# Последний бал Наташи Ростовой

Лариса Ильинична Седакова

Сцена первого бала Наташи Ростовой остается в памяти каждого, кто читал "Войну и мир", великий роман Л.Н.Толстого. На этом балу робкая дебютантка, подобно Золушке из сказки, за несколько минут превратилась в королеву бала и сделалась избранницей князя Болконского, одного из лучших женихов России. Прошел всего год и на своем последнем балу Наташа без памяти влюбилась в негодяя Анатоля, отказала жениху и едва не погубила себя.

ПОСЛЕДНИЙ БАЛ НАТАШИ РОСТОВОЙ


Перед концом разлуки

Сцена первого великосветского бала Наташи Ростовой остается в памяти каждого, кто читал "Войну и мир" или смотрел любую из экранизаций этого великого романа на все времена. На этом большом петербургском балу, который почтил своим присутствием император, произошел головокружительный взлет юной провинциальной Наташи. В начале бала робкая дебютантка "оставалась одна с матерью и Соней в числе меньшей части дам, оттесненных к стенке" и на нее смотрели "тем взглядом, каким глядят на стены". Вскоре произошло чудо и Наташа, которая "танцевала превосходно", была уже нарасхват и отдавала своих "излишних кавалеров Соне". Наташу "выбирали и она с улыбкой вставала и танцевала по зале" и "была так счастлива, как никогда еще в жизни". Подобно Золушке из сказки Ш. Перро, она за несколько минут не только превратилась из провинциальной барышни в королеву великосветского бала, но и сделалась избранницей одного из лучших женихов России, благородного и порядочного, красивого и умного, богатого и знатного князя Андрея Болконского. "Вино ее прелести ударило ему в голову: он почувствовал себя ожившим и помолодевшим", "в душе его произошло что-то новое, и "он в первый раз после долгого времени стал делать счастливые планы на будущее". "Чувство, которое владело им", разделило мир "на две половины: одна - она и там все счастье, надежда, свет; другая половина - все, где ее нет, там все уныние и темнота...".

В отличие от Золушки Наташу и Болконского не ждал счастливый брак, через год произошло не менее головокружительное падение Наташи. Всего за три дня знакомства с князем Анатолем Курагиным невеста князя Болконского так сильно влюбилась в этого пустого повесу, что совсем потеряла голову. Она отказала жениху и решилась "променять Болконского на дурака Анатоля", как оказалось в дальнейшем, "уже женатого". Он ее, "как цыганку какую", готов был тайно увезти из семьи и предать общественному порицанию, сделать отверженной.

Этому резкому отказу невесты предшествовал год ожидания, разделивший Наташу и князя Андрея. Начало году разлуки положил князь Николай Болконский, он, "твердо державший в жизни различия состояний", не желал этого родства, этого неравного брака с небогатой и незнатной невестой и с "внутренней злобой принял сообщение сына", когда тот приехал в Лысые Горы испросить согласия отца на брак. Князь Николай решительно потребовал от сына отложить "дело на год", упирал на слабое здоровье сына и рекомендовал съездить на лечение за границу. Разлука влюбленных уже подходила к концу, когда перед долгожданным возвращением князя Андрея в Москву Наташа с отцом по настоятельному совету Марьи Дмитриевы Ахросимовой, в доме которой Ростовы остановились в свой приезд в Москву, нанесли визит будущему свекру. Князь Николай принимать графа Ростова с дочерью решительно отказался. "При докладе о приезде Ростовых князь закричал, что ему их не нужно, что пусть княжна Марья принимает". Отец Наташи боялся князя Николая, с которым у него несколько лет тому назад возник конфликт, когда князь Николай, который "был страшен своею привычкой к неограниченной власти" и который получил эту власть, когда был назначен "главнокомандующим над ополчением", уличил графа Ростова в серьезных упущениях. "Ростов граф, половины людей не доставил" и "вздумал на обед звать, - я ему такой обед задал..." - с нескрываемой злобой клеймил тогда графа Ростова князь Николай в разговоре с сыном.

По тому, как отец "заторопился, входя в переднюю, и робко, тихо спросил, дома ли князь и княжна", "Наташа поняла этот страх и беспокойство своего отца и почувствовала себя оскорбленною". Она "нравственно съежилась" и "все ей было неприятно", "княжна Марья ей не нравилась". Неприятное впечатление было обоюдным, "Наташа с первого взгляда не понравилась княжне Марье". Через "пять минут тяжелого притворного разговора" "вошел князь в белом колпаке и халате". Он "ненатурально, ударяя на слове бог", трижды повторил: "видит бог, не знал", хотя в Бога не верил и религию считал пустым и вредным суеверием. "Видит бог, не знал, что вы удостоили нас своим посещением", затем снова, и снова: "видит бог, не знал". Он всеми силами своей властной натуры старался унизить и подавить графиню Ростову, вывести ее из себя, сразить и оскорбить, показать ей ее место, поставить на него и окончательно утвердить там. Закончив свой монолог, князь, "осмотрев с головы до ног Наташу, вышел".

