицеров. Мой отец тоже был репрессирован, но затем восстановлен в армии после вмешательства К.Ворошилова.

Кульминация большого террора пришлась на 1937 год, когда 2 июля была издана директива об антисоветских элементах за N 863/ш, которая легла в основу нижеприводимого одноименного постановления Политбюро ЦК ВКП (б): "Замечено, что большая часть бывших кулаков и уголовников, высланных одно время из разных областей в северные и сибирские районы, а потом, по истечении срока высылки, вернувшихся в свои области, являются главнейшими зачинщиками всякого рода антисоветских и диверсионных преступлений, как в колхозах и совхозах, так и на транспорте и в некоторых отраслях промышленности. ЦК ВКП (б) предлагает всем секретарям областных и краевых организаций и всем областным, краевым и республиканским представителям НКВД взять на учет всех возвратившихся на родину кулаков и уголовников с тем, чтобы наиболее враждебные из них были арестованы и были расстреляны в порядке административного проведения их дел через тройки, а остальные, менее активные, но все же враждебные элементы были бы переписаны и высланы в районы по указанию НКВД. ЦК ВКП (б) предлагает в пятидневный срок представить в ЦК состав троек, а также количество подлежащих расстрелу, равно как и количество подлежащих высылке. Секретарь ЦК И.Сталин".

Масштабы репрессий в отношении офицеров армии и флота, партийных деятелей, хозяйственных руководителей, интеллигенции, да и простых граждан во второй половине 1930 годов приняли столь массовый характер, что сам И.Сталин вынужден был нажать на тормоза. В частности, в январе 1938 года было принято постановление пленума ЦК ВКП(б) "Об ошибках парторганизаций при исключении коммунистов из партии, о формально-бюрократическом отношении к апелляциям исключенных из ВКП(б) и о мерах по устранению этих недостатков". В этом постановлении приводятся факты массовых репрессий против коммунистов, необоснованных исключений из партии, издевательств над десятками тысяч ничем не повинных людей, чинившихся партийным аппаратом. А "тройкам" и большому террору был дан отбой лишь постановлением от 17 ноября 1938 года. К 1938 году диктатура партийно-государственного аппарата, опирающегося на НКВД и возглавляемая И.Сталиным, достигла стадии зрелости, приняв самые уродливые и чудовищные формы. Само собой, напрашиваются два вопроса:

Во-первых, каким образом совмещалась политика социалистического строительства с диктатурой партийно-государственного аппарата, развязавшей массовые репрессии?

Во-вторых, что заставило И.Сталина и его аппарат в 1938 году осадить себя и умерить пыл по уничтожению членов партии?

Как это ни парадоксально, но приходится признать, что И.Сталин, его соратники и в целом партийно-государственный аппарат, ликвидировав к концу 1930 годов эксплуататорские классы, завершив процесс обобществления производства и распределения, коллективизировав крестьянскую массу, т.е. заложив фундамент социалистической экономики, усиленно работали над развитием ее материально-технической базы, наращиванием оборонного потенциала, упрочением внешнеполитического положения страны. Повышался жизненный уровень населения. Нет ни одного факта, ставящего под сомнение это утверждение. Ради чего же тогда проводились массовые репрессии и особенно против коммунистов? И это все на фоне новой Конституции, провозгласившей демократизацию общественной жизни! Налицо вопиющий разрыв между лозунгами, речами и делами. Сплошная, дикая демагогия.

Вне всякого сомнения, что корни репрессий напрямую уходят в природу диктатуры партийно-государственного аппарата. Все, кто посягают на его абсолютную власть в обществе или даже представляют для него потенциальную угрозу, для аппарата становятся врагами. Аппарат - это огромная бездушная бюрократическая машина, перемалывающая все, что стоит на ее пути. Сказанное об аппарате - это, безусловно, абстракция, выражающая суть явления. Сам аппарат состоял из людей, по-разному мыслящих и поступающих. И если говорить о репрессированных чиновниках партийного и государственного аппарата, то среди них было немало как отъявленных негодяев, чьи руки были по локоть в крови, и ликвидированных НКВД как опасных свидетелей преступлений сталинского режима, так и честных людей, искренне стремившихся создать справедливое общество и свято веривших в то, что они участвуют в создании именно такого общества и борются с его врагами. Было немало людей, которые искренне ошибались, или были обмануты, или стали жертвой другого культа - культа партийной дисциплины. Были люди, которые многое поняли, но лишь тогда, когда было уже поздно. Были и такие, которые ничего не могли понять до самого конца. Было немало людей думающих, которые остро переживали все то, что происходило в стране, но все же во многом веривших еще партийному руководству и партийной пропаганде. Они обращались к И.Сталину и другим руководителям, но нередко вскоре попадали в чудовищную мясорубку террора. Были и такие, кто уже не верил ни партийной пропаганде, ни И.Сталину, но не знал, как и с помощью каких средств можно изменить положение. Были, конечно, и такие, кто просто боялся. Поэтому глубокой ошибкой было бы огульно зачислять их в число преступников, "получивших по заслугам". Можно лишь говорить об общей исторической и политической ответственности партийного актива за ошибки и трагедии 1920-1930 годов. Сказанное выше относится также и к чекистам, хотя их ответственность за события 1930 годов очень велика. Нельзя одинаково относиться к Г.Ягоде или Заковскому и к известному чекисту Артузову, который перед расстрелом написал кровью на стене тюремной камеры: "Честный человек должен убить Сталина". Словом, в аппарате были и честные, принципиальные коммунисты, которые "раскусив" И.Сталина, пытались что-то предпринять, чтобы снять его с поста генсека или противодействовать проводимой им политике. Однако факт остается фактом, что каких бы взглядов ни придерживался тот или иной чиновник аппарата, он не в состоянии был "выпрыгнуть" из него, вынужденный подчиняться правилам функционирования бездушной машины, в которой был "винтиком". Показательным в этом смысле является XVII съезд партии. Во время голосования по кандидатурам, выдвигаемым в состав ЦК, каждый четвертый делегат голосовал против И.Сталина. Отважились они на такой поступок только благодаря процедуре тайного голосования. Однако открыто выступить против вождя никто из них не осмеливался.

Пожалуй, следует согласиться с Р.Медведевым, который считал, что с 1930 годов в партии и стране практически не существовало никакой открытой организованной оппозиции сталинскому руководству. Чем же можно объяснить это явление? Р.Медведев дает следующий вполне обоснованный ответ на этот вопрос: "Во-первых, личная власть Сталина в эти годы была исключительно велика. Он практически бесконтрольно распоряжался быстро увеличивавшимся центральным партийным аппаратом. Благодаря К.Ворошилову, он сохранял контроль над Красной Армией, а благодаря Г.Ягоде и Я.Агранову - контроль над органами ОГПУ. В этих условиях оппозиция Сталину становилась весьма опасным делом, и большинство тех, кто в прошлом не раз весьма критически отзывались о Сталине, сковывал страх. Во-вторых, многие грубые просчеты и преступления, совершаемые Сталиным в начале 30-х гг., выявились более отчетливо лишь много лет спустя, некоторые - лишь после его смерти. Так, например, очень немногие были посвящены в тайну фальсификации политических судебных процессов 1930-1931 гг. Иные ошибочные и даже преступные действия И.Сталина изображались пропагандой как великие достижения и ставились ему в заслугу. Важно отметить также, что сама исключительность ситуации, сложившейся в начале 30-х гг., способствовала укреплению власти И.Сталина. Перед лицом невиданных ранее трудностей большинство партийных руководителей, даже недовольных И.Сталиным, считали невозможным развертывать какую-то новую внутрипартийную борьбу, чтобы еще более не осложнять положение. Они не видели в партийных верхах никого, достойного занять место И.Сталина, и боялись, что если страна и партия начнут двигаться иным курсом или попытаются остановиться или даже отступить, это кончится полным крахом" (Р.Медведев О Сталине и сталинизме. М.: Прогресс, 1990, с. 373).

Решающее значение для утверждения репрессивного политического режима имел тот факт, что во главе иерархически построенного аппарата стоял такой человек, как И.Сталин. Не только политическое, но и физическое устранение своих главных соперников в борьбе за власть стало для него правилом. Его карательная деятельность распространилась не только на тех, кто осмеливался идти на открытое противостояние, но и на тех, кто мог представлять потенциальную угрозу его власти в партийном и государственном аппарате как в центре, так и на местах. Словом, в самом аппарате царила атмосфера террора.

Соперники и враги были не только у И.Сталина, они были и у руководителей более низкого ранга, которые также встали по примеру своего вождя на путь репрессий. И провозглашенный в 1937 году устами И.Сталина безумный тезис об обострении классовой борьбы по мере продвижения Советского Союза к социализму, нашел для себя "теоретическое" обоснование массовых репрессий. Был пущен в оборот термин "враг народа". Началась настоящая "охота на ведьм", как в Средневековье во времена инквизиции.

История человечества знает немало ужасных побоищ, в том числе происходивших и в ХХ веке (фашистская машина смерти, маккартизм в США, уничтожение людей в Камбодже, Чили, Аргентине и т.д.). Все эти преступления совершались во имя какой-то "идеи", преследовали определенную цель. Но какую цель преследовал сталинский партийно-государственный аппарат? Пожалуй, только одну-единственную - сохранение своей абсолютной власти и никакой другой.

Такое понимание природы массовых репрессий в 1930-е годы позволяет ответить и на второй вопрос - о реабилитационной кампании 1938-1939 годов. Действительно, т.н. "чистка" партийных рядов поставила под угрозу само существование аппарата, который рубил сук, на котором сидел, занимаясь самоуничтожением. Репрессии опустошили, обескровили не только низовые парторганизации, но и сам аппарат партии. Тот же А.Микоян сообщает, что в ряде крайкомов и райкомов были арестованы две трети руководящих работников. Однако дело было не только в репрессиях, но и в омертвлении деятельности первичных парторганизаций и партии как таковой. Видимо, И.Сталину на этой стадии вполне достаточно было государственного аппарата для управления страной. Но паралич партийной жизни, глухой ропот масс, наверняка доходивший и до И.Сталина, заставили его умерить масштабы и темпы репрессий, принять меры к относительной нормализации партийной жизни.

Репрессии продолжались вплоть до смерти И.Сталина в 1953 году, правда, не в столь больших масштабах, как это было в 1930 годы.


8.Великая Отечественная война


Вели?кая Оте?чественная война? 1941--1945 гг. велась СССР против нацистской Германии и её союзников (Болгарии, Венгрии, Италии, Румынии, Словакии, Финляндии, Хорватии), а в 1945 году - также и против Японии.

По данным Википедии, 22 июня 1941 года фашистской Германией у границ СССР было сосредоточено и развёрнуто 3 группы армий (всего 181 дивизия, в том числе 19 танковых и 14 моторизованных, и 18 бригад). Поддержку с воздуха осуществляли 3 воздушных флота.

В резерве ОКХ находилось 24 дивизии. Всего для нападения на СССР было сосредоточено свыше 5,5 млн. чел., 3712 танков, 47260 полевых орудий и миномётов, 4950 боевых самолётов.

На 22 июня 1941 года в приграничных округах и флотах СССР имелось 3289850 солдат и офицеров, 59787 орудий и миномётов, 12782 танка, из них 1475 танков Т-34 и КВ, 10743 самолёта. В составе трёх флотов имелось около 220 тысяч человек личного состава, 182 корабля основных классов (3 линкора, 7 крейсеров, 45 лидеров и эсминцев и 127 подводных лодок). Непосредственную охрану государственной границы несли пограничные части (сухопутные и морские) восьми пограничных округов. Вместе с оперативными частями и подразделениями внутренних войск они насчитывали около 100 тысяч человек.

К началу войны в армии и на флоте и др. ведомствах СССР насчитывалось 4901,8 тыс. чел. + в ходе войны было призвано, мобилизовано - 29574,9 тыс. Итого: 34476,7 тыс. человек.

Отражение возможного нападения с запада возлагалось на войска пяти приграничных округов: Ленинградского, Прибалтийского особого, Западного особого, Киевского особого и Одесского. С моря их действия должны были поддерживать три флота: Северный, Краснознамённый Балтийский и Черноморский.

Следует отметить, что, по мнению современных историков, явного качественного превосходства техники у вермахта не было. Так, все имевшиеся на вооружении Германии танки были легче 23 тонн, в то время как у РККА имелись средние танки Т-34 и Т-28 весом свыше 25 тонн, а также тяжёлые танки КВ и Т-35 весом свыше 45 тонн.

Начальник штаба оперативного руководства ОКВ после соответствующей правки возвратил представленный ему 18 декабря 1940 года отделом "Оборона страны" проект документа "Указания относительно специальных проблем директивы N 21 (вариант плана "Барбаросса")", сделав приписку о том, что данный проект может быть доложен фюреру после доработки в соответствии с нижеследующим его положением.

Предстоящая война, согласно замыслу, должна была явится не только вооружённой борьбой, но и одновременно борьбой двух мировоззрений. Чтобы выиграть эту войну в условиях, когда противник располагает огромной территорией, недостаточно разбить его вооружённые силы, эту территорию следует разделить на несколько государств, возглавляемых своими собственными правительствами, с которыми Германия могла бы заключить мирные договоры.

Создание подобных правительств требует большого политического мастерства и разработки хорошо продуманных общих принципов.

Социалистические идеи в нынешней России уже невозможно искоренить. Эти идеи могут послужить внутриполитической основой при создании новых государств и правительств. Еврейско-большевистская интеллигенция, представляющая собой угнетателя народа, должна быть удалена со сцены. Бывшая буржуазно-аристократическая интеллигенция, если она ещё и есть, в первую очередь среди эмигрантов, также не должна допускаться к власти. Она не воспримется русским народом и, кроме того, она враждебна по отношению к немецкой нации. Это особенно заметно в бывших Прибалтийских государствах. Кроме того, мы ни в коем случае не должны допустить замены большевистского государства националистической Россией, которая в конечном счёте (о чём свидетельствует история) будет вновь противостоять Германии.

30.3.1941 года состоялось большое совещание у фюрера. Он, в частности обратил внимание присутствующих, на огромную опасность коммунизма для будущего. Коммунист никогда не был и никогда не станет нашим товарищем. Речь идёт о борьбе на уничтожение. Если мы не будем так смотреть, то, хотя мы и разобьём врага, через 30 лет снова возникнет коммунистическая опасность. Мы ведём войну не для того, чтобы законсервировать своего противника.

Будущая политическая карта России должна быть следующей: Северная Россия должна принадлежать Финляндии. В Прибалтике, Украине, Белоруссии следует создать протектораты.

Война будет резко отличаться от войны на Западе. На Востоке жестокость является благом на будущее. Командиры должны пойти на жертвы и преодолеть свои колебания...

Таковы были соображения фашистов перед нападением на СССР.

Что касается хода вооруженной борьбы на протяжении 1941-1945 гг, то я не ставил перед собой задачу подробного его освещения. Остановлюсь лишь кратко на основных этапах Великой Отечественной войны.

Начало войны. 18 июня 1941 года некоторые соединения приграничных военных округов СССР были приведены в боевую готовность. 13--15 июня в западные округа были отправлены директивы НКО и ГШ ("Для повышения боевой готовности...") о начале выдвижения частей первого и второго эшелонов к границе, под видом "учений". Стрелковые части округов первого эшелона согласно этим директивам должны были занимать оборону в 5--10 км от границы, части второго эшелона, стрелковые и механизированные корпуса, должны были занять оборону в 30--40 км от границы.

Некоторые части западных округов, тот же мехкорпус К.Рокоссовского в КОВО, вообще не были извещены о данных приказах и директивах, и вступали в войну, узнав о нападении только 22 июня 1941 года.

Военно-политическое руководство Советского Союза 21 июня в 23:30 приняло решение, направленное на частичное приведение пяти приграничных военных округов в боевую готовность. В директиве предписывалось проведение только части мероприятий по приведению в полную боевую готовность, которые определялись оперативными и мобилизационными планами. Директива, по существу, не давала разрешения на ввод в действие плана прикрытия в полном объёме, так как в ней предписывалось "не поддаваться ни на какие провокационные действия, могущие вызвать крупные осложнения". Эти ограничения вызывали недоумение, последовали запросы в Москву, в то время как до начала войны оставались уже считанные минуты.

Однако, по сути, директива N 1 от 21 июня реально всего лишь (и прежде всего) сообщала вероятную дату нападения Германии: "В течение 22-23 июня 1941 года возможно внезапное нападение немцев на фронтах ЛВО, Приб. ОВО, Зап. ОВО, КОВО, Од. ОВО". Также данная директива предписывала частям БЫТЬ в полной боевой готовности, а не ПРИВЕСТИ части в полную боевую готовность. Таким образом, директива N 1 подтверждает, что до неё в части западных округов уже ушли приказы и директивы о приведении частей в боевую готовность -- директивы НКО и ГШ от 12--13 июня, и телеграммы ГШ о приведении в полную боевую готовность от 18 июня. Директива N 1 самим содержанием своим говорит о том, что она вовсе не даёт команду на приведение частей западных округов в боевую готовность. Цель данной директивы--всего лишь сообщение достаточно точной даты и напоминание командованию округов "быть в полной боевой готовности, встретить возможный внезапный удар немцев или их союзников".

Просчёт во времени усугубил имевшиеся недостатки в боеготовности армии и тем самым резко увеличил объективно существовавшие преимущества агрессора. Времени, которым располагали войска, не получившие от своего командования в округах приказов от 15--18 июня, для приведения в полную боевую готовность, после получения директивы N 1, оказалось явно недостаточно. На оповещение войск для приведения их в боевую готовность вместо 25--30 минут ушло в среднем 2 часа 30 минут. Дело в том, что вместо сигнала "Приступить к выполнению плана прикрытия 1941 года" объединения и соединения получили зашифрованную директиву с ограничениями по вводу плана прикрытия. Впрочем, тот же И.Баграмян вполне справедливо пишет (http://militera.lib.ru/memo/russian/bagramyan1/index.html), что ГШ не мог отдавать прямой приказ о введении в действие "плана прикрытия" в той ситуации июня 1941 года. Таким образом, приведение частей западных округов в боевую готовность должно было пройти поэтапно, в течение нескольких дней начиная с 13--15 июня, когда в округа пришли подписанные 12--13 июня директивы НКО и ГШ о начале "учений" для частей этих округов и выдвижении их на рубежи обороны согласно планов прикрытия. Однако открытое и скрытое невыполнение командованием западных округов (особенно в Белоруссии) директив от 12--13 июня и привело к срыву приведения этих округов в боевую готовность.

В этих условиях даже соединения и части первого эшелона армий прикрытия, имевшие постоянную боевую готовность в пределах 6--9 часов (2--3 часа -- на подъём по тревоге и сбор, 4--6 часов -- на выдвижение и организацию обороны), не получили этого времени. Вместо указанного срока они располагали не более чем 30 минут, а некоторые соединения вообще не были оповещены даже о директиве N 1. Задержка, а в ряде случаев и срыв передачи команды были обусловлены и тем, что противнику удалось в значительной степени нарушить проводную связь с войсками в приграничных районах. В результате штабы округов и армий не имели возможности быстро передать свои распоряжения.

Г.Жуков заявляет о том, что командования западных (Западный особый, Киевский особый, Прибалтийский особый и Одесский) приграничных военных округов в это время выдвигались на полевые командные пункты, в которые должны были прибыть как раз 22 июня. Также Г.Жуков указывает в своих "Воспоминаниях и размышлениях" (т.1-й - http://royallib.com/book/gukov_georgiy/vospominaniya_i_razmishleniya_tom_1.html; т.2-й - http://royallib.com/book/gukov_georgiy/vospominaniya_i_razmishleniya_tom_2.html), что за несколько дней до нападения части западных округов действительно получали приказы о начале выдвижения к рубежам обороны (под видом "учений") к границе. Эти приказы (Жуков назвал их "рекомендациями") исходили от наркома обороны С.Тимошенко к командующим западными округами.

Ранним утром 22 июня 1941 года после артиллерийской и авиационной подготовки немецкие войска перешли границу СССР. Уже после этого, в 5:30 утра посол Германии в СССР В.Шуленбург явился к Народному комиссару иностранных дел СССР В.Молотову и сделал заявление, содержание которого сводилось к тому, что советское правительство проводило подрывную политику в Германии и в оккупированных ею странах, проводило внешнюю политику, направленную против Германии, и "сосредоточило на германской границе все свои войска в полной боевой готовности". Заявление заканчивалось следующими словами: "Фюрер поэтому приказал германским вооружённым силам противостоять этой угрозе всеми имеющимися в их распоряжении средствами". Вместе с нотой он вручил комплект документов, идентичный тем, которые Риббентроп вручил В.Деканозову (по словам самого В.Молотова В.Шуленбург явился раньше, около пол-третьего, но не позже 3 часов ночи. В тот же день войну СССР объявили Италия и Румыния; Словакия -- 23 июня.

В этот же день румынские и немецкие войска форсировали Прут, а также попытались форсировать Дунай, но советские войска им не дали это сделать и даже захватили плацдармы на румынской территории. Однако в июле -- сентябре 1941 года румынские войска при поддержке немецких войск оккупировали всю Бессарабию, Буковину и междуречье Днестра и Южного Буга.

22 июня в 12 часов дня В.Молотов выступил по радио с официальным обращением к гражданам СССР, сообщив о нападении Германии на СССР и объявив о начале отечественной войны.

В соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 года, с 23 июня была объявлена мобилизация военнообязанных 14 возрастов (1905--1918 годов рождения) в 14 военных округах из 17. В трёх остальных округах -- Забайкальском, Среднеазиатском и Дальневосточном -- мобилизация была объявлена через месяц особым решением правительства скрытным способом как "большие учебные сборы".

23 июня была создана Ставка Главного Командования (с 8 августа Ставка Верховного Главнокомандования). 30 июня был создан Государственный комитет обороны (ГКО). С июня начало формироваться народное ополчение. И.Сталин 8 августа стал Верховным Главнокомандующим.

Финляндия не позволила немцам нанести непосредственный удар со своей территории, и немецкие части в Петсамо и Салла были вынуждены воздержаться от перехода границы. Происходили эпизодические перестрелки между советскими и финскими пограничниками, но в целом на советско-финской границе сохранялась спокойная обстановка. Однако начиная с 22 июня, бомбардировщики немецкого люфтваффе начали использовать финские аэродромы как дозаправочную базу перед возвращением в Германию. 23 июня В.Молотов вызвал к себе финского посла. В.Молотов потребовал от Финляндии чёткого определения её позиции по отношению к СССР, но финский посол воздержался от комментариев действий Финляндии. 24 июня главком Сухопутных войск Германии направил указание представителю немецкого командования при ставке финской армии, в котором говорилось, что Финляндия должна подготовиться к началу операции восточнее Ладожского озера. Ранним утром 25 июня советское командование приняло решение нанести массированный авиаудар по 18 аэродромам Финляндии с использованием около 460 самолётов. 25 июня в ответ на широкомасштабные воздушные налёты СССР на города Южной и Средней Финляндии, в том числе на Хельсинки и Турку, а также огонь советской пехоты и артиллерии на государственной границе Финляндия заявила о том, что вновь находится в состоянии войны с СССР. В течение июля -- августа 1941 года финская армия в ходе ряда операций заняла все территории, отошедшие к СССР по итогам советско-финской войны 1939--1940 годов.

Таково было начало войны. И на ее начальном этапе противнику удалось, несмотря на ожесточенное сопротивление советских войск, значительно продвинуться вглубь европейской части территории СССР.

К 1 декабря 1941 года германские войска захватили Литву, Латвию, Белоруссию, Молдавию, Эстонию, значительную часть РСФСР, Украины, продвинулись вглубь до 850--1200 км, потеряв при этом 740 тысяч человек (из них 230 тысяч убитыми), т.е., как мы видим, потери немцев были весьма серьезными.

СССР потерял важнейшие сырьевые и промышленные центры: Донбасс, Криворожский железорудный бассейн. Были оставлены Минск, Киев, Харьков, Смоленск, Одесса, Днепропетровск. Оказался в блокаде Ленинград. Попали в руки врага или оказались отрезанными от центра важнейшие источники продовольствия на Украине и юге России. На оккупированных территориях оказались миллионы советских граждан. Сотни тысяч мирных граждан погибли или были угнаны в рабство в Германию. Немецкая армия, однако, была остановлена под Ленинградом, Москвой и Ростовом-на-Дону; стратегических целей, намеченных планом "Барбаросса", достичь не удалось.

Итак, из вышесказанного можно сделать вывод, что война для Советского Союза началась неудачно из-за слабой отмобилизованности армии. Германия же недооценила способность СССР к сопротивлению.

Кампании 1942-1943 гг.

В ходе зимней кампании 1941--1942 годов было проведено контрнаступление под Москвой. Была снята угроза Москве. Советские войска отбросили противника на западном направлении на 80--250 км, завершили освобождение Московской и Тульской областей, освободили многие районы Калининской и Смоленской областей.

На южном фронте советские войска обороняли стратегически важный Крым.

Основные военные события летом 1942 года произошли на юго-западном направлении: поражение Крымского фронта, катастрофа в Харьковской операции (12--25 мая), Воронежско-Ворошиловградская стратегическая оборонительная операция (28 июня -- 24 июля), Сталинградская стратегическая оборонительная операция (17 июля -- 18 ноября), Северо-Кавказская стратегическая оборонительная операция (25 июля -- 31 декабря). Противник продвинулся на 500--650 км, вышел к Волге, овладел частью перевалов Главного Кавказского хребта.

