Штейман Борис Евгеньевич
Серёга и Михалыч

Lib.ru/Современная литература: [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Помощь]
  • Оставить комментарий
  • © Copyright Штейман Борис Евгеньевич (boev-05@mail.ru)
  • Размещен: 16/02/2009, изменен: 05/09/2019. 15k. Статистика.
  • Рассказ: Проза
  •  Ваша оценка:

    БОРИС ШТЕЙМАН

    СЕРЁГА И МИХАЛЫЧ




    Серёга приехал раньше и встал на обычном месте. Справа тянулся забор какой-то заброшенной стройки, слева глухая стена то ли фабрики, то ли небольшого заводика. Место было хорошее. Только немного узковато, и Серёга прижал свой ЗИЛ вплотную к стенке. Потом прошёл вдоль забора, заглянул на стройку, на всякий случай. Возвышались огромные бетонные плиты, да лежала повёрнутая боком стрела подъёмного крана. Темнело. "Ну и отлично..." - подумал Серега. Из-за поворота показалась изрядно потрёпанная "копейка" Михалыча. Он всегда подъезжал медленно, осторожно, словно раздумывая. Наконец дверь автомобиля открылась, появились сначала длинные ноги Михалыча, а потом и сам он выполз из своей голубой скорлупки. "И как только помещается?" - каждый раз удивлялся Серёга.
    - Привет!
    - Здорово!
    Они обменялись крепким рукопожатием.
    - Всё нормально? - поинтересовался Михалыч. - Выгружать?
    - Подожди! Сейчас! - Серёга обошёл свой ЗИЛ, решил ещё раз убедиться, что всё тихо.
    И не зря. Из будки, прилепившейся к краю стены, вьшла бабка-вахтёрша.
    - Посиди в машине! - бросил Серёга и пошёл навстречу бабке.
    Михалыч послушно забрался обратно. Сквозь грязноватое лобовое стекло - плохо работали дворники, - он увидел, как невысокого роста широкая фигура Серёги, одетая в ватник, подошла к бабке. Он что-то ей сказал, взял под руку, и они направились к будке. "Простые люди легко понимают друг друга, - подумал Михалыч. - Они одинаково коверкают слова, неправильно ставят ударения, речь их алогична и бессвязна... А откуда взяться культуре? Если радио, телевидение, пресса потакают дурному вкусу... Интересно, что бы я сказал этой бабке?"
    Снова появились Серега с бабкой и опять скрылись в будке.
    "Народ, природа... Совершенно святые понятия... А на самом деле, знай себе, заменяют свои изношенные частички новыми и все дела... Отдельные людишки скверные, даже много людишек могут быть скверными. Даже все! - Михалыч усмехнулся. - Нет, хороших, пожалуй, больше..." Почему-то ему стали вспоминаться различные лозунги. Некоторые были очень хороши. "Они просты и доступны. А главное - каждое понятие получает свой номер. И можно строить дом..." Михалычу захотелось найти какой-нибудь небольшой выступ в огромном маховике под названием природа и немного его повернуть. Но это было невозможно. "И слава богу! - подумал он. - А то бы многие захотели побаловаться. Озорников-то хватает... К старости надо готовиться заранее. Гимнастика, диета и прочее. Всё равно, конечно, не обмануть, но отодвинуть максимально невзгоды можно, - раздумывал от нечего делать он. - А может, и не нужны все эти истязания да ограничения? Набраться мужества и выйти вовремя из вагона... Нет, не смогу. До конца буду тянуть лямку..." - презрительно осудил себя Михалыч. Попытался энергично, бодро улыбнуться. Получилось. Настроение немного приподнялось.
    Появился Серега.
    - Засиделась. Поговорить захотелось. Я её два раза к телефону отводил. Вдруг, говорю, позвонят, а тебя на месте нет? Вот премии-то и лишат!
    - Старость - не радость, - откликнулся с готовностью Михалыч.
    - Да уж куда там. Ну ладно, давай подноси!
    Михалыч быстро открыл багажник, достал две канистры и отдал Серёге.
    - Пока хватит, - скомандовал Серёга.
    Он сунул один конец шланга в бензобак своего ЗИЛа, другой крепко обхватил губами, мощно втянул в себя воздух, быстро выдернул шланг изо рта, и бензин сильно ударил по дну канистры.