Наташе хватило сил покинуть дом князя с "внешним достоинством", но в горле у нее стояли слезы, ее опустошило и сломило ощущение непоправимости произошедшего. "Что я сказала, что я сделала" - думала она. Дома она долго рыдала, как ребенок, она ехала в дом жениха с мыслью о том, "что не может быть, чтоб они не полюбили меня", "меня все всегда любили". Она не могла допустить мысли, что может существовать целый мир, лишенный любви, где она с ее потребностью любить и быть любимой смешна и нелепа, где то, что она красива, весела, отлично поет и танцует не прибавляет интереса и уважения к ней, а, напротив, отталкивает от нее и делает ее уязвимой. Незадолго до этого визита княжна Марья спросила у Пьера о Наташе, "что это за девушка" и "умна она" или нет. На оба вопроса Пьер ответил, что "она обворожительна и больше ничего", что "она не удостоивает быть умной". Его собеседница так и предполагала, что Наташа всего лишь пустая светская кокетка, вскружившая голову ее единственному брату. "Да, я этого ожидала и боялась" - сказало выражение ее лица, а затем "княжна Марья опять неодобрительно покачала головой...".


Три роковых дня

Вечером этого дня "Ростовы поехали в оперу". По дороге Наташа думала: "Что мне за дело до его отца и сестры: я люблю его одного, его, его". "Она чувствовала себя еще влюбленнее и грустнее и забыла, с кем и куда она едет". В зале "давно не испытанное ею ощущение того, что сотни глаз смотрят на ее обнаженные руки и шею вдруг и приятно и неприятно охватило ее, вызывая целый рой соответствующих этому ощущению воспоминаний, желаний и волнений". Наташа "похорошела в деревне" а нынче "была особенно хороша". "Она поражала полнотой жизни и красоты в соединении с равнодушием ко всему окружающему". "Ежели бы они знали, как мне ни до кого из них нет дела" - думала она. Ей показали на кузена Бориса Друбецкого, с которым ее связывало данное в детстве обещание пожениться, когда они вырастут. Он, "улыбаясь, говорил что-то на ухо своей невесте", а "в ложе их стояла та атмосфера - жениха с невестой, которую так знала и любила Наташа". И тут "вдруг все, что было унизительного в ее утреннем посещении вспомнилось ей" и с этого момента ощущение отрешенности начало отступать и "Наташа мало-помалу начинала приходить в давно не испытанное ею состояние опьянения", в котором "все казалось просто и естественно".

"В соседний бенуар вошла высокая красивая дама с огромной косой" и "внимательно посмотрела на Наташу". Это была графиня Элен Безухова, жена Пьера. Наташа залюбовалась ею, но она и сама была очень хороша и нравилась. Она видела, что брат Элен, Анатоль необыкновенно красивый адъютант с выражением добродушного довольства и веселья на лице "стоял с Долоховым впереди у рампы, глядя на ложу Ростовых. Наташа знала, что он говорил про нее, и это доставляло ей удовольствие". "Ей приятно было, что он так пленен ею". Элен обратилась к ней со своей всегдашней улыбкой и "Наташе так приятна была похвала этой блестящей красавицы, что она покраснела от удовольствия". Элен пригласила Наташу посидеть в ее ложе и познакомила ее с братом и "через пять минут (Наташа) чувствовала себя страшно близкой к этому человеку", "она со страхом чувствовала, что между им и ею совсем нет той преграды стыдливости, которую всегда она чувствовала между собой и другими мужчинами". Дома она "не могла ни понять того, что с ней было, ни того, что она чувствовала. Все казалось ей темно, неясно и страшно". Через день в воскресенье Элен заехала к Ростовым и пригласила их к себе, "и опять, под влиянием Элен, то, что прежде представлялось страшным, казалось простым и естественным". И она "такая милая и так, видно, всей душой любит меня" - думала Наташа". На бале у Элен, на этом последнем балу Наташи Анатоль сказал ей, что любит ее, но что он не может ездить к ним, Элен оставила их наедине и его "горячие губы прижались к ее губам, и в ту же минуту она почувствовала себя опять свободною". "Вернувшись домой, Наташа не спала всю ночь; ее мучил неразрешимый вопрос, кого она любила: Анатоля или князя Андрея?" Ей казалось, что если она так повела себя с Анатолем, то "значит, что я с первой минуты полюбила его. Значит он добр, благороден и прекрасен, и нельзя было не полюбить его". Свои сомнения в том, кого же она любит, Наташа разрешила так: "сказать то, что было, князю Андрею или скрыть - одинаково невозможно. А с этим ничего не испорчено".