Для германской армии ситуация стала принимать угрожающий оборот: хотя её потери продолжали быть значительно ниже советских, более слабая немецкая военная экономика не позволяла заменять потерянные самолёты и танки с такой же скоростью, как это делала противоположная сторона, а предельно неэффективное использование людских ресурсов в армии не позволяло пополнять дивизии, действующие на Востоке, в нужной мере, что привело к переходу ряда дивизий на шестибатальонный штат (с девятибатальонного); личный состав боевых рот на сталинградском направлении сократился до 27 человек (из 180 по штату). Кроме того, в результате операций на Юге России и без того очень длинный восточный фронт немцев значительно удлинился, собственно немецких частей уже не хватало для создания необходимых оборонительных плотностей. Значительные участки фронта заняли войска союзников Германии -- румынская 3-я и формирующаяся 4-я армии, 8-я итальянская и 2-я венгерская армии. Именно эти армии оказались ахиллесовой пятой вермахта в последовавшей вскоре осенне-зимней кампании. Чтобы восполнить общие потери в 1,168 млн., понесенные на предшествующем этапе военных действий против СССР, Гитлер привлек свежие силы германских союзников. К весне 1942 года на южном направлении театра военных действий в СССР насчитывалось не менее 52 дивизий союзников, включая 10 венгерских, 6 итальянских, 5 румынских.

3 июля 1941 года Сталин обратился к народу с лозунгом "Всё для фронта! Всё для победы!"; к лету 1942 года (менее чем за 1 год) завершился перевод экономики СССР на военные рельсы.

С началом войны в СССР началась массовая эвакуация населения, производительных сил, учреждений и материальных ресурсов. В восточные районы страны было эвакуировано значительное число предприятий (только во втором полугодии 1941 года -- ок. 2600), вывезено 2,3 миллиона голов скота. В первом полугодии 1942 года было выпущено 10 тысяч самолётов, 11 тысяч танков, 54 тысячи орудий. Во втором полугодии их выпуск увеличился более чем в 1,5 раза. Всего в 1942 году СССР выпустил стрелкового оружия всех типов (без револьверов и пистолетов) -- 5,91 миллионов единиц, орудий и миномётов всех типов и калибров (без авиационных, морских и танковых/САУ пушек) -- 287,0 тысяч штук, танков и САУ всех типов -- 24,5 тысяч штук, самолётов всех типов -- 25,4 тысяч штук, в том числе боевых -- 21,7 тысяч штук. Значительное количество боевой техники было получено и по ленд-лизу.

В результате соглашений между СССР, Великобританией и США в 1941--1942 годах сложилось ядро антигитлеровской коалиции.

19 ноября 1942 года началось контрнаступление советских войск, 23 ноября части Сталинградского и Юго-Западного фронтов соединились у города Калач-на-Дону и окружили 22 вражеские дивизии. В ходе начавшейся 16 декабря операции "Малый Сатурн" серьёзное поражение потерпела группа армий "Дон" под командованием Манштейна. И хотя наступательные операции, предпринятые на центральном участке советско-германского фронта (операция "Марс"), закончились неудачно, однако успех на южном направлении обеспечил успех зимней кампании советских войск в целом -- одна немецкая и четыре армии союзников Германии были уничтожены.

Другими важными событиями зимней кампании стали Северо-Кавказская наступательная операция (фактически преследование отводивших с Кавказа силы во избежание окружения немцев) и прорыв блокады Ленинграда (18 января 1943 года). Красная Армия продвинулась на Запад на некоторых направлениях на 600--700 км, разгромила пять армий противника.

19 февраля 1943 года войска группы армий "Юг" под командованием Манштейна начали на южном направлении контрнаступление, которое позволило временно вырвать инициативу из рук советских войск и отбросить их на восток (на отдельных направлениях на 150--200 км). Относительно небольшое количество советских частей было окружено (на Воронежском фронте, из-за ошибок командующего фронтом Ф.Голикова, смещённого после сражения). Однако меры, принятые советским командованием, уже в конце марта позволили остановить продвижение немецких войск и стабилизировать фронт.

Зимой 1943 года немецкая 9-я армия В.Моделя оставила ржевско-вяземский выступ. Советские войска Калининского (А.Пуркаев) и Западного (В.Соколовский) фронтов начали преследование противника. В результате советские войска отодвинули линию фронта от Москвы ещё на 130--160 км. Вскоре штаб немецкой 9-й армии возглавил войска на северном фасе Курского выступа.

Завершающий этап войны. Решающими событиями летне-осенней кампании 1943 года были Курская битва и битва за Днепр. Красная Армия продвинулась на 500--1300 км, и, хотя её потери были больше потерь противника (в 1943 году потери советских армий убитыми достигли максимума за всю войну), немецкая сторона не могла, за счёт менее эффективной военной промышленности и менее эффективной системы использования людских ресурсов в военных целях, восполнять свои хотя бы и меньшие потери с такой скоростью, с какой это мог делать СССР. Это обеспечило РККА в целом устойчивую динамику продвижения на Запад на протяжении третьего и четвёртого кварталов 1943 года.

Третий период войны характеризовался значительным количественным ростом германских вооружённых сил, особенно в техническом отношении. Например, количество танков и САУ в вермахте к 1 января 1945 года составило 12990 единиц, в то время как к 1 января 1944 года -- 9149, а к 1 января 1943 года -- только 7927 единиц. Это было результатом деятельности Шпеера, Мильха и др. в рамках программы военной мобилизации промышленности Германии, начатой в январе 1942 года, но ставшей давать серьёзные результаты лишь в 1943--1944 годах.

Однако количественный рост, из-за огромных потерь на Восточном фронте и нехватки топлива для обучения танкистов и лётчиков, сопровождался снижением качественного уровня германских вооружённых сил. Поэтому стратегическая инициатива оставалась за СССР и его союзниками, а потери Германии значительно возросли (есть мнение, что причиной роста потерь являлся, в том числе, и рост технической оснащённости вермахта -- больше становилось техники, которую можно было потерять).

Зимнюю кампанию 1943--1944 годов Красная Армия начала грандиозным наступлением на правобережной Украине (24 декабря 1943 -- 17 апреля 1944 года). Данное наступление включало в себя несколько фронтовых операций, таких как Житомирско-Бердичевской, Кировоградской, Корсунь-Шевченковской, Луцко-Ровненской, Никопольско-Криворожской, Проскуровско-Черновицкой, Уманско-Ботошанской, Березнеговато-Снигирёвской и Одесской.

В результате четырырёхмесячного наступления были разбиты группа армий "Юг" (командующий генерал-фельдмаршал Э.Манштейн) и группа армий "А" (командующий генерал-фельдмаршал Э.Клейст). Советские войска освободили Правобережную Украину, западные области, вышли на государственную границу на юге СССР, в предгорья Карпат (в ходе Проскуровско-Черновицкой операции), а 28 марта, форсировав реку Прут, вступили в Румынию. Также, к наступлению на правобережной Украине относят Полесскую операцию 2-го Белорусского фронта, который действовал севернее войск 1-го Украинского фронта.

В наступлении принимали участия войска 1-го, 2-го, 3-го, 4-го Украинских фронтов, 2-й Белорусский фронт, корабли Черноморского флота и Азовской военной флотилии и большое количество партизан на оккупированных территориях. В результате наступления фронт был отодвинут от изначальных позиций конца декабря 1943 года на глубину 250--450 км. Людские потери советских войск оцениваются в 1,1 млн человек, из которых безвозвратные -- чуть более 270 тысяч.

Одновременно с освобождением Правобережной Украины, началась Ленинградско-Новгородская операция (14 января -- 1 марта 1944). В рамках данной операции проведены: Красносельско-Ропшинская, Новгородско-Лужская, Кингисеппско-Гдовская и Старорусско-Новоржевская фронтовые наступательные операции. Одной из основных целей было снятие блокады Ленинграда.

В результате наступления советские войска нанесли поражение группе армий "Север" под командованием генерал-фельдмаршала Г.Кюхлера. Также, была снята почти 900-дневная блокада Ленинграда, освобождены почти вся территория Ленинградской, Новгородской областей, больш?ая часть Калининской области, советские войска вступили на территорию Эстонии. Это наступление советских войск лишило немецкое командование возможности перебросить силы группы армий "Север" на Правобрежную Украину, где наносили главный удар советские войска зимой 1944 года.

В операции участвовали войска Ленинградского и Волховского фронтов, часть сил 2-го Прибалтийского фронта, Балтийский флот, авиация дальнего действия и партизаны. В результате Ленинградско-Новгородской операции войска продвинулись на 220--280 км. Потери советских войск -- более 300 тыс. человек, из них безвозвратные -- более 75 тыс.

Апрель -- май ознаменовался Крымской наступательной операцией (8 апреля -- 12 мая). Во время неё были проведены две фронтовые операции: Перекопско-Севастопольская и Керченско-Севастопольская; цель операции -- освобождение Крыма. Советские войска освободили Крым и разгромили 17-ю полевую армию немцев. Черноморский флот возвратил себе свою главную базу -- Севастополь, что значительно улучшило условия базирования и ведения боевых действий как для самого флота, так и для Азовской военной флотилии (на базе которой была сформирована Дунайская военная флотилия). Была ликвидирована угроза тылам фронтов, освобождавших Правобережную Украину.

В освобождении Крыма участвовали войска 4-го Украинского фронта, Отдельной приморской армии под командованием А.Ерёменко, Черноморский флот, Азовская военная флотилия (позднее переименованная в Дунайскую военную флотилию). Потери советских войск составили чуть менее 85 тыс. человек, из которых безвозвратные -- более 17 тыс. Советские войска освободили Крым за месяц с небольшим, тогда как немцам понадобилось почти 10 месяцев только чтобы захватить Севастополь.

В июне 1944 года союзники открыли второй фронт, что значительно ухудшило военное положение Германии. В летне-осеннюю кампанию Красная Армия провела ряд крупных операций, в том числе Белорусскую, Львовско-Сандомирскую, Ясско-Кишинёвскую, Прибалтийскую; завершила освобождение Белоруссии, Украины, Прибалтики (кроме некоторых районов Латвии) и частично Чехословакии; освободила северное Заполярье и северные области Норвегии. Были принуждены к капитуляции и вступлению в войну против Германии Румыния и Болгария (Болгария находилась в состоянии войны с Великобританией и США, но не с СССР, СССР 5 сентября объявил войну Болгарии и занял её, болгарские войска сопротивления не оказали).

Летом советские войска вступили на территорию Польши. Ещё до этого на территории Западной Украины и Западной Белоруссии, а также Литвы советские войска встретились с формированиями польской партизанской Армии крайовой (АК), которая подчинялась польскому правительству в изгнании. Перед ней была поставлена задача по мере отступления немцев овладевать освобождёнными районами как в Западной Белоруссии, Западной Украине и Литве, так и в самой Польше так, чтобы вступающие советские войска уже заставали там сформированный аппарат власти, поддержанный вооружёнными отрядами, подчинёнными эмигрантскому правительству.

Советские войска сначала осуществляли совместные с АК операции против немцев, а затем офицеры АК арестовывались, а бойцы разоружались и мобилизовывались в просоветское Войско Польское генерала З.Берлинга. На освобождённых землях, то есть непосредственно в тылу Красной Армии, продолжались попытки разоружения отрядов АК, которые уходили в подполье. Это происходило с июля и на территории самой Польши. Уже 23 августа из Люблина в лагерь под Рязанью был отправлен первый этап интернированных бойцов АК. Перед отправкой их держали в бывшем нацистском концлагере Майданек. 21 июля в Хелме польскими коммунистами и их союзниками был создан Польский комитет национального освобождения -- временное просоветское правительство Польши, несмотря на то, что законным правительством Польши в тот момент себя считало так называемое Правительство Польши в изгнании.

1 августа, когда передовые силы РККА приближались к столице Польши Варшаве, Армия крайова подняла восстание в городе. Повстанцы два месяца сражались с превосходящими силами немецких войск, но 2 октября были вынуждены капитулировать. 1-й Белорусский фронт не оказал существенную помощь восставшим -- преодолев в Белорусской операции до 600 км, он встретил под Варшавой упорное сопротивление противника и перешёл к обороне.

30 августа началось Словацкое национальное восстание против пронемецкого режима Словацкой Республики во главе с Й.Тиссо. Для помощи повстанцам советские войска 8 сентября начали Карпато-Дукельскую операцию. Но в начале ноября немецкие войска подавили восстание ещё до того, как советские войска смогли оказать повстанцам помощь.

В октябре советские войска успешно провели Дебреценскую операцию и начали Будапештскую операцию с целью разгрома немецких войск на территории Венгрии и вывода её из войны. Однако немецкие войска в Будапеште капитулировали только 13 февраля 1945 года. 28 декабря было создано временное правительство Венгрии, которое 20 января заключило перемирие с СССР.

25 октября Государственный комитет обороны объявил призыв на военную службу призывников 1927 года рождения. Призвали 1156727 человек -- последний военный призыв.

Наступательные действия советских войск на западном направлении возобновились только в январе 1945 года. 13 января началась Восточно-Прусская операция. На малавском направлении целью был разгром малавской группировки противника и отсечение группы армий "Центр", оборонявшейся в Восточной Пруссии, от остальных сил немецких армий. В результате боёв советские войска заняли часть Восточной Пруссии, освободили территорию Северной Польши и, блокировав с Запада и Юго-Запада восточно-прусскую группировку противника, создали благоприятные условия для её последующего разгрома. На калининградском направлении начали наступательную операцию против тильзитско-инстербургской группировки немецких войск. В результате войска 3-го Белорусского фронта продвинулись на глубину до 130 км и разгромили основные силы немцев, создав условия для завершения совместной со 2-м Белорусским фронтом Восточно-Прусской операции

На другом направлении в Польше 12 января началась (Висло-Одерская операция), в ходе которой к 3 февраля от немецких войск была очищена территория Польши к западу от Вислы и захвачен плацдарм на правом берегу Одера, использованный впоследствии при наступлении на Берлин. В Южной Польше и Чехословакии войска 4-го Украинского фронта преодолели большую часть Западных Карпат, и к 18 февраля вышли в район верхнего течения Вислы, чем способствовали продвижению 1-го Украинского фронта в Силезии.

После отражения ожесточённого наступления в районе озера Балатон, 16 марта начинается Венская наступательная операция по овладению городом Вена. На пути к столице Австрийской части Третьего рейха была разгромлена 6-я танковая армия СС. В начале апреля на территории Чехословакии советские войска с ожесточёнными боями продвигаются дальше на запад. 7 апреля подступают к пригородам Вены, где встречают упорное сопротивление немцев. Начинаются тяжёлые бои за Вену, которая была взята 13 апреля.

С 10 февраля по 4 апреля была успешно проведена Восточно-Померанская операция (северо-восточнее Берлина), в которой участвовали войска 1-го Белорусского фронта.

В это же время в Восточной Пруссии начинаются бои за Кёнигсберг. Медленным темпом советские войска отвоёвывают километр за километром, начинаются уличные бои. В результате кёнигсбергской операции основные силы восточнопрусской группировки немцев были разгромлены. На севере часть отступившей группы армий "Север", блокированная в Курляндском котле, продолжала сопротивление до самой капитуляции Германии.

На Польском направлении к марту 1945 года войска 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов вышли на рубеж рек Одер и Нейсе. По кратчайшему расстоянию от кюстринского плацдарма до Берлина оставалось 60 км. Англо-американские войска завершили ликвидацию рурской группировки немецких войск и к середине апреля передовыми частями вышли к Эльбе. Потеря важнейших сырьевых районов обусловила спад промышленного производства Германии. Увеличились трудности с восполнением людских потерь, понесённых зимой 1944--1945 годов. Тем не менее, вооружённые силы Германии ещё представляли собой внушительную силу. По информации разведуправления Генштаба Красной Армии, к середине апреля в их составе насчитывалось 223 дивизии и бригады.

16 апреля 1945 года началась Берлинская наступательная операция советских войск. 25 апреля 1945 года советские войска на реке Эльба впервые встретились с американскими войсками, наступавшими с Запада. 2 мая 1945 года гарнизон Берлина капитулировал.

Уже после взятия Берлина и капитуляции Германии советские войска провели Пражскую операцию -- последнюю стратегическую операцию в войне. 9 мая на датский остров Борнхольм был высажен советский десант, принявший капитуляцию немецких войск на острове.

28 ноября -- 1 декабря 1943 года состоялась Тегеранская конференция И.Сталина, У.Черчилля и Ф.Рузвельта. Основным вопросом конференции было открытие второго фронта. Кроме того обсуждались польский вопрос, послевоенное устройство мира и вопросы обеспечения безопасности в мире после войны

4-11 февраля 1945 года состоялась Ялтинская конференция И.Сталина, У.Черчилля и Ф.Рузвельта. На ней обсуждались основные принципы послевоенной политики.

Война в Европе завершилась безоговорочной капитуляцией вооружённых сил Германии 8 мая в 22 часа 43 минуты по центрально-европейскому времени. Боевые действия продолжались 1418 дней. Тем не менее, приняв капитуляцию, Советский Союз не подписал мир с Германией, то есть формально остался с Германией в состоянии войны. Война с Германией была формально окончена 25 января 1955 года изданием Президиумом Верховного Совета СССР указа "О прекращении состояния войны между Советским Союзом и Германией".

24 июня в Москве состоялся парад Победы.

На прошедшей в июле -- августе 1945 года Потсдамской конференции руководителей СССР, Великобритании и США была достигнута договорённость по вопросам послевоенного устройства Европы.

В феврале 1945 года на Ялтинской конференции И.Сталин дал обещание союзникам объявить войну Японии через 2--3 месяца после окончания боевых действий в Европе (хотя пакт о нейтралитете предусматривал, что его действие прекращается лишь спустя год после денонсации). На Потсдамской конференции в июле 1945 года США, Великобритания и Китай выступили с декларацией, требуя безоговорочной капитуляции Японии, в случае невыполнения условий Потсдамской декларации, выпущенной 26 июля 1945 года, угрожали "снести Японию с лица земли".

Тем же летом Япония пыталась вести переговоры с СССР о посредничестве, но безуспешно.

Война была объявлена ровно через 3 месяца после победы в Европе, 8 августа 1945 (9 августа в Японии, при этом декларация о объявлении войны пришла на 7 часов позже после начала боевых действий), через два дня после первого применения США ядерного оружия против Японии (Хиросима) и накануне атомной бомбёжки Нагасаки.

В течение мая -- начала августа 1945 года советское командование перебросило на Дальний Восток часть высвободившихся на западе войск и техники (свыше 400 тыс. человек, 7137 орудий и миномётов, 2119 танков и САУ и др.). Вместе с дислоцированными на Дальнем Востоке войсками перегруппированные соединения и части составили три фронта.

Документ об объявлении войны был вручен японскому послу в Москве в 17:00 8 августа 1945 года. В нем говорилось, что боевые действия начнутся на следующий день. Однако с учетом разницы во времени между Москвой и Дальним Востоком, фактически у японцев был всего один час до того момента, как Красная Армия перешла в наступление. На рассвете 9 августа 1945 года передовые разведывательные отряды трёх советских фронтов начали наступление. Одновременно авиация нанесла массированные удары по военным объектам в Харбине, Синьцзине и Цзилине, по районам сосредоточения войск, узлам связи и коммуникациям противника в пограничной зоне. Тихоокеанский флот перерезал коммуникации, связывавшие Корею и Маньчжурию с Японией, и нанёс удары по японским военно-морским базам в северной Корее -- Юки, Расину и Сэйсину.

Войска Забайкальского фронта, наступая с территории Монголии и Даурии, преодолели безводные степи, пустыню Гоби и горные Хинганские хребты, разгромили калганскую, солуньскую и хайларскую японские группировки, вышли на подступы к важнейшим промышленным и административным центрам Маньчжурии, отрезали Квантунскую армию от японских войск в Северном Китае и, заняв Синьцзин и Фэнтянь, продвигались к Дайрэну и Рёдзюну.

Войска 1-го Дальневосточного фронта, наступавшие навстречу Забайкальскому фронту из Приморья, прорвали полосу пограничных укреплений японцев, отразили в районе Муданцзяна сильные контрудары японских войск, заняли Цзилинь и Харбин (совместно с войсками 2-го Дальневосточного фронта), во взаимодействии с десантами Тихоокеанского флота овладели портами Юки, Расин, Сэйсин и Гэндзан, а затем заняли северную часть Кореи (севернее 38-й параллели), отрезав японские войска от метрополии.

Войска 2-го Дальневосточного фронта во взаимодействии с Амурской военной флотилией форсировали реки Амур и Уссури, прорвали долговременную японскую оборону в районах Хэйхэ и Фуцзиня, преодолели горный хребет Малый Хинган и совместно с войсками 1-го Дальневосточного фронта овладели Харбином.

14 августа начался новый мощный штурм. Ломая упорное сопротивление врага, советские воины неумолимо продвигались к Муданьцзяну. За шесть дней боев войска 1-ого Дальневосточного фронта, прорвав долговременную оборону противника и выйдя на рубеж Линькоу, восточнее Муданьцзяна, Начжин, сумели продвинуться на 120--150 километров в глубь Маньчжурии. Японское командование обратилось с предложением о заключении перемирия. Но практически военные действия с японской стороны не прекращались. Лишь через три дня Квантунская армия получила приказ своего командования о капитуляции, которая началась 20 августа. Но и он не сразу до всех дошёл, а кое-где японцы действовали и вопреки приказу.

16 августа после ожесточенных боев, которые вели с противником воины 1-й Краснознаменной и 5-й армий, был взят город Муданьцзянь.

19 августа японские войска почти повсеместно стали сдаваться в плен, в то же время в Мукдене советские войска взяли в плен императора Маньчжоу-Го Пу И (ранее -- последний император Китая). К 20 августа советские войска вышли на Маньчжурскую равнину. С 18 по 27 августа были высажены воздушные десанты в Харбине, Фэнтяне, Синцзине, Цзилине, Рёдзюне, Дайрэне, Хэйдзё и других городах, а также использованы подвижные передовые отряды.

18 августа была начата Курильская десантная операция, в ходе которой советские войска заняли Курильские острова.

Южно-Сахалинская сухопутная операция была проведена для освобождения южной части Сахалина.

18 августа, главнокомандующий советскими войсками на Дальнем Востоке маршал А.Василевский отдал приказ об оккупации японского острова Хоккайдо силами двух стрелковых дивизий. Эта высадка не была осуществлена из-за задержки продвижения советских войск в Южном Сахалине, а затем отложена до указаний Ставки.

Основные боевые действия на континенте велись 12 дней, по 20 августа. Однако отдельные боестолкновения продолжались вплоть до 10 сентября, ставшего днём полной капитуляции и пленения Квантунской армии.

Боевые действия на островах полностью закончились 5 сентября.

Акт о капитуляции Японии был подписан 2 сентября 1945 года на борту линкора "Миссури" в Токийском заливе.

В результате была полностью разгромлена миллионная Квантунская армия. По советским данным, её потери убитыми составили 84 тыс. человек, взято в плен около 600 тыс. Безвозвратные потери Советской армии составили 12 тыс. человек.

Великая Отечественная война стала серьезным испытанием могущества социалистического строя и завершилась победой над Германией и ее союзниками в результате героизма Красной Армии, умелого руководства войсками командующими армиями и фронтов, а также благодаря успешной индустриализации советской экономики в 1930 годы.


9.Восстановление и развитие народного хозяйства СССР после окончания Великой Отечественной войны.


На территории, подвергшейся временной оккупации, в 1941 году проживало 88 млн. человек, или 40% всего населения СССР, 32% рабочих и служащих. Здесь находилось 33% основных фондов предприятий, производивших 33% валовой продукции всей промышленности страны. Оккупанты захватили огромную территорию с плодородными землями, на которой до войны было занято посевами зерновых и технических культур свыше 70,8 млн. га, или 47% всего пахотного поля страны, собиралось 38% зерна, 53% льна-долгунца, выращивалось 45% поголовья крупного рогатого скота, 68% свиней, 29% овец и коз.

Особенно неоценимы и невосполнимы были потери нашего народа. Это - 27 миллионов советских людей, погибших на полях сражений, в концентрационных лагерях, на фашистской каторге, расстрелянных и замученных на временно оккупированных территориях (В.Земсков называет другую цифру - около 16 млн. человек, из них 11,5 млн. -- военные и 4,5 млн. -- гражданские. См. "О масштабах людских потерь СССР в Великой Отечественной войне (в поисках истины)" - http://www.politpros.com/journal/read/?ID=1571).

Нуждаясь в трудовых ресурсах, германские фашисты в больших масштабах угоняли на работу в Германию население оккупированных ими стран. Из Советского Союза на германскую каторгу было угнано 4 млн. человек. Вместе с военнопленными их было гораздо больше. Об этом свидетельствуют следующие данные. В 1945 году из Германии было репатриировано более 5 млн. человек, в том числе 3,1 млн. мужчин, 1,4 млн. женщин и 600 тыс. детей. Сотни тысяч не вернулись, погибнув там от пуль, болезней и голода.