    "Странная вещь... Воруем бензин и никаких угрызений совести, а даже наоборот. Что делать? Цены взвинчены, и мои интересы отделены от государственных. Вот так и труженики, несут всё, что под руку попадётся, с работы. Главное - не попасться... А все вместе мы - государство!" - раздумывал Михалыч.
    - Забирай! - бросил Серёга.
    Михалыч оттащил полные канистры в машину и принёс две пустые.
    "Природа даже умирает не страшно. Постепенно высыхают деревья. Тихо бредут в чащу умирать дряхлые олени... Или же, наоборот, резко полоснёт клыками какой-нибудь хищник из засады. Не успеешь и вскрикнуть..." Михалыч вспомнил мёртвую замёрзшую птицу. Она лежала на снегу тёмным комком, поджав лапки. "А люди... Крематорий, кладбище, похоронный обряд. Просто жуть какая-то... Надо же так придумать! Нелепо, страшно, абсурдно... Да, у человечества с головой явный непорядок. Это факт. Понимает иногда, что не всё слава богу, пытается выправиться, но не удается. Одна цивилизация чего стоит... А войны..."
    - Ну всё! Порядок! - Серега махнул рукой.
    Михалыч сунул заранее приготовленные, свернутые в трубочку деньги Серёге в карман. Закурили.
    - Место хорошее, - сказал Михалыч.
    - Ага, - подтвердил Серёга.
    - Может, конечно, со стройки кто-нибудь выйти, - предположил Михалыч.
    - Ну если один, то мы его там и закопаем, - то ли в шутку, то ли всерьёз спокойно произнес Серёга.
    - Это точно, - засмеялся Михалыч, а сам подумал, что на "мокрое" не пойдет.
    - Я в техникум поступил, - сказал Серёга. - На экономический.
    - Зачем? - поинтересовался Михалыч и сразу поправился: - А вообще-то правильно! Не век же на ней ездить, - кивнул на ЗИЛ.
    - Что ты! Всю душу вытряхивает. Как на тракторе! Башка вот такая! Я сначала на "Рафике" работал. Главный инженер вызывает и начинает крутить. Короче, надо было, конечно, дать.Но в наглую, понимаешь! А я не захотел. Вот и посадили на эту!
    - Ничего. Бумажку получишь. А там видно будет, - веско сказал Михалыч.
    - А ты всё в бойлерной?
    - Пока в ней, родимой. Надоело. Правда, сутки - трое. Удобно. Но шумно. Думаю, сваливать, засиделся там.
    Михалыч вспомнил, что как-то звонил Серёге. Ответил очень приятный, вежливый женский голос. Сказала, что Сергей будет поздно. "Шофёр, работяга, - ещё удивился тогда Михалыч. - И милая, интеллигентная и, кажется, покорная жена. Хозяин приходит поздно. А она терпеливо ждёт, пока он нагуляется... Двое детей, Серёга как-то говорил". Михалыч завидовал людям, у которых нет проблем. Он полагал, что Серёга относится к таким, Личная жизнь Михалыча была запутана. Он периодически уходил к любовнице и мучился чувством вины перед женой, сыном и тёщей. Потом возвращался в семью и через некоторое время начинал тосковать по любовнице. Всё это его очень угнетало и мешало творчеству. К людям Михалыч относился доброжелательно, разделяя их на тех, кто занимается "делом" и на "неприкаянных". Первые постоянно бежали куда-то с кейсами разных форм и размеров и лупили вторых и себе подобных ими по ногам. Главное, считал он, не лезть к центру системы, а быть поближе к краю, к продавцам проездных билетов и страховым агентам. Иначе растащат на куски. Все эти противные поклоны, улыбки, распределители, пайки... Михалыч задумался, что же ещё? Ну шикарные квартиры, машины, бесплатные санатории, загранпоездки... Перечислять надоело. Тьфу! А нудные тошнотворные партсобрания?! Да, плевать на их деньги, славу, положение!.. Начавшимся переменам Михалыч обрадовался. Ощутил прилив сил и приготовился. Наконец-то! Теперь должны позвать тех, кто не замарал рук в нечестной игре. Но быстро переориентировались те, другие. "Ну и хорошо! - решил Михалыч. - Ведь пороха-то уже, честно говоря, и нет. Да и не наше это дело. Наше дело - творить!" Работал он в небольшом подвальчике. Правда, света было маловато. И картины выходили неестественно яркие. Стопка холстов у стены росла. Михалыч завидовал Гогену, который всё бросил и уехал на Таити. "А ведь мог бы стать доктором наук, профессором, - обычно думал про себя Михалыч, вытирая кисти. - И никаких забот!"