И тут горничная передала Наташе страстное любовное письмо от Анатоля, сочиненное для него Долоховым. Он "писал, что знает про то, что родные ее не отдадут ему", но "стоит ей сказать слово да", он "похитит ее и увезет на край света". Соня случайно прочла это письмо, на ее недоуменные вопросы Наташа заявила, что "никого никогда не любила прежде его", что у нее нет воли, "что он мой властелин, а я раба его и что я не могу не любить его". Когда Соня в слезах выбежала из ее комнаты, Наташа, "не думая ни минуты, написала" княжне Марье, что она "просит ее забыть все и простить ее, ежели она перед нею виновата, но что она не может быть его (князя Андрея) женой".

На следующий день во вторник Марья Дмитриевна, в доме которой остановились Ростовы, повезла Наташу и Соню на большой обед к Элен, где Наташа. говорила с Анатолем, "желая не быть услышанной". Прошел еще один день и "Соне вдруг стало ясно, что у Наташи был какой-то страшный план на нынешний вечер", "она убежит с ним! - думала Соня", но я "силой не пущу ее и не дам позору обрушиться на их семейство". "Марья Дмитриевна, застав заплаканную Соню в коридоре, заставила ее во всем признаться" и заперла Наташу на ключ. Похитителям удалось скрыться от ее гнева, но Наташу нельзя было узнать, она билась в истерике, смотрела на всех ненавидящими глазами, "с ней сделались озноб и дрожь", она "не спала, не плакала и не говорила". После того, как Наташа узнала, что Анатоль был женат, она выпила мышьяк, но испугалась, были приняты меры и она не пострадала. "Душа Наташи была преисполнена отчаяния, стыла и унижения", она "как подстреленный загнанный зверь смотрит на приближающихся собак и охотников смотрела" на Пьера, от которого желала лично узнать правду про женитьбу Анатоля.

Через несколько дней возвратившийся в Москву князь Андрей, узнав об отказе невесты, попросил Пьера передать Наташе ее письма к нему. Пьер приехал к Ростовым, чтобы исполнить просьбу друга. Наташа еще не до конца осознала и приняла ту страшную действительность, которую она сделала своими руками. Слезы мешали ей, когда она говорила Пьеру, что ее "мучает только зло, которое я ему (князю Андрею) сделала", что "я прошу его простить, простить, простить меня за все...". Но, не понимая, как могло случиться так, что она без памяти могла полюбить того, кто обманывал ее с самого начала, она просила Пьера не называть Анатоля "дурным человеком".


Власть злой воли

Уже через день после знакомства с Анатолем после последнего бала, на котором она танцевала, Наташа призналась Соне, что лишилась собственной воли: "что он велит, то я и сделаю" - говорила она Соне. "Самый процесс управления чужою волей был наслаждением, привычкой и потребностью для Долохова", у которого жил в это время Анатоль. Долохов, будущий отважный герой войны 1812 года, был небогат и незнатен, но всегда был в центре жизни обеих столиц и заставил уважить себя. Для руководства жизнью он вывел для себя непреложное правило: "я никого знать не хочу, кроме тех, кого люблю, того люблю так, что жизнь отдам, а остальных передавлю всех, коли станут на дороге". "Женщин, кроме продажных тварей - графинь или кухарок, все равно, - я не встречал еще", а "ежели бы я нашел такую женщину, я бы жизнь отдал за нее". Такую женщину, такого ангела он нашел в бесприданнице Соне, воспитаннице Ростовых. У Долохова был уже один ангел, обожавшая его мать: "Моя мать, мой ангел, мой обожаемый ангел". Чтобы молиться за Долохова, за которым числились не только неблаговидные, но и преступные дела, одного ангела уже стало не хватать. Он был игрок и даже шулер, "которому нужны были имя, знатность, связи Анатоля Курагина для приманки в свое игорное общество богатых молодых людей", он был бретер, не щадящий противников на дуэли, за ними с Курагиным было не по одной "штуке", "которая обыкновенному человеку давно бы заслужила Сибирь".