Уничтожение миллионов советских людей в годы Великой Отечественной войны лишило нашу страну миллионов рабочих рук, что серьезно затрудняло послевоенное восстановление народного хозяйства. Последствия такого большого урона людских ресурсов отразились на последующей демографической ситуации в СССР, выразившейся в снижении в послевоенные годы рождаемости, а затем в "повторном эхе войны", когда стало меньше детей у лиц, родившихся в военные годы.

Еще до начала войны с Советским Союзом во время разработки "Плана Барбаросса" предусматривались меры экономического характера на планируемых к захвату территориях СССР. Г.Геринг откровенно заявлял: "Я намереваюсь грабить, и именно эффективно" (Нюрнбергский процесс. Т. II. -- С. 627).

Для организации грабежа ресурсов захваченных районов был создан подчиняющийся Г.Герингу "экономический штаб особого назначения Ольденбург". Штаб руководил хозяйственными инспекциями во всех крупных захваченных городах. В подчинении инспекции находились специальные команды, непосредственно занимающиеся ограблением оккупированных территорий. В директивном документе для этих подразделений указывалось следующее: "Согласно приказам фюрера, необходимо принять все меры к немедленному и полному использованию оккупированных областей в интересах Германии. Использование подлежащих оккупации районов должно проводиться в первую очередь в области продовольственного и нефтяного хозяйства. Наряду с этим германской военной промышленности должны быть даны и прочие сырьевые продукты из оккупированных областей" (Нюрнбергский процесс. Т.II. -- С. 715--716).

В этих специальных подразделениях по руководству "восточными территориями" работали тысячи военных и чиновников, грабивших и вывозивших в Германию все, что можно было увезти из СССР. Вместе с армией и государственными чиновниками в нашу страну хлынули многочисленные представители германских концернов, которые поспешили основать на оккупированных территориях СССР свои филиалы. В их числе были: "Маннесман -- Украина АГ", филиалы "Украина" компании Крупп, "Герман Геринг -- железо и сталь" и многие другие, главной и единственной целью которых был грабеж.

В изданной германским командованием инструкции, озаглавленной "Принципы ведения хозяйства на Востоке" (приложение к особому распоряжению по снабжению от 22 августа 1941 года), указывалось: "Завоеванные восточные области являются германской хозяйственной территорией. Земля, весь живой и мертвый инвентарь...являются собственностью германского государства" (Нюрнбергский процесс. T.I. -- С.805).

Нацисты не только разграбили достояние народов СССР, еще более значительный ущерб нанесен ими разрушением материальных ценностей на временно оккупированных территориях.

В истории всех войн, шедших ранее, ни одна армия не разрушала так методично и планомерно, так жестоко и хладнокровно захваченные во время военных действий чужие территории, как это делали на нашей земле гитлеровские войска. Специальные команды факельщиков для поджога зданий, взрывателей для уничтожения не только промышленных объектов, но и театров, музеев, детских садов и больниц впервые создала германская армия.

В одной из директив Гитлера своим отступающим войскам приказывалось: "Все полезные противнику сооружения, места расквартирования, дороги, искусственные сооружения, плотины и т.д. должны непременно разрушаться...Противник должен получить совершенно негодную на долгое время, необитаемую, пустынную землю, где в течение месяцев будут происходить взрывы мин" (Нюрнбергский процесс.Т.1 -- С.781).

"Зона пустыни" -- это порождение германского фашизма. Это первый в новой истории человечества прецедент в официальной политике одной из воюющих сторон по отношению к другой. Ни одна страна ни в одной из войн не несла таких потерь и на такой обширной территории, как СССР в период Великой Отечественной войны. Перед масштабами и ужасами творимых фашистами разрушений меркнут самые страшные страницы всемирной истории.

Еще ужаснее были планы фашистов в случае их победы. Страшную судьбу готовили они для Москвы, Ленинграда и других крупнейших центров нашей страны. Для Москвы была уготована участь -- быть полностью разрушенной. После захвата Ленинграда фашисты должны были его взорвать и сравнять с землей.

В директиве германского военно-морского штаба от 22 сентября 1941 года "О будущности города Петербурга" указывалось: "Фюрер решил стереть город Петербург с лица земли. После поражения Советской России нет никакого интереса для дальнейшего существования этого большого населенного пункта. Предложено тесно блокировать город и путем обстрела из артиллерии всех калибров и беспрерывной бомбежки с воздуха сравнять его с землей" (Нюрнбергский процесс. Т.1. -- С. 783).

По данным Чрезвычайной государственной комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков, в стране полностью или частично было разрушено 1710 городов и более 70 тыс. сел и деревень. Фашисты сожгли и разрушили свыше 6 млн. зданий и лишили крова свыше 25 млн. человек, разрушили и нанесли тяжелые потери крупнейшим промышленным и культурным центрам нашей страны.

Фашисты разрушили 31850 промышленных предприятий, где до войны трудилось около 4 млн. рабочих, 65 тыс. км железнодорожной колеи, 4100 железнодорожных станций. Колоссальный ущерб был причинен сельскому хозяйству. Разорено и разграблено 98 тыс. колхозов, 1876 совхозов, 2890 машино-тракторных станций. Были разграблены и уничтожены сотни тысяч социально-культурных и коммунально-бытовых учреждений и предприятий.

В результате военных действий, разграбления и уничтожения фашистами имущества Советский Союз потерял около 30% национального богатства. Для сравнения национальное богатство Англии уменьшилось лишь на 0,8 процента, Франции -- на 1,5 процента, а США материальных потерь, по существу, вообще избежали.

В стоимостном выражении ущерб, причиненный народному хозяйству СССР, сельским и городским жителям только путем прямого уничтожения имущества граждан, колхозов, общественных организаций, государственных предприятий и учреждений, оценивается в сумме 679 млрд. руб. в государственных ценах 1941 года. в том числе государственным предприятиям и учреждениям -- 287 млрд. руб., колхозам -- 181 млрд. руб., сельским и городским жителям --192 млрд. руб., кооперативным, профсоюзным и другим общественным организациям -- 19 млрд. руб. Это составило около 2/3 по отношению к национальному имуществу СССР, находящемуся до войны на территории, подвергшейся временной оккупации.

Приведенная цифра ущерба -- 679 млрд. руб. не исчерпывает всех потерь СССР в период войны. В сумму ущерба не включены такие потери, как снижение дохода от прекращения или сокращения работы государственных предприятий, колхозов и граждан, стоимость конфискованного германскими оккупантами продовольствия и снабжения, военные расходы СССР, а также потери от замедления темпов хозяйственного развития страны в результате действий врага на протяжении 1941-- 1945 гг. Надо иметь в виду, что из-за временной оккупации районов СССР здесь было недопроизведено 307 млн. т каменного угля, 72 млрд. кВт-ч электроэнергии, 38 млн. т стали. 136 тыс. т алюминия, 58 тыс. тракторов, 90 тыс. металлорежущих станков, 63 млн ц сахара, 11 млрд. пудов зерна, 68 млн. ц мяса и много другой продукции. Эта масса продукции была бы произведена, если бы производство оставалось на уровне 1940 года, фактически же она была бы еще более значительной, так как темпы производства не стояли на месте.

Расчеты французского экономиста А. Клода свидетельствуют, что общая стоимость разрушений, произведенных в ходе войны в европейских государствах, составила 260 млрд. долл. (в ценах 1938 года). Из этой суммы на СССР приходится 128 млрд. долларов (679 млрд. руб.), Германию -- 48 млрд. долл., Францию -- 21,5 млрд., Польшу -- 20 млрд., Англию -- 6,8 млрд. долл.

Таким образом, общая сумма издержек, понесенных во Второй мировой войне, составила: в СССР -- 485 млрд. долл. (2 трлн. 569 млрд. руб.), в Германии -- 320 млрд. долл., США -- 275 млрд., в Англии с Канадой -- 126,9 млрд., в Италии -- 94 млрд., Японии -- 56 млрд., Франции -- 36,5 млрд. долл. Как видим, несмотря на то, что война пришла в Советский Союз позже, чем в другие страны, урон, нанесенный нашей стране, был значительно выше.

С первых дней изгнания фашистских оккупантов с советской территории начались работы по восстановлению хозяйства освобожденных районов. Уже 29 декабря 1941 года выходит постановление СНК СССР о восстановлении шахт в Подмосковном угольном бассейне. В 1943 году для организации восстановительных работ в Совете Народных Комиссаров СССР был образован специальный комитет, а в Госплане СССР -- управление, обеспечивающее планирование деятельности всех ведомств, причастных к этой работе. Постановление ЦК ВКП (б) и СНК СССР от 21 августа 1943 года "О неотложных мерах по восстановлению хозяйства в районах, освобожденных от немецкой оккупации" наметило программу восстановительных работ, определило средства для их осуществления. В Госплане СССР и научных учреждениях были разработаны краткосрочные и долгосрочные планы восстановления народного хозяйства как в целом, так и по отдельным отраслям.

В результате усилий всех советских народов по возрождению промышленности освобожденных районов восстанавливался экономический потенциал страны. Все республики помогали восстанавливать сельское хозяйство в освобожденных районах. Например, для восстановления в них животноводства Казахская ССР выделила 550 тыс. голов скота, Киргизская ССР -- свыше 130 тыс., Грузинская ССР -- около 30 тыс. голов. Таким образом, возрождаемые колхозы получили 1,7 млн. голов скота и 516,8 тыс. голов домашней птицы. Государство наделяло колхозников семенным фондом. В 1944 году для проведения посевной кампании из государственных резервов выделили 50 тыс. т зерна. Только в Литовскую ССР было завезено в 1945 году 10 тыс. т семян зерновых и 4 тыс. т картофеля. Уже в 1944 году в освобожденных районах было засеяно свыше 16 млн. га пашни. Было засеяно 72% довоенных площадей и получено 51% довоенной сельскохозяйственной продукции, в том числе половина товарного зерна, свыше 75% сахарной свеклы, 30% молока и молочной продукции, 25% скота и птицы.

После окончания войны, несмотря на усилия, довоенный уровень развития народного хозяйства по основным показателям не был достигнут. Объем промышленной продукции составил 91% к уровню 1940 года, добыча угля -- 90%, нефти -- 62%, выплавка чугуна -- 59%, стали -- 67%, выпуск ткани -- 41%, грузооборот всех видов транспорта -- 76%, розничный товарооборот -- 43%, среднегодовая численность рабочих и служащих -- 87%. Посевные площади сократились на 37 млн. га, а поголовье скота уменьшилось на 7 млн. голов. Доход страны в 1945 году составил 83% к уровню 1940 года. Наиболее тяжело отразилась война на трудовых ресурсах: число рабочих и служащих снизилось на 5,3 млн. человек, в том числе в промышленности -- на 2,4 млн., в сельской местности количество трудоспособного населения уменьшилось на 1/3, трудоспособных мужчин - на 60% (Поляк Г.Б. Послевоенное восстановление народного хозяйства. -- М.: Финансы и статистика, 1986. С. 66).

Основная хозяйственно-политическая задача четвертой пятилетки (1946-1950 гг.) была сформулирована И.Сталиным 9 февраля 1946 года: "восстановить пострадавшие районы страны, восстановить довоенный уровень промышленности и сельского хозяйства и затем превзойти этот уровень в более или менее значительных размерах"[1].Что касается планов на более длительный период, то партия была намерена организовать новый мощный подъем народного хозяйства, который дал бы нам возможность поднять уровень нашей промышленности, например, втрое по сравнению с довоенным уровнем. Нужно было добиться того, чтобы промышленность могла производить ежегодно до 50 миллионов тонн чугуна, до 60 миллионов тонн стали, до 500 миллионов тонн угля, до 60 миллионов тонн нефти. Только при этом условии можно считать, что наша Родина будет гарантирована от всяких случайностей. На это уйдет, пожалуй, три новых пятилетки, если не больше. Но это дело можно сделать, и мы должны его сделать[1].

Через 15 лет, в 1961 году, в Советском Союзе было произведено 50,9 млн. тонн чугуна (101,8 % от упомянутых ориентиров), 70,8 млн. тонн стали (118 %), 506,4 млн. тонн угля (101,2 %), 166 млн. тонн нефти (276,7 %).

18 марта 1946 года Верховный Совет СССР принял Закон о четвёртом пятилетнем плане восстановления и развития народного хозяйства страны. В нём намечалось увеличение (по сравнению с довоенным уровнем) добычи угля на 51 %, нефти -- на 14 % (до 35 млн. тонн). На практике производство нефти возросло на 21,7 %, угля -- на 57,4 %.

В соответствии с пятилетним планом развернулись восстановительные работы на Украине, в Белоруссии, Молдавии. Возрождалась угольная промышленность Донбасса. Была восстановлена "Запорожсталь". Вступила в строй Днепрогэс. Одновременно велось строительство и реконструкция действующих заводов и фабрик. За пятилетие было восстановлено и вновь сооружено свыше 6,2 тыс. промышленных предприятий. Особенно большое внимание уделялось развитию металлургии, машиностроения, топливно-энергетического и военно-промышленного комплексов. Были заложены основы атомной энергетики и радиоэлектронной промышленности. В западных областях Украины, в республиках Прибалтики были созданы новые промышленные отрасли, в частности, газовая и автомобильная, металлообрабатывающая и электротехническая. Торфяная промышленность и электроэнергетика получили развитие в Западной Белоруссии.

Работы по восстановлению промышленности были в основном завершены в 1948 году. К концу пятилетки уровень промышленного производства на 73 % превысил довоенный. Однако приоритетное развитие тяжелой индустрии, перераспределение в ее пользу средств из легкой и пищевой отраслей привели к дальнейшей деформации структуры промышленности в сторону увеличения производства продукции группы "А".

В тяжелейших условиях в короткий срок в основном были восстановлены колхозы и совхозы, МТС. Большую помощь колхозам оказывали промышленные предприятия и горожане. В 1946 году 3/4 посевных площадей оккупированных районов были приведены в рабочее состояние.

Валовая продукция сельского хозяйства к концу пятилетки должна была превысить уровень 1940 года на 27%. Пленум ЦК ВКП(б) (февраль 1947 года) принял постановление "О мерах подъема сельского хозяйства в послевоенный период", в котором делался упор на техническое оснащение сельского хозяйства тракторами, автомобилями, различными сельхозмашинами. И все же техники в колхозах не хватало, к тому же она была малоэффективна, велики были ее простои, недоставало запасных частей. Неудовлетворительно обстояло с механизацией в животноводстве.

В годы четвертой пятилетки втрое возросла мощность сельских электростанций. В 1950 году было электрифицировано 76% совхозов и 15% колхозов против 4% в 1940 году.

Серьезное внимание было уделено пропаганде и внедрению достижений науки и передового опыта в сельское хозяйство. Большое значение имели трехлетние агро-зоотехнические курсы обучения колхозников без отрыва от производства.

Вместе с тем в процессе восстановления сельского хозяйства на местах, да нередко и в центре, допускались серьезные ошибки. Шаблонно насаждалась травопольная система полеводства, что вело к сокращению посевов зерновых и бобовых культур, тормозило производство необходимого стране зерна. Чрезмерно централизованное планирование, многоступенчатое и некомпетентное бюрократическое руководство сковывало хозяйственную инициативу крестьян, приводило к нерациональному размещению сельскохозяйственных культур, нарушало сроки посева, уборки и т.д.

Значительно сдерживали развитие сельскохозяйственного производства низкие заготовительные цены на зерно, картофель, мясо и другие продукты, а также сырье, которое государство получало от колхозов в порядке обязательных поставок. Заготовительные цены не только не покрывали себестоимости их производства, но не оправдывали даже транспортных расходов по доставке заготовляемой продукции. Оплата трудодня колхозника была крайне низкой и не стимулировала его заинтересованности в труде.

В то же время с колхозников взимались высокие налоги (налог на приусадебный участок, личный скот, ульи, фруктовые деревья и т.д.).

На рубеже 40 -- 50-х годов было проведено укрупнение мелких колхозов. В течение нескольких лет их число уменьшилось с 255 до 94 тысяч. Новые коллективные хозяйства создавались в западных областях Белоруссии и Украины, в республиках Прибалтики, в Правобережной Молдавии.

Основным показателем жизненного уровня советского народа являлся рост национального дохода, физический объем которого в 1950 году превысил довоенный уровень в 1,62 раза. Это дало возможность Советскому правительству отменить в декабре 1947 года карточную систему распределения продуктов питания и предметов широкого потребления - первым после войны из государств нашей планеты. А с 1948 года ежегодно - до 1954 года снижались цены на продукты питания и товары широкого потребления. К примеру, вот отношение уровней цен по состоянию на 1.01.1951 года к ценам на 1.01.1946 года: хлеб (39%), мясо (42%). Одновременно была проведена денежная реформа в соотношении десять к одному, т.е. один червонец старого образца менялся на один рубль новых денег. Денежные вклады в сберегательных кассах и Госбанке были переоценены на льготных условиях. Денежная реформа не затронула заработной платы рабочих и служащих, трудовых доходов крестьян, которые сохранялись в прежнем размере. Таким образом были изъяты лишние (эмиссионные) и фальшивые деньги, да и значительная часть денежных накоплений населения.

Жизненный уровень населения характеризовали заработная плата и розничные цены на продукты питания и бытовые промышленные товары. После войны перед отменой карточной системы распределения розничные цены по сравнению с 1940 года возросли в среднем в 3 раза: на продовольствие в 3,6 раза, на промышленные товары -- в 2,2 раза. Заработная плата же у рабочих и служащих за эти годы увеличилась лишь в 1,5 раза. Средняя заработная плата по народному хозяйству составляла в 1940 году -- 33 руб.; в 1945 году -- 43,4 руб.; в 1948 году -- 48 руб.; в 1950 году -- 64 руб. в месяц, из которых необходимо было вычесть сумму на подписку по государственным займам. Самая высокая зарплата была у работников научной деятельности--в среднем в месяц 46,7 руб. в 1940 году и 38--48 руб. в 1950 году Таким образом, изобилие в магазинах продовольствия, товаров широкого потребления и даже предметов роскоши (золото, меха и т.д.) было следствием низкой покупательной способности основной массы населения.

В 1950 году потребление на душу населения составляло: мяса -- 26 кг, молока и молочных продуктов -- 172 кг, верхнего трикотажа -- 0,3 шт. и т.д. Многие предметы культурно-бытового назначения -- телевизоры, стиральные машины, радиолы и т.п. считались предметами роскоши.

Улучшение материального положения широких слоев населения обеспечивалось снижением розничных цен на предметы потребления массового спроса и на бытовые услуги. В госторговле ежегодно в апреле снижались цены. Если их уровень до отмены карточной системы распределения принять за 100%, то на 1 марта 1949 года их индекс составлял 71%, на 1 апреля 1954 года -- 43%, и все же цены более чем на 1/3 превышали довоенный уровень. От снижения цен в большей степени выигрывали люди с высокими заработками: работники торговли, общественного питания, различных заготовок, материального снабжения, а также служащие аппаратов органов управления.

Очень тяжело приходилось крестьянам, которые фактически были насильно прикреплены к земле. В начале 50-х годов колхозник получал за свой тяжелый труд 16,4 руб. в месяц, т.е. в 4 раза меньше рабочего. Пшеницу у колхозов покупали по 1 коп. за килограмм при розничной цене на муку 31 коп. и т.п.

В письме секретарю ЦК ВКП(б) Г.Маленкову, слушатель Смоленского военно-политического училища Н.Меньшиков писал: "Мне как коммунисту больно выслушивать от колхозников такой вопрос: "Не знаете, скоро ли распустят колхозы? ...жить так нет сил дальше"".

Тяжелое положение после войны было с жилищным фондом, восстановление и строительство которого велось одновременно и совместно с промышленным строительством. Если в 1940 году в среднем на душу городского населения приходилось 6,7 кв. м, то в 1950 году -- 7 кв. м, и все же многие жили в подвалах, а основная часть населения -- в коммунальных квартирах.

Таким образом, жизненный уровень населения был еще далек от нормального состояния и во многом зависел от инвестиций в тяжелую промышленность, оборону, интернациональную помощь.

..............................

-- И.Сталин Речь на предвыборном собрании избирателей Сталинского избирательного округа города Москвы 9 февраля 1946 года.

..........................


10.Хрущёвская "оттепель"


Хрущёвская "оттепель" -- неофициальное обозначение периода в истории СССР после смерти И.Сталина, продолжавшегося около десяти лет (середина 1950-х -- середина 1960-х годов). Характеризовался во внутриполитической жизни СССР осуждением культа личности Сталина, репрессий 1930-х годов, либерализацией режима, освобождением политических заключённых, ликвидацией ГУЛага, ослаблением тоталитарной власти, появлением некоторой свободы слова, относительной демократизацией политической и общественной жизни, открытостью западному миру, большей свободой творческой деятельности. Название связано с пребыванием на посту Первого секретаря ЦК КПСС Н.Хрущёва (1953--1964 гг.).

К "оттепели" относят также недолгий период, когда у руководства страны находился Г.Маленков и были закрыты крупные уголовные дела ("Ленинградское дело", "Дело врачей"), прошла амнистия осуждённых за незначительные преступления. В эти годы в системе ГУЛага вспыхивают восстания заключённых: Норильское восстание, Воркутинское восстание, Кенгирское восстание и др.

С укреплением у власти Н.Хрущёва "оттепель" стала ассоциироваться с осуждением культа личности И.Сталина. Вместе с тем, в 1953--1955 годах И.Сталин ещё продолжал официально почитаться в СССР как великий лидер; в тот период на портретах они часто изображались вдвоём с В.Лениным. На XX съезде КПСС в 1956 году Н.Хрущёв сделал доклад "О культе личности и его последствиях", в котором были подвергнуты критике деятельность И.Сталина и сталинские репрессии, а во внешней политике СССР был провозглашён курс на "мирное сосуществование" с капиталистическим миром. Н.Хрущёв также начал сближение с Югославией, отношения с которой были разорваны при И.Сталине.

В целом, новый курс был поддержан в верхах партии и соответствовал интересам номенклатуры, так как ранее даже самым видным партийным деятелям, попавшим в опалу, приходилось бояться за свою жизнь. Многие выжившие политические заключённые в СССР и странах социалистического лагеря были выпущены на свободу и реабилитированы. С 1953 года были образованы комиссии по проверке дел и реабилитации. Было разрешено возвращение на родину большинству народов, депортированных в 1930-е--1940-е гг.

Было либерализовано трудовое законодательство (в 1956 году отменена уголовная ответственность за прогул).

На родину были отправлены десятки тысяч немецких и японских военнопленных. В некоторых странах к власти пришли относительно либеральные руководители, такие как Имре Надь в Венгрии. Была достигнута договорённость о государственном нейтралитете Австрии и выводе из неё всех оккупационных войск. В 1955 году Хрущёв встретился в Женеве с президентом США Д.Эйзенхауэром и главами правительств Великобритании и Франции.

Вместе с тем, десталинизация чрезвычайно негативно повлияла на отношения с маоистским Китаем. КПК осудила десталинизацию как ревизионизм.

В 1957 году Президиум Верховного Совета СССР запретил присвоение городам и заводам имён партийных деятелей при их жизни.

29 декабря 1958 года из УК РСФСР было изъято понятие "враг народа".

Период оттепели продлился недолго. Уже с подавлением Венгерского восстания 1956 года проявились чёткие границы политики открытости. Партийное руководство было напугано тем, что либерализация режима в Венгрии привела к открытым антикоммунистическим выступлениям и насилию, соответственно, либерализация режима в СССР может привести к тем же последствиям. Президиум ЦК КПСС 19 декабря 1956 года утвердил текст Письма ЦК КПСС "Об усилении политической работы партийных организаций в массах и пресечении вылазок антисоветских, враждебных элементов". В нём говорилось: "Центральный комитет Коммунистической партии Советского Союза считает необходимым обратиться ко всем парторганизациям...для того, чтобы привлечь внимание партии и мобилизовать коммунистов на усиление политической работы в массах, на решительную борьбу по пресечению вылазок антисоветских элементов, которые в последнее время, в связи с некоторым обострением международной обстановки, активизировали свою враждебную деятельность против Коммунистической партии и Советского государства". Далее говорилось об имеющей место за последнее время "активизации деятельности антисоветских и враждебных элементов". Прежде всего, это "контрреволюционный заговор против венгерского народа", задуманный под вывеской "фальшивых лозунгов свободы и демократии" с использованием "недовольства значительной части населения, вызванного тяжёлыми ошибками, допущенными бывшим государственным и партийным руководством Венгрии". Также указывалось: "За последнее время среди отдельных работников литературы и искусства, сползающих с партийных позиций, политически незрелых и настроенных обывательски, появились попытки подвергнуть сомнению правильность линии партии в развитии советской литературы и искусства, отойти от принципов социалистического реализма на позиции безыдейного искусства, выдвигаются требования "освободить" литературу и искусство от партийного руководства, обеспечить "свободу творчества", понимаемую в буржуазно-анархистском, индивидуалистическом духе". В письме содержалось указание коммунистам, работающим в органах государственной безопасности, "зорко стоять на страже интересов нашего социалистического государства, быть бдительным к проискам враждебных элементов и, в соответствии с законами Советской власти, своевременно пресекать преступные действия" [1]. Прямым следствием этого письма стало значительное увеличение в 1957 году числа осуждённых за "контрреволюционные преступления" (2948 человек, что в 4 раза больше, чем в 1956 году) [2]. Студенты за критические высказывания исключались из институтов [1].

