# Уроки и перемены. Часть 3. Свобода, молоко и свежий воздух

Юлия Ивановна Шулепова-Кавальони

На новом месте


Во второй класс Алеша пошел в сельскую школу. Перед самым началом учебного года пришла как-то мама, очень расстроенная, и говорит Алеше:

- Все, поедем, сынок, опять в деревню.

- Навсегда? - обрадовался Алеша.

- Это уж как там получится, - ответила мама. - Но сейчас надо ехать непременно. Твоя врач сказала, что тебе нужен свежий воздух, еще настоящее коровье молоко и свобода. Тогда можно поправить твое здоровье. А при здешней обстановке не то, чтобы поправить, и последнее растрепать можно. Да и какой тут, в городе, воздух? Сплошной бензин, а не воздух. А я устала воевать с твоими болезнями. В общем, поехали!

Ну, и поехали Алеша с мамой. Погрузили в машину вещи, сели в нее сами и отправились к свежему воздуху, молоку и свободе.

Перед отъездом пришли в кабинет к Кантемировой. Она очень огорчилась, когда узнала о внезапном мамином решении. Да еще перед сентябрем. Но когда мама объяснила ей, что без деревни не поправить Алешиного здоровья, сказала:

- Конечно, ребенку нужен свежий воздух. Да и молоко бутылочное не сравнить с настоящим. А потому давайте мы с вами договоримся, что поживете вы в деревне годик, здоровье наладите, и приезжайте назад. Я вам буду держать место.

Потом она посадила Алешу на колени, погладила его по голове и сказала очень грустно:

- Прощай, малыш! Мне будет без тебя скучно. А ты уж не забывай меня, навещай по возможности! Я вот приготовила тебе в подарок этот фотоаппарат. Им еще мой сын снимал, когда молодой был.

Маргарита Владимировна протянула Алеше большой коричневый футляр. Алеша раскрыл его. Фотоаппарат оказался самым настоящим, с большим объективом, всякими кнопочками и защелками. Еще у него был длинный ремешок. Назывался фотоаппарат: "ФЭД".

- Хорошая вещь! - похвалил Алеша. - А что же теперь ваш сын не снимает этим аппаратом?

- Мой сын разбился вместе с самолетом семь лет назад. Он был летчиком, - сказала Маргарита Владимировна.

- Маргарита Владимировна, Бога ради, простите Алешу за его болтливость! - вмешалась в разговор мама. - И примите, пожалуйста, наше участие!..

- Не стоит извиняться, - спокойно ответила директриса. - Я уже пережила свою боль. Хотя, конечно, совсем невозможно... Впрочем, не об этом сейчас речь. Поезжайте с Богом! И возвращайтесь, если надумаете.

Она ссадила Алешу с колен:

- Слушайся маму и береги ее, Алеша! Ты же мужчина. - Махнула рукой вслед.

А на следующий день Алеша был уже на новом месте.

Директор местной школы временно поселил прибывших в школьный интернат. В нем во время учебного года проживали школьники из близлежащих хуторов, в которых не было своих школ. Каждый день приезжать в школу из хутора сложно, особенно зимой или в непогоду. Вот и придумали специальный интернат, чтоб всю учебную неделю дети не мотались по дорогам, а спокойно приходили в интернат из школы и отдыхали. Тут же делали домашние задания, кушали, спали - жили, в общем, как люди.

В интернате за детьми приглядывают воспитательница и няня. Няня одновременно справляет обязанности сторожа и повара. Она же стирает постельное белье. Если нужно, к примеру, простирнуть штаны какому-нибудь малолетнему шалопаю, то няня и от этого дела не отказывается. Она вообще мастерица на все руки. Зовут няню Антониной Андреевной. А воспитательницу - Галиной Алексеевной. Обе они добрейшей души женщины. Дети их любят. Галину Алексеевну слушаются беспрекословно, хотя она никогда не кричит, никого не ругает - вообще, говорит всегда тихо и спокойно. Она и внешне вся такая тихонькая, маленькая, незаметная. Очень любит подробно объяснять свои поступки и требования. А няня Антонина Андреевна, наоборот, женщина с крутым характером. Она не может терпеть разгильдяйства и безделья. Очень любит привлекать всех окружающих к работе. Когда она чем-нибудь занимается по хозяйству, возле нее обязательно крутятся в помощниках два-три воспитанника.

А живут няня с воспитательницей тут же, в интернате. Потому что места хватает всем, даже слишком. Комнат в здании много, а учеников - всего 14 детей, включая и сынишку воспитательницы.

Когда директор школы Иван Павлович вселял Алешину маму с Алешей в интернат, он сказал, что это временная мера: пока отремонтируют настоящую квартиру. И заметил, что на первых порах пожить в интернате будет очень даже удобно со всех сторон. Во-первых, маме не придется заботиться о продуктах, поскольку няня-повар все вовремя приготовит и накормит. Во-вторых, у мамы не будет болеть голова насчет Алеши, потому что после уроков он не будет беспризорным, ожидая маму с работы.

Действительно, все так и получилось. Жизнь в интернате оказалась для Алеши и его мамы настоящим раем. После уроков, которые всегда у Алеши заканчивались раньше маминых, ребенок вместе с остальными интернатскими детьми приходил в интернат и поступал на попечение Галины Алексеевны и Антонины Андреевны. К приходу мамы с работы у Алеши уже и уроки сделаны, и ботинки вычищены, и школьная форма к завтрашним занятиям выглажена. А сам Алеша играет с друзьями во дворе или в игровой комнате.

За друзьями далеко не надо ходить: все под боком. Уже в первый же день Алеша подружился со всеми интернатскими мальчиками и с двумя девочками - четвероклассницами. Есть тут еще одна девочка. Она старшеклассница. И живет она в отдельной комнате. А эти две - Валя и Таня - в другой. А других девочек в интернате пока нет. Зато мальчишек - целый десяток. Все они живут в одной большой комнате. Эту комнату называют " коммуналкой". Наверное, потому, что в ней всегда шумно, как в коммуналке. У мальчиков в комнате помимо тумбочек возле кроватей и шкафчиков для одежды есть еще большой раздвижной стол для настольных игр. На нем же мальчики выполняют домашние задания.

Еще одна большая комната предназначена для игр и развлечений. Она так и называется - "игровая". В игровой есть небольшая библиотека и телевизор. Есть еще столовая, которая вместе с кухней. Тут же и кладовка для продуктов, в которой на самодельных деревянных полках установлены всякие соленья, варенья и маринады, изготовленные собственноручно самой Антониной Андреевной. Вообще, здесь ее единовластное царство, в котором никому и в голову не приходит устанавливать какие-то свои порядки.

Из мальчиков Алеша выделил сына воспитательницы Галины Алексеевны, которого тоже зовут Алеша. Этот мальчик, разумеется, живет не в "коммуналке", а вместе с мамой в отдельной комнате. Но уроки, обычно делает вместе с мальчиками у них в комнате за большим столом. Алеше, кстати, тоже очень даже удобно заниматься тут же. Играют оба мальчика тоже вместе со всеми в игровой. И кушают вместе со всеми в столовой. Поэтому они так же, как и все остальные выполняют обязанности дежурных, когда приходит очередь убирать или мыть посуду.

Алеша, сын воспитательницы, учится в четвертом классе. Он очень серьезный и умный. Как и его мама, говорит он всегда тихо, спокойно и вразумительно. С ним очень интересно беседовать о каких-нибудь открытиях или изобретениях. Еще он любит собирать конструкторы.

Самый веселый и забавный из всех мальчиков в интернате - третьеклассник Сережа Коровин. Все называют его, конечно, "коровой", но, по мнению Алеши, Сережа больше похож на непоседу-козлика. Сережа не может усидеть на месте спокойно дольше 10 минут. Он постоянно вертится, суетится, пристает к кому-нибудь и мешает всем подряд. За это ему крепко достается и от взрослых, и от товарищей. Но он ни на кого не обижается. И на него никто по-настоящему не обижается. Ну что с него взять, если он такой вертунчик?