В 1806 году Долохов "сделал предложение Соне". Он верно угадал в Соне чувство преданности, благодарности, а также готовность пойти на самопожертвование. Это она переломила ситуацию в драматический момент побега Наташи и спасла честь подруги и семьи. "Теперь или никогда пришло время доказать, что я помню благодеяния их семейства и люблю Nicolas" - так думала она, когда решила не дать Наташе убежать. "Я хоть три ночи на буду спать, а не выйду из этого коридора, и силой не пущу ее". Соня тогда не пошла на поводу у без памяти влюбленной в Анатоля Наташи, она не осталась равнодушной к беде, в которую попала подруга и не обиделась на Наташу, когда та выгоняла ее из комнаты со словами: "Ненавижу, ненавижу! И ты мой враг навсегда!".

Вряд ли кто-то поблагодарил Соню, вряд ли Наташа извинилась перед ней. Соня в семье была и оставалась приживалкой. Здороваясь с ней, Марья Дмитриевна, соблюдая табель о рангах, показывала свое "слегка презрительное и ласковое отношение к Соне". Соня на всю жизнь останется верной Николаю, своей первой и единственной любви всей жизни и всю себя посвятит служению семье, приютившей ее. В тяжелое для Николая время, когда по смерти отца оказалось, что "долгов было вдвое больше имения", он с матерью и Соней оказался в бедственном положении, "Николай чувствовал себя в неоплатном долгу благодарности перед Соней за все, что она делала для его матери, восхищался ее терпением и преданностью.

Соня отказала Долохову, сказав, "что любит другого", Долохов понял, что она любит Николая. Ростов в это время был ближайшим другом Долохова, но он посмел встать у него на дороге, а потому незамедлительно превратился в злейшего врага и, согласно своим нормам жизни, Долохов получал право его "передавить", что он и сделал. Он немедленно обыграл Николая в карты на сорок три тысячи. Он мог бы продолжить игру и дальше выигрывать, но остановился, число это было суммой лет его и Сони.

"Весь этот антракт Курагин стоял с Долоховым впереди у рампы, глядя на ложу Ростовых", где сидели "две замечательно хорошенькие девушки, Наташа и Соня". Долохов недавно возвратился из Персии, "с огромной кверху зачесанной копной курчавых волос, в персидском костюме" он эпатировал публику и своим экстравагантным броским нарядом, и всем своим независимым видом. Он смотрел на Соню, он, как и все, прекрасно знал про расстроенное состояние Ростовых, понимал, что любовь Сони к Николаю не закончится браком, что она останется одной, но его женой все равно не станет. Боль отказа и унижения, невозможность счастья и успокоения в объятьях ангела, навели его на мысли о новой мести этой семье, похитившей у него блаженство. С этого вечера он на словах отговаривал Курагина от интрижки с Наташей, но сделал все, чтобы подбить Анатоля на это грязное дело и организовать как само похищение, так и мнимое венчание. Долохов решился доказать, что Наташа такая же дрянь, как и другие, как все женщины, кроме Сони. "Хороша, брат, да не про нас" - говорил он про Наташу, но при этом сочинял Анатолю любовное письмо к ней.

"План похищения Ростовой уже несколько дней был обдуман и приготовлен Долоховым", "у Анатоля были и паспорт, и подорожная, и десять тысяч денег, взятых у сестры, и десять тысяч, занятых через посредство Долохова". "Наташа в десять часов вечера обещала выйти к Курагину на заднее крыльцо", он "должен был посадить ее в приготовленную тройку и везти за шестьдесят верст от Москвы, где был приготовлен расстриженный поп, который должен был обвенчать их". Перед самым выездом Долохов принялся усиленно отговаривать Анатоля. "Узнается дело, что ты женат. Ведь тебя под уголовный суд подведут..." - охлаждал он пыл приятеля, но при этом, "блестя своими красивыми, наглыми глазами, смотрел на него, видимо, желая еще повеселиться над ним". Долохов по-дружески отговаривал Курагина, а сам "презрительно и снисходительно улыбался", предвкушая громкий скандал, в который будут вовлечены и Ростовы, и Курагины, и Болконские, предвкушал то, что сам он, заварив эту кашу, выйдет сухим из воды и будет лишь посмеиваться над этими богатыми и знатными, глядя на все со стороны.