Ниже перечислены некоторые знаковые события, свидетельствующие о попятном движении в период т.н. "оттепели":

1953 -- массовые протестные выступления в ГДР; в 1956 -- в Польше.

1956 -- подавлено просталинское выступление грузинской молодёжи в Тбилиси.

1957 -- преследование Бориса Пастернака за публикацию романа в Италии.

1958 -- подавлены массовые волнения в Грозном. В 1960-е николаевские докеры во время перебоев со снабжением хлебом отказались отгружать зерно на Кубу.

1961 -- в нарушение действующего законодательства [Прим. 1] были расстреляны валютчики Рокотов и Файбишенко (Дело Рокотова -- Файбишенко -- Яковлева).

1962 -- выступление рабочих в Новочеркасске подавлено с применением оружия.

1964 -- арестован И.Бродский [Прим. 2]. Суд над поэтом стал одним из факторов возникновения правозащитного движения в СССР.

Более подробная информация о массовых протестах содержится в статье "Хрущёвская оттепель" - https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A5%D1%80%D1%83%D1%89%D1%91%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F_%D0%BE%D1%82%D1%82%D0%B5%D0%BF%D0%B5%D0%BB%D1%8C.

........................................

1 Расстрельная статья УК по валютным операциям была принята после завершения суда по личному указанию Хрущёва

2. 13 марта 1964 года на втором заседании суда в Ленинграде И.Бродский был приговорён к максимально возможному по указу о "тунеядстве" наказанию -- пяти годам принудительного труда в отдалённой местности и сослан в Коношский район Архангельской области.

............................

Однако вернемся к ХХ съезду КПСС и докладу на нем Н.Хрущева "О культе личности и его последствиях". В газете "Совершенно секретно" (N2/379, февраль 2016 года - http://www.sovsekretno.ru/articles/id/5333/) была опубликована статья А.Богомолова "Товарищ Шариков - антигерой ХХ съезда". Оказывается, что и после ХХ съезда за протесты (устные и письменные) против И.Сталина и его соратников людей судили и давали им срок. В статье приведено несколько случаев такого рода, но остановимся подробнее на поступке И.Шарикова - к.э.н. заместителе кафедры диалектического и исторического материализма Академии общественных наук (АОН) при ЦК КПСС. Он в марте 1956 года во время обсуждения в АОН вышеупомянутого доклада Н.Хрущева в присутствии секретаря ЦК КПСС Д.Шепилова выступил с четкой, аргументированной критикой Президиума ЦК КПСС по отношению к культу личности И.Сталина. Он, в частности сказал следующее: "Центральный комитет совершает ряд новых ошибок старого типа. И это опасно.

Я не согласен с товарищами, что культ личности создавался раньше, а потом, когда был создан, нельзя было ничего сделать. Неправильное объяснение, немарксистское. Из него можно было выбраться даже в самое последнее время, когда он расцветал махровым цветом. Дело тут ведь в том, что ближайшие товарищи Сталина оторвались от народа, а в народе было сильнейшее недовольство культом личности, народ выключал радио, когда начиналось славословие Сталину, сочинял анекдоты...Исправлять дело, так исправлять. Что хотите, но я не понимаю, проходит съезд партии, отчитывается ЦК, причем после невероятных провалов в работе, и никакой критики в адрес ЦК, одни восхваления. Ну разве это не прямое признание непогрешимости ЦК, поощряющее безнаказанность в проступках, толкающее на беззаконие и зазнайство...Надо признать, что значительные слои кадров партии морально и политически деградировали: лесть, подхалимство, бездушность и карьеризм, семейственность и круговая порука разрослись угрожающе. Тут нельзя ограничиться перевоспитанием. Многих надо гнать с руководящей работы, ибо они неисправны".

И.Шариков получил два года за свои "клеветнические измышления". Так назвали в ЦК его выступление.

Критика И.Шарикова была убийственно точной. Я приведу цитату из книги начальника первого главного управления КГБ Л.Шебаршина "Рука Москвы: записки начальника советской разведки": "Компетентность, знания, авторитет среди личного состава были вещами второстепенными. Огромную роль в продвижении по служебной лестнице играла личная преданность начальнику. Комитет копировал законы, действовавшие в партийных структурах. Иначе быть не могло. Эти законы были универсальны для всей системы".

До сих пор отношение к докладу Н.Хрущева на ХХ съезде КПСС неоднозначное, хотя с тех пор прошло шесть десятилетий. Так, некто под псевдонимом Толмач на сайте "Альтернатив" 5 марта 2016 года опубликовал статью под названием "Хрущевская дурилка" (http://www.alternativy.ru/ru/node/14037#comment-15770), в которой он пишет: "После доклада Хрущева возник новый религиозный культ, называемый "антисталинизм"...Доклад Хрущева ударил не только по Сталину, но и по самоуважению народов России. Этим докладом Хрущев уничтожил миссионерский характер русской революции - нести Миру образец нового устройства общественной жизни, новые смыслы человеческой жизни, то, за что боролись и умирали борцы за свободу от капиталистического рабства. В этом смысле Хрущев всегда будет числится в предателях. И не Сталина он предал, ни только Сталина, а намного больше, чем просто Сталина".

Конечно, искусственно противопоставлять И.Сталина советскому обществу, социализму было бы глубочайшей ошибкой. Однако в то же время осуждать Н.Хрущева за разоблачения преступлений И.Сталина также ошибочно. Антисталинизм направлен не против коммунистической идеи революционного преобразования общества, а против режима репрессий, которые И.Сталин ввел в практику своей деятельности.

Президент В.Путин 11 марта 2016 года подписал закон о мерах по увековечению памяти жертв политических репрессий.

Развивается проект "Последний адрес" (в том числе и в российских регионах), активисты которого уже получили более тысячи заявок установить таблички в память о погибших во время сталинских чисток.

В то же время в конце февраля в Псковской области был торжественно открыт бюст И.Сталину, а в Москве открылась выставка главного официального художника сталинской эпохи А.Герасимова. За последний год сразу в нескольких российских городах появились памятники и бюсты "вождю народов", а также посвященные ему музеи.

Русская служба Би-би-си попыталась выяснить меняется ли оценка общества к И.Сталину и репрессиям. Можно ли говорить о том, что в обществе просыпается ностальгия по сталинским временам? Русская служба Би-би-си обратилась к историкам, стоящим на разных позициях.

Я.Рачинский, сопредседатель общества "Московский Мемориал": "С одной стороны, мы видим, что принят закон об увековечении памяти жертв репрессий и приняты поправки в закон о реабилитации. Но при этом Российское военно-историческое общество устанавливает памятники И.Сталину, которые не связаны ни с какими историческими событиями и отражают только отношение к этой фигуре.

Надо сказать, что, осуждая преступления И.Сталина, нынешнее руководство страны воспроизводит многие механизмы сталинской политики: упор на величие державы, приоритет государства перед интересами людей. Тут же вспоминаются сказки из коммунистических времен про величие Советского Союза, про великого полководца. Эта проблема не будет решена до тех пор, пока преступник не будет назван преступником, пока не будет дана юридическая оценка его деяниям.

Вряд ли в людях проснулась тоска по тем временам, поскольку у нас мало семей, в которых кто-нибудь не был арестован, расстрелян или сослан в период репрессий. Тоскуют не по тем временам, а по мифу, созданному о них, по той глянцевой картинке, которая предоставлялась людям. К сожалению, наше общество не очень приучено анализировать информацию. Это не поощряется государством, так как может привести к инакомыслию, которое, увы, снова становится предосудительным.

Сегодня в областных библиотеках можно найти много документальных сборников о сталинских репрессиях, но в школьных учебниках о них упоминается в одной-двух строчках. Поэтому многие люди до сих пор поклоняются некоему мифу, некоей фикции".

Ю.Жуков, главный научный сотрудник Института российской истории РАН: "Мне кажется, что с помощью таких исторических споров людей отвлекают от реального положения в стране в условиях очень жесткого кризиса. Вдобавок к этому снизу идет волна, которая делает имя И.Сталина олицетворением порядка и нормальной экономики. Не стоит забывать о том, что в 1956 году Н.Хрущев старался возложить на И.Сталина ответственность за все преступления, совершенные партийными бонзами -- первыми секретарями обкомов, крайкомов и так далее. Теперь, когда этих людей не стало и им не нужно защищать себя, все становится на свои места, и отношение к И.Сталину становится более объективным.

В установке памятников и бюстов нет ничего удивительного. Ведь И.Сталин долгое время был главой правительства, при нем была проведена индустриализация, была выиграна самая жуткая и тяжелая война за всю историю страны. После войны было восстановлено народное хозяйство, создано ядерное оружие. Почему бы не отдать ему должное?

В конце концов, в Лондоне возле парламента стоит памятник Кромвелю, который отправил на плаху короля и тоже проводил репрессии. Почему бы не относиться с уважением к своему собственному прошлому?".

А.Дюков, глава фонда "Историческая память": "Совсем недавно президент подписал закон о памяти жертв сталинских репрессий. Этот документ готовился достаточно долго, и его принятие, на мой взгляд, свидетельствует о том, что в нашей стране не забывают о преступлениях И.Сталина и о его репрессивной политике.

Разумеется, у нас есть люди, которые вообще отрицают сталинские репрессии, но этого не происходит на государственном уровне. Это связано с тем, что в свое время был резкий перехлест, и представления об уровне сталинских репрессий были несколько преувеличены. Те сведения, которые были популярны в период перестройки, оказались не совсем соответствующими действительности.

В обществе постепенно растет понимание того, что И.Сталин -- это исторический персонаж и что относиться к нему нужно соответствующим образом. В появлении бюстов и памятников нет ничего страшного. Главное, на мой взгляд, чтобы не были забыты те, кто стал жертвами сталинских репрессий и чтобы им ставили памятники.

Вряд ли можно говорить о ностальгии по сталинским временам, поскольку осталось не так много людей, которые хорошо помнят сталинский период. Я думаю, что сегодня Т.Сталин используется как определенный знак протеста против коррупции в обществе. Чем активнее власть будет бороться с коррупцией, тем меньше у нас в обществе будет симпатий к ,Сталину" (https://news.mail.ru/society/25099482/).

Я вновь хотел бы подчеркнуть, что И.Сталин сыграл решающую роль в становлении в СССР диктатуры партийно-государственного аппарата. Именно поэтому я высказал мысль о том, что И.Сталин является виновником прихода к власти такого руководителя КПСС, как М.Горбачев, вынашивавшего изначала план ликвидации СССР. Не было бы диктатуры т.н. "номенклатуры", не было бы и контрреволюции 1991 года.

Ниже я привожу шарж, который издевательски изображает роль И.Сталина в появлении банды разрушителей социализма в Советском Союзе. Один из аспектов этого шаржа состоит в том, что И.Сталин вряд ли предвидел те последствия, к которым в конце концов приведет его политика подбора верных ему лично "соратников" по диктатуре, а также их преемников на посту членов ЦК КПСС и Политбюро. И.Сталин "породил" Н.Хрущева, который в свою очередь вынужден был добровольно уступить место Л.Брежневу. Л.Брежнев выпестовал Ю.Андропова и К.Черненко. И есть немало свидетельств того, что именно Ю.Андропов сделал все возможное для того, чтобы М.Горбачев возглавил КПСС.

Именно поэтому художник изобразил И.Сталина, который в ужасе схватился за голову, не веря своим глазам, кого он выпестовал.


И в завершение этого раздела хочу привести искренние слова Л.Шебаршина, который после путча в августе 1991 года, обдумывая свою жизнь, написал: "Нас предали первый раз, когда заставили поверить в полубожественную гениальность Сталина. Мы были еще слишком молоды для цинизма, для того, чтобы подвергать сомнению мудрость старших. (Может быть, идиотом был только я? Имею ли я право обобщать? Уверен, имею.). Я и мои сокурсники плакали в марте 1953 года настоящими горькими слезами. Умер Сталин, черная туча грядущих горестей надвинулась на страну и на нас - ее бедных детей. Мы были слишком неопытны, чтобы за траурной пеленой разглядеть лихорадочный блеск глаз соратников и наследников вождя всех времен и народов.

В 1956 году нас стали заставлять верить в то, что Сталин был преступником. Унизительно даже вспоминать культик нашего дорогого Никиты Сергеевича, а затем героя Великой Отечественной войны, героя целины, героя возрождения, махрового аппаратчика Леонида Ильича Брежнева, жалкую фигуру Черненко. В феврале 1984 года, когда стало известно о кончине Ю. В. Андропова, мы, сидя в маленькой комнатке в информационной службе, гадали, кто же станет нашим вождем, и гнали прочь мысль, что это место может занять бывший заведующий гаражом и бывший заведующий канцелярией Черненко. Уже через неделю на собраниях и совещаниях зазвучали льстивые слова о "лично товарище Константине Устиновиче Черненко".

Обстояло ли дело по-другому при Андропове? Обаяние его личности в моем кругу оперативных работников разведки среднего и рядового эшелона было велико. Он был дальновиден, практичен и остроумен, говорил просто и по делу. Не пришло бы в голову в разговоре с ним прибегнуть к лозунгам, к привычной риторике. Случись такое, думаю, разговор был бы последним. Но и Андропов лгал и вольно или невольно заставлял нас верить в ложь и лгать самим" ("Рука Москвы: записки начальника советской разведки").


11.Период "застоя"


Период "засто?я" -- обозначение периода т.н. "развитого социализма" -- периода в истории СССР, охватывавшего два с небольшим десятилетия -- с момента прихода к власти Л.Брежнева (1964 год) до XXVII съезда КПСС (февраль 1986 года), а ещё точнее -- до январского Пленума 1987 года, после которого в СССР были развернуты полномасштабные реформы во всех сферах жизни общества (в публицистике используется пропагандистско-литературное клише "эпоха застоя").

В Советском Союзе термин "застой" ведёт своё происхождение от политического доклада ЦК XXVII съезду КПСС, прочитанного М.Горбачёвым, в котором констатировалось, что в жизни общества начали проступать застойные явления, как в экономической, так и в социальной сферах. Этот период времени отмечен устойчивым снижением темпов экономического роста и ухудшением динамики производительности труда при отсутствии каких-либо серьёзных потрясений в политической жизни страны, а также при относительной социальной стабильности и более высоким, чем в предыдущие годы уровне жизни.

Развитие страны в 1964--1986 гг. продолжалось: строились новые города и поселки, заводы и фабрики, дворцы культуры и стадионы; создавались вузы, открывались новые школы и больницы, СССР добился успехов в освоении космоса, развитии авиации, атомной энергетики, фундаментальных и прикладных наук. Определенные достижения наблюдались в образовании, медицине, системе социального обеспечения. Всемирную известность и признание получило творчество известных деятелей культуры. Высоких результатов на международной арене достигали советские спортсмены.

С другой стороны, этот период характеризуется зависимостью развития экономики страны от экспорта полезных ископаемых. К середине 1970-х годов рост нересурсных секторов экономики значительно замедлился. Признаками этого были отставание в высокотехнологических областях, низкое качество продукции, неэффективное производство и низкий уровень производительности труда. Проблемы переживало сельское хозяйство, и страна тратила большие деньги для закупок продовольствия. Значительно выросла коррупция, а инакомыслие преследовалось по закону.

В подтверждение вышесказанного приведу выдержку из статьи И. Евдокимова "План или рынок, или план и рынок?" (http://www.proza.ru/2010/10/10/633): "К середине 1950-х голов СССР полностью обеспечивал себя продовольственным зерном и продавал за границу солидное количество зерна пшеницы высочайшего качества - т. н. "сильные" сорта мягкой пшеницы. Международные торговцы зерном в то время заявили, что хлебная биржа купит любое количество такой пшеницы, которое сможет поставить на рынок СССР. Одновременно с этим происходил импорт фуражного (кормового) зерна ячменя, кукурузы, сои.

Отсюда у Хрущева возникло решение резко увеличить производство мягкой пшеницы. Возможными путями были: а) на ранее освоенных землях улучшить технологию возделывания, усилить механизацию и энерговооруженность хозяйств; б) резко увеличить площади посева за счет распашки целинных земель в Западной Сибири и Казахстане. Решением ЦК КПСС был выбран второй - экстенсивный - путь.

Дальше все происходило в соответствии с модной в то время песней: "партия сказала - комсомол ответил ЕСТЬ"! Началась бездумная, крайне неграмотная работа с использованием всех экономических ресурсов страны.

В первые два года освоенная целина дала громадный урожай. На деле мы "слизнули" запасы плодородия, накопленные столетиями. Но Хрущев убедился в собственной правоте и выдвинул новый амбициозный план: достигнуть производства мяса 75 ц/га на 100 гектаров пашни плюс 16 центнеров на 100 гектаров других сельхозугодий. И это без снижения производства зерна. Такие показатели должны были обеспечить превосходство СССР над США по производству сельскохозяйственной продукции. В обиходе он получил название: план 75+16.

Общего для страны плана достижения этих показателей, насколько мне известно, никогда не было составлено. Но каждое хозяйство обязали составить план по решению этой задачи. Для своего совхоза составлял его и я. При наличии в совхозе 28000 га пашни мы должны были обеспечить кормами производство 2.100.000 центнеров мяса. Фантастические результаты, возможные только при фантастическом урожае зерна. Все составили подобные планы и отправили их "наверх". И ничего, начальство "схавало", не усомнившись. Из этого делаю вывод, что руководство страны совершенно не представляло реальной картины.

Отведенные для распашки 40 млн. га (если мне не изменяет память) ранее не имели карт - геологических, почвенных, геоботанических. В результате были распаханы участки солонцов. Вывернутый на поверхность засоленный горизонт лишил почву плодородия. На таких участках не росла даже полынь, но они числились в пашне совхозов. Но загубленные земли продолжались числиться пашней и любой отчет о посевной, уборки урожая или вспашке требовал, чтобы концы сошлись с концами. Без этого твой отчет не примут в районном управлении сельского хозяйства. Вывести бесплодный участок из пашни можно только по решению Совета Министров Республики, но он такого разрешения ни за что не даст.

За использование земли агроном должен отчитываться. Приходилось ежегодно указывать, что данное поле находится под паром - вспахано, но не засеяно для накопления плодородия. На такое же количество гектаров уменьшаются реальные пары на плодородной пашне. На следующий год мы недополучаем с них примерно по 3 - 5 ц/га. С моем совхозе Новоникольском было 200 га "вечных паров", каждый год мы недополучали от 600 до 1000 центнеров зерна. Районные власти об этом знали, но вида не подавали.

Через два года урожаи на целине стали падать. Причина состояла в варварском использовании земли. Хилые совхозы Северного Казахстана и Западной Сибири, не говоря уже о колхозах, использовали агротехнику, разработанную в Европейской части страны. Это сходило с рук, пока площади пашни были невелики. А при сплошной распашке началась ветровая эрозия почвы.

Пыльные бури были частым явлением в черноземной зоне СССР. Для защиты от них там применялся посев многолетних трав (травопольная система земледелия В.Вильямса). Но на целине в первые годы не планировалось развивать животноводство, пашня должна была производить не сено, а зерно, зерно и еще раз зерно! В 1960 году посев многолетних трав в целинных совхозах был просто запрещен. Что всего обиднее - человечество уже имело горький опыт ветровой эрозии при монокультуре пшеницы.

В 1930-х годах пшеничная зона Канады и США подверглась ветровой эрозии. Советские писатели злорадствовали по поводу варварского использования земли капиталистами. "В 1934 году был день, когда черная буря унесла в океан около 300 миллионов тонн - миллион поездов - плодородной земли" (М. Ильин. Избранные произведения. // Т. 1. Покорение природы. М.: Изд. Художественной литературы. 1982.. С. 425-590). Автор умалчивал, что ко времени издания его книги Канада и США успешно решили проблему. Решение было, но его не учли при освоении целины. Только после 1962 года для обработки полей начали использовать вспашку канадскими плоскорезами и безотвальными плугами. До этого времени плодородный слой почвы каждый год уносился ветром куда-то в сибирскую тайгу. В чем причина этого преступления? Правительство и ЦК партии во главе с Хрущевым не интересовались с/х наукой. Их лозунг был: давай-давай! А возможно это или нет, власти не интересовало.

Никто не знал, какие именно культуры дадут лучшие результаты на распаханной целине, какова должна быть агротехника возделывания: лучшие сорта, сроки сева, нормы высева семян, виды основной и предпосевной обработки почвы, и т.д. и т.д. Ничего не известно! Совхозы начали действовать буквально "на ощупь". Поэтому с опозданием, в 1957 году в каждой области была открыта с/х опытная станция. А работу эту следовало произвести до сплошной распашки сибирских и казахстанских черноземов".

Сторонники обозначения указанного периода как "застойного" связывают стабильность советской экономики того времени с нефтяным бумом 1970-х. По их мнению, эта ситуация лишала руководство страны каких-либо стимулов к модернизации хозяйственной и общественной жизни, что усугублялось преклонным возрастом и слабым здоровьем высших руководителей. Фактически же в экономике нарастали негативные тенденции, увеличивалось техническое и технологическое отставание от высокоразвитых капиталистических стран. С падением цен на нефть к середине 1980-х у части партийного и хозяйственного руководства появилось осознание необходимости реформирования экономики. Это совпало с приходом к власти самого молодого на тот момент члена Политбюро ЦК КПСС -- М.Горбачёва.

По данным ООН за 1990 год, СССР достиг 26-го места по индексу развития человеческого потенциала (HDI=0.920) (при этом среди стран Европы более низкие показатели имели только союзники СССР -- Болгария, Польша, Венгрия и Румыния, Югославия и Албания, а также Португалия).

Несмотря на отмеченные выше недостатки и проблемы, у читателей не должно сложиться впечатления, что развитие общества и производительных сил прекратилось.

В 1966 году в СССР был осуществлён переход к всеобщему среднему образованию, в 1978 году введено обеспечение учащихся младших классов бесплатными учебниками. По количеству специалистов с высшим образованием страна вышла на первое место в мире. При этом престиж высшего образования в обществе сильно упал -- достаточно распространенным стал уход лиц с высшим образованием на рабочие должности, которые не требовали диплома об окончании ВУЗа, но зачастую обеспечивали более высокий заработок.

Именно в "период застоя" было проведено огромное по масштабам жилищное и дорожное строительство, было открыто метро в 8 городах, быт людей в городе в основном вышел на современный уровень, а на селе сильно улучшился (завершена полная электрификация села и газификация значительной части).

В этот период были сделаны большие капиталовложения в гарантированное жизнеобеспечение на долгую перспективу: созданы единые энергетические и транспортные системы, построена сеть птицефабрик, решившая проблему белка в рационе питания, проведены крупномасштабное улучшение почв (ирригация и известкование) и обширные лесопосадки (1 млн га в год). Стабильной стала демографическая обстановка с постоянным приростом населения около 1,5 % в год. В 1982 году была разработана и принята государственная Продовольственная программа, ставящая задачу обеспечить полноценное питание всем гражданам страны. По основным реальным показателям эта программа хорошо выполнялась, но в центральных регионах РСФСР и в Поволжье, а также во многих других регионах, в большинстве населенных пунктов задолго до "перестройки", с середины 1970-х годов, хронически ощущался дефицит основных продуктов питания (сливочное масло, мясо и мясопродукты, молочные продукты, рыба, сыр).

В 1980 году Советский Союз занимал первое место в Европе и второе место в мире по объёмам производства промышленности и сельского хозяйства. Если в 1960 году объём промышленной продукции СССР по сравнению с США составлял 55 %, то через 20 лет, в 1980 -- уже более 80 %. СССР вышел на первое место в мире по производству цемента, с 1966 заметно опережал по этому показателю в расчёте на душу населения США и Великобританию. В социальном плане за 18 брежневских лет реальные доходы населения выросли более чем в 1,5 раза. Население России в те годы увеличилось на 12 млн. человек. Также имел место ввод в эксплуатацию при Брежневе 1,6 млрд кв. метров жилой площади, благодаря чему бесплатным жильём было обеспечено 162 млн. чел. При этом квартплата в среднем не превышала 3 % семейного дохода. Наблюдались успехи в других областях, например, в тракторостроении: Советский Союз экспортировал тракторы в сорок стран мира, главным образом социалистические и развивающиеся. Предметом гордости советского руководства был постоянный рост обеспеченности сельского хозяйства тракторами и комбайнами, однако урожайность зерновых была значительно ниже, чем в промышленно развитых капиталистических странах (в 1970 году 15,6 ц/га в СССР против 31,2 ц/га в США, 50,3 ц/га в Японии и Австралийский Союз 11,6 ц/га), причём повышения урожайности добиться не удалось -- в 1985 году она составила 15 ц/га. Однако было большое различие по районам -- так, в Молдавии урожайность была 29,3 ц/га, в России -- 15,6 ц/га, в прибалтийских республиках -- 21,3-24,5 ц/га (все данные 1970 г.).

В то же время в 1980 году производство и потребление электроэнергии в Советском Союзе выросло в 26,8 раза по сравнению с 1940 годом, тогда как в США за тот же период выработка на электрических станциях увеличилась в 13,67 раза (что связано, с одной стороны, со значительно бо?льшей энергоёмкостью производства в СССР на единицу продукции, и, с другой стороны, с высоким уровнем энергопотребления в США, где уже в 1940 году была очень велика доля домохозяйств, обеспеченных электробытовой техникой, в частности, к 1944 году около 80 % американских домохозяйств имело холодильники, которые в СССР получили широкое распространение только в 1960-х).