Сережа - мастер на всякие розыгрыши и смешные проделки. Этим он и понравился Алеше. Алеша и сам не прочь придумать какую-нибудь шутку. А когда вдвоем что-нибудь сотворяешь - это вдвойне интереснее. Как-то Сережа с Алешей пришли из школы раньше всех, скучно стало одним по интернату слоняться. Тут Сережа и говорит Алеше:

- А давай Танькину и Валькину тумбочки перетащим к мальчишкам в "коммуналку", а к ним в комнату чьи-нибудь поставим! Вот хохма-то будет!

К обеду четвероклассницы Валька и Танька пришли из школы, сунулись в тумбочки, а там совсем какое-то чужое барахло. Они взвыли и побежали к Галине Алексеевне жаловаться. А тут одновременно два мальчика в "коммуналке" воют. Ох, и досталось же потом Сереже с Алешей, когда все прояснилось! Зато шутка эта надолго всем запомнилась.

Алеше тоже надолго запомнилась. Мама запретила играть со всеми в игровой и во дворе в течение целой недели. Даже уроки Алеша обязан был выполнять в своей комнате. А тут, как назло, дни такие теплые установились: настоящая золотая осень! Только Алеша не такой человек, чтобы унывать. Открыл окно, уселся на него и давай песни петь. Сережа подошел, влез на окно со стороны двора, присоединился.

Вот сидят Алеша с Сережей на окне и орут всякие песни. Большей частью военные, героические. Им говорят:

- Нельзя ли потише? Уроки невозможно готовить!

Алеша отвечает:

- Нельзя. Песни надо петь громко: они для народа созданы, чтоб народ их слушал и передавал из уст в уста.

Народ взбушевался, в драку готов лезть, а певцы еще пуще заливаются. На шум няня прибежала, Антонина Андреевна:

- А ну-ка, прекратите безобразничать!

- Не имеете права запрещать! - сказал Алеша.

А Сережа стал кривляться и показал Антонине Андреевне "носа". Обиделась Антонина Андреевна:

- Вот уж я все директору школы расскажу! - И ушла.

Вечером пришла с работы Алешина мама вся расстроенная. С Алешей не разговаривает. И вообще никак его не замечает. А ребенок так соскучился. Да и поговорить охота. Тем более, что полдня один сидел.

После ужина мама не стала тетрадки проверять, а принялась вещи перекладывать из шкафа в чемоданы. Потом говорит Алеше:

- Ты свои вещи тоже собери в чемодан. Мы завтра назад в город поедем.

- Зачем в город? - удивился Алеша. - Разве завтра выходной?

- Не выходной. Но тут нам никак нельзя оставаться. Школа тут всего одна, а поменять работу я не могу. Так что едем назад в город.

- Но зачем тебе менять, мамочка? Здесь так хорошо!

- Я не имею права работать здесь в школе. Что же я за учительница такая, если у меня сын - хулиган и разбойник? После того, что ты тут сотворил, я не могу сделать замечание даже самому последнему лоботрясу. Да и директор как узнает завтра о том, что тут случилось, тут же уволит. Лучше уж самой убраться подобру-поздорову.

Алеша заскулил:

- Мамочка, но я же нечаянно. Сам не знаю, что на меня нашло!

- Алеша, ни мне, ни Антонине Андреевне, которую ты обидел, от этого не легче. Собирай вещи: возвращаемся в город.

- А там опять у бабушки будем жить?

- У бабушки.

Тут Алеша расстроился не на шутку:

- Мамочка, ну давай не будем ехать! Я больше никогда-никогда не буду плохо себя вести. Честное слово!

- Не нужно мне твое честное слово, если Антонина Андреевна решительно намерена обратиться к директору. Он церемониться не станет. Я лично очень понимаю Антонину Андреевну. И на ее месте поступила бы так же.

Алеша взвыл по-настоящему:

- Мамочка! Но ведь можно еще что-нибудь поправить? Я пойду извинюсь перед Антониной Андреевной. Может, она простит, мамочка?

- Этого я не знаю. Лично я бы не простила. Но она женщина добрая.

Алеша вытер глаза рукавом и поскакал в коридор. Минут через десять возвращается и прямо с порога радостно кричит:

- Мамочка! Антонина Андреевна простила! Я попросил прощения, и она простила. Не надо никуда уезжать!

- Ты меня, Алеша, не убедил. Я не верю, чтоб она могла такое простить. Что она была жутко расстроена - это я видела, а что простила тебя - этого не вижу. Да и все равно все дети видели, какой у меня сын.

Алеша опять исчез за дверью. Возвращается не один: тянет за руку Сережу Коровина. Следом за ними в комнату заходит Антонина Андреевна.

- Антонина Андреевна, скажите маме, что вы простили! Пожалуйста! Она не верит! И что Сережка извинился, скажите! - вопит Алеша. Тут же толкает в бок Сережу:

- Ну, ты! Говори скорее маме, что извинился! Говори, извинился?

- Ну, - буркнул Сережа, не поднимая головы. - Сказал же, что не буду больше!

И заревел от перенапряжения.

- Да что вы, ей-богу! Я уж и забыла все! - замахала руками сердобольная Антонина Андреевна. - От, как расстроились, сердешные! Прибежал, плачет: простите, говорит, я нечаянно! Не жалуйтесь, говорит, директору. Не хочу, говорит, уезжать и буду, говорит, теперь всегда слушаться. Не ругайте уж вы его, бедного. Вон, как переживает хлопец!

Мама улыбнулась:

- Спасибо, Антонина Андреевна! И, пожалуйста, извините уж меня за сына! Возможно, он и впрямь образумится.

Так и не уехали назад в город.


Свобода, молоко и свежий воздух


Ранней весной Алеша с мамой перебрались на новую квартиру. И оказалось, что за молоком далеко не надо ходить. Прямо тут же, во дворе в соседнем доме живет женщина, у которой есть корова. И эта корова дает изумительное молоко.

Каждый вечер после дойки женщина приносит в баночке литр молока. С молоком баночку приносит и без молока уносит. Если мама в это время на работе, то караулить молочницу должен Алеша.

Двери Алешиной квартиры выходят на крыльцо, а крыльцо - во двор. Сюда же, во двор, смотрит и огромное, во всю стену, кухонное окно. Когда на улице непогода, Алеша высматривает молочницу через окно, а когда погода хорошая, Алеша сидит на крыльце и ждет.

Однажды Алеша пришел из школы, пообедал и побежал во двор играть в футбол. Он рассчитывал поиграть немножко, а потом уж вернуться домой и заняться делами. Погонял футбольный мяч во дворе, потом с Андрюшкой Новиковым доделали воздушный змей. Когда доделали, проверили в поле, как он летает. Змей оказался на редкость летучим. Так бы и гоняли до вечера, наверное, но змей зацепился за провода и остался там висеть. Андрюшка отправился в гараж к отцу, а Алеша пошел в интернат к своим приятелям Сережке и Алеше.

Алеша, сын воспитательницы, делал в учебной комнате уроки, а Сережка помогал Антонине Андреевне укладывать кирпичи вокруг клумбы. Ну, и Алеша присоединился. Быстро уложили все кирпичи и побежали на пруд смотреть на уток. Потом Алеша вместе со всеми поужинал, и только после ужина вспомнил, что ему надо было быть дома и караулить молочницу.

Пришел домой, а тут уже мама хлопочет возле плиты. Алеша обрадовался, что мама дома, подскочил к ней, а она Алешу молча отстраняет. Сердится на него мама за то, что прогулял целый день. И молочницу прозевал. Прошел Алеша в маленькую комнату, сел за стол, заваленный Алешиными тетрадками, школьными принадлежностями, игрушками и всяким хламом, который Алеша приносит, обычно, с улицы, и принялся размышлять: что делать? То ли сразу же сесть за уроки, то ли пойти на кухню и повиниться перед мамой? Мама, конечно, разговаривать с ним не желает, но не будут же они всю жизнь вот так молча жить? Когда-то ведь и говорить придется. Лучше уж сразу покаяться и попросить прощения. А заодно и выяснить, что теперь с молоком получилось? Может, мама сама уже сходила за ним, а может, молочница приходила, когда мама дома уже была?