Долохов был рядом с младшим сыном Ростовых Петей, когда его убили. Петя, как и Наташа вырос в семье, где все любили друг друга и жили друг для друга. Они не знали, что может быть иначе, не знали, как бывает, когда отношения в родной семье построены не на любви, когда во главу угла ставятся совсем иные ценности. Наташа верила лживым словам Анатоля, потому что привыкла, что все близкие люди говорят то, что думают, что все, кого любит она, любят ее. Совсем еще юный и восторженный Петя, оказавшись в 1812 году в партизанском отряде Денисова, любил всех, не скрывал этого и старался сделать всем что-то приятное и понравиться. Он и Долохову, с которым ездил в лагерь французов на разведку, сказал на прощание: "Как я вас люблю". Петя еще "хотел поцеловаться. Долохов поцеловал его, засмеялся и, повернув лошадь, скрылся в темноте". Кто знает, что подумал про себя и сказал вслед "молоденькому графчику" этот человек с "холодным, стеклянным, ничего доброго не обещающим взглядом". Через несколько часов после этой вылазки в стан врага Долохов, при виде убитого Пети, сказал: "Готов". "Готов, - повторил Долохов, как будто выговаривание этого слова доставляло ему удовольствие".


Испытание на верность

За годичной разлукой Ростовой и Болконского стоял князь Николай. Помимо положения семьи невесты была еще одна веская и, может быть, главная причина, по которой князь не желал этого брака. Кроется она в несчастливых браках как отца, так и сына. Князь Андрей прежде уже был женат на Лизе Мейнен, известной, как "самая обворожительная женщина Петербурга". Брак был недолгим, маленькая княгиня умерла родами в Лысых Горах. Отец не противодействовал этому браку сына и горевал о безвременной кончине невестки. Над ее могилой "был поставлен привезенный из Италии мраморный памятник, изображавший ангела, расправившего крылья и готовящегося подняться на небо". Внук старого князя, рос без матери, сиротами росли и дети князя, князь Андрей и княжна Марья. О покойной жене старого князя в романе есть только одно косвенное упоминание, когда в момент несчастливых родов, унесших жизнь княгини Лизы, старая няня повторяла "сотни раз рассказанное о том, как покойница княгиня в Кишиневе рожала княжну Марью, с крестьянской бабой-молдаванкой, вместо бабушки". Покойная княгиня сопровождала мужа в турецких походах российской армии, где была лишена не только элементарных удобств и комфорта, к которым была, как и положено женщине ее сословия, приучена с детства, но и медицинской помощи.

Образ князя Николая Болконский напоминает фельдмаршала Суворова. Здесь и род занятий - военная служба, и резкость суждений, и афористичность речи, и похожая комплекция - небольшой рост и сухощавость, и приверженность строжайшему укладу жизни и распорядку дня и даже то, что дочь Суворова, как и дочь Болконского, находилась под огромным влиянием отца, здесь и не лучшие отношения с любимцем Екатерины князем Потемкиным. Варвара Суворова, урожденная княжна Прозоровская, жена великого полководца, как и княгиня Болконская сопровождала мужа в его военных походах. Новорожденные дочери обеих дам также вкусили лагерного быта. Когда Суворов решил оседло обосновать жену и дочь, то приехав навестить семью, обнаружил измену. Охочая до балов и развлечений дородная, выше мужа ростом и любившая роскошь княгиня не смогла стать надежной спутницей жизни великого полководца. Решительный Суворов начал было разводиться с предавшей его женой, но дело это оказалось не таким простым: и императрица Екатерина, и церковь, и вся родня были против. Суворову, не проигравшему ни одного сражения, пришлось сдаться перед женщиной и простить неверную жену. Ко всеобщему несчастью измена повторилась, тогда Александр Васильевич не стал долго думать, назначил содержание жене и отправил к отцу. Впредь полководец никогда не произносил имени своей беспутной жены и даже никогда не вспоминал о ней. Дочери было категорически запрещено видеться с матерью, а родившегося вскоре после разрыва отношений с женой сына, отец признал своим только через двенадцать лет, когда убедился, что сын его полнейшая копия.

Имя покойной жены князя Николая также ни разу в романе не упоминается, брат с сестрой не вспоминают о детских годах, проведенных с матерью, нет и памятника в Лысых Горах на ее могиле. Скорее всего, она скончалась и была похоронена не там, где жил ее муж и росли ее дети. Нет ни ее портрета, ни дня памяти или рождения, все, что могло напомнить о покойной княгине, что было связано с ее именем, оказалось предано забвению. Князь Андрей был небольшого роста красивый молодой человек с маленькими изящными руками и походил на отца, которого отличало изящество и "невысокая фигурка" "с маленькими сухими ручками" и небольшими ногами. Дочь была не в их породу, изяществом не могла похвалиться, была некрасива, неуклюжа с болезненным лицом и тяжелой походкой. Отец и сын были приверженцами строгого порядка и аккуратности, а "княжна Марья была столь же беспорядочна, как отец ее порядочен", стол ее был завален тетрадями и книгами.