В целом для оценки эффективности сельскохозяйственного производства необходимо, разумеется, учитывать климатические условия.

Экономика СССР была единым народнохозяйственным комплексом. Она была буквально пронизана тесными экономическими связями. 50247 предприятий страны по состоянию на 1 января 1985 года (КПСС в цифрах. М.: ЦК КПСС. Отдел организационно-партийной работы. 1985. С. 22) имели один миллиард скреп-связок, так как каждое из них имело прямые связи с 400-500 заводами и фабриками. Но у предприятий, кроме связей первого уровня (эшелона), с которыми часто заключались договоры, были "тыловые" связи второго, третьего, четвертого эшелонов. Подсчеты ученых показали, что каждое предприятие в конечном счете было связано с 20 тысячами фабрик и заводов (Вопросы экономики. 1989. N 5. С. 13). Данные межотраслевого баланса страны за 1987 год, составленного ЦСУ СССР по 104 отраслям, показывали, что РСФСР из других республик ввозила продукцию 102 отраслей, а вывозила - 104 отраслей. Для Украинской ССР эти показатели составляли 102 и 100, для Белорусской ССР - 102 и 93, для Узбекской ССР - 102 и 84, для Казахской ССР - 103 и 89, для Армянской ССР - 100 и 79 и т.д. (Российский государственный архив экономики. Ф. 1562, оп. 68, д. 6647, л. 55).

Кроме промышленных предприятий, в СССР работали 23374 предприятия транспорта, в том числе 9648 железнодорожного, 5935 предприятий связи, 15697 предприятий торговли и общественного питания, 72619 учебных заведений, 7138 научных учреждений, 17592 лечебных учреждений, почти 50 тысяч колхозов и совхозов. Единые многонациональные Вооруженные Силы СССР состояли из 42257 воинских коллективов. Всего же в стране было более 436000 трудовых, воинских, учебных, творческих коллективов, учреждений и организаций (КПСС в цифрах... С. 22-23).

Повторяю, в народном хозяйстве СССР мели место и серьезные негативные явления. Прежде всего, это неуклонное снижение темпов роста, стагнация в экономике, обусловленные изъянами в хозяйственном механизме, о которых я писал в очерке "О государственном социализме в СССР (критический обзор) - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_0500.shtml. О некоторых существенных недостатках в хозяйственном механизме пишет и И.Евдокимов в статьях "Взгляд на советское прошлое без розовых очков" (http://www.proza.ru/2010/11/06/1149) "План и товар" (http://www.proza.ru/2010/10/10/608). Он писал: "То, что в СССР стремились построить социализм, это ни у кого не вызывает сомнения. Даже любой противник социализма, а точнее уж этот противник социализма точно стремится говорить о том, что в прошлом в нашей стране строили социализм. Даже более того, он будет говорить, что построили его, и будет показывать все отрицательные стороны социализма в советском исполнении, при этом он обязательно сделает обобщение, приговаривая, что такова природа социализма вообще. Что поделаешь, мертвого не лягнет только что ленивый.

Но что же такое социализм? Начнем с экономических основ советского общества.

Классики марксизма всегда считали, что будущее общество, которое придет на смену капитализму, должно уничтожить товарную форму продуктов труда и денег. И Ленин до революции тоже всегда говорил, что социализм есть уничтожение товарного производства. Однако, как известно, из советской истории после гражданской войны советское хозяйство было основано на купле-продаже, т.е. продукты труда сохранили свою товарную форму, а, следовательно, неизбежно было и сохранение денег.

Цель социалистической экономики есть удовлетворение потребностей людей, членов общества, а удовлетворение разносторонних потребностей возможно только за счет всего общественного продукта, созданного совокупным общественным трудом всех работоспособных членов общества. Но содержанием этого общественного продукта в советской экономике выступают товары, и это накладывает своеобразный отпечаток на сам общественный продукт. Как известно, товар, с одной стороны, есть вещь полезная, например, обувь, платье, хлеб и т.д., а с другой стороны, он есть всего лишь форма бытия стоимости, ибо чтобы потребить товар, его необходимо купить, т.е. совершить обмен товара на деньги. И в этом обмене товар теряет свою полезность, он в нем выступает как форма стоимости, и в этом своем назначении он не представляет ни одного атома полезного вещества. Для самого процесса обмена совершенно безразлично, что на что обменивается. И это двойственное содержание товара породило и двойственное содержание самого общественного продукта. С одной стороны, он есть совокупность полезных продуктов, а с другой стороны, он есть сумма стоимостей товаров, которая многим известна, как валовая продукция.

Поскольку удовлетворение потребностей всех членов общества может быть осуществлено только за счет всего общественного продукта, который создается совокупным общественным трудом, постольку требуется рационально использовать этот общественный труд. Это возможно только при планомерной организации всего общественного производства, что и составляет основу социалистической экономики. Эту планомерность любой человек, связанный с производством, может воочию созерцать на любом предприятии. И, как известно, осуществляется она на предприятии без всякой купли-продажи, никому и в голову не приходит, чтобы токарь продавал свою деталь слесарю. Они оба, как и другие участники всего процесса труда на данном предприятии, просто выполняют свою работу, и только в результате их совместного труда получается тот конечный продукт предприятия, который продается и тем самым он является товаром. Сохранение товарной формы продуктов труда никак не отменило планомерной организации общественного производства, но оно оказало свое влияние на саму планомерную организацию производства.

Чтобы понять смысл советской планомерной организации труда приведу беседу, которая произошла совершенно случайно в купе вагона. Беседа длилась недолго, всего-то минут 20-30, но она показывает весь смысл планомерности в советской экономике. Участниками данной беседы были я и начальник планового управления текстильной промышленности РСФСР. Я даже не знаю фамилии этой женщины, слишком короткой была беседа, которая завязалась совершенно случайно. Не буду дальше утомлять читателей данным отступлением и перейду к существу беседы. На мои слова, что советская экономика была всецело подчинена стоимости, моя собеседница возмутилась и поведала организацию планирования в министерстве.

- Мы планировали только номенклатуру продукции, которую должны будут производить предприятия в предстоящем плановом периоде. Для этого мы организовывали различные ярмарки, выставки, встречи представителей поставщиков и потребителей продукции. На всех этих мероприятиях согласовывали что, в каком количестве, для кого производить. Т.е. выясняли какие ткани, в каком количестве должно производиться для того или иного потребителя. Все это оформляли заказами и договорами. Ни о какой валовой продукции мы даже и не думали.

- Хорошо, - отвечаю я ей, - скажите мне, а вам из вышестоящих плановых органов поступали задания по валовой продукции, т.е. по общему объему продукции в денежном выражении?

- Да - последовал ответ моей оппонентки.

- И как вы устанавливали задания по валовой продукции предприятиям, ведь только на предприятиях создается стоимость продукции? - продолжаю я допытываться.

- Мы на основании полученного задания сверху, - признает мой оппонент, - устанавливали плановые задания для предприятий по валовой продукции.

- И как вы определяли задания для предприятий - не унимаюсь я.

- Ну, есть директора, которые умеют находить способы для выполнения планов, им какое задание не дай по валовой продукции, они находят резервы и выполняют их. А есть директора, которым, какой план по валу не дай, они не могут его выполнить или выполняют едва-едва. Поэтому первым давали задание повыше, вторым устанавливали небольшой рост объемов производства.

- Хорошо, - говорю я, - а вы сверяли плановые задания по валу, которые вы даете предприятиям, с той реальной стоимостью продукции, которая заложена в договорах поставки.

- Нет, это мы не делали, - последовал ответ.

- И последний вопрос, - говорю я, - а плановые задания, которые вы получали от вышестоящих плановых органов, были выше, чем планы в предыдущем периоде.

- Да, выше, - ответила мне моя оппонентка.

На этом наша небольшая дискуссия закончилась.

Какой из всего сказанного можно сделать вывод. Очень простой. Госплан осуществляет планомерную организацию, чтобы обеспечивать сбалансированность советской экономики, исходя из существующих пропорций, которые выражены в общем объеме продукции в стоимостном выражении. При этом он планирует "от достигнутого уровня", т.е. плановые задания по валу на данный плановый период выше, чем были на предыдущий. Данные плановые задания министерства распределяют по предприятиям и объединениям, исходя из принципа, кто как может выполнить данные плановые задания.

Кроме того, министерства совместно с предприятиями стремятся изучить потребности своих потребителей в продукции и заключают с ними договора поставки, таким способом просто осуществляется наполнение планов по валу реальными полезными продуктами. Сверку того, насколько сумма стоимостей всех договоров соответствует плановым заданиям по валу, не производится. Уже здесь мы видим противоречие, которое порождено планомерной организацией советского производства на основе стоимости товаров. Плановые задания по валовой продукции могут и не соответствовать сумме стоимостей товаров, которые включены в договоры поставок.

Но планомерная организация общественного производства включает в себя для установления сбалансированности всего общественного производства не только общий объем производства по стоимости, она еще включает в себя и регулирование доходов работников общественного производства. Поскольку предметы потребления выступают в своей товарной форме, постольку сумма стоимостей предметов потребления есть стоимостное выражение совокупной заработной платы, которую можно выплачивать работникам общественного производства. Поэтому предприятиям устанавливались не только плановые задания по производству продукции в стоимостном выражении, но и ограничения по величине фонда заработной платы. Причем, планирование роста объемов производства по валу опережал рост фонда заработной платы. Я не буду вдаваться в пространственные изложения необходимости данного соотношения, важен сам факт.

Такая планомерная организация общественного производства зародилась и в основном сформировалась еще к середине 20-х годов. Но окончательно, она приобрела свой вид в конце 30-х годов, когда предприятиям стали устанавливать жесткий фонд заработной платы в зависимость от объемов производства по валу. Это я пишу для тех, кто пытается определить, в какую новогоднюю ночь пропили социализм. Извините за грубость, но все дискуссии относительно того, при каком руководителе начались отклонения от социализма, беспочвенны, ибо экономические основы возникли изначально, а тем самым и сформировалась особая советская форма общественного производства.

К чему привело такое планирование? И как выполнялись планы? Об этом можно написать много. Но я ограничусь для начала только одним примером. Существовало такое производственное объединение "Азот", технологический процесс, на котором включал четыре последовательных производства. Министерство химической промышленности постоянно стремилось к дроблению данного объединения, но директор упорно отстаивал единство объединения. И это ему удавалось до тех пор, пока у него была поддержка сверху. Но со временем поддержка самоустранилась, и директора с почестями отправили на заслуженный отдых. И наконец-то мечта министерства реализовалась. Спрашивается: зачем все это делалось. Да очень просто. Я прошу прощения, но мне придется все это показать в цифрах.

Как я уже сказал, весь технологический процесс состоял из четырех производств, осуществляющих последовательную переработку. Цифры покажу условные, поэтому будем считать, что в каждом производстве в течение года создавалась стоимость в 25 миллионов рублей, но поскольку все производства были единое целое, постольку в качестве конечного продукта, который являлся товаром и соответственно учитывался в выполнении плана по валу, общая товарная стоимость равнялась 100 миллионов рублей. Что же изменилось после того, как каждое производство стало самостоятельным предприятием. С точки зрения процесса труда ничего. Но с точки зрения процесса создания валовой продукции произошли кардинальные изменения.

Теперь предприятие первого производства не просто передает другому производству свою продукцию для дальнейшей переработки, а продает ее как товар на общую сумму 25 миллионов рублей, и товарная стоимость учитывается в выполнение плана по валу. Второе предприятие аналогично включает стоимость первого и добавляет к ней еще 25 миллионов рублей, получая товарную стоимость в 50 миллионов рублей, которые также учитываются в выполнение плана по валу. Таким же образом, третье предприятие дает для учета выполнения плана уже 75 миллионов, ну а четвертое заключительное по-прежнему дает товарную стоимость в 100 миллионов рублей. В итоге такой мудрой операции то же самое объединение, которое до своего дробления производило валовой продукции всего лишь на 100 миллионов рублей, теперь произвело валовой продукции на 250 миллионов рублей, т.е. в 2,5 раза больше. При этом, не создав ни одного миллиграмма реальной продукции. "Воздушный вал": продукция есть, но ее же и нет!!

На такой специализации основывалось выполнение планов в металлургии, в которой между предприятиями перевозили слитки, как продукт плавки металла, для блюмингования на другие предприятия, а потом слябы, продукт обработки металла на блюминге, вновь перевозили между теми же металлургическими комбинатами для производства профильного металла на прокатных станах. Эти перевозки давали огромные миллионы рублей валовой продукции без реального производства самой продукции, металла.

Стремление выполнять планы по валу тормозили и научно-технический прогресс. Мы были создателями непрерывной разливки стали, но выплавляли таким образом не более 5% всей стали, тогда, как в Японии, таким методом разливали более 90% стали. Почему, у нас это не применялось. Да потому, что этот метод попросту уничтожает блюмингование, а, следовательно, становится невозможным накручивание вала. Кто же будет рубить сук, на котором сидишь.

Конечно, можно сказать, что такое выполнение плана есть не что иное, как приписки. Да, нет, это не приписки, это естественное движение стоимости, которое никак нельзя назвать приписками.

Приписки, конечно, тоже были. Например, в свое время приписали целый моторостроительный завод, стоимостью несколько миллионов рублей, хотя на самом деле, на месте расположения данного завода существовал только ... фундамент. Вот так.

Почему возникло данное положение. Да потому, что постоянное планирование Госпланом увеличения общественного продукта в стоимостном выражении (что внешне соответствует целям социалистической экономики, ведь удовлетворение потребностей возможно только за счет всего созданного общественного продукта), с одной стороны, и ограничение фонда заработной платы, в другой и привело к данному парадоксу. Однажды сказав "а": выполнив план показанным выше способом, - создали базу для увеличения плановых показателей в последующий плановый период. Ничего не остается, как выполнять повышенный план за счет такой же специализации. Но все это возможно на уровне министерства. Что же вынуждает их таким образом выполнять план? Всего лишь то, что предприятия порой просто не могут выполнять установленные плановые задания по валу, а министерство должно отчитаться за всю отрасль. Если предприятия отрасли не дали необходимого объема валовой продукции, то надо придумывать самим.

Предприятие же не может осуществить такую специализацию, оно едино и неделимо. Поэтому предприятия стремятся выполнять планы за счет увеличения материалоемкости своей продукции. Постоянный рост плановых заданий по валу и, причем опережающий рост вала по сравнению с ростом фонда заработной платой, толкает их на данную деятельность. Но и это рано или поздно вызывает затруднения в выполнении планов по валу. Нарушение ассортимента в угоду вала, когда то, что выгодно для выполнения плана, производят в неограниченном объеме, независимо от потребности, и ограничивают производство тех товаров, которые невыгодны с точки выполнения планов по валовой продукции, - еще один способ выполнения планов громадье. Вот такое развитие советской экономики было порождено планированием по валовой продукции.

Такой процесс выполнения планов по валу приводил к тому, что всякое планирование увеличения производства предметов потребления неизбежно сопровождалось еще большим увеличением производства средств производства. Но те, кто производит средства производства, уголь, металл, пластмассы и т.д., предпочитают употреблять не продукты своего труда, а предметы потребления. Масса денег в обществе постоянно начинает превышать товарную массу, в обществе имеет место постоянный дефицит товаров. Товарный голод, он же дефицит товаров, возник вместе с появлением планирования по валовой продукции. Первые контрольные цифры появились в 1925/26 плановый год, и тут же заговорили о товарном голоде. И этот товарный голод с тех пор стал постоянным спутником советского производства. Иногда, конечно же, рост валовой продукции сопровождается и ростом реальной продукции, например, по утверждениям советской статистики мы производили обуви на душу населения, больше, чем Франция, Италия и Германия вместе взятые. На что шутники отвечали: да на душу населения с обувью у нас все хорошо, вот только на ноги хреново.

Но дефицит охватывал не только сферу предметов потребления, он охватил все стороны экономической жизни. Не хватало средств производства, и производственную деятельность предприятий постоянно лихорадило, простои в начале месяца, авральные работы в конце месяца. Не хватало рабочих рук, и вместе с тем на производстве имелись лишние люди, которые необходимы для организации авральных работ по вытягиванию планов по валу.

Экономика так дальше развиваться не могла, поэтому идея перестройки и нашла свой отклик в массовом сознании. Но, как и что перестраивать должна дать наука, которая должна проанализировать те противоречия экономики, которые имели место в советской экономической жизни, чтобы на основании этого определить пути движения. Но наука, к сожалению, как действительная наука, которая занимается исследованием советского производства, себя уже изжила, она вульгаризировалась и служила только тем, кто правит этим миром, служила для оправдания деятельности государства. Факты, которые поступали в различные советские газеты и журналы, печатать не разрешалось, ссылаясь на то, чтобы не дай бог о нас плохо подумают на Западе. А какое дело нам до них?

Только в перестроечные годы многочисленная информация вылилась на страницы книг, журналов и газет. Д.Валовой издал книги, в которые выложил различные письма различного периода о том, как выполняют планы по валу. Причем ирония судьбы: Д.Валовой постоянно боролся с валом, но вал стоял крепкой непробиваемой стеной. Противоречия советской экономики необходимо было осмыслить, чтобы определить пути движения вперед. Но все осуществлялось иначе. Вот это у нас, а вот как хорошо у них. Сравнение может иметь место в жизни и в науке, но это не может служить основанием для анализа самой действительности. Хроническое нарушение предприятиями поставок продукции, производство ненужной продукции взамен нужной для производства и потребления породило стремление заставить предприятия производить продукцию для потребителей, и это стремление толкало на развитие рынка.

Но план и рынок вещи несовместимые. План устанавливает кто, что кому и в каком количестве поставляет еще до начала производства, и это порождает зависимость потребителя от поставщика в условиях советского планомерно организованного рынка. Рынок же предполагает установление общественных связей по окончанию производственного процесса, в обмене устанавливается, кто у кого будет покупать и в каком количестве. Поэтому план и рынок - взаимоисключающие явления. Попытка запрячь в одну упряжку голодного волка и трепетную лань просто невозможно. Развитие рыночных отношений в своей основе предполагает наличие свободных и независимых от какого-либо плана товаропроизводителей, между которыми общественные связи устанавливаются только по окончанию производственного процесса.

Стремление создать рынок посредством создания кооперативов проблему не решило и не могло решить, единственное, что дали кооперативы, так резкое увеличение доходов населения. Кооперативы попросту чудодейственно превращали государственные безналичные деньги предприятий в наличные деньги членов кооперативов. Для разрешения разрыва между доходами кооператоров и простых работников предприятий сделали отступление от жесткого контроля над фондом заработной платы. Тем самым государство потеряло контроль над наличным обращение денег в стране. Резко возросшая масса денежных средств потребовала товарного эквивалента, но производство не могло разрешить данную проблему, началось сметание с товарных прилавков магазинов всего, что можно приобрести. Итог, началась талонная эпопея.

Рынок неукоснительно требовал частной собственности, и она пришла. Первоначально предприятия перевели на свободное ценообразование и исключили обязательные требования выполнения планов, а затем провели приватизацию. Но это уже отдельная тема.

Социалистическая экономика призвана привести общественную форму производства в соответствие с его содержанием. Люди приступили к производственной деятельности не потому, что им было нечего делать, люди приступили к труду, чтобы, преобразовывая природу, создавать необходимые для удовлетворения своих потребностей. И это есть содержание самого производства, который представляет собой процесс труда, в котором человек преобразует вещества природы, чтобы, в конечном счете, получить необходимый продукт труда, удовлетворяющий ту или иную потребность человека. Формой, которой соответствует данному содержанию, может быть только одна: члены общества должны совместно планомерно организовывать все общественное производство, чтобы при имеющейся в обществе массе общественного труда получить максимально возможное количество необходимых для удовлетворения потребностей, как индивидуумов, так и общих потребностей. И эта планомерная организация должна осуществляться без извращенного превращения продуктов труда в товары...Использование сочетания товара и плана есть основа, порождающая обособление интересов центральных органов управления от интересов общества... Абстрактность труда выступает как обособление труда советских товаропроизводителей, но это обособление вызвано обособлением интересов госчиновников. Абстрактность труда доведена до абсурда. А вот выяснение вопроса: действительно ли советский товаропроизводитель своим конкретным трудом создает полезную вещь, - осуществляется только в процессе потребления. Из всего ранее сказанного следует, что советский товар - это не товар, производимый для обмена, а товар, производимый для выполнения планового задания по производству совокупной стоимости. Соответственно и план уже не есть следствие распределения совокупного общественного рабочего времени в соответствии с существующей системой общественных потребностей, осуществляемое непосредственно в единицах времени. Советский план есть установление опосредованного соответствия рабочего времени и потребностей посредством утверждения плановых заданий по производству совокупной стоимости...Сохранившиеся в советской экономике товар и деньги привели советскую форму производства к краху, а с крахом экономических устоев рухнуло и все общественное устройство советского общества".

В основном статьи И.Евдокимова верные, однако при этом следует иметь в виду, что наряду с недостатками в хозяйственном механизме, существовали серьезные структурные перекосы в экономической политике, а также противоречие между политической надстройкой и экономическим базисом, которые и стали основными причинами гибели Советского Союза, а не только товар и деньги.

Что же касается совершенствования хозяйственного механизма в целях действительного наиболее полного удовлетворения потребностей населения, то я в своей модели демократического социализма (см. 7-ю главу монографии "Мир на перекрестке четырех дорог") высказал соображения о кооперативной форме собственности.

Я пришел к выводу, что для наиболее полного удовлетворения потребностей членов социалистического общества должна быть создана система их непосредственного влияния на производителей продуктов и услуг. А это возможно только в том случае, если потребители организованы, например, в потребительские кооперативы, и эти кооперативы заключают прямые договора с производителями товаров народного потребления. В сфере производства средств производства также должна действовать система прямых договоров потребителей и производителей. Короче говоря, такой порядок исключает практику установления предприятиям плановых директивных показателей вышестоящими органами. Роль государственных органов планирования сводится в такой системе регулирования экономики только к обеспечению макроэкономических пропорций с использованием средств кибернетики.

История до сих пор знала два типа регулирования экономических процессов:

1.Рыночный (в последние десятилетия со все большим применением планирования в различных формах (индикативное, директивное, локальное, в рамках корпораций и т.п.).

2.Плановое (централизованное или в определенной мере децентрализованное).

Мне думается, что возможен третий тип: сочетание планирования экономических процессов с одновременным применением договорных отношений по выполнению заказов потребителей как предметов народного потребления, так и средств производства. Мне представляется, что этот третий вариант оптимален с точки зрения наиболее полного удовлетворения потребностей членов всего общества.

В этой системе первичным, исходным звеном является определение заказов товаров народного потребления через потребительскую кооперацию. При этом учитываются потребности членов потребкооперативов с учетом покупательной способности их членов. На основе заказов потребкооперации формируются планы производства товаров народного потребления в отраслях их производящих, а далее - по цепочке формируются заказы на сырье, вспомогательные материалы, оборудование для предприятий промышленности и сельского хозяйства.

И вот в этой сфере производства товаров народного потребления и средств производства, а также в отраслях, их обслуживающих (транспорт, складское хозяйство, связь и т.п.), могут эффективно работать как производственные кооперативы, так и народные предприятия. Откровенно говоря, я не вижу пока разницы между этими двумя типами хозяйства. При этом я исхожу из определения понятия народного предприятия, которое обнаружил в Википедии (Райзберг Б.А., Лозовский Л.Ш., Стародубцева Е.Б. Современный экономический словарь. -- 2-е изд., испр. М.: ИНФРА-М. с. 479, 1999.), где приводится следующее определение этого понятия: "предприятие, находящееся в коллективной собственности его работников, неразделенной на доли, паи, то есть целиком принадлежащее всему коллективу и управляемое привлеченными коллективом менеджерами и советом управляющих".

Если руководствоваться российским законодательством, то получается, что под народным предприятием понимается акционерное общество.

В той же Википедии говорится: "Законом Российской Федерации от 19 июля 1998 г. N 115-ФЗ "Об особенностях правового положения акционерных обществ работников (народных предприятий)" в гражданское законодательство введена новая организационно-правовая форма предпринимательской деятельности - акционерное общество работников (народное предприятие). При этом к народному предприятию применяются правила Закона РФ "Об акционерных обществах" о закрытых акционерных обществах, если иное не предусмотрено Законом о народных предприятиях.

Таким образом, правовое положение народного предприятия регламентируется двумя законами. Причем оба этих закона определяют народное предприятие как акционерное общество. Как известно, акционерным обществом признается коммерческая организация, уставный капитал которой разделен на определенное количество акций, удостоверяющих обязательственные права участников общества (акционеров) по отношению к обществу.

Каждая из акций определяет совокупность обязательств данного акционерного общества перед ее собственником, акционером. Эти обязательства акционерного общества находят свое выражение в том, что каждый акционер, даже обладающий одной акцией, имеет совершенно определенные права: принимать участие в работе общего собрания акционеров, быть избранным в органы управления общества, получать дивиденды и т.д."

Словом, акция может порождать эксплуатацию. А принцип настоящих народных предприятий: "Кто не работает, тот не владеет." Кстати, наглядным примером союза кооперативов может служить Федерация кооперативов работников Мондрагон (год основания 1956; расположение Испания - www.mondragon-corporation.com).