Алеша выполз на кухню.

- Мам, а за молоком надо идти? - спросил он.

- Спасибо, родной! Но ты как-то припозднился со своими хлопотами, - сердито бросила мама.

Алеша так и не понял, что ж с молоком-то теперь?

- Так за молоком-то надо идти? - опять спросил он.

- Шел бы ты лучше в свою комнату и не мозолил бы мне глаза. Утром теперь молоко будет.

Алеша вернулся с маленькую комнату и опять уселся за стол. Что-то не получилось насчет покаяния и прощения. Зато с молоком разобрался. К тому же, вспомнил, что завтра суббота, если утром за молоком идти. Выходит, что не так уж и страшно, что полдня пробегал: не надо за уроки садиться. Алеша немного успокоился и принялся читать книжку.

- Через пять минут будем ужинать, - сказала мама, заглянув в комнату.

- Меня Антонина Андреевна накормила, - сообщил Алеша.

- Может, ты совсем переселишься в интернат жить? - спросила мама. - А то я беспокоюсь за тебя, хлопочусь чего-то. Оказывается, мои хлопоты тебе ни к чему. Ты сам теперь себе голова.

- Нет, мамочка, не голова! Я нечаянно! Забегался и забыл про время. Ну, прости меня, пожалуйста!

- Хорошо! Но завтра ты будешь все-таки наказан.

- Почему завтра? - не понял Алеша.

- Потому что сегодня уже поздно. Тебе нужно спать

Алеша пошел к умывальнику: спать, так спать. А зачем наказывать-то? Повинился же, раскаялся. И ничего страшного не случилось.

- Мам, а ты как наказывать будешь?

- А вот завтра и узнаешь.

Долго не мог уснуть Алеша. Все думал, ворочаясь в постели, какое же наказание мама ему придумала? Алеша не боялся наказаний. Подумаешь, в углу десять минут постоять, или полы в квартире помыть. Это что, наказание? Полы он и без наказаний всегда сам моет, а в углу стоять даже иногда интересно бывает. Стоишь и мечтаешь о чем-нибудь. И никто не мешает.

Так и заснул, не придумавши ничего конкретного. Утром продрал глаза, вскочил и побежал к маме:

- Мам, а ты меня как наказывать будешь?

- Наказывать? За что? - удивилась мама. - Ах, да, наказывать! - Она призадумалась.

- Давай-ка, ты приводи себя в порядок. Позавтракаем, уберем в доме, а потом ты и приходи за своим наказанием.

- Может, лучше сразу?

- Нет, все сразу ничего не делается. А ты вечно торопишься куда-то. Не волнуйся, успеешь еще получить свое.

Наконец, после всех дел мама поставила перед собой сына и сказала:

- Я думаю, сынок, что у тебя большие нелады со временем. Ты сам по себе, а твое время существует совершенно отдельно от тебя. И поэтому ты его не замечаешь. Ведь, правда, же?

- Точно, мамочка! Я заметил, что время то летит слишком быстро, то очень медленно тянется.

- Вот-вот, мой дорогой! И потому вчера ты не нарочно прогулял без толку полдня, а потому, что забыл про время. Оно и пролетело мимо тебя так, что ты его и не заметил. А если дальше так продолжаться будет, то вскоре ты совсем с ним не совладаешь. И у тебя будут проблемы и в школе, и дома.

- И что же мне теперь делать, мамочка! - спросил Алеша.

- Тебе следует серьезно подумать о том, как найти общий язык с твоим временем. А чтобы подумать, на это тоже нужно время. Думаю, что часика тебе вполне хватит. Поэтому в течение часа ты будешь находиться здесь, на кухне, возле окна и думать. Может быть, что путное и придумаешь.

- Мамочка, но я же могу думать, где угодно. Зачем тут находиться?

- Тут, по-моему, самое подходящее место.

- А что я должен делать?

- Ничего. Только наблюдать и думать. Вон, там за окном всего много интересного. А ты можешь хоть сидеть, хоть стоять, хоть на полу валяться. От окна только нельзя отходить. Вот тебе часы: как только час пройдет, можешь быть свободен. Потом расскажешь, что придумал за этот час. А мне надо отлучиться: за молоком, в магазин, к Антонине Андреевне наведаться - в общем, дела у меня. Дождись меня, если задержусь!

- Это, что, такое наказание? - удивился Алеша.

- Ну, можно сказать, что наказание, а можно, что наука. Короче, я пошла, а ты думай. - Мама взяла банку для молока, сумку для магазина и отправилась по делам.

А сын остался на часах. Он совсем не огорчился от такого "наказания". Наоборот, ему стало весело и даже занятно. "Тоже еще наказание, - усмехнулся он. - Сиди себе возле окна и смотри, что во дворе происходит! Что ли, я никогда не сидел и не смотрел?"

Алеша пододвинул к окну стул и с удовольствием уселся на него так, чтобы очень удобно было обозревать дворовый пейзаж, простиравшийся за окном. Но тут обнаружил, что сидит спиной к столу и не видит часы. Он поднялся и переставил свой стул как надо. Заодно раздвинул во всю ширь окна занавески. Вот теперь все в порядке. Уселся опять на стул и посмотрел на будильник, который мама поставила на столе. Минутная стрелка заметно продвинулась. Алеша остался доволен. "Все хорошо, - подумал он. - Подумаешь, беда какая! Всего-то часик на кухне посидеть! Бывало, и дольше приходилось, когда непогода, или болезнь".

Посидел немного, руки на коленках сложивши и уставившись на часы. Скучно стало сидеть без всякого занятия. Тут вспомнил, что мама велела в окно смотреть и думать. " Я ж возле окна потому и сижу, чтоб смотреть", - хлопнул себя по лбу. И уставился в окно.

Двор представлял собой скучную пустынную картину. Наверное, потому, что небо тучами заволокло. Да и выходной, к тому же: люди отсыпаются по утрам после трудовой недели. Собаки - и те попрятались куда-то. "Неужели, никому гулять не хочется? - подумал Алеша. - Я бы уж давно пошел на улицу, если б можно было". Он опять взглянул на часы. Минутная стрелка была почти на том же самом месте, на каком была в прошлый раз. "Это потому, что я все время на нее смотрю, - догадался Алеша. - Надо вовсе не смотреть на часы. И вообще, мама велела в окно глядеть".

Алеша послушно уставился в окно. Но там ни на чем невозможно было даже глазом зацепиться.

"Оказывается, двор-то у нас большой. А я и не замечал раньше, - подумал Алеша, оглядывая дворовое пространство. - Только весь какой-то неухоженный. И мусору много. А мы бегаем вокруг. Никому даже и в голову не приходит навести во дворе порядок. Надо бы сказать об этом маме, чтоб комендантшу попросила организовать какой-нибудь субботник. Тут и взрослым, и детям работы хватит. Еще можно попросить, чтобы для малышей какую-нибудь площадку соорудили. А то возятся в грязи, как беспризорники. Качели можно поставить, турники всякие. Я и сам бы покатался с удовольствием. А дорожки во дворе следует гравием хорошенько засыпать: вон, как машины колесами разворотили! Да и вообще, зачем это мужики машины во двор тянут? Оставляли бы за воротами. Кто их там тронет? А то еще и тракторами заезжают. Ну, никакой культуры!"

Тут Алеша спохватился, что давно на часы не поглядывал. Задумался над всеми этими дворовыми проблемами и забыл про часы. Глянул, а стрелка-то далеко вперед убежала! Так быстро! Прямо странно получается: то стрелка тянется еле-еле, почти не двигаясь, а то летит стрелой. Отчего это?

Алеша опять принялся размышлять. Тянется время когда? Когда ничего не делаешь. Сидишь сиднем и пялишься на часы. А когда про часы вовсе забываешь и чем-нибудь занимаешься, то и время бежит незаметно. Значит, на часы вовсе не надо глядеть. Вот, опять они остановились! А до положенного времени еще долго ждать. Может, часы и впрямь остановились? Алеша подошел к столу, взял будильник и приложил его к уху. Нет, тикают как обычно. Даже слишком хорошо тикают. Надо в окно смотреть, как мама велела.