Любил ли князь Николай свою покойную жену, как сложилась его супружеская жизнь и по какой причине он стер всю память о ней доподлинно сказать невозможно, но он по какой-то причине смертельно ненавидел баб с их короткими мыслями, пустыми разговорами и сплетнями, неразвитым слабым умом и вечной погоней за развлечениями светской жизни. "В моем доме больше баб не нужно" - кричал он княжне Марье в ответ на письмо сына с просьбой к отцу сократить на три месяца отсрочку его брака с Наташей. Эту нелюбовь к женщинам, в особенности к светским унаследовал от отца и его сын Андрей. "Свяжи себя с женщиной - и, как кованный колодник, теряешь свободу". "Гостиные, сплетни, балы, тщеславие, ничтожество - вот заколдованный круг, из которого я не могу выйти" - исповедовался он Пьеру через полтора года после женитьбы на Лизе.

Князь Николая всеми силами своей властной натуры желал, чтобы из княжны Марьи не выросла пустая, глупая, светская кокетка. Он "сам занимался воспитанием своей дочери" и всеми силами старался развить в ней то, что считал единственными добродетелями: "деятельность и ум". Княжна Марья пребывала в постоянной занятости, день ее был расписан по часам, и отец сам "давал ей уроки алгебры и геометрии". "Чтобы ты была похожа на наших глупых барынь, я не хочу" - говорил князь. По-видимому очень досадила ему бабья глупость, совсем как фельдмаршалу Суворову, который владел пятью языками и был энциклопедически образованным человеком, досаждала глупость его охочей до светских развлечений и удовольствий весьма ограниченной и малограмотной жены.

Первый брак князя Андрея был обычным светским супружеством, в котором у каждого были свои взгляды и интересы, а душевная близость и любовь не представлялись необходимыми. Князь тяготился обществом жены и не скрывал этого, "лицо его хорошенькой жены, казалось, больше всех ему надоело". С Наташей все было иначе. Она обладала даром наполнять жизнь другого человека смыслом и радостью, даром прогонять тоску и сомнения, рядом с ней хотелось просто жить и наслаждаться каждым днем, а не пребывать в постоянных поисках смысла и откладывать саму жизнь на потом. С ней было не страшно открыться и не потерять себя, хотелось любить и быть любимым. Рядом с Наташей князь Андрей перестал бы жить теми ценностями, которыми жил его отец. Ум и деятельность отступили бы на второй план перед счастьем и любовью, а разум - перед сердцем. Сын мог уйти из-под власти отца и стать просто счастливым и любимым. Сын мог обойти отца, которого, кроме дочери, не любила ни одна женщина, но который не мог признаться, что дело было в нем, а взваливал вину на женщин, всех до единой презрительно именуя бабами.

Князь требует отложить свадьбу на год, полагая, что проверка юной Наташи на верность станет гарантией того, что сына в дальнейшем не постигнет разочарование, вследствие которого сын, как и отец, навсегда запечатает сердце и будет жить рассудком. Да и сам князь Андрей в этой проверке не видит ничего опасного для любви. Для него очевидно поставить во главу угла семейной жизни преданность. Называя свою жену Лизу превосходной женщиной, князь подтверждает и иллюстрирует эту мысль словами о том, что "это одна из тех редких женщин, с которою можно быть покойным за свою честь". Он не говорит о каких-то прочих качествах княгини Лизы, его больше всего привлекает в ней то, что она не опозорит его. Он не может простить князю Ипполиту, старшему брату Анатоля Курагина невинный светский флирт с женой на вечере у Анны Шерер. И это при полнейшем равнодушии к навязчивости князя со стороны княгини Лизы. И только, когда через полгода, встретившись в Австрии с князем Ипполитом "князь Андрей видел, что этот Ипполит, которого (должно было признаться) почти ревновал к своей жене, был шутом в этом обществе", раздражение против него прошло.