Кстати, надо отдать должное И.Евдокимову, что он при анализе соотношения плана и рынка, также пришел к выводу, о том, что при социализме необходим прямой учет потребностей населения через кооперативы. Однако он в своей критике плановой системы зашел слишком далеко и перегнул палку, объявив социализм в СССР несостоявшимся.

В последние 12--15 лет в развитии народного хозяйства СССР стала обнаруживаться тенденция к заметному снижению темпов роста национального дохода. Если в восьмой пятилетке среднегодовой прирост его составлял 7,5 % и в девятой -- 5,8 %, то в десятой он снизился до 3,8 %, а в первые годы одиннадцатой составил около 2,5 % (при росте населения страны в среднем на 0,8 % в год). Это не обеспечивало ни требуемых темпов роста жизненного уровня народа, ни интенсивного технического перевооружения производства.

Значительным было и отставание от Запада в развитии наукоёмких отраслей. Например, положение в советской вычислительной технике представляется катастрофическим. Наши ЭВМ выпускались на устаревшей элементной базе, они были ненадёжны, дороги и сложны в эксплуатации, у них была мала оперативная и внешняя память, надёжность и качество периферийных устройств -- несравнимы с массовыми западными. По всем показателям мы отставали на 5-15 лет.

Хронической проблемой оставалось недостаточное обеспечение населения продуктами питания, несмотря на большие капиталовложения в сельское хозяйство принудительную отправку горожан на сельхозработы и значительный импорт продовольствия.

В отличие от периода правления Н.Хрущёва, в годы застоя поощрялось развитие личных подсобных хозяйств колхозников и рабочих совхозов, даже появился лозунг "Хозяйство личное -- польза общая"; также широко раздавались земли под садоводческие товарищества горожан.

В 1966-70 годах осуществлялись определенные экономические реформы, которые характеризовались внедрением экономических методов управления, расширением хозяйственной самостоятельности предприятий, объединений и организаций, широким использованием приёмов материального стимулирования. Однако вскоре у политического руководства интерес к каким-либо реформам пропал.

С приходом Л.Брежнева к власти органы госбезопасности усилили борьбу с инакомыслием -- первым знаком этого был процесс Синявского -- Даниэля (1965).

Решительный поворот в сторону свёртывания остатков "оттепели" произошёл в 1968 году, после ввода войск в Чехословакию. Как знак окончательной ликвидации "оттепели" была воспринята отставка А.Твардовского с поста редактора журнала "Новый мир" в начале 1970 г.

В таких условиях среди интеллигенции, разбуженной "оттепелью", возникло и оформилось диссидентское движение, жёстко подавлявшееся органами госбезопасности вплоть до начала 1987 года, когда единовременно были помилованы более ста диссидентов и гонения на них практически разом сошли на нет. По данным Д.Волкогонова, Л.Брежнев лично одобрял репрессивные меры, направленные против активистов правозащитного движения в СССР. Впрочем, масштабы диссидентского движения, как и политических репрессий, не были большими. Число ежегодно осуждаемых по "антисоветским" статьям значительно уменьшилось: если при Н.Хрущёве можно было сесть за анекдот или просто за пьяную болтовню, то при Л.Брежневе сажали только тех, кто сознательно выступал против советской системы.

Частью системы идеологического свёртывания оттепели был процесс "ресталинизации" -- подспудной реабилитации И.Сталина. Сигнал был подан на торжественном заседании в Кремле 8 мая 1965 года, когда Л.Брежнев впервые после многолетних умолчаний под аплодисменты зала упомянул имя И.Сталина. В конце 1969 года, к 90-летнему юбилею И.Сталина, М.Суслов организовал ряд мероприятий по его реабилитации и был близок к цели. Однако, резкие протесты интеллигенции, включая её приближённую к власти элиту, заставили Л.Брежнева свернуть кампанию. В положительном ключе И.Сталин упоминался даже М.Горбачёвым в речи в честь 40-летия Победы 8 мая 1985 года. Однако, в основном вплоть до начала 1987 года о И.Сталине и его времени предпочитали просто молчать.

С начала 1970-х годов из СССР началась еврейская эмиграция. Эмигрировали многие известные писатели, актёры, музыканты, спортсмены, учёные.

В 1975 году происходит восстание на "Сторожевом" -- вооружённое проявление неподчинения со стороны группы советских военных моряков на большом противолодочном корабле ВМФ СССР "Сторожевой". Предводителем восстания стал замполит корабля, капитан 3-го ранга В.Саблин.

Л.Брежнев и Д.Картер подписывают в 1979 году Договор о сокращении стратегических вооружений. В области внешней политики Л.Брежнев немало сделал для достижения политической разрядки в 1970-х годах. Были заключены американо-советские договоры об ограничении стратегических наступательных вооружений (правда, с 1967 года начинается ускоренная установка межконтинентальных ракет в подземные шахты), которые, однако, не подкреплялись адекватными мерами доверия и контроля. Процесс разрядки был перечеркнут введением советских войск в Афганистан в 1979 году.

В 1985-86 годах новым советским руководством были предприняты отдельные попытки улучшить советско-американские отношения, однако окончательный отказ от политики конфронтации произошёл только к 1990 году.

В отношениях с социалистическими странами Л.Брежнев стал инициатором доктрины "ограниченного суверенитета", предусматривающей акции устрашения вплоть до военного вторжения в те страны, которые пытались проводить независимую от СССР внутреннюю и внешнюю политику. В 1968 году Л.Брежнев дал согласие на оккупацию Чехословакии войсками стран Варшавского договора (Операция "Дунай"). В 1980 году готовилась военная интервенция в Польшу.

Попытки расширения советской сферы влияния на разных континентах (Никарагуа, Эфиопия, Ангола, Вьетнам, Афганистан и так далее) приводили к истощению советской экономики.


12.Распад СССР


Проблеме распада СССР мною посвящены 5-я глава в монографии "Мир на перекрестке четырех дорог" (http://www.koob.ru/paulman/world), очерк ""Загадки" горбачевской перестройки" (http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_1070.shtml), статья "И. Сталин - виновник гибели СССР" (http://www.proza.ru/2014/07/07/1355).

Исследователи перестройки выдвигали самые различные версии о возможных гипотетических вариантах развития событий в бурный период горбачевской "перестройки", в частности, высказывалось и мнение о теоретически существовавшей возможности эволюционного пути развития социалистической экономики.

Например, видный теоретик академик Ю.Яременко (http://www.ecfor.ru/index.php?pid=person/great/yaremenko) писал: "...Вначале следовало заняться устранением искажений самой плановой системы. Но эти искажения, деформации во многом были результатом структурных диспропорций, а сами структурные диспропорции явились результатом реализации существовавшей системы приоритетов. И получается, что начинать нужно было не со структурного упорядочения экономики. Ее структурирование и эффективная структурная политика могли бы стать возможным только при новом распределении ресурсов, а его условия - это демилитаризация экономики, проведение другой внешней политики, смена идеологических приоритетов. Источник всех бед лежал, таким образом, в области политики и идеологии, в имевшейся заданности целей существования государства и общества. Потом, уже вслед за изменениями в этой области, могло произойти новое распределение ресурсов. И тогда появилась бы хотя бы возможность для функционирования здоровой плановой системы вместо настолько в действительности искаженной, что она уже не являлась в рациональном смысле плановой. Конечно, прежняя система во многом была искусственной, в ней было много иррационального, разрушительного. И эту иррациональность следовало устранить. А уже потом или одновременно с этим, уже, создав рациональную плановую систему - развивать в ней какие-то механизмы самодействия. Это был бы эволюционный путь" (Ю.Яременко "Экономические беседы". М.: Центр исследований и статистики науки, 1999, с. 53).

Спору нет, такая возможность эволюционного развития теоретически существовала, однако с середины 1980 годов достаточных условий (как объективных, так и субъективных) для реализации такого сценария развития советского общества уже не было. Диктатура партийно-государственного аппарата, даже в мягкой форме, в которой она действовала со времен ХХ съезда КПСС, оставляла мало шансов для эволюции в направлении демократического социализма. Политическая система, действовавшая в СССР, была (с учетом конкретных обстоятельств) обречена на гибель. Ничто ее не могло спасти. Потенциал демократизации, который созревал в недрах партийно-государственного аппарата, оказался недостаточным для самоликвидации диктатуры и перехода к демократическому социализму. Среди руководителей КПСС и государства не оказалось людей, которые адекватно воспринимали бы действительность. Все они, без исключения, находились в плену иллюзий своего непоколебимого могущества и всесилия, совершенно не понимая сущности происходивших в обществе процессов. Они не в состоянии были осознать того, что проводили в жизнь ошибочную политику. Они, как слепые, доверяли своему опыту и официальной науке, которая кормила их химерами и мифами.

Кроме того, что в составе Политбюро не было достаточно эрудированных лиц, способных адекватно понимать ту социально-экономическую систему, которой они повседневно управляли, М.Горбачев, будучи изменником коммунистических идей и отказавшись от марксистского учения, окружил себя предателями дела социализма. В их числе были А.Яковлев, организовавший деятельность народных фронтов по подсказке западных спецслужб, а также Э.Шеварнадзе, сделавший все, чтобы разрушить социалистический лагерь и Варшавский пакт.

В интервью корреспонденту газеты "Совершенно секретно" (N3 за 2016 год), озаглавленном "Банда четырех" и Горбачев" бывший заведующий международным отделом ЦК КПССС и секретарь ЦК КПСС В.Фалин поведал о А.Яковлеве следующее: "О том, что Яковлев сидит в кармане у американцев, я узнал еще в 1961 году. Мне об этом поведал один мой знакомый, работавший тогда в КГБ СССР. Почти 10 лет Александр Николаевич работал послом СССР в Канаде. Он не был американским шпионом в обычном смысле этого слова. К тому времени, когда Горбачев стал Генеральным секретарем, Яковлев был в СССР одним из важнейших агентов американского влияния. Отмечу ради правды, он был очень одаренным и умным человеком. НА ДВА ПОРЯДКА УМНЕЕ И ТАЛАНТЛИВЕЕ Горбачева. Впрочем, его хозяева за океаном тоже не были дураками и бездарями и обладали хорошим представлением о том, что творилось тогда в политических верхах СССР". И далее он рассказал о А.Яковлеве следующее: "Летом 1985 года, через несколько месяцев после смерти Черненко и своего воцарения, Горбачев сделал Яковлева секретарем ЦК по вопросам идеологии. Допустил агента влияния до ЦК и усадил в кресло главного идеолога страны". И надо сказать, А.Яковлев вполне оправдал надежды американцев. "В 1989 году на Втором съезде народных депутатов СССР, - продолжает В.Фалин, - Яковлев сделал доклад о трагических последствиях для Европы в результате пакта Молотова-Риббентропа. Благодаря яковлевскому докладу, СССР был навязан комплекс страны, которая всем за все должна платить и каяться перед всем миром за один факт своего существования. Вскоре после этого доклада начались русские погромы в республиках Прибалтики, в Молдавии и на Западной Украине. В 1988 уже пролилась кровь в Сумгаите. Спустя некоторое время все советское Закавказье погрузилось в атмосферу взаимного геноцида. Потом очередь дошла и до Северного Кавказа. Спасибо за все это Александру Яковлевичу. Сегодня известно, что накануне распада СССР он активно разъезжал по всем союзным республикам и разжигал там экстремистские настроения. Накануне крушения Берлинской стены он ездил в ГДР и в ФРГ". Каждый, кто пожелает составить свое собственное представление о злобствующем антикоммунисте А.Яковлеве, может почитать его книгу "Омут памяти" ((М.: Вагриус, 2000). Приведу еще одно из высказываний А.Яковлева, в котором четко определена стратегия по развалу СССР. Во вступительной статье к изданию "Чёрной книги коммунизма" (А.Яковлев. "Большевизм -- социальная болезнь XX века". Вступительная статья. "Чёрная книга коммунизма" Москва, издательство "Три века истории", 2001 год, 2-е издание) А.Яковлев писал: "...я много и въедливо изучал работы Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина, Мао и других "классиков" марксизма, основателей новой религии -- религии ненависти, мести и атеизма. <...> Давным-давно, более 40 лет назад, я понял, что марксизм-ленинизм -- это не наука, а публицистика -- людоедская и самоедская. Поскольку я жил и работал в высших "орбитах" режима, в том числе и на самой высшей -- в Политбюро ЦК КПСС при Горбачёве, -- я хорошо представлял, что все эти теории и планы -- бред, а главное, на чём держался режим, -- это номенклатурный аппарат, кадры, люди, деятели. Деятели были разные: толковые, глупые, просто дураки. Но все были циники. Все до одного, и я -- в том числе. Прилюдно молились лжекумирам, ритуал был святостью, истинные убеждения -- держали при себе".

"После XX съезда в сверхузком кругу своих ближайших друзей и единомышленников мы часто обсуждали проблемы демократизации страны и общества. Избрали простой, как кувалда, метод пропаганды "идей" позднего Ленина. <...> Группа истинных, а не мнимых реформаторов разработали (разумеется, устно) следующий план: авторитетом Ленина ударить по Сталину, по сталинизму. А затем, в случае успеха, Плехановым и социал-демократией бить по Ленину, либерализмом и "нравственным социализмом" -- по революционаризму вообще. <...>Советский тоталитарный режим можно было разрушить только через гласность и тоталитарную дисциплину партии, прикрываясь при этом интересами совершенствования социализма. <...> Оглядываясь назад, могу с гордостью сказать, что хитроумная, но весьма простая тактика -- механизмы тоталитаризма против системы тоталитаризма -- сработала".

В 2003 году А.Яковлев говорил, что ещё в 1985 году предложил М.Горбачёву план изменений в стране, однако М.Горбачёв ответил, что пока "рано". По мнению А.Яковлева, М.Горбачёв тогда ещё не думал, что "с советским строем пора кончать". А.Яковлев также отмечал, что ему приходилось преодолевать сильное сопротивление части партийного аппарата..."Для пользы дела приходилось и отступать, и лукавить. Я сам грешен -- лукавил не раз. Говорил про "обновление социализма", а сам знал, к чему дело идет".

М.Горбачев и Э.Шеварнадзе на двоих во всю старались, чтобы развалить социалистический лагерь. Сначала о "вкладе" М.Горбачева. Вот что сказал В.Фалин в своем интервью корреспонденту "Совершенно секретно": "...решение Горбачева о "сдаче" ГДР не было его личным. Решение "сдать" ГДР (кстати, против этого выступали и Президент Франции Миттеран, и железная леди мадам Тэтчер - ВП) подсказал ему в июне 1989 года Джордж Буш, когда чета Горбачевых была в Вашингтоне...от сознания собственной исторической важности (М.Горбачев) раздулся как мыльный пузырь. В таком раздутом состоянии он в 1990 году и получал свою Нобелевскую премию мира. Это была плата за предательство социалистического блока, и аванс за уже запланированный и согласованный распад ССР".

Что же кается роли Э.Шеварнадзе в развале соцлагеря, то об пишет бывший Маршал Советского Союза, лауреат Ленинской премии, Герой Советского Союза В.Куликов в своих воспоминаниях (см. "Комсомольская правда. В северной Европе" от 9-15марта 2016 года): "Эдуарда Шеварнадзе вообще раздражала монолитность нашего военно-политического восточноевропейского содружества. Не раз находила коса на камень в разговорах с ним по этому поводу...Именно развал содружества стран Варшавского договора спровоцировал развал СССР. А это, как теперь известно, было когда-то только несбыточной мечтой Шеварнадзе. Когда-то он спал и видел только во сне Грузию вне Союза. И вдруг это свершилось., как плата Запада за раскольническую деятельность этого перевертыша, а когда -то одного из ведущих членов Политбюро ЦК КПСС. Его не устраивала даже Россия в границах до Первой мировой войны...".

Помимо этих двух предателей вокруг М.Горбачева и Б.Ельцина крутилось немало и других врагов СССР. Об одном из них - Г.Бурбулисе я пишу в статье "Есть ли предел лицемерию?" (http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_1140.shtml).

Не могу не воспроизвести здесь информацию о речи М.Тэтчер в США, в которой она подробно рассказывает о роли Запада в развале великого Советского Союза.

В ноябре 1991 экс-премьер-министр Великобритании М.Тэтчер выступила с речью в Хьюстоне, США, в которой она рассказала, как именно, какими именно способами Великобритания и другие западные страны разрушали СССР. Также в это своей ноябрьской речи М.Тэтчер поведала о скором, юридически закрепленном, развале СССР. И действительно, через несколько недель, как по мановению волшебной палочки британского премьера, в декабре 1991 были подписаны Беловежские соглашения.

В ноябре 1991 года была поездка специалистов по нефтепереработке и нефтехимии в США, в Хьюстон (Техас). Центральным было участие в заседании Американского Нефтяного Института, АПИ (кажется, юбилейном). Американское понятие -- институт -- в общем-то далеко от нашего. АПИ -- это своеобразная полуобщественная ассоциация, которая организует периодические встречи нефтяных и нефтехимических компаний (в т.ч. конкурирующих), на которых они занимаются "притиркой" своих интересов. На заседание АПИ была приглашена в качестве почетного гостя М.Тэтчер, которая незадолго до этого стала экс-премьером Англии. Кстати, М.Тэтчер -- химик по образованию, хотя и очень мало поработала по специальности.

М.Тэтчер произнесла чисто политическую речь минут на 45, которую можно было бы озаглавить "Как мы разрушали Советский Союз".

Не знаю, предупредили ли её, что в зале присутствуют русские (вполне возможно -- нет). М.Тэтчер являлась леди сколь умной, столь же и циничной. Роль её в разрушении Советского Союза была существенной, и она стремилась весьма откровенно об этом поведать. Её оценка состояния экономики СССР и произошедшей с ним метаморфозы в корне отличаются от того, что преподносили нам наши СМИ.

Конечно, запомнить речь в точности невозможно. Но после неё, вечером мы постарались коллективно вспомнить сказанное и кое-что записать.

"Советский Союз -- это страна, представлявшая серьезную угрозу для западного мира. Я говорю не о военной угрозе. Её в сущности не было. Наши страны достаточно хорошо вооружены, в том числе ядерным оружием.

Я имею в виду угрозу экономическую. Благодаря плановой политике и своеобразному сочетанию моральных и материальных стимулов, Советскому Союзу удалось достигнуть высоких экономических показателей.

Процент прироста валового национального продукта у него был примерно в два раза выше, чем в наших странах. Если при этом учесть огромные природные ресурсы СССР, то при рациональном ведении хозяйства у Советского Союза были вполне реальные возможности вытеснить нас с мировых рынков.

Поэтому мы всегда предпринимали действия, направленные на ослабление экономики Советского Союза и создание у него внутренних трудностей.

Основным было навязывание гонки вооружений. Мы знали, что советское правительство придерживалось доктрины равенства вооружений СССР и его оппонентов по НАТО. В результате этого СССР тратил на вооружение около 15% бюджета, в то время как наши страны -- около 5%. Безусловно, это негативно сказывалось на экономике Советского Союза. Советскому Союзу приходилось экономить на вложениях в сферу производства так называемых товаров народного потребления. Мы рассчитывали вызвать в СССР массовое недовольство населения.

Одним из наших приемов была якобы "утечка" информации о количестве вооружения у нас гораздо большем, чем в действительности, с целью вызвать дополнительные вложения СССР в эту экономически невыгодную сферу.

Важное место в нашей политике занимал учёт несовершенства конституции СССР. Формально она допускала немедленный выход из СССР любой пожелавшей этого союзной республики (причем практически путем решения простым большинством её Верховного Совета). Правда, реализация этого права была в то время практически невозможна из-за цементирующей роли компартии и силовых структур. И всё-таки в этой конституционной особенности были потенциальные возможности для нашей политики.

К сожалению, несмотря на наши усилия, политическая обстановка в СССР долгое время оставалась весьма стабильной. Серьезное место в формировании нашей политики (в основном, политики США) занимал вопрос о создании системы противоракетной защиты (СОИ). Должна признаться, что большинство экспертов было против создания СОИ, т.к. считали, что эта система будет чрезвычайно дорогой и недостаточно надежной, а именно щит СОИ может быть пробит при дополнительном вложении Советским Союзом гораздо меньших (в 5-10 раз) средств в "наступательные" вооружения.

Тем не менее решение о развитии СОИ было принято в надежде, что СССР займется созданием аналогичной дорогостоящей системы. К нашему большому сожалению, советское правительство такого решения не приняло, а ограничилось политическими декларациями протеста.

Сложилась весьма трудная для нас ситуация. Однако вскоре поступила информация о ближайшей смерти советского лидера и возможности прихода к власти с нашей помощью человека, благодаря которому мы сможем реализовать наши намерения.

Это была оценка моих экспертов (а я всегда формировала очень квалифицированную группу экспертов по Советскому Союзу и по мере необходимости способствовала дополнительной эмиграции из СССР нужных специалистов).

Этим человеком был М.Горбачев, который характеризовался экспертами как человек неосторожный, внушаемый и весьма честолюбивый. Он имел хорошие взаимоотношения с большинством советской политической элиты и поэтому приход его к власти с нашей помощью был возможен.

Деятельность "Народного фронта" не потребовала больших средств: в основном это были расходы на множительную технику и финансовую поддержку функционеров. Однако весьма значительных средств потребовала поддержка длительных забастовок шахтёров.

Большие споры среди экспертов вызвал вопрос о выдвижении Б.Ельцина в качестве лидера "Народного фронта" с перспективой последующего избрания его в Верховный Совет Российской республики и далее руководителем Российской республики (в противовес лидеру СССР М.Горбачеву).

Большинство экспертов были против кандидатуры Ельцина, учитывая его прошлое и особенности личности. Однако состоялись соответствующие контакты и договорённости, и решение о "проталкивании" Ельцина было принято.

С большим трудом Ельцин был избран Председателем Верховного Совета России и сразу же была принята декларация о суверенитете России. Вопрос от кого, если Советский Союз был в своё время сформирован вокруг России? Это было действительно началом распада СССР.

Б. Ельцину была оказана существенная помощь и во время событий августа 1991 года, когда руководящая верхушка СССР, блокировав Горбачева, попыталась восстановить систему, обеспечивающую целостность СССР. Сторонники Ельцина удержались, причем он обрёл значительную (хотя и не полную) реальную власть над силовыми структурами.

Все союзные республики, воспользовавшись ситуацией, объявили о своём суверенитете (правда, многие сделали это в своеобразной форме, не исключавшей их членства в Союзе).

Таким образом, сейчас де-факто произошёл распад Советского Союза, однако де-юре Советский Союз существует. Я уверяю вас, что в течение ближайшего месяца вы услышите о юридическом оформлении распада Советского Союза".

М.Тэтчер под аплодисменты сошла с трибуны и прошествовала через зал, пожимая протянутые руки.

Мы вернулись домой в Россию и примерно через две недели услышали сообщение о Беловежских соглашениях. Дальнейшее известно(http://white-news.com/14795-kak-my-razrushali-sssr-memuary-tetcher-raskryvayut-tainy- full.html?source=40&utm_content =19873266&utm_source=news.mail.ru).

Повторяю, теоретически возможен был и иной вариант, а именно эволюционного развития социалистической системы с постепенным созреванием в ее недрах потенциала кардинальных изменений - преобразования политической формы жизни общества (замена диктатуры партийно-государственного аппарата на народовластие). В самом партийно-государственном аппарате подспудно происходил процесс демократизации, отказа от догм; год от года возрастало число "внутрисистемных диссидентов", происходил, хотя мучительно и медленно, процесс переоценки ценностей, что постепенно формировало необходимые условия для эволюционного развития социалистической системы. Некоторые считают, что эволюционный переход к демократическому социализму был возможен в период т.н. хрущевской оттепели, где-то во второй половине 50-х годов. Однако мне думается, что Н.Хрущев не был той личностью, которая по своему интеллектуальному потенциалу и эрудиции была способна на то, чтобы возглавить сложный процесс выработки программы постепенного перехода от диктатуры партийно-государственного аппарата к подлинному народовластию, а время, прошедшее после сталинского единоначалия в сфере общественных наук, было недостаточным, чтобы появилось необходимое число ученых-коммунистов, способных на кардинальный пересмотр основ сталинизма. Мой вывод может быть подтвержден и "глубиной" т.н. косыгиновских реформ, которые были далеки от принципов демократического социализма.

И еще один из аспектов краха СССР описывает в "Введении" к своей книге С.Кара-Мурза "Потерянный разум" (http://royallib.com/book/karamurza_sergey/poteryanniy_razum.html): "В 1992 г., еще в дыму и грохоте разрушения, я написал книжку "Интеллигенция на пепелище России". О том, как, начиная с 60 х годов, вызревали главные идеи перестройки в умах честной и бескорыстной части нашей интеллектуальной элиты - и что оказалось на поверку, когда этот ее проект начал воплощаться в жизнь. Пусть пока лишь в основных его чертах - но они проявились тогда уже вполне определенно. Потом эта книга переиздавалась, поменьше в ней стало эмоций, побольше размышлений, но главного изменять не пришлось. И в Курган Тюбе, и в Грозном, и в Сухуми - везде лишь догорало то, что подожгли в 1990-91 гг. Что же менять?