Алеша вновь уставился в окно. О, мальчишки выбежали с мячом! Сейчас, небось, в футбол играть будут. Так и есть: на команды разделились, вратарей на ворота поставили. И Новиков играть вышел, и Мальцев, и даже тихоня Ленька Горячев тоже во дворе.

Сережка на Алешино окно посмотрел, увидел Алешу, подбежал к окну и кричит:

- Ну, ты чего там сидишь? Давай, выходи! У нас игроков не хватает.

Алеша в форточку высунулся:

- Не могу выйти. Меня мама наказала.

- Надолго?

- Ага! На целый час.

- Ну, ладно, как простит, выходи сразу же. Скоро соседские придут: будем соревноваться. - И побежал играть.

А Алеша из окна стал наблюдать за игрой. Только смотреть за игрой из окна совсем не интересно. Гораздо лучше, если с друзьями на поле бегать. Тем более, что у них там что-то совсем не ладится игра: мажут все время по воротам. А из Леньки Горячева - вратарь, что из коровы сторож. Ему даже один раз мячом по голове влепили, а он его никак поймать не мог. Нет, это просто невыносимо: сидеть в доме и глазеть, как другие играют.

Пришла мама. А сидеть Алеше еще 20 минут.

- Мамочка, у нас, наверное, часы отстают. Ты проверь. Я уже, вон, сколько много сижу, а еще чуть ли не половина времени осталась.

- Нет, сынок, часы у нас идут правильно. Это ты еще чего-то правильного не удумал.

- Ну, ты бы подсказала, что я должен такое придумать?

- Не буду же я тебе всю жизнь что-нибудь подсказывать, - засмеялась мама. - Ты и сам должен уметь соображать.

- Да, вот если сидишь на часах наказанный, то ничего путное и не соображается.

- А ты представь себе, что это вовсе не наказание, а важное-преважное задание, которое тебе следует выполнить ровно за 20 минут.

- Ну, так давай мне скорее это самое задание.

- Так не я же тебе должна его давать, а ты сам себе придумать. Я для чего тебя у окна усадила? Чтоб ты думал, а не бездельничал.

"Какое же такое задание должен я сам себе придумать? - стал размышлять Алеша. - И чтоб вовремя уложиться, и скукой себя не замучить?"

А впрочем, что тут думать? Увидел же нынче из окна, в каком безобразном состоянии двор находится. Надо бы комендантше заявить. Маму попросить, чтоб заявила, конечно, можно. Мама не откажет. Но у мамы дел по горло: некогда ей бегать и вылавливать комендантшу. Говорить комендантше устно - бесполезно. Да и слушать она не станет. "Напишу-ка я заявление, а все ребята во дворе подпишут. Пусть попробует отказать!"

Алеша побежал в свою комнату, вырвал из чистой тетради листок, сел за стол и принялся писать:

"Заявление..."

Подумал намного и добавил ниже:

"... коменданту Степановне от всех детей".

Так, начало положено. "Как же там пишутся эти самые заявления? Надо вспомнить, как мама на уроках учила своих восьмиклассников. Помнится, что все заявления она начинала словом "прошу". Но я же не один прошу, а дети всего двора просят. Значит, надо писать: "Просим". " Просим..." "Привести", или "превести" надо писать? Ладно, напишем: " ...навести во дворе порядок. Много всякой грязи. Надо для малышей качели сделать и грибок, чтоб в песке возились. Еще машины и трактора оставлять за воротами. И пр... насыпать везде гравий, чтоб не утопать в лужах и болотах".

Алеша прочитал свое произведение и подумал, что в нем чего-то очень важного не хватает. Еще раз перечитал: вроде все проблемы обозначил. Но явно не хватает какой-то информации. Стал вспоминать, что же он еще такое хорошее придумал? О! Вспомнил! " Надо всем сделать суботник, чтоб и дети работали с родителями", - дописал он в своем заявлении.

- Алеша, время твое уже давно вышло, - сказала мама, заглядывая на кухню. - Можешь быть свободен!

- Погоди, еще немножко осталось! - отмахнулся Алеша, старательно выводя свои каракули. Он приписал к заявлению дату и поставил подпись.

- Ты что там пишешь, сынок? - поинтересовалась мама и подошла к столу.

- Вот, заявление написал Степановне. Теперь надо переписать начисто и понести, чтоб все подписали. Мам, ты проверь, правильно у меня там все?

Мама внимательно прочитала Алешин труд и сказала:

- Ну, что ж, молодец, все правильно изложил! Идея тоже замечательная. Вот только слово "субботник" пишется с двумя "б". Ты думаешь, все ребята подпишут?

- Еще как подпишут, мамочка! Надоело в таком дворе играть.

Алеша принес новый лист бумаги и принялся аккуратно переписывать заявление.

- Алешка! Ну, что ты там застрял? - крикнул со двора Сережка. - Час уже твой давно прошел!

- Да отстань ты! - крикнул в ответ Алеша. - Некогда мне сейчас!

Наконец, все было готово. Алеша взял заявление и пошел с ним в комнату к маме.

- Мам, ты сможешь передать Степановне?

- Я-то, конечно, смогу, но почему бы тебе самому это не сделать? Всякие заявления подаются лично. Из рук в руки, - сказала мама. - Возьми себе в компанию еще кого-нибудь из ребят постарше.

- Так ведь Степановна и слушать нас не станет. Выгонит прочь - и все.

- Если выгонит, идите дальше. В партком, например. Нужно уметь отстаивать свои интересы. Тем более, что ты не свои личные интересы берешься отстаивать, а общественные.

Как и ожидал Алеша, ребята с удовольствием поставили свои подписи на Алешином заявлении. Даже проявили живейший интерес. Шутка ли: настоящий документ от своего имени получился. И с Алешей к коменданту вызвались идти почти все. Пришлось учинить выборы. В результате долгих дебатов собрали делегацию уполномоченных из числа трех человек: самого Алеши как автора заявления, отличника Жени, ученика 6 класса, и пятиклассника Володи Климова, у которого мама была знаменитой на весь район дояркой-передовицей.

До самого вечера занят был Алеша всеми организационными вопросами насчет уборки двора. Вечером спрашивает его мама:

- Ну, как у тебя там с заявлением продвинулись дела? Собрал подписи?

- Подписи-то собрал, да Степановну никак не могли выловить.

- Ничего, выловите еще. Главное, не бросайте начатого дела.

- Мам, а ты так и не сказала мне, о чем я должен был подумать, когда наказан был.

- А ты разве не догадался сам? - спросила мама.

- Да есть у меня одна мысль, но, боюсь, что ошибочная.

- И что же это за мысль?

- Наверное, должен был я подумать, как с пользой проводить свое время, чтоб оно и не убегало, и не отставало от меня.

- Ну, и подумал?

- Подумал, подумал, мамочка! - рассмеялся Алеша и кинулся к маме обниматься.

- За то и молодец! - похвалила мама. - А дело свое общественное вы обязательно доведите до конца.

- Доведем! - уверенно пообещал Алеша.


Васька


Васька - это большой серый кот обычной домашней породы. Достался он Алешиной маме с Алешей в наследство от бывших хозяев квартиры. А уж от кого он им достался, этого никто не знает. В общем, Васька живет в квартире с незапамятных времен постоянно на правах полноправного хозяина.

Он и ведет себя в доме по-хозяйски. И не только в доме, но и во всем дворе. Местные кошки его обожают, коты подчиняются беспрекословно, а остальное дворовое зверье, включая и собак, старается обходить его стороной, от греха подальше. Бо-ольшой авторитет этот Васька во дворе, ну, прям, "вор в законе" среди животного мира. Кстати, Васька, на самом деле вор чистейших кровей. Как ни посмотришь, он все что-нибудь вкусненькое жрет, устроившись где-нибудь возле крыльца. То рыбью голову, то куриную ножку, а то и кусок колбасы уплетает. Где это он все достает? Хотя, правда, за лапу его еще никто ни разу не поймал. То есть, возможно, что и не он сам ворует, а всякие сородичи ему долю отдают. А с другой стороны, чтобы такой кот, да и не воровал?