Неудачное покровительство

Побег Наташи должен был произойти из дома Марьи Дмитриевны Ахросимовой, у которой в Старой Конюшенной остановились граф Ростов с Наташей и Соней по приезде в Москву. Ахросимова была близким другом семьи Ростовых и крестной матерью Наташи, своей любимицы. Действуя с самыми благими намерениями, всем сердцем любя Наташу и все семейство Ростовых, Марья Дмитриевна, сама того не подозревая, сыграла немалую роль в том, что произошло в ее доме. Наверное, в душе она, как и отец, и мать Наташи, страшились этого брака. Это по настоятельному совету Марьи Дмитриевы состоялся, имевший такие плачевные последствия для жениха с невестой, визит Ростовых в дом князя Николая. "Ты завтра с отцом к ней (княжне Марье) поедешь". "Как твой-то приедет, а уж ты и с сестрой, и с отцом знакома, и тебя полюбили" - поучала Марья Дмитриевна свою крестницу. Посещение князя обернулось душевной травмой для чувствительной Наташи, вернувшись, она прорыдала полдня. Вечером того же дня Ростовы отправились в оперу, на которую "Марья Дмитриевна достала билеты", а там произошло пресловутое знакомство с Анатолем и жизнь Наташи покатилась под откос с бешеной скоростью. На большой обед к Элен, случившийся еще через день или два, а к тому времени Наташа находилась уже в полной власти Анатоля, сестер повезла также Марья Дмитриевна. На обеде Соня видела, как Наташа уединенно разговаривала с Анатолем и что с ней происходило что-то необычное, а Марья Дмитриевна ничего особенного не заметила, ни на что не обратила внимание. "У меня целы будут. У меня как в Опекунском совете. Я их (Наташу и Соню) и вывезу, куда надо, и побраню, и поласкаю" - заверяла хозяйка дома графа. Заверила, дала обещание со свойственной ей твердостью и уверенностью в собственной правоте и силе, да не уберегла, более того, невольно содействовала и краху будущего брака, и драме в душе Наташи.

Личность Марьи Дмитриевны была весьма примечательной. Ее "знала царская фамилия, знала вся Москва и весь Петербург" и "все без исключения уважали и боялись ее". Она была знаменита "не богатством, не почестями, но прямотой ума и откровенною простотой обращения". Она "держалась все так же прямо, говорила так же прямо, громко и решительно всем свое мнение и всем своим существом как будто упрекала других людей за всякие слабости, страхи и увлечения, которых возможности она не признавала". В будни с утра она занималась хозяйством и принимала просителей, по субботам в ее доме все вычищалось до блеска, по воскресеньям и сама она, и вся дворня ходили в церковь, никто не работал, а на обед давались праздничные блюда. Она "ездила по праздникам к обедне, а от обедни в остроги и тюрьмы, где у нее бывали дела, о которых она никому не говорила". Потом был обед, "вкусный и сытный" и "три-четыре человека гостей", партия в бостон, "на ночь заставляла себе читать газеты и новые книги, а сама вязала. Редко она делала исключения для выездов, а ежели выезжла, то ездила только к самым важным лицам в городе".

Прямота и независимость, четкий распорядок дня и твердые убеждения, непререкаемый авторитет и уверенность в собственной непогрешимости отличали и ее, и князя Николая. Существенным и принципиальным различием между ними было то, что она верила в Бога, следовала канонам православия и помогала не только тем, кто попал в беду, но даже и преступникам, а князь Николай был материалистом, считал религию суеверием, ум и деятельность - добродетелями, а суеверие и праздность - источником пороков. Она была очень полная и мало двигалась, а он был поджарый и подвижный. Образ жизни Марьи Дмитриевны, которая редко выходила из дома и ни физическим трудом, ни прогулками не занималась, являлся полнейшей противоположностью тому, как организовал свою жизнь князь Николай

По странному стечению обстоятельств в истории разрыва Наташи с женихом оба они действуют как будто бы сговорившись, как будто бы не только князь, но и Марья Дмитриевна не желала этого брака. Князь был настолько против брака сына. что в случае его ослушания готов был пойти на разрыв: "пускай женится, сам по себе живет", "пускай женится хоть завтра", "а я на Бурьенке женюсь!", "и ему чтобы без мачехи не быть!". Когда Марья Дмитриевна, думая, что Наташу полюбят в семье графа, настоятельно просит нанести ему визит и подластиться к нему, чтобы ее полюбили, она ставит заведомо невыполнимую задачу. Вынуждая сына отложить брак с Наташей, князь Николай, перечислил все аргументы против. Их оказалось четыре, а то единственное, что могло бы стоять за брак, "любовь, страсть" он поставил на последнее пятое место. "Имя, положение в свете приличное", чины, почести, богатство, связи, наконец, ум, но только не красота, не искусство, не обаяние, не пение, не танцы и не любовь. Вряд ли можно считать случайным совпадением то, что именно в день визита Ростовых к князю Николаю Анатоль положил глаз на Наташу. Не случайным было и то, что эти двое оказались замкнутыми друг на друге. Каждый из двоих пытался нанести обиду князю и увести у него детей, Наташа - сына, а Анатоль - дочь.