Сейчас уже задубели чувства - молодой предприниматель бесстрастно смотрит, как старик, его бывший учитель, копается в мусоре. А в 1993 г. это было еще в диковинку, и другой молодой предприниматель при этом же зрелище заплакал, а потом с ним была истерика. Был такой эпизод, и видно, что мы не стоим на месте, меняемся. Как говорится, реформа на марше.

Что будет еще через десять лет - посмотрим. Те, кто доживут. А сегодня надо воспользоваться тем редким моментом, что все мы зажали чувства в кулак и можем взглянуть в недавнее прошлое хладнокровно, как математики. Подвести дебет кредит, пощелкать костяшками счетов. Пятнадцать лет! С чем подошли к юбилею эти наши интеллектуальные легионы антисоветской революции?

Как известно, революция - праздник угнетенных. В данном случае - каких же угнетенных праздник? Партийной номенклатуры вроде Е.Гайдара и А.Яковлева, части художественной элиты, и воров. Одних угнетала уравнительная советская идеология, других цензура, запрещавшая показывать на сцене голый зад, третьих - Уголовный кодекс РСФСР. Все они радуются сегодня вполне здраво и разумно. Но за ними стоят миллионы тех, кто составлял нашу "трудовую интеллигенцию". Именно она подняла на своих плечах и посадила нам на шею Гайдара под ручку с Боннэр и Абрамовичем.

Когда я писал книгу "Интеллигенция на пепелище России", я как будто непрерывно разговаривал с множеством своих друзей и знакомых - честных и хороших людей, интеллигентов, которые с энтузиазмом поддержали перестройку. Я предложил моему воображаемому собеседнику интеллигенту вспомнить главные постулаты перестройки и реформы. То есть те главные благородные цели, которые вынашивала интеллигенция, поддержавшая переворот. Я предложил назвать эти цели постулаты - а потом честно оглянуться вокруг и сказать вслух, что же произошло с каждым постулатом в действительности. Ведь если произошло нечто противоположное, то, значит, ты или трагически ошибся - или тебя обманули самым ужасным образом. Ты должен предупреждать людей. Остановитесь, тут или ошибка, или обман!

В той книжке мне не приходилось изощряться - все идеи перестройки были еще у всех на языке, все они были заявлены открыто. Более того, они с самого начала 60 х годов буквально вынашивались в кухонных дебатах, у костра в экспедиции, за чаем в лаборатории. Тут спорить было не о чем, все знали, чего желала интеллигенция. А что получилось, у каждого было перед носом, не приходилось ни в статистике копаться, ни данные социологов изучать. Так что проблема была только в том, чтобы взглянуть в лицо правде и сказать вслух и честно, что мы видим и как это соотносится с тем, к чему призывали народ. А потом уже делать личный выбор: или ты признаешь ошибку, совершенную по твоей глупости, и рвешь с программой "реформаторов" - или продолжаешь с ними идти. Обе позиции можно понять, а первую даже приветствовать. Но и вторая позиция - дело житейское, у многих своя рубашка ближе к телу.

Патологией является третий путь: и ужасную действительность видишь, и ее дикое расхождение с увлекшими тебя лозунгами видишь, и косточки тебе никакой не кинули - а ты все равно идешь за Хакамадой или Слиской и кричишь: "Я требую приватизации земли и жилищно-коммунальной реформы!" А ведь таких у нас много!".

У краха СССР имеется также и психологическая причина, которая обстоятельно исследуется в произведении Д.Зыкина "Власть. Элита, народ. Подсознание и управляемая демократия" (http://royallib.com/book/zikin_dmitriy/vlast_elita_narod_podsoznanie_i_upravlyaemaya_demokratiya.html).

В числе внутренних причин, приведших к краху социализма в СССР, вне всякого сомнения, определяющими были политические: как субъективные (антикоммунистические убеждения и личные качества М.Горбачева, проигравшего в противоборстве с Б.Ельциным), так и объективные (противоречие между диктатурой партийно-государственного аппарата и социалистическими экономическими отношениями, выражавшимися, в частности, в чрезмерно централизованной системе управления, которая вызвала ответную реакцию в форме сепаратистского движения; в тотальном противостоянии народа и государства; в перерождении многих функционеров и чиновников партийно - государственного аппарата; в волюнтаристской и некомпетентной экономической политике, доведшей при М.Горбачеве народное хозяйство до паралича).

Член Общественной палаты РФ Г.Федоров направил запрос генеральному прокурору Ю.Чайке с просьбой проверить содержание переговоров между высшими должностными лицами СССР и президентом США на соответствие таким статьям Уголовного кодекса РФ, как "Государственная измена" и "Разглашение государственной тайны", и при необходимости принять меры прокурорского реагирования. Речь идет о рассекреченных стенограммах телефонных разговоров, в которых высшее политическое руководство страны -- М.Горбачев и Б.Ельцин -- по сути, докладывает Джорджу Бушу-старшему про уничтожение СССР.

В СМИ (в частности, в газете "Комсомольская правда") были опубликованы стенограммы телефонных разговоров, состоявшихся 8 и 25 декабря 1991 года. Как пишет КП, сразу после подписания Беловежского соглашения (о создании СНГ), которое состоялось 8 декабря 1991 года, Б.Ельцин первым делом позвонил президенту США Бушу и имел с ним беседу длительностью более 28 минут. Спустя две недели, 25 декабря, Д.Бушу позвонил уже первый (и последний) президент СССР М.Горбачев, и разговор длился 22 минуты.

Г.Федоров считает, что содержание этих разговоров прямо свидетельствует о том, что Б.Ельцин и М.Горбачев сознательно работали на США и на уничтожение СССР. Эти люди -- предатели и изменники. В связи с этим он и обратился в Генеральную прокуратуру с просьбой провести проверку и возбудить уголовные дела по статьям "Госизмена" и "Разглашение гостайны" (http://fresh-news24.net/news/570.html).

Тем читателям, которые желают в деталях ознакомится с тем, как М.Горбачев с подручными ликвидировали СССР, советую почитать книги Александра Владимировича Островского "Кто поставил Горбачёва?" (2010), "Глупость или измена? Расследование гибели СССР" (2011), "1993: расстрел Белого дома" (2008) а также А.Гусейнова "ОТ ЕЛЬЦИНА К...? Хроника тайной борьбы" (Москва.: "ОЛМА-ПРЕСС". 1999) и произведения Л.Шебаршина "Рука Москвы: записки начальника советской разведки", "Хроники Безвременья. (Заметки бывшего начальника разведки)", "Из жизни начальника разведки" (http://litmir.net/a/?id=19047).

В этих книгах показывается, что, провозглашая идею создания "социализма с человеческим лицом", М.Горбачёв и его ближайшее окружение с самого начала ставили перед собою задачу перехода к частнокапиталистической экономике, отстранения КПСС от власти, идеологического перевооружения общества, разрушения СССР.

И диву даешься, что до сих пор находятся люди, которые верят в миф об искреннем стремлении М.Горбачева и его соратников реформировать социалистическое общество в СССР, устранив имевшиеся недостатки в хозяйственном механизме, политическом устройстве Советского Союза, его внешней политике.

Сомневающимся советую почитать статью доктора исторических наук, профессора, Александра Ивановича Молчанова ""Распад СССР" как философская сплетня" (http://www.eifgaz.ru/molchanov49-13.htm).

Со времени исчезновения СССР прошло четверть века. Выросло новое поколение людей, которые не жили при социализме и слышали о нем только из рассказов лиц старшего возраста, среди которых немало тех, кто имеет причины вспоминать существовавшие в СССР порядки недобрым словом. Отсюда и вполне правдоподобные, репрезентативные данные социологических обследований. В подтверждение сказанному приведу данные инициативного всероссийского опроса ВЦИОМ, проведенного 5--6 марта 2016 года (https://news.mail.ru/society/25144809/?frommail=1). Было опрошено 1600 человек в 130 населенных пунктах в 46 областях, краях и республиках России (статистическая погрешность не превышает 3,5%).

"Спустя 25 лет после проведения референдума о сохранении СССР (17 марта 1991 года) большинство граждан вновь выразили готовность дать утвердительный ответ. Так, согласно данным Центральной комиссии референдума СССР, графу "да" в бюллетене отметили 76% пришедших на выборы (среди голосовавших в РСФСР -- 71%). Сегодня же 64% россиян утверждают, что проголосовали бы за сохранение СССР", -- говорится в материалах соцопроса.

Максимальная доля положительных ответов оказалась среди сторонников КПРФ и составила 81%. В возрастных группах показатель возрастает от 47% среди 18--24-летних до 76% среди людей 60 лет и старше. Отрицательно на вопрос о сохранении Советского Союза в обновленной форме в настоящее время ответили бы 20% наших сограждан.

Главными виновниками неисполнения народного волеизъявления по сохранению СССР современники считают Михаила Горбачева (27%) и его команду, верховную власть в целом (17%), Бориса Ельцина с соратниками (13%). На влияние США и других западных стран указывают только 2% опрошенных, и лишь 1% полагает, что виновных не было вовсе. Для многих, однако, вопрос о том, кто является виновником распада СССР, оказался затруднительным (40% не смогли дать определенного ответа).

"Опрос, проведенный четверть века спустя после референдума, показывает, что распространенное представление о всеобщей ностальгии по СССР является преувеличением. Основными носителями этой ностальгии сегодня являются те, кто голосовал за сохранение Союза четверть века назад и по-прежнему винит в его распаде Горбачева. Это люди старших поколений, у которых слово "советский" прочно ассоциируется с порядком, определенностью и стабильностью, -- прокомментировала результаты опроса руководитель исследовательских проектов Управления социально-политических исследований ВЦИОМ Юлия Баскакова. -- Сегодня на смену им приходят представители новых поколений, для которых СССР уже стал умозрительным образом, известным в основном по рассказам родителей. Для них СССР -- перевернутая страница истории".

Таков политическая реальность сегодняшнего дня. С ней коммунистам и всем левым необходимо считаться и не строить никаких иллюзий.


13.Об ошибочных концепциях


Л.Беляев в своей статье "Расширенное воспроизводство в условиях социализма" ("Belyaev L.S." belyaev@isem.sei.irk.ru:) утверждал, что в?соответствии?с?индивидуальной? или среднеотраслевой "трудоемкостью" устанавливаются "учетные" цены на все виды продукции, которые используются при планировании, обмене продукцией в производственной сфере и оценке эффективности производства".

Спрашивается, а куда Л.Беляев девал ту часть национального дохода, которая используется на нужды расширенного воспроизводства, общественные фонды потребления и т.д. (см. параграф 2.4. моей монографии "На перекрестке четырех дорог")?

Его трактовка "учетных" цен, как основы для формирования государственного бюджета, в связи с вышеизложенным мне представляется не соответствующей реальному механизму функционирования социалистической экономики.

И вообще, если говорить о функциях социалистического государства, то не понятно, кто, например, в СССР устанавливал т.н. "учетные цены".

Естественно, возникает вопрос, откуда при социализме берется прибавочная стоимость, если отсутствует эксплуатация человека человеком? И в чем заключается разница между прибавочной стоимостью и трудом для общества?

Далее. Как понимать следующее утверждение Л.Беляева: "...затрачивается определенное количество живого труда, оплачиваемого таким же количеством денег"? Неужели весь живой труд при социализме оплачивается работнику в виде денег?

Не понятна и следующая фраза: "Непроизводственная сфера только потребляет (является "иждивенцем"), поэтому живой труд не производит "новой стоимости", однако эта сфера потребляет овеществленный труд, производимый в подразделении I".

С учетом вышесказанного я не могу согласиться со следующим выводом Л.Беляева: "г) введении "розничных" цен на предметы личного потребления и платные услуги (надо понимать - государством - ВП), которые, как правило, превышают "трудоемкость" и обеспечивают соблюдение общего баланса денежных выплат населению и суммы этих цен, а также аккумуляцию в государственном бюджете "труда для общества".

Теперь о другой статье Л.Беляева "ДОСТИЖЕНИЯ И ОШИБКИ СОВЕТСКОЙ ПОЛИТЭКОНОМИИ".

Л.Беляев утверждает, что "В то же время, расстройство экономики и отход от социализма в СССР в 1980-е - 1990-е годы стали возможными лишь вследствие ошибок в экономической теории, особенно в политической экономии социализма". Это - не основная причина развала СССР. Главная причина - это объективно существовавшее противоречие между социалистическими экономическими отношениями и диктатурой партийно-государственного аппарата (см. 5-ю главу моей монографии "Мир на перекрестке четырех дорог"). Вторая же причина - это внешний фактор - комплекс мер империалистических стран по развалу СССР. Что же касается отставания в теории, а, следовательно, и в управлении экономикой, совершенствовании хозяйственного механизма то см. мой очерк "О государственном социализме в СССР". (http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_0500.shtml).

Не могу я полностью согласиться и со следующим выводом Л.Беляева: "Настоящего, "зрелого" социализма еще нигде в мире не было. В СССР в конце 1930-х и начале 1950-х годов было преждевременно заявлено о полной победе социализма и начале перехода к коммунизму, хотя сохранялись еще два вида собственности, два класса трудящихся, "хозрасчет" предприятий с его стремлением к максимальной прибыли и др. Объяснить это можно недостаточной разработкой теории социалистической экономики, включая политэкономию, что явилось, в конечном итоге, одной из основных причин прекращения строительства социализма в СССР".

Во-первых, Л.Беляев не учитывает тот факт, что при социализме обязательно сохраняется многоукладность экономики. И это положение касается также т.н. зрелого социализма. Особенно важно при "зрелом" социализме иметь многоаспектный кооперативный сектор, о чем в свое время писал В.Ленин.

Во-вторых, "зрелый" социализм невозможен без денег и хозрасчета.

Надо видеть и принципиальные ошибки К.Маркса и Ф.Энгельса, которые не могли избежать влияния утопистов. Об этом - в параграфе 3.6.2. вышеупомянутой моей монографии.

Между прочим, не один Л.Беляев считает, что в СССР не было социализма. В их числе, например, и В.Першин, который утверждал, что в СССР ""полного социализма" не было, а был только "переходный период" к нему...".

Весьма противоречивым является и следующее утверждение Л.Беляева: "Между тем, основоположники научного коммунизма открыли и обосновали историческую закономерность смены общественно-экономических формаций: рабовладельческой на феодальную, феодальной на капиталистическую, а последней на социалистическую и коммунистическую. При этом смена происходит после того, как производительные силы достигли предела своего развития, возможного при предыдущей формации, и создали, одновременно, материальные условия для производственных отношений последующей формации. Данная закономерность подтверждена всей историей стран, достигших высокого развития производительных сил при капиталистической формации.

Свершение социалистической (пролетарской или народно-освободительной) революции в слаборазвитой стране противоречит рассматриваемой закономерности".

Во-первых, классики марксизма неоднократно указывали на многообразие форм общественного развития в зависимости от природно-климатических, политических, нравственных факторов, а не только от уровня развития производительных сил. Необходим всегда системный, комплексный подход к исследованию конкретных исторических процессов.

Во-вторых, автор противоречит самому себе, когда здесь же заявляет, что "Данная закономерность подтверждена всей историей стран, достигших высокого развития производительных сил при капиталистической формации".

В-третьих, какова должна быть мера развития воспроизводственного потенциала и системы экономических отношений, чтобы совершился переход от одной формации к другой? На этот вопрос ответил опыт Великой Октябрьской революции в России в 1917 году (см. мою статью "Заблуждение, ставшее догмой" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_0910-1.shtml). Кстати, что касается России, то напомню, что писал Н.Бухарин по данному вопросу: "Тов. Ленин ставит коренной вопрос: утверждают, что у нас не было достаточных объективных экономических и культурных предпосылок для перехода к социализму. Хорошо. Но это еще не решает дела. Чего не понимают педанты-каутсиканцы? Они не понимают того основного, что если с точки зрения всемирной истории проделывать пролетарскую революцию должны развитые страны, страны с чрезвычайно развитой экономической базой, вполне и вполне "достаточной" для перехода к социализму (хотя никто не может сказать, с какой ступеньки развития начинается эта достаточность), то могут быть особые исключения, определяемые своеобразием внутренней и внешней обстановки. Это своеобразие обстановки как раз у нас и имело место, ибо у нас революция была связана, во-первых, с мировой войной, во-вторых, с началом гигантского революционного брожения среди миллионов восточных народов и, в-третьих, с особо благоприятным сочетанием крестьянской войны с пролетарской революцией" (Н.Бухарин "Политическое завещание Ленина". М.: Правда, Беднота, 1929).

Я в параграфе 2.3.1. монографии "Мир на перекрестке четырех дорог" даю подробный анализ причин, приведших к Октябрьской социалистической революции. Приведу только одну небольшую выдержку из данного параграфа:

"Во-первых, царское самодержавие себя полностью дискредитировало, и было обречено. А.Деникин по этому поводу писал: "Безудержная вакханалия, какой-то садизм власти, который проявляли сменявшиеся один за другим правители распутинского назначения, к началу 1917 года привели к тому, что в государстве не было ни одной политической партии, ни одного сословия, ни одного класса, на которые могло бы опираться царское правительство. Врагом народа его считали все: Пуришкевич и Чхеидзе, объединенное дворянство и рабочие группы, великие князья и сколько-нибудь образованные солдаты".

Во-вторых, армия, на которую, подавляя народные волнения, опирался царский режим, а впоследствии - Временное правительство, была деморализована. Разложение армии достигло кульминации летом и осенью 1917 года. И это не случайно. Осенний набор 1916 года довел число рекрутированных в армию до 13 миллионов. Погибло за два года войны 4 миллиона солдат и офицеров, что означало 20 миллионов вдов и сирот. Армия разлагалась. К началу 1917 года количество дезертиров составило 1,5 миллиона человек. Один день войны обходился государству в 96 миллионов рублей. Главковерх и Ставка все больше и больше теряли контроль над армией. В ней так же, как и в гражданской жизни, установилось двоевластие: с одной стороны, военного командования, а с другой стороны, армейских комитетов, образованных солдатами для борьбы с засилием старого офицерства. Даже Генеральный штаб вынужден был сотрудничать с Центральным армейским комитетом.

В-третьих, российское крестьянство, угнетаемое помещиками, кулаками и царской властью, было доведено до отчаяния, и в России начались стихийные самозахваты помещичьих земель. Крестьяне считали, что земля должна принадлежать тем, кто обрабатывает ее своими руками, чьим потом она полита. "Типичным сценарием было следующее: дезертир возвращался с фронта в деревню, принося вести о захвате земли в других областях. Крестьяне собирались на традиционных общинных сходках или же под крышей местных земельных комитетов, обсуждали ситуацию и принимали решение отобрать имение местного землевладельца. Затем они все шли к конторе управляющего, требовали ключи, объявляли землю, орудия труда и домашний скот отчужденными и давали хозяевам сорок восемь часов на то, чтобы покинуть усадьбу. После чего они делили землю между собой по издавна применяемым в общине и выдержавшим проверку временем принципам "трудовой нормы" (то есть распределяли землю по количеству рабочих рук или по количеству едоков) - в зависимости от того, какой из этих принципов был принят в данной местности. Они применяли насилие тогда, когда считали это необходимым и когда ситуация выходила из-под их контроля". Нельзя не учитывать также и того важного обстоятельства, которое особенно стало очевидным после революции 1905 года, а именно ужас крестьянства перед надвигающимся капитализмом, грозящим разрушить сложившиеся устои деревенского образа жизни. Радикально настроенные крупные землевладельцы выступали против земельной реформы. Так, представитель Союза земледельцев на съезде в Одессе делегат Сидоренко заявил: "Они получат нашу землю только через наши трупы".

В-четвертых, небывалый размах приобрело рабочее движение. Оно выражалось в массовом создании фабрично-заводских комитетов, потребительских обществ (кооперативов), росте профсоюзных организаций, установлении рабочего контроля над производством, широком забастовочном движении, создании отрядов Красной гвардии. Революционная активность рабочих была порождена не только активной агитационной деятельностью большевиков, ее корни были значительно глубже. Такой нещадной эксплуатации рабочие не подвергались, наверное, нигде в Европе. "Рабочий день длился долго (от 12 до 14 часов), заработная плата была нищенской, к тому же нередко из нее удерживали треть в счет бесчисленных штрафов. Несчастные случаи случались очень часто<...>Условия жизни рабочих зачастую не поддаются описанию; так, на Украине они жили в землянках, в крупных городах - в мрачных бараках, казармах, трущобах, расположенных на окраинах". Нарастало противостояние рабочих и предпринимателей. Так, предприниматели Урала заявили, что "ни одна фабричная администрация не признает никаких комитетов и комиссий, что у фабрики есть хозяин и он будет делать на ней, что хочет. Что касается контроля правительства и общественности, то промышленники его не признали и никогда не признают". С другой стороны, среди рабочих зрела решимость вытерпеть все невзгоды, лишь бы прогнать ненавистных хозяев.

В-пятых, как справедливо заметил С.Кара-Мурза, "...значительная и в этническом отношении очень авторитетная часть интеллигенции заняла определенно антикапиталистические позиции. Это особенно проявилось в движении народников, видящих ядро будущего свободного общества в крестьянской общине, а затем и в социал-демократии, принявшей постулат марксизма об освободительной миссии рабочего класса".

И, наконец, в-шестых, следует отметить, что мощнейшим катализатором, ускорившим созревание революционной ситуации, стала мировая война, породившая в России жесточайший экономический кризис. Недаром говорится: войны и революции - близнецы-сестры.

Имеется огромное количество свидетельств очевидцев, говорящих о том, что экономическая разруха была сознательно организована буржуазией и помещиками для дискредитации революции. Об этом писали и В.Чернов, и Д.Рид, а также другие непосредственные участники или свидетели событий 1917 года.

А.Микоян так описывает обстановку в стране, сложившуюся в этот предоктябрьский период: "Начались серьезные экономические затруднения. Ощущалась нехватка продовольствия. Чудовищно росли цены на предметы первой необходимости. Стало не хватать хлеба. В стране усилилась общая разруха. Повсеместно зрело недовольство народа войной. Наряду с этим продолжалось невиданное обогащение кучки фабрикантов и спекулянтов, наживавших миллионные состояния на военных поставках. В промышленных центрах страны начались стачки, забастовки, массовые народные демонстрации, для подавления которых царское правительство стало широко применять оружие, уже во многих городах пролилась кровь".

Никак не могу согласиться с утверждением Л.Беляева, что "при оценке труда и установлении цен необходимо учитывать "труд для общества" (или "продукт для общества"), являющийся формальным аналогом "прибавочной стоимости" при капитализме" Труд для общества не является никаким аналогом прибавочной стоимости при капитализме, ибо при социализме нет экономических отношений эксплуатации, отсутствуют антагонистические классы.

Далее Л.Беляев не явно, но косвенно все время проводит в обеих статьях мысль о том, что заработная плата работника определяет меру его личного потребления. Но ведь существует еще и общественный фонд потребления, который в своем росте опережал рост заработной платы. Он об этом пишет, но, тем не менее, у него все время проскальзывает мысль о связи личного потребления только с величиной заработной платы.

Л.Беляев все время подчеркивает, что "труд измеряется зарплатой, то "трудоемкость" продукта равна сумме заработной платы, выплаченной как при непосредственном его производстве (живой труд), так и ранее при производстве расходуемых материалов, а также оборудования и сооружений в части их амортизации (овеществленный труд). Следовательно, "трудоемкость" можно выразить формулой без прибавочной стоимости...". Об этом абсолютно неверном выводе ("Трудоемкость" близка к понятию "себестоимость", использовавшемуся в СССР, и даже совпадает с ним) я выше уже писал. Отсюда и абсурдный вывод Л.Беляева: "Существовавшее заблуждение, что в цены должна входить еще и "прибавочная стоимость", постоянно вызывало затруднения у советских экономистов (кАк ее определять - пропорционально зарплате или основным фондам и в какой пропорции?). Введение понятия "трудоемкости" доводит до логичного конца опыт СССР, освобождая себестоимость от "капиталистического мусора", привносимого так называемым хозрасчетом предприятий с его прибылью, рентабельностью и т.п.".

О планировании Л.Беляев пишет: "Существовало представление, что планирование всего производства, вплоть до отдельных предприятий должно осуществляться централизованно из одного единого центра. Трудности такого планирования при большой и сложной экономике, какой она стала в СССР в 1950-е - 1960-е годы, очевидны. Поэтому, экономика должна структурно перестраиваться, становиться многоуровневой с иерархическим планированием и управлением.

Представляются необходимыми, как минимум, три уровня: страна в целом, производственные и территориальные объединения предприятий и отдельные предприятия. Тогда централизованное планирование, заменяющее стихийный капиталистический рынок, может осуществляться лишь на уровне страны в укрупненной номенклатуре продукции и плановых заданий объединениям второго уровня, число которых обозримо. Наиболее важно при этом обеспечить материальные балансы обмена продукцией (в физических единицах) между объединениями. Дальнейшее планирование на уровнях объединений и отдельных предприятий совершается уже децентрализованно, аналогично частным капиталистическим корпорациям и компаниям".