Ну, у хозяев своих он, конечно, никогда ничего не крадет. Не такой дурак, чтобы портить отношения. Хозяева - это святое для всякого порядочного кота. Потому что без хозяев кот - не кот, а так, тьфу! бездомный бродяга какой-то. Васька таких котов на дух не переносит. Он и сам, пока нынешние хозяева не вселились, целых полгода мучился своим дурацким положением.

Даже запаршивел слегка от одиночества. Как не запаршиветь: квартира есть, а хозяев нет. Да и в квартире творилось невесть что: люди какие-то все что-то резали, скоблили, драли, мазали. Пыль столбом, запахи эти противные лакокрасочные - всю квартиру загадили! Васька попытался было пометить территорию, чтоб втемяшить этим бестолковым людям, кто в доме хозяин. Не поняли, вышвырнули вон и дверь закрыли.

Слава богу, явились, наконец, хозяева! Вот уж рад был Васька! Давай задабривать, чтоб не уехали, гляди. Ходит за хозяйкой по пятам, об ноги трется и мурлычет во всю ивановскую: "Мур-мрым,мур-мрым!" Орган какой-то, а не кот.

-Мамочка, гляди, какой котик пришел хорошенький! - закричал Алеша. - Ты послушай, как он громко мурлычет!

- Кушать, небось, хочет, вот и мурлычет, - сказала мама. - Потом наклонилась и потрепала Ваську за ушками:

- Погоди, вот сейчас управимся с вещами, тогда я тебе молочка налью.

"Молочка мне твоего и даром не надо, - подумал кот. - А хозяйка ты, видать, добрая. Другие ногами пинались, когда знакомились". Васька добродушно боднул хозяйку в ногу и решил снисходительно: "Ладно, уж, выпью я твое молочко за ради знакомства. Хотя я, конечно, предпочитаю колбасу. Или котлету, еще лучше". Вот так Алеша и его мама познакомились с котом Васькой. И подружились.

Ну, если можно так сказать, что подружились. Вообще, стоит заметить, что упомянутый выше кот Васька людей не любил. Попросту опасался и не доверял. Он знал, что от людей следует ждать одни только гадости. Кричат, пинают ногами, швыряются палками, вениками, тряпками и камнями, таскают за хвост и обливают помоями, тычут мордой во что попало и наступают на лапы - вот далеко не полный перечень различных методов общения, которые используют люди, добиваясь с котами взаимопонимания. И как относиться к этому следует, скажите на милость? Ну, не "спасибо" же говорить?

Вот и получается, что одни коты раболепствуют перед людьми, стараясь им угодить, а другие пускают в ход зубы и когти. Наиболее продвинутые коты просто делают ноги, почувствовав недобрый момент. Васька относился к очень продвинутой категории котов. Он взял себе за правило: с людьми нужно держать ухо востро и быть от них подальше.

Но, когда Алеша с мамой вселились в квартиру, кот моментально почуял носом, что эти люди отличаются от других. Вроде, как и не люди вовсе: ногами не пинаются, не орут, за дверь не выгоняют и куски Ваське на пол не швыряют, как собаке, а накладывают в мисочку. "Вот это очень даже правильно! - согласился с таким поведением кот. - Ты ко мне с уважением, и я к тебе со всей душой".

А все-таки, на всякий случай, решил проверить хозяев на вшивость. Да и территорию заодно обозначить. То есть, пока мама с Алешей побыли в школе, Васька метки на кухне пограничные сотворил.

- Ай-я-яй! Как не стыдно! - возмутилась мама, обнаружив эти "творения". - Такой солидный кот, а занимаешься безобразием! Придется мне за дверь тебя выставлять и форточку закрывать, чтоб не хозяйничал тут в наше отсутствие.

"Да, тут я, кажется, малость переборщил, - подумал кот. - А ведь подсказывала мне интуиция, что не следует этого делать. Слушать надо голос разума наперед".

Тут пришла комендантша Степановна. Увидела кота на кухне и набросилась на него:

- А ты уже тут, разбойник! Ворюга проклятый, сатрап заморский! Пришел порядочным людям жизнь калечить?

- Так это ваш котик? - спросила хозяйка. - Смотрим, пришел, кушать просит. Ну, мы и приютили, - принялась она оправдываться перед Степановной.

- Да нет, это Васька. Он тут и живет, в этой квартире, - объяснила комендантша. - Прежние-то хозяева съехали, а он остался. Лучше б уж наоборот все было: такой разбойный кот, спасу от него нет! Это не кот, скажу я вам. Это чудовище какое-то с хвостом - вот, что это такое. А вы его в дом. Нельзя его в дом дальше порога допускать.

"Тебя это нельзя дальше порога пускать, змеюка подколодная!" - подумал кот и слегка вильнул хвостом. - Ходит тут по квартирам, вынюхивает что-то".

- А мне кажется, что этот котик очень даже милый и добродушный, - возразила хозяйка. - Смотрите, какая у него симпатичная мордочка!

"Еще какая симпатичная, - согласился Васька. - Я еще и песни хорошие знаю!" Он поднялся с места, подошел к хозяйкиным ногам и принялся усиленно тереться, громко мурлыча.

- Посмотрите, посмотрите! Он все понимает, что о нем говорят! - воскликнул Алеша, наблюдавший происходящее. Наклонился к Ваське и погладил спинку:

- Пошли в комнату со мной играться!

Васька и пошел следом за Алешей.

- Действительно, понимает! - удивилась мама. - Прямо чудеса в решете!

И вправду, стали с Васькой происходить настоящие чудеса после того, как поселились в доме Алеша с мамой. Во-первых, Васька распрощался навсегда со своими воровскими привычками. Ни тебе драки с другими котами не учиняет, ни по чужим сараям не шарит. И даже цыплят перестал давить.

Во-вторых, перестал шляться по подвалам и чердакам. Ну, разве только иногда прошвырнется по крыше со знакомой кошечкой. Но это так только, чтобы не потерять форму. А в целом, совсем домоседом стал Васька. Если хозяева дома, то и Васька в доме крутится. А когда их нет, то терпеливо поджидает у двери на крылечке. Это, если погода хорошая. А в непогоду пробирается через форточку на кухонном окне, разваливается тут же, на подоконнике и спит, на солнышке греясь. И ничто его не колышет, пока в дверях ключ не начнет звякать. Тут Васька спрыгивает с подоконника и шлепает встречать хозяев.

Взаимоотношения у него с хозяевами самые теплые. Но разные с каждым из них. Алеша у Васьки - приятель по играм и ребенок, о котором следует заботиться. Играют чаще всего в охоту. Это когда Васька, словно котенок, мотается по всей квартире за игрушечной мышкой, которую Алеша смастерил из тряпочного лоскутка и привязал к веревочке. Еще играют в футбол. Для этого у Алеши специально есть маленький мячик. Когда Алеша с Васькой играют в охоту или футбол, все вокруг переворачивается вверх дном. Зато весело.

Вечером Васька убаюкивает Алешу. Как только Алеша уляжется в постель, Васька тут же прыг на кровать, и к Алеше под бочок: "Мур-мрым, мур-мрым...". Это у него колыбельная песенка такая. Алеша и засыпает под Васькину колыбельную.

Вообще, Васька старается постоянно заботиться о ребенке. Например, Алешины волосы. Вечно они у него торчат вихрами. Это же некрасиво. Сядет Алеша на диван телевизор смотреть, а Васька на спинку дивана прыгнет, к Алешиной голове подберется и принимается прилизывать Алешины вихры, чтоб не торчали ежиком.

Когда у Алеши болит живот, или еще что-нибудь, и мальчик вынужден соблюдать постельный режим, Васька принимает на себя обязанность сиделки. Вернее, лежалки. Ложится на больное место и греет. Еще и песенки Алеше поет, чтоб не скучно больному было.