    - Ну что, разбежались? - предложил Серёга.
    - Давай!
    Они снова крепко пожали друг другу руки. Серёга проводил взглядом сухопарую фигуру Михалыча: "Элегантен, подлец! Чувствуется порода..."
    У Серёги не было ни жены, ни детей. К телефону подходила соседка. "Никаких привязанностей и ничего не иметь, тогда нечего и терять", - решил давно для себя Сергей. Он дал уехать Михалычу и не торопясь стал двигаться задним ходом вдоль стены. Он нахлобучил поглубже вязаную шапочку и вспомнил "сталинский" картуз, который носил в молодые годы. С пришитым к околышу кожаным цветком... Ну ничего, скоро, скоро он получит квартиру и пошлёт к такой-то матери автобазу со всем этим сбродом. Обычно от этих мыслей становилось веселей... Сергей стал мечтать, как врежет в дверь хорошие надёжные замки, чтоб ни одна душа... Аккуратно, сам, всё сам оборудует в своей будущей крепости... Они могли бы все снова собраться вместе. Неужели прошлое ушло безвозвратно?.. Они могли бы расположиться на какой-нибудь маленькой улочке, лучше в центре, и в то же время очень тихой. Где нет ни одного нового дома. Расставить свои лотки и продавать старый никому не нужный хлам. Обгрызенные мундштуки, допотопные женские суммочки помоечного вида, сломанные гребешки для волос, довоенные бензиновые зажигалки, виниловые пластинки... Просто предлог, чтобы снова собраться. Постаревшие, облезлые, пускающие по кругу косячок... А вдруг в этом смысл, законсервироваться, не поддаться времени? Настоять на своем во что бы то ни стало...
    Серёга решил не ехать на базу. А поставить машину около дома... Надо перейти на междугородние рейсы. Проклятая квартира! Сам закабалился, никто не заставлял... Грузовик вышел из пункта А со скоростью... Нет, скорость надо будет определить. Дорога, бесконечная лента Мёбиуса под голубым небом... Почти свобода... у которой с одного конца пункт А, а с другого тот же пункт А, почти такой же и всё же чуть другой. И немного времени в пути. Есть, есть романтика в междугородних перевозках. Серёга недобро засмеялся. Он допустил ошибку... тогда. Нельзя было соглашаться на эту гадкую комнатёнку! Теперь - добрый сосед, алкаш Иван Степанович и не менее добрая соседка Любочка, с которой от скуки завёл роман. Тоже грубейшая ошибка... Ладно, чёрт с ними! Зато он ничем не обязан отцу, и слава богу! Пусть на старости лет наслаждается жизнью с юной подругой. Заслужил верой и правдой... тайный советничек... Нет, в прошлом опоры не найти. Надо будет продать медаль, свидетельство школьной доблести. Интересно, сколько за неё дадут? Надо бы и аттестат, да не возьмут!
    Серёга не свернул к дому, а двинул к кольцевой дороге. При выезде гаишник сделал знак остановиться. Серёга подал сигнал поворота, будто останавливается и резко нажал на педаль газа. Машина, взревев, резко рванула вперед. В боковое зеркало увидел, как гаишник в негодовании замахал руками. "Трёшку захотел, говнюк", - безразлично подумал Серёга. Снова нарушил правила. Машина пересекла разделительную полосу и помчалась по шоссе. Впереди была дорога. Лежал ли в конце пункт А, он не знал. Фары высвечивали тёмную широкую ленту. Изредка проносились встречные машины. "С такими же психами", - подумал Сергей.