Л.Беляев абсолютно прав, отмечая трудности планирования из единого центра. Я бы даже усилил эту мысль выводом о невозможности такого планирования, не допускающего грубых ошибок, особенно если задействован такой рычаг, как взятки. Л.Беляев также прав, когда выдвигает идею введения нескольких уровней планирования, т.е. идею децентрализации. Я бы предложил вместо обозначенных трех уровней введение еще двух уровней: отраслевого и территориального (республиканского, областного и районного). Но при этом следует отметить, что наряду с планированием при социализме должен быть задействован еще один принципиально новый механизм регулирования экономикой, о чем я пишу в упомянутой выше монографии в 7-ой главе. Речь идет о прямых договорах организованных потребителей с производителями. Только в это случае может быть реализована закономерность максимального удовлетворения материальных и духовных потребностей трудящихся при наличии подлинной Советской власти.

Что касается универсального критерия эффективности производства, то им может быть только максимальное удовлетворение потребностей населения, о чем также идет речь в упомянутой моей монографии, а также в очерке "О государственном социализме в СССР".

Хотел бы отметить и абсурдность следующего заявления еще одного товарища, а именно А.Куликова, который считает, что "...правящей партией (с 1951 года по 1991 год) являлась КПСС, а правящим классом являлось и было крестьянство, который через ту же партию проводил и осуществлял свою диктатуру по отношению ко всем другим классам и социальным группам в СССР".

Что касается роли крестьянства и колхозников, а также работников совхозов в 1935-1980 гг., то нет ничего удивительного в том, что значительная, даже преобладающая часть рабочего класса, интеллигенции и руководящих работников (партийных, советских и хозяйственных) были выходцами из деревни. Такова правда. Ведь в истории чудес не бывает. Если к тому же учесть то обстоятельство, что многие выходцы из рабочего класса в Гражданскую войну пали на фронтах с белогвардейщиной и интервентами, то к 1922 году доля рабочих в общей численности населения была ничтожно малой. Абсолютное большинство составляли крестьяне, из которых поколение за поколением и сформировался советский народ. Но этот процесс формирования некрестьянского трудового населения сопровождался повышением уровня образования выходцев из сельской глубинки, изменением менталитета советских людей, т.е. совокупности интеллектуальных, эмоциональных, культурных особенностей, ценностных ориентаций и установок, присущих работникам физического, интеллектуального и управленческого труда. Словом, происходили качественные процессы трансформации социального сознания и образа жизни населения СССР. И не видеть этого процесса - это значит искажать историческую действительность. К слову сказать, сам А.Куликов правильно писал об этом историческом процессе ("...крестьянство как класс, служило не только одним из "источников" пополнения, во-первых, самого советского рабочего класса, во-вторых, являлось также источником пополнения "кадрового" советского офицерского корпуса и личного состава наших ВС (перед войной, во время войны и после войны особенно), наконец, крестьянство же было и одним из источников нашей советской интеллигенции (научной, технической и творческой), я молчу про корпус наших "хозяйственников" (руководителей крупных и крупнейших советских промышленных предприятий, - тоже в значительной степени выходцев из крестьянства, вынужденных заняться на рубеже 80-х/90-х годов их "приватизацией"). И тем более удивительным представляется его вывод о том, что именно через КПСС крестьянство в СССР осуществляло свою диктатуру, что "...крестьянская (буржуазная) революция, начавшись в 1989 фактически году...и, собственно, переросла затем быстро, резко в капиталистическую реставрацию, в 91-93 годах". Интересно было бы узнать у товарища А.Куликова, кто же были вождями и идеологами этой "крестьянской революции" в конце 1980 - начале 1990-х гг.? Комбайнер М.Горбачев? А.Яковлев, родившийся в деревне Королёво Ярославской губернии (ныне Ярославский район Ярославской области) в крестьянской семье? Э.Шеварнадзе, родившийся в селе Мамати Ланчхутского района (Гурия) Грузинской ССР в семье педагога? Наверное, все-таки вождем и идеологом крестьянской революции и последующей реставрации капитализма был никто иной, как Б.Ельцин, родившийся в селе Бутка Уральской области (ныне в Талицком районе Свердловской области) в семье раскулаченных крестьян.

С.Гайворонский, из группы "Эволюционные решения революционных задач"" (.A.Gaivoronsky" (sag33@bk.ru) пытался доказать, что он не открещивается ни от понятия персонализм, ни от понятия капитализм: "Как ни крути, а в любых общественных отношениях современного уровня от капитала избавиться не удастся и потому любые общественные отношения современного уровня можно назвать капитализмом с какой-либо приставкой. Например, СССР можно назвать государственным (монополистическим) капитализмом, обеспечивающим кучу социальных гарантий. И его можно называть лишь с некоторым приближением к социализму, в котором выполняются принципы "кто не работает тот не ест" и "от каждого по способностям, каждому - по труду". Опровержение этой ложной концепции мной дано в двух произведениях очерке "Спорные проблемы истории СССР" (http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_1190.shtm) и статье "О концепции "экономического персонализма"" (http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_0990.shtml).

С.Копылов (worker6424@gmail.com) критикует меня за вывод о том, что в СССР существовала диктатура партийно-государственного аппарата. "...весь ваш очерк - бред...наряду с множеством второстепенных причин главной причиной краха социализма в Советском Союзе было глубочайшее противоречие между диктатурой партийно-государственного аппарата и социалистическими экономическими отношениями, о чем речь шла выше.

Ну это же надо настолько заблудиться в трех соснах, чтобы забыть основы марксизма. Все настолько примитивно при сугубо внешнем наукообразии - что не знаешь, то ли хохотать от демонстрации слабоумия, а то ли, наоборот, посочувствовать неумолимому бегу времени.

А именно, надстройка такова - каков базис! Это марксистская аксиома! Надстройка на то и называется словом "надстройка" и никак иначе, так как обслуживает интересы базиса и покоится на сем фундаменте. Поэтому принципиальной разницы между надстройкой и базисом быть не может! Могут быть частичные вариации - но не до такой степени, когда надстройка становится первичнее базиса и уничтожает его. Поэтому всякие надстроечные явления типа "диктатура партийно-государственного аппарата" не могут загубить подлинно социалистические экономические отношения (базис). Это банальный заход мозги за мозгу. Вопиющая вульгаризация марксизма в виде подбивания под свои страсти и желания. Вот как бы на кривой кобыле косой угол объехать - чтобы и марксистом прослыть, и свою бюрократическую узость мышления пропихнуть. На самом деле или одно - или другое! То есть, если были бы подлинно социалистические производственные отношения - то не смогла бы "диктатура партийно-государственного аппарата" их уничтожить. Это бред. Получается, следствие управляет причиной - а форма содержанием. Но это идеализм, и махровый. Получается, что сознание первично по отношению к материи.

Поэтому просто-напросто не было никакого социалистического базиса. Не было никаких реальных социалистических производственных отношений. И тогда все встает на свои места, как патроны в магазин. А было, как я уже говорил, самая первичная и самая примитивная вспышка коммунизма в виде наивно-уравнительных тенденций, которые проявились в постоянном кредитовании плохо работающих предприятий в надежде, что еще чуть-чуть, и капитализм рухнет. Ан нет. Все получилось с точностью трагедии польской войны 1920 года, когда фронт настолько оторвался от тыла, что наступила катастрофа, хотя и были в нескольких километрах от Варшавы. То есть, народ терпел-терпел перепроизводство средств производства, в частности, в ущерб потребительской и социальной сфере, что влекло уравнительную недостаточность в последней особенно, - что не выдержал и все закономерно рухнуло. Не было никаких "социалистических экономических отношений". Как принципы уравнительно-аскетического "военного коммунизма" появились в огне Гражданской войны - так такие гены и просуществовали в виде планово-убыточных предприятий, "валовой экономики", приписок и постоянной переделки планов задним числом вплоть до Перестройки.

Короче, сделаем так. Я пока не буду помещать вас в запретительные фильтры, как остальных. Но хотите поспорить - пишите лично мне. Я не намерен выслушивать скучный маразм Абросимова или Першина, когда ничто иное, как производственные отношения поменялись якобы за один день, когда умер Сталин и пришел Хрущев. Если вас это не устраивает - дайте знать. Тогда уже с чистой совестью отрежу вас также".

Чего стоит следующее утверждение С.Копылова: ""надстройка"...обслуживает интересы базиса и покоится на сем фундаменте. Поэтому принципиальной разницы между надстройкой и базисом быть не может!". Выделенное мною жирным шрифтом противоречит правильному исходному положению. Такова логика у нашего "марксиста" С.Копылова! И далее он вещает: "...всякие надстроечные явления типа "диктатура партийно-государственного аппарата" не могут загубить подлинно социалистические экономические отношения (базис)". Удивительна логика схоластиков-"марксистов"! В результате Октябрьской революции власть Советов отобрала у эксплуататоров средства производства. А в 1991 году власть предателей-сторонников капитализма провела реформы, отдав основные средства производства в руки криминальной буржуазии. Как можно оспаривать исторические факты? Марксизм - это творческая наука и она применяет диалектический метод, опираясь на познание действительного исторического процесса. Никто и никогда не может отменить закономерности, открытые К.Марксом и Ф.Энгельсом, а именно взаимосвязь производительных сил, экономических отношений и надстройки. Но эта взаимосвязь покоится на глубинных причинно-следственных связях. Так, Октябрьская революция и власть Советов возникли в результате развития капиталистических экономических отношений, но далее надстройка (большевистские Советы) сыграла активную роль в формировании адекватного экономического базиса. Ведь Октябрьская революция была нацелена на ликвидацию капитализма и строительства нового коммунистического общества. А в 1991 году история совершила попятное движение, разрешив отрицательно глубочайшее противоречие между социалистическими экономическими отношениями и диктатурой аппарата управления.

Ну, а финальный вывод С.Копылова вообще не вписывается ни в какие научные рамки: "Не было никаких "социалистических экономических отношений". Как принципы уравнительно-аскетического "военного коммунизма" появились в огне Гражданской войны - так такие гены и просуществовали в виде планово-убыточных предприятий, "валовой экономики", приписок и постоянной переделки планов задним числом вплоть до Перестройки... Объективной реальности в виде основ социализма - не существовало! Поэтому какая-то там субъективная "диктатура" войти в противоречие с какими-то насквозь субъективными "социалистическими производственными отношениями" не может в принципе, потому что само такое "противоречие" - выдумка. Его не существовало в объективной реальности". С.Копылов после критики решил показать свое знание диалектики на примере СССР. Вот абзац из его рассуждений на тему диалектики: "А потому рухнул (СССР - ВП) - что был грубо-первичным этапом, который быстро истратил свой исторический ресурс. Этот этап сгорел, как бенгальская свеча, говоря образно, но абсолютно верно. То есть, если сказать еще понятнее - уровень самого советского рабочего класса не потянул в гонке с так называемым западом! Последний оправился от первого удара и оказался мощнее и проворнее во "втором периоде". Количество советского рабочего класса с не поспевающим зачастую качеством оказалось хуже диалектики буржуазного количества и качества в мировой гонке; поэтому Советский Союз рухнул, а так называемый запад выиграл на тот короткий период, который необходим для учета ошибок и перестройки рядов. Так уж развивается социальная материя через единство и борьбу противоположностей, и ничего с этим не поделаешь. Очень часто только кризис (победа одной противоположности или насущнейшая угроза таковой) дает стимул для кардинального повышения качества другой противоположности. Это и есть диалектическое развитие.

Совершенно очевидно, что С.Копылов в своих рассуждениях "докатился" до абсурда!

Воспроизвожу здесь блестящий комментарий Ю.Чунькова по поводу рассуждений С.Копылова: "Товарищ Копылов, Вы глубоко заблуждаетесь в выводе о работе Паульмана. Рассуждаете, как механик при сборке трактора или автомобиля, вот поршни и они - главное. Но есть еще механизм зажигания! О чём я здесь говорю?

Не владеете приёмами диалектики при анализе общества. Оно у Вас, действительно, как машина. Надстройка - только вторична, и она всегда такова, каков базис. И самое главное. Абсолютно не учитываете диалектику СУБЪЕКТИВНОГО и ОБЪЕКТИВНОГО в общественных процессах. Поверьте мне на слово.

Я выполнял докторскую по диалектике объективного и субъективного в социалистической экономике. И вот такие оппоненты. как Вы, очень-очень много попортили крови при защите диссертации и в журнальных статьях. Была даже всесоюзная дискуссия в "Экономических науках". "Били" и оскорбляли точно так же, как и Вы. Аргумент тот же. Не трогай базис, он только объективный и ничего субъективного в нём нет. Якобы с помощью субъективной экономической деятельности, с помощью надстройки ничего в объективном, в экономическом базисе изменить нельзя. Откуда же тогда берётся экономический базис, если не из текущей экономической деятельности? Ответьте себе на этот вопрос. Экономический базис плоть от плоти ИЗ СУБЪЕКТИВНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ.

Грубо ошибочная субъективная деятельность, постоянно повторяющаяся из года в год, идущая в противоречие с объективными законами, в итоге начинает деформировать САМОЁ ОБЪЕКТИВНОЕ. Что такое закон? Это - постоянно повторяющаяся связь в деятельности субъектов. В нашем случае, в экономической деятельности. Это - тоже элементарная мысль в марксизме, а не "заход мозги за мозги".

Посмотрите "Тезисы о Фейербахе" К.Маркса о роли сознательной деятельности в истории, повторяю, в истории. Она то - объективна. Посмотрите "Философские тетради" В.И.Ленина, где марксист пишет, что соотношение и взаимодействие объективного и субъективного ОТНОСИТЕЛЬНО. А это означает, на определённых этапах Истории определяющую роль МОЖЕТ ПРИОБРЕТАТЬ СУБЪЕКТИВНОЕ. Этот тезис Ленин повторил в 1918 году в отношении экономической политики и надстройки. Разве могла быть построена социалистическая экономика без первенства революционной политики над экономикой? Разве могли перестройщики и либералы разрушить социализм и создать капиталистическую экономику без соответствующей ПОЛИТИКИ?

Изложенное для меня банально и вступил в дискуссию только потому, что это моя тема и я много набирал в своё время шишек от таких, как ВЫ, товарищ Копылов. Я не знаком с Вашей подготовленностью в социальных науках, но брать на вооружение категорические суждения и оскорбления на рекомендую.

И здесь уместно заметить, что на пространстве бывшего СССР среди марксистов или точнее среди тех, кто себя оными считает, полный разброд в понимании процессов, происходящих в современном обществе и в бывшем социалистическом лагере. Одни не могут никак освободиться от сталинско-сусловской социологии, а другие сбиты с толку западной социологией. Настоящих марксистов раз-два и обчелся. К ним я, например, причисляю Юрия Ивановича Чунькова, написавшего трехтомник по экономической теории (см. мою статью "В нашем полку прибыло" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_1020.shtml).


14.Итоги


1. Родившись в результате Великой Октябрьской революции на развалинах громадной Российской империи, закалившись в горниле Гражданской войны, Советский Союз проторил человечеству дорогу в будущее Человечества, в котором на деле должен быть реализован лозунг "Свобода, равенство и братство". Как емко и точно сказал С.Кара-Мурза, "Советский проект повлиял на все большие цивилизационные проекты: помог зародиться социальному государству на Западе, демонтировать колониальную систему, на время нейтрализовал соблазн фашизма, дал многое для укрепления цивилизаций Азии".

2. В.Ленин считал, что разница между социализмом и коммунизмом ясна. То, что обычно называют социализмом, К.Маркс назвал "первой" или низшей фазой коммунистического общества. Поскольку общей собственностью становятся основные средства производства, постольку слово "коммунизм" и тут применимо, если не забывать, что это не полный коммунизм.

3. СССР просуществовал всего-навсего 74 года. Так же как его рождение было закономерным, так и его гибель была закономерна (см. мою статью "Диалектика революции и контрреволюции" - http://lit.lib.ru/p/paulxman_w_f/text_1160.shtml").

Короткую историю развития советского общества можно разделить на три этапа: 1) революционный (борьба с внутренними и международными контрреволюционными силами, преодоление военного коммунизма через НЭП, формирование основ социалистического базиса в ходе индустриализации, коллективизации и культурной революции, перерождение Советской власти в диктатуру партийно-государственного аппарата); 2) развитие производительных сил на базе социалистических экономических отношений, временно прерванное Великой Отечественной войной против фашизма; 3). разрешение противоречия между диктатурой партийно-государственного аппарата и социалистическими экономическими отношениями в ходе контрреволюционного переворота и натиска мирового империализма.

И снова процитирую С.Кара-Мурзу: СССР "был убит противником в холодной войне, хотя и руками "своих" - союзом трех сил советского общества: части номенклатуры КПСС, части интеллигенции ("западники") и преступного мира. Никаких выводов о порочности проекта из факта его убийства не следует. Однако налицо факт, что защитные системы советского строя оказались слабы".

4. На всех этих этапах, если можно так выразиться, естественная логика выбора властью экономической и социальной политики определялась из очень малого набора альтернатив, коридор возможностей был очень узким, он определялся давлением обстоятельств, а не теоретическими доктринами. Главными факторами выбора экономической и социальной политики были реальные угрозы, ресурсные возможности и культурная среда, заданная исторически.

5. В самом деле, гражданская война, с полной силой вспыхнувшая в 1918 году, была неизбежным следствием Великой Октябрьской революции, ее логическим продолжением. Борьба за власть в Советской России продолжалась, ибо буржуазия как отечественная, так и международная, а также помещики вкупе с политическими партиями, выступавшими против большевиков и руководимых ими Советов, не могли смириться с потерей принадлежащих им средств производства, богатства и власти. Кстати, и дальнейшее развитие уже советской России в значительной, если не в решающей степени, определялось тем, что социальная революция происходила не в индустриально-развитой, а в крестьянской стране.

6. Социальная и экономическая политика в СССР определялась партийным и государственным аппаратом, в котором в 1920-х годах шла борьба за верховенство. К 1929 году власть окончательно сосредоточилась в руках Генерального секретаря партии И.Сталина, а после его смерти в 1953 году она вплоть до 1991 года неизменно оставалась у Генеральных секретарей.

7. Cоздание первооснов экономики нового типа, еще невиданной в истории человечества пришлось начинать на развалинах прежней, довоенной экономики, разрушенной в ходе боевых действий во время Первой мировой и Гражданской войн. В стране, где преобладало крестьянское население, применявшее самые примитивные методы ведения сельскохозяйственного производства с чрезвычайно низкой или нулевой товарностью, в стране, где безграмотность скорее была правилом, чем исключением. Именно этими факторами можно объяснить то крайнее напряжение, которое сопровождало создание основ социалистического общества. Следует также отметить, что своеобразие предпринятого смелого эксперимента состояло в том, что впервые в истории человечества не экономика определяла форму политической власти, а, наоборот, политическая власть должна была сформировать себе экономический базис, опираясь на проведенную национализацию земли и основных средств производства в промышленности, внешней торговле, банковской системе, железнодорожном и морском транспорте.

8. Замысел экономической политики послереволюционного периода, сформулированный В.Лениным, состоял в том, чтобы, опираясь на рабоче-крестьянскую власть в форме Советов, не отменяя, а используя рыночные отношения, допуская существование частного предпринимательства, правда, в ограниченных масштабах, на плановой основе осуществить индустриализацию страны и кооперировать население главным образом в аграрном секторе. Другими словами, население должно было идти к социализму, "руководствуясь собственной выгодой" (В.Ленин ПСС, т.27, с.302).

9.Военный коммунизм был сменен НЭПом восстаниями крестьян, голодом и необходимостью вернуться к рынку, т.е. к полноценным товарно-денежным отношениям.

В свою очередь НЭП потребовал создания трестов и синдикатов, а также укрепления рубля и преодоления инфляции, чтобы заработали экономические связи между крестьянами и государством, а также между промышленными предприятиями.

Однако мелкотоварное производства крестьянина поставило под сомнение само существование директивного товарного плана. Поскольку сама по себе совокупная стоимость стала овеществленным выражением интересов государства, а интересы крестьян не соответствовали заданиям по контрактации и привели к их срыву, то появился повод ускорить коллективизацию крестьянских хозяйств, что и было сделано в конце 1920-х - начале 1930-х годов. Словом, хлебозаготовительный кризис конца 20-х гг. поставил под удар планы индустриализации, дело социализма в целом.

После национализации земли и конфискации всего имущества помещиков коллективизация стала вторым по значимости актом социалистической революции на селе, уничтожившим кулачество и сформировавшим новую социальную группу населения - колхозное крестьянство.

Руководством страны был также взят курс на индустриализацию, что и нашло отражение в первом пятилетнем плане, ставшем главным рычагом реализации экономической политики партии. Имея в виду победу, одержанную над фашистской Германией в войне 1941-1945 годов, понесенные жертвы оказались не напрасными. Индустриализация коренным образом преобразила не только экономику страны, подняв ее на качественно новый уровень с точки зрения возможностей самовоспроизводства, в частности сельского хозяйства, на современной технической основе, но и радикальным образом изменила социальную структуру общества. Была ликвидирована безработица.

Итак, руководство страны взяло курс на разрыв с нэпом, сделав ставку на административные формы управления экономикой. Реализация программы индустриализации стала возможной только благодаря огромным масштабам страны, наличию всевозможных природных богатств и значительных свободных трудовых ресурсов. Но, несмотря на совокупность этих объективных факторов, достигнутый результат был бы невозможен в условиях капиталистического хозяйства. Наличие государственной формы собственности на основные средства производства в сочетании с сосредоточением в руках центрального руководства страны всех видов власти, использующей инструмент планирования, - вот что сделало в принципе возможным мобилизацию и направление миллиардов рублей на развертывание гигантского промышленного строительства и освоение вновь введенных в строй производственных мощностей.

10. Гражданская война, борьба за власть в ВКП(б), окончившаяся единоличной диктатурой И.Сталина, который стал расправляться со своими соперниками и раскулачивание привели к массовым репрессиям в стране, в результате которой в 1917-1990 гт. только по политическим мотивам было осуждено почти 4 млн. человек. Как считает В.Земсков, по периоду гражданской войны сведения источника МБРФ неполные. Там наверняка не учтены многие жертвы самосудов над "контрреволюционерами". Эти самосуды вообще не документировались, а в источнике МБРФ явно учтено только то количество, которое подтверждается документами. Вызывает также сомнение, что в 1918-1920 гг. в Москву поступала исчерпывающая информация с мест о числе репрессированных.

11. Великая Отечественная война 1941-1945 гг. стала серьезным испытанием могущества социалистического строя, завершилась победой над Германией и ее союзниками в результате героизма Красной Армии, умелого руководства войсками командующими армиями и фронтов, а также благодаря успешной индустриализации советской экономики в 1930 годы.

12. Несмотря на огромные потери, причиненные войной, в результате реализации четвертого пятилетнего плана рост физический объем национального дохода в 1950 году превысил довоенный уровень в 1,62 раза. Это дало возможность Советскому правительству отменить в декабре 1947 года карточную систему распределения продуктов питания и предметов широкого потребления - первым после войны из государств нашей планеты.

13. После 1950 года развитие экономики страны продолжалось количественно и качественно. Рос жизненный уровень населения и улучшалось качество его жизни. Вместе с тем в экономике накапливались негативные явления, в частности не только благодаря волюнтаристской структурной политике, вызванной гонкой вооружений и стремлением форсировать производство средств производства в ущерб производству товаров народного потребления, но и в силу противоречия между планированием и рынком. Как писал И.Евдокимов, "...советский товар - это не товар, производимый для обмена, а товар, производимый для выполнения планового задания по производству совокупной стоимости. Соответственно и план уже не есть следствие распределения совокупного общественного рабочего времени в соответствии с существующей системой общественных потребностей, осуществляемое непосредственно в единицах времени". Это противоречие требовало кардинальной перестройки всей системы регулирования экономики, установления системы прямого воздействия потребителей на производителей, а в сфере политики - установления подлинного народовластия путем ликвидации диктатуры партийно-государственного аппарата. Но в государстве не было таких политиков, которые были бы способны осуществить эти назревшие преобразования. Вместо этого в недрах "номенклатуры" выросли предатели социализма, которые и разрушили СССР.

14.Развал Советского Союза означал не только ликвидацию сложившейся общности - советского народа, не только приход к власти коррумпированных представителей новой буржуазии, но и крах нормального образа жизни людей, (появление массовой безработицы, обнищание миллионов за счет обогащения буржуазии, ликвидации системы социального обеспечения в ее самых разнообразных формах, потеря уверенности в будущем, криминализация повседневной жизни). В основе всего было перераспределение национального дохода. За время правления Путина количество только официальных олигархов-миллиардеров выросло с 8 в 2000 году до 53 в 2007 году - почти в 7 раз! А их общее состояние, по версии журнала "Forbs", выросло с 12,4 млрд.$ до 282 млрд.$ - в 23 раза!

Чтобы оценить масштабы кризиса, надо напомнить, что на контрреволюцию в России, как справедливо писал С.Кара-Мурза, "...были истрачены беспрецедентные в мировой истории средства: экономию от прекращения гонки вооружений; экономию от прекращения войны в Афганистане; экономию от прекращения всех крупных проектов; практически все капиталовложения в промышленность, АПК, транспорт и строительство, которые составляли до 1987 года огромные суммы; экономию от свернутых социальных программ; отнятые у населения сбережения (400 млрд долларов); экономию от резкого снижения уровня потребления 90% населения. Были загублены не только эти средства, но и промотан весь золотой запас страны, а также сделаны долги на 150 млрд. долларов. Главная причина - не воровство и не вывоз денег (хотя и они велики), а паралич хозяйства" (http://www.situation.ru/app/j_art_672.htm).


Д.э.н. Профессор В.Ф.Паульман


212