С мамой Алешиной у Васьки отношения серьезные, деловые. Перед мамой он важный и степенный. Когда она занимается уборкой, сопровождает ее из комнаты в комнату. Ступает при этом мягко, медленно, чтоб не слишком обращать на себя внимание. Если мама сидит на месте или стоит, Васька устраивается где-нибудь рядышком и наблюдает. Больше всего любит наблюдать, как мама пишет. Устраивается на столе удобнее и внимательно следит за пишущей ручкой, как она движется по бумаге, оставляя за собой какие-то замысловатые загогулины. Ползет, ползет ручка, все ближе и ближе к Ваське подбирается. И вот уже прямо к Васькиной мордочке подползает. Тут он ее хвать лапой! - и пригвоздит к месту.

- Отстань, Васька! Не мешай! - сердится мама. Но Ваську не прогоняет. И он вновь продолжает караулить мамину ручку.

Еще у мамы с Васькой заводятся всякие длинные беседы, которые чаще всего проводятся на кухне и носят воспитательный характер.

- Ты же, Василий, взрослый кот, и прекрасно знаешь, что во всем должен соблюдаться порядок. Особенно, если что стоит на своем месте. А ты зачем-то с книжной полки все Алешины модели на пол скинул. Опять, верно, гонялся за мухой? Ну, неужели ты не понимаешь, что если муха летает по комнате, то нечего за нею гоняться. Ее следует ловить, когда она сидит.

"Это верно, - мысленно соглашается кот, - полчаса бесполезно гонялся. Только набедокурил слегка: занавеску порвал и стакан опрокинул. Хоть бы не заметила хозяйка".

- А стакан тоже из-за мухи опрокинул? Или по столам уже принялся шарить? По столам, братец, нехорошо с лапами забираться! Ты же по улице ходишь, а после улицы лапы не моешь.

"Стакан, верно, из-за мухи этой проклятой опрокинул. А насчет лап это вы напрасно наговариваете! Лапы я регулярно мою. И не только после улицы. Они у меня всегда чистые. Я же не какой-нибудь там бродяга с помойки".

- Вообще-то, Василий, советовала бы я тебе остепениться уже. Ты все-таки в солидном возрасте, и живешь в неплохих домашних условиях. А позволяешь себе хулиганские поступки, вредные твоему же здоровью. Ты зачем, к примеру, учинил вчера во дворе драку? Ну, чем тебе, скажи на милость, не угодил Степановнин пудель? Премилый, безобидный песик...

" Тоже еще, безобидного нашла! Да он такой же Змей Горыныч, как и его хозяйка. Был бы я побольше, я бы этого "милого" песика разодрал бы в клочья".

- И занавеску, вот, подрал зачем-то. Прямо разбой какой получается!

" Ну, все, я пошел, уважаемая моя хозяйка! Мне этот разговор надоел! Я, конечно, не Сахар Медович, но гордость свою тоже имею". Васька недовольно поднимается с места и тащится к дверям, помахивая сердито хвостом.

- Вот так, значит? - спрашивает мама. - Правда нам глаза колет? Ну, иди, иди! Подумать не забудь о своем поведении. - Открывает дверь и выпускает кота на улицу.

Думает Васька, или не думает, а указания мамины все-таки старается выполнять. Да и как иначе? Кто кормит, тот и музыку заказывает.

К примеру, насчет лап. Возмутилась мама по поводу того, что Васька лапы не вытирает об тряпочку, которую она специально у порога положила:

- На улице, вон, грязюка, лужи кругом! А ты, Василий, прямо с улицы с грязными лапами топаешь! Тряпочка у порога для чего лежит?

"Алеше тоже не мешало бы про тряпочку напомнить. Летит в дом с грязными ботинками. Тем более, что он-то как раз по лужам прыгает, а я их стороной обхожу".

- С Алеши ты пример не бери! Он, во-первых, ребенок еще, ему триста раз одно и то же сказать надо, чтоб усвоил, а ты взрослый кот. А, во-вторых, он если наследит, то сам же потом и вымоет за собой. А ты полы не моешь.

"Знаем, как он моет! Посредине комнаты поелозит тряпкой, а под кроватью я всю пыль собираю, когда за мячиком бегаю".

Как ни спорит Васька с мамой, а к словам ее прислушивается. И лапы стал у порога вытирать. Подойдет к дверям, на тряпочку всеми четырьмя лапами наступит, потопчется секунду, потом в дом идет. Соседи увидели как-то, просто обомлели от удивления: что это с котом твориться стало?

Очень любит Васька в компании с Алешей телевизор смотреть. Включат телевизор, на диван с ногами и лапами заберутся и на экран уставятся. А там все так забавно мелькает! Васька смотрит, смотрит, потом нервы у него не выдерживают. Он спрыгивает с дивана и - к телевизору, который на ножках напротив дивана стоит. И принимается ловить изображение в телевизоре, подпрыгивая на задних лапах. А ничего не ловится.

- Мама, мама! Смотри: Васька передачу ловит!

"Глупый этот Алеша! Чем попусту глазеть в ящик, лучше помог бы изловить в нем всех уродов, которые там бегают".

Как-то смотрели по телевизору мультики. Вместе с мамой смотрели. И там какой-то идиот, которого мама с Алешей котом назвали, все время безуспешно гоняется за мышью. Омерзительный такой мультик, надо сказать! Вдруг, мама и говорит Ваське:

- Вон, смотри, Васька, порядочные коты мышей ловят, а ты уж, небось, и забыл, как это делается. Дрыхнешь целыми днями на подоконнике, а мыши скоро тебе на хвост наступать будут.

"А вот это вы напрасно, уважаемая! - обиделся Васька. - Во-первых, не дрыхну вовсе, как вы изволили выразиться, а культурно отдыхаю после ночного дежурства. Во-вторых, нечего меня сравнивать с этим нарисованным уродом. И мыши у вас вовсе не водятся в квартире. В других квартирах, точно, есть. А тут я контролирую ситуацию. А если не верите, то я сумею вам доказать".

Наутро, чуть свет, вздумала мама ведро с мусором на помойку вынести. И у порога наткнулась на огромную серую крысу, не проявляющую никаких признаков жизни.

- А-а-а!!! - завопила мама от ужаса. - Алеша-а-а! Гляди, что такое?!!

Подскочил на вопль сонный Алеша.

- Мамочка! Это же обыкновенная крыса! Ее, верно, Васька задушил, - успокоил маму.

- Ой, не могу! Убери, пожалуйста, отсюда эту гадость, а то помру!

Алеша принес совочек с веником и сгреб крысу в мусорное ведро, которое тут же и вынес на помойку.

Мама все утро не могла прийти в себя. А Васька важно терся о мамины ноги и воображал. "Вот теперь убедилась, какой я замечательный охотник!" - думал он и гордился сам собою.

На следующее утро точно такая же крыса оказалась на кухне под окном. Просто Васька обронил ее, когда втаскивал с улицы через форточку. Да так и оставил, не стал к дверям тянуть.

Мама чуть в обморок не упала, увидевши окровавленную тушку. Алеше опять пришлось сгребать крысу в ведро и выносить на помойку.

- Где этот хвостатый бандит? Я убью его, паразита, на месте, если он попадется мне на глаза! - бушевала в это время мама, размахивая шваброй.

"Бандит" надежно укрылся под шифоньером. "Ну, чем тебе не понравилась эта крыса? - недоумевал он. - Самую жирную выбрал. Ты еще попробуй поймать ее! Чем шваброй размахивать, лучше б и за то "спасибо" сказала".

На третье утро мама сначала разбудила Алешу и послала его на кухню проверять, как обстоят дела насчет крыс. Алеша выбросил на помойку очередную Васькину жертву, а заодно отправил на улицу самого охотника. Подальше от маминого гнева.

- Алеша, он издевается надо мною, кровопивец проклятый! - простонала мама.

- Да нет же, мамочка! - сказал Алеша. - Просто он хочет доказать тебе, что замечательный охотник. Ты же сама упрекнула его, что не умеет ловить мышей, а он обиделся. Теперь показывает, что может поймать не только мышку, но и крысу.

- Что же, он теперь до конца дней своих будет подбрасывать мне этих дохлых тварей?

- Ну, ты скажи ему, что осознала свою ошибку, что теперь убедилась в его охотничьих способностях.