    Повернул направо. Просёлочная дорога пошла в гору. Остановился. Вышел. Холодный воздух ласково коснулся лица. Серёга сделал несколько шагов и споткнулся. У обочины лежал большой камень. "Ледник постарался". Серёга обхватил его двумя руками. Напрягся, закряхтел. Камень чуть-чуть поддался. Серёга распрямился, помахал руками. Замер. Сконцентрировал всю энергию в руках и спине. Снова обхватил камень. Земля чавкнула, неохотно отпуская его от себя. Серёга примостил камень на грудь. На секунду застыл. И бросил. Камень вдребезги разнес лобовое стекло. Серёга залез в машину. С трудом подвинул камень на место пассажира. С усилием включил скорость. Камень погнул рычаг переключения передач. "Может, действительно, надо было в техникум поступить?" - вспомнил он разговор с Михалычем. Машина, ревя, на большой скорости преодолевала подъём. Ветер с силой бил в лицо. На повороте ЗИЛ соскочил с дороги. В последний момент Серёга кубарем выкатился из машины, и она, подпрыгивая и хлопая открытой дверью понеслась под откос. Несколько раз перевернулась и через мгновение загорелась. Серёга встал, отряхнулся, достал водительское удостоверение и техталон. Не торопясь, тщательно разорвал их на мелкие кусочки и подбросил. Ветер сразу же подхватил их и понёс. "Вот теперь, действительно, всё!" - напряжённо улыбнулся, осмотрелся и пошёл по дороге. Сзади понимающе подмигивал своими огнями город...
    Михалыч прихватил по дороге симпатичную девчонку.
    - Я с вас очень дорого возьму! Очень! - пугал он спутницу. - Такова спортивная жизнь! И бензин опять-таки нынче очень подрос в цене, очень! А что прикажете делать? С волками жить, что-то я забыл, как дальше-то?
    - А я вам напомню! Вот выйду и ничего вам не заплачу. Тогда по-другому запоёте! - отвечала в тон ему девчонка. - Можно подумать, я в людях не разбираюсь!
    - Вот она, современная молодежь! Никаких идеалов! Ничему не верят! Полнейшее безобразие!
    - Да и вообще деньги - это пыль! Мне один швед триста фунтов предлагал. Знаете, сколько сейчас желающих?
    - Как только не стыдно! - укоризненно покачал головой Михалыч. Он видел, что девчонка его разыгрывает. Вспомнил английскую книжку в кабине Серёги. Ещё один невинный обманщик. В техникум поступает... И зачем, спрашивается, лапшу друг другу на уши вешаем? От скуки? Или из озорства?
    - А что? Я не согласилась. Отца не хотела подводить. Он в гору идет. Ему бы сразу по шапке дали!
    - Вот это похвально! - одобрил Михалыч. - Кстати, о птичках, в Швеции не фунты, а кроны.
    - Неужели? А я-то, глупышка, не знала. Один раз всё же решилась. Одного старичка отблагодарить надо было. Он у нас курс вёл. Короче, весь диплом мне написал. Полбутылки водки махнула. И не смогла. А он старенький, старенький! - Девчонка ехидно посмотрела на Михалыча. - Вроде вас! Под пятьдесят.
    - Ну уж это наглость! - притворно возмутился он. - Мне ещё и сорока-то нет! Это же надо! Старенький! Придётся высаживать! Другого выхода нет!
    - Ладно! Ладно! Я пошутила, - засмеялась довольно девчонка.
    - Сколько зарабатываете, если не секрет? - поинтересовался Михалыч.
    - Я на полставки. Семьдесят рэ.
    - Не густо, - ответил Михалыч. - Есть работенка на четыреста. В кооперативе. Надо вкалывать с утра и до вечера.
    - Не, это не для меня. Я лучше свои крохи буду получать.
    "Родственная душа, - подумал Михалыч. - Жаль расставаться... А с другой стороны, пора домой... Сплошные дилеммы!"
    - Есть предложение... - начал Михалыч.
    - Заскочить к одному замечательному приятелю. У него сегодня день ангела, - подхватила девчонка. - Ну что? Я угадала? Все вы, мужики, одинаковые! Только одно на уме! - и довольно закончила: - Ну как? Здорово я вас?
    - Здорово, здорово. Ох, уж эти мне акселераты... - вздохнул он. - Есть предложение посетить приют одного несостоявшегося гения... но лишь по причине малодушия.
    - Ладно, - немного подумав, согласилась девчонка. - Только мне дитя из сада забрать надо. Попрошу Ленку, соседку, посидеть.
    Машина Михалыча изменила направление и, проворно объезжая подтаявшие сугробы, устремилась к цели. Сверху она была похожа на крошечную букашку, шныряющую мимо небольших коробочек. А Серёги... того и вообще невидно было из-за темноты.
    (C)

  • Оставить комментарий
  • © Copyright Штейман Борис Евгеньевич (boev-05@mail.ru)
  • Обновлено: 05/09/2019. 15k. Статистика.
  • Рассказ: Проза
  •  Ваша оценка:

    Связаться с программистом сайта.