Когда Марья Дмитриевна увидела, что миссия ее провалилась и ее любимицу унизили, то на следующий день в воскресенье решила сама ехать к князю и объясниться. Она, как и он, не привыкла мириться с поражением. Она вернулась "молчаливая, серьезная, очевидно, понесшая поражение у старого князя". Только, выждав день, только все тщательно обдумав, она смогла передать Ростовым свои впечатления о визите. "Была я у князя Николая; ну-с и поговорила с ним...Он кричать вздумал. Да меня не перекричишь!" "Сумасброд...слышать не хочет".

На тот момент Наташа еще не отказала жениху, но уже была готова к этому. Ни князь, ни княжна Болконские и не думали любить ее, князь Андрей все не возвращался, мать, единственный человек, которому она могла поведать свою тайну, заболев, осталась в Отрадном. Наташа чувствовала себя одинокой и никому не нужной. И всю нерастраченную любовь она торопилась отдать негодяю Анатолю.


Все балы Наташи Ростовой

Всего Наташа танцевала на четырех балах. Первый случился в день их с матерью именин 26 августа 1805 года, в Натальин день. Балу предшествовал обед, на котором тринадцатилетняя Наташа сидела напротив еще никому не известного Пьера, которому еще только предстояло стать и графом, и одним из самых богатых людей России. И Пьеру "под взглядом этой смешной, оживленной девочки хотелось смеяться самому, не знаю чему". "Когда заиграла музыка", Наташа подошла прямо к Пьеру и, "смеясь глазами", сказала: "мама велела вас просить танцевать". "Наташа была совершенно счастлива: она танцевала с большим".

На следующем балу Наташи в начале 1807 года она была в первый раз в длинном платье и опять сама пригласила кавалера. Им был Василий Денисов, боевой офицер и командир ее брата Николая. "Поди, выбери Денисова" - сказал ей брат. "Наташа пробежала через залу к углу, где сидел Денисов", он повел свою даму в мазурке и "все были восхищены мастерством Денисова". "Наташа чутьем угадывала то, что он намерен был сделать и, сама не зная, как, следила за ним - отдаваясь ему". На следующий день Денисов, не вполне отдавая себе отчет, как это у него получилось, сделал предложение Наташе, но старая графиня поблагодарила за честь и сказала, что Наташа еще так молода...

Затем был тот большой бал, на котором Наташа покорила князя Андрея, что он вскоре сделал ей предложение. Последним был бал у Элен, после которого Наташа не спала ночь и поняла, что не может жить без князя Анатоля. Больше Наташа на балах не бывала. После всего, через что она прошла в своем самоуничижении, "она не только избегала всех внешних условий радости: балов, катанья, концертов, театра; но она ни разу не смеялась так, чтобы из-за смеха ее не слышны были слезы". Молва о ней все не затихала. В июле 1812 года Наташа была в церкви, "где была вся знать московская, все знакомые Ростовых" и "услыхала голос молодого человека, слишком громким шепотом говорившего о ней: Это Ростова, та самая... Как похудела, а все-таки хороша!". Добропорядочная Жюли Карагина, наконец-то к тридцать годам вышедшая замуж и ставшая княгиней Друбецкой, та самая, которая в 1805 году была безнадежно влюблена в брата Наташи Николая, в августе 1812 года судачила о ней: "Наташа опять похорошела и повеселела. Она пела один романс. Как все легко проходит у некоторых людей!".

Затем в Москву пришел Наполеон, Москва сгорела, лишения и потери вытеснили и затмили невинное на этом фоне происшествие с Наташей; затем были уход за смертельно раненным князем Андреем, простившего Наташу, надежда на его выздоровление и счастье и его кончина. Наташе, как видно, было суждено выйти замуж за вдовца, как князю Андрею - влюбляться в обворожительных женщин. Прекрасная Элен умерла в августе 1812 года, а весной 1813 года Наташа стала графиней Безуховой. "В обществе молодую графиню Безухову видели мало". "Наташа не любила общества вообще". "Наташе нужен был муж. Муж был ей дан. И муж дал ей семью". "Она не могла себе представить и не видела никакого интереса и представления о том, что было бы, если бы было другое".


Сцена первого бала Наташи Ростовой остается в памяти каждого, кто читал "Войну и мир", великий роман Л.Н.Толстого. На этом балу робкая дебютантка, подобно Золушке из сказки, за несколько минут превратилась в королеву бала и сделалась избранницей князя Болконского, одного из лучших женихов России. Прошел всего год и на своем последнем балу Наташа без памяти влюбилась в негодяя Анатоля, отказала жениху и едва не погубила себя.


2