Вечером, наливая Ваське в мисочку молоко, мама сказала ему:

- Василий, ты не таскай больше в дом крыс. И мышей не таскай. Что ты великолепный охотник, то сомнению не подлежит. Равных тебе нет. Но крыс и мышей я терпеть не могу.

"Жаль! - огорчился Васька. - А то б я тебе таких экземплярчиков доставил - пальчики оближешь!"

Но просьбе внял: ни крыс, ни мышей в квартире теперь ни в каком виде не обнаруживалось.


Симуляция


Алеша любит в школу ходить. Ну, не на уроки, разумеется, а на переменки. На уроках скучно. Разговаривать нельзя, а к доске Алешу не вызывают. Учительница думает, что Алешу нет смысла вызывать, потому что он и так все знает. Она вызывает, обычно, тех, у кого с домашними заданиями не в порядке.

Правда, Алеша частенько берет в руки инициативу и принимается с места громко заявлять о своем существовании. Он первый отвечает на вопросы, которые учительница всему классу задает, или подсказывает отвечающему у доски, или принимается помогать учительнице, когда она объясняет новый материал. Когда учительница окончательно выходит из себя из-за Алешиного поведения, она отправляет его за дверь. Такое наказание Алеша принимает вовсе не как наказание, а как отпуск на свободу. Потому что за пределами класса он волен делать все, что угодно. Например, заглядывает в соседние классы, или пускает в коридоре бумажные самолетики, или играет в догонялки с такими же, как он сам, вольноотпущенцами. Или, к примеру, пойдет в столовую, которая одновременно является актовым залом. А на невысоком подиуме там стоит старое-престарое и расстроенное вдрызг пианино. Алеша поднимает крышку пианино и принимается музицировать в тоне фортиссимо. Кухонные работники в ужасе вылетают из кухни и устремляются к музыканту, чтобы воздать ему необходимые почести. Но Алеша вовремя улепетывает восвояси, дабы горячие всплески всенародной любви не покалечили его романтическую натуру.

Не поймавши "музыканта" за руку, кухонные работники идут жаловаться директору. Директор с возмущением обрушивается на учителей, которые любят выдворять из класса неспокойных учеников:

- Почему у вас дети во время уроков по школе болтаются? Вам родители доверили деток, чтобы они обучались наукам, а не беспризорничали. Вы если не умеете работать с детьми, не работайте. А коль взялись учительствовать, то извольте управляться со всеми.

Какое-то время после директорского нагоняя учительница терпит Алешу. И наступают для ребенка скучные серые будни: не вертись, не разговаривай, не перебивай, не подсказывай - тягомотина, а не жизнь.

Другое дело - переменки! За одну переменку Алеша творит гораздо больше подвигов, чем за все уроки, вместе взятые. Плохо только, что короткие переменки: только во вкус войдешь - звонок.

Что ни говори, а уроки сильно отравляют существование. А еще хуже, что слишком уж рано следует отправляться в школу. Спишь себе сладким сном, тут прямо в сон врывается: "Алеша-а-а! Вставай!" Что, вставай? Куда вставать?

- Алеша, вставай, сынок, а то в школу опоздаем! - тормошит мама.

- Мамочка, можно, я еще минуточку посплю! - стонет сын.

- Нет, сыночек, все минутки вышли. А у меня первый урок.

Эх, кабы не мамины уроки, Алеша еще минут пять поканючил бы. Но приходится выползать из теплой постели и собираться в эту противную школу. Скорей бы до выходных дотянуть! А еще лучше - заболеть! Не сильно, конечно, а так, чтобы совершенно не болело ничего, а в школу подниматься не надо. Везет же некоторым детям, которые чуть ли не каждый день болеют и дома отсиживаются. В Алешином классе есть такой мальчик - Сережка Мальцев. Ни одной недели не проходит, чтоб он день-два не проболел. Живет, кстати, этот Мальцев в доме, который напротив Алешиного. Как-то Алеша спросил у Сережки:

- Слушай, Мальцев, ты почему так часто болеешь?

- Потому что я умный, - ответил Мальцев. - Когда захочу, тогда и болею.

- Как это, "когда захочу"?

- А так. У меня хронический бронхит. Я в детстве, когда еще в садик ходил, болел бронхитом. И тетенька врач сказала, что мне простужаться нельзя. Чуть простужусь, сразу кашель. Вот мама и бережет меня от простуды. Стоит закашлять, она дома оставляет меня. Если мне в школу неохота, я принимаюсь кашлять. Мама сразу же компресс на грудь, питье горячее, а в школу - ни-ни! Потом на работу уйдет, а я что хочу, то и делаю: хоть во дворе гуляю, хоть дома развлекаюсь.

- Ну, ты и даешь! - восхитился Алеша. - Как же ты до этого додумался?

- Из-за этой школы до чего угодно додумаешься! А утром, знаешь, как неохота вставать! А в классе учительница орет, оболтусом обзывает. Ты скажи, разве я похож на оболтуса?

- Нет, Мальцев, на оболтуса ты не похож. Ты вообще очень даже нормальный мальчик.

- Вот-вот, а она обзывает. Обидно! Кому же понравится? У тебя мама в школе работает, и то учительница к тебе придирается. А меня кто защитит? Вот и приходится выкручиваться самому.

- Это ты верно! - согласился Алеша. - Ученикам в школе беда! Мне бы тоже какую-нибудь болезнь подхватить, вроде твоей.

- Что, совсем уж никакой и нет?

- Да вот такой, чтоб покашлял, и дома сиди, такой нет.

- А ты попробуй! Кашлять - это совсем легко. - Сережка для убедительности прокашлялся. Очень даже натурально вышло. Алеша позавидовал: бывают же у людей способности.

- Не-е, у меня так не получится, - сказал он. - Да и бронхита у меня не было никогда. Я желтухой в прошлом году болел и еще сердцем.

- А что это такое - желтуха? - поинтересовался Мальцев.

- Это когда живот болит, и желтый весь получаешься, - объяснил Алеша.

- Нет, когда нужно, чтоб желтый был, не годится, - сказал Мальцев.

- Да, и еще когда желтуха, сразу же в больницу отправляют, потому что болезнь заразная.

- С такой болезнью, действительно, ничего не изобразишь, - посочувствовал Мальцев. - Сразу же в больницу упекут.

- Мне после больницы диету назначили и сказали, что живот нужно сильно беречь, - похвастал Алеша.

- Это как беречь?

- Ну, если заболит, сразу же следует ложиться в постель и лежать. Покой нужен, и чтоб ничего не поднимать.

- И долго его беречь надо?

- Всю жизнь. Печень, это тебе, брат, не шуточки.

Тут Мальцев схватился за живот, смеяться начал. Алеша даже обиделся: чего смешного он сказал.

- Ты что? - спросил он.

- А то, башка дурья, что у тебя желтуха в тысячу раз лучше моего бронхита. Мне же кашлять всякий раз надо, а тебе только сказать, что у тебя живот болит - и все. Схватись за живот и стони погромче. Мама тебя дома сразу же и оставит.

- Ты думаешь, оставит? - не поверил Алеша?

- Еще как оставит! Она же любит тебя.

Очень заинтересовала Алешу идея с больным животом. Но пойти на прямой обман он долго не решался. Помог случай. То есть, у Алеши действительно заболел вечером живот. Наверное, от школьных котлет. Обычно, Алеша не ест в школе котлеты, потому что они из свинины. А свинину ему категорически нельзя употреблять. Но тут сильно хотелось есть, а ничего, кроме котлет, не было. Алеша и съел-то всего парочку. Аппетитные такие оказались, горяченькие. Домой пришел, живот и заболел.

Мама очень расстроилась. Напичкала таблетками и велела наутро в школу не ходить, а дома полежать в постели. Тут Алеша и вспомнил про свой разговор с Мальцевым. А через неделю Мальцев сам пришел к Алеше и говорит:

Давай, завтра в школу не пойдем! Мне дядя Миша игру настольную подарил. Футбол. Поиграем вместе.

Алеша и купился на этот настольный футбол.

- Ой, мамочка, животик болит! - простонал он жалобно, когда мама принялась утром будить его.

- Где болит? - испугалась мама.

- Вот тут, - Алеша ткнул в правую сторону живота.

- Ты вчера что ел в школе? - спросила мама.

- Ничего особенного. Только то, что можно.

- Может, поднимал что-нибудь тяжелое?

- Нет, мамочка, ничего не поднимал.

- Ну, ладно, попей, пожалуйста, сегодня таблетки и побудь дома. А завтра, если боль не пройдет, пойдем к врачу. И, пожалуйста, прошу тебя, не носись по квартире с Васькой, а спокойно лежи!

"Чуть что, сразу Васька! - обиделся кот, дремавший в это время у Алеши в ногах. - А сам Алеша, можно подумать, святой. И ничего у него не болит: голову морочит". - Поднялся на лапы, потянулся и, спрыгнув с кровати, поплелся на кухню.

Не буду носиться! - пообещал Алеша.

Мама ушла на работу с твердым намерением отменить сегодня факультатив и прийти домой пораньше.

Проводив маму, Алеша немного повалялся на кровати, потом прошлепал на кухню и выпил оставленное мамой молоко в кружке. Побродил немного по квартире. На всякий случай, пощупал свой живот. Живот был в полном порядке. Алеша оделся и пошел к Мальцеву.

Мальцев был дома и чувствовал себя превосходно. Встретив Алешу, он тут же достал из шкафа настольный футбол, и мальчики принялись увлеченно играть. Незадолго до обеда Алеша вспомнил, что не убрал со стола таблетки, которые мама оставила ему для лечения.

- Пора домой! - сказал Мальцеву. - У меня таблетки на столе остались. Как бы Васька их по квартире не раскидал. Да и мама скоро домой вернется.

- Ну, ладно, завтра доиграем, - согласился Мальцев.

- А ты, что, и завтра собираешься дома сидеть? - спросил Алеша.

- А ты нет?

- Я не буду. Мама сказала, что к врачу поведет, если живот не перестанет.

- Моя не поведет.

- Но ты же не болеешь на самом деле!

- Ну и что? Я же как будто болею. Значит, надо по-настоящему. А по-настоящему болеть надо не меньше трех дней. А иначе никто не поверит.

"Ну, и жук ты, Мальцев!" - подумал Алеша и тут же поймал себя на мысли, что сам он ничуть не лучше. Настроение упало окончательно. "Не буду больше обманывать! - решил он. - Стыдно все это и противно".

Но спустя неделю Мальцев опять подговорил Алешу остаться дома:

- Завтра после уроков наши пацаны будут с "ашниками" драться. Ты хочешь драться?

- Нет, не хочу! - замотал головой Алеша.

- Не хочешь, а будешь! А не то дразнить будут. Или побьют, - сказал Мальцев.

- А зачем драться? - спросил Алеша.

- Затем, чтоб не задирались первые.

- Ты-то откуда про драку узнал?

- Мне Булка сегодня сказал.

- А почему мне не сказал?

- Ага! Чтоб ты маме своей проболтался?

Булка - это Аладин Саша. Он самый высокий мальчик в классе. Его все боятся, потому что таких сморчков, как Алеша с Сережей, он одним пальцем сковырнуть может. Правда, Алешу Булка ни разу еще не побил, но после Сережиных слов насчет драки Алеша решил, на всякий случай, отсидеться дома.

Как и в первый раз, все прошло гладко и натурально. Мама испугалась, пощупала живот, потом лоб у Алеши, затем подумала вслух, что, может, стоит вызвать врача на дом. Алеша категорически отказался от врача, дескать, зачем врач, если и так все ясно, а таблетки Алеша и без врача пить может. В общем, Алеша остался дома, а мама ушла на работу.

Вскоре пришел Сережа, и мальчики принялись играть в индейцев. Потом пели военные песни и учили кота Ваську прыгать через кресло за "мышкой". Ваське это занятие очень быстро надоело, он запросился во двор. Выпустили кота и сами побегали немного.

В следующий раз Алеша "заболел" самостоятельно, без помощи Мальцева. Просто проснулся, глянул в окно, а там дождь и ветер. Алеша как представил себе, что в такую мерзопакостную погоду он будет до школы тащиться полчаса, что решил дома отсидеться. "Последний раз притворюсь - и все! Больше уж никогда не буду!" - сказал он сам себе и застонал, что есть мочи.

Так получилось, что Мальцев по той же самой причине тоже в тот день решил сделать себе выходной. В общем, как и раньше, мальчики очень весело и активно провели день, а к приходу родительниц разбрелись по домам изображать из себя несчастных страдальцев.

А мама Алешина, как и в прошлые разы, летела домой на всех парусах, отпросившись пораньше с работы. Возле дома ей повстречалась комендантша Степановна.

- А сынок ваш не ходит в школу, что ли? - поинтересовалась она, остановивши спешащую к сыну женщину.

- Да болеет он, Степановна! - ответила мама. - Вот, бегу скорее кормить. Ему режим соблюдать нужно.

- Что же у него, сердечного, за болезнь такая, если он вкупе с Мальцевским пацаном носится по дому и во дворе, как оголтелый? - спросила она.

- Может, это и не Алеша был? - спросила мама удивленно.

- Что же, я вашего Алешу от других мальчиков отличить не могу? - обиделась Степановна.

Ничего не ответила на это мама. Домой поспешила. Алеша за столом сидит, книжку читает.

- Ты как себя чувствуешь, сынок? - спросила мама, пристально вглядываясь в Алешины глаза.

- Хорошо, мама, - ответил Алеша.

- Действительно, тебя ничто не беспокоит? - многозначительно повторила мама.

- Да нет же, мамочка! - воскликнул Алеша, подбегая к маме. - У меня, правда, ничего не болит!

- А как же твой живот?

- Да ну его! Все в порядке с моим животом.

"Ладно, - подумала мама, останавливая себя от каких-либо действий, - не будем спешить. Оставим это дело до времени".

Время не заставило долго ждать. Через неделю у Алеши опять "заболел" живот. Мальцев культпоход наметил на конюшню, где его любимая кобыла Герда родила жеребеночка. Алеша никогда в жизни еще не видел новорожденных жеребеночков. А очень хотелось.

- Ой, мамочка, животик болит! - привычно застонал Алеша, сгибаясь в три погибели.

- Сильно болит? - участливо спросила мама.

- Сильно! - простонал Алеша, не ощущая подвоха в маминой интонации.

- Ну, что ж, тогда придется нам, сынок, отправляться к врачу в больницу.

- Как, в больницу? - выпучил Алеша глаза.

- Ну, как? Ногами.

- Но я же не дойду, мамочка! Очень сильно болит!

- Ничего, дорогой, я тебя на руках донесу, - успокоила мама. - Ну, ты сам посуди, как я могу тебя тут одного оставить? А вдруг приступ случится?

- Не случится, мамочка! - заплакал ребенок. - Раньше ж не случалось?

- Всему свое время, - ответила мама. - Раньше у тебя и живот не так часто болел. В общем, вставай потихоньку и одевайся. Если уж совсем невмоготу, то я попрошу соседа, чтоб довез. Он не откажет

Такого поворота событий Алеша никак не ожидал. И потому не знал, как же теперь ему выкручиваться? Если в больницу мама доставит, то непременно положат. А это вовсе не входило в Алешины планы. Эх, говорил же сам себе, что пора завязывать с этой симуляцией! Не послушал голоса разума.

- Мамочка, может, я в школу пойду лучше? Не хочу в больницу!

- А кто там, в школе, с тобой возиться будет, если тебе совсем плохо станет? У меня все уроки подряд: я не могу их бросить.

Алеша поднялся с кровати и принялся медленно одеваться. "Все! Пропал! - отчаянно думал он. - Доигрался, что теперь в больницу упекут".

- Ну, мамочка! - заревел Алеша уже по-настоящему. - Не отправляй меня в больницу! Я лучше в школу пойду!

- Как пойдешь? - удивляется мама. - У тебя живот сильно болит, двигаться не можешь.

- Уже не сильно болит, - уверяет Алеша. - Скоро совсем перестанет.

- Когда это "скоро"? К обеду, что ли? Я до этого времени с ума сойду. А в больнице, по крайней мере, живые люди: не дадут тебе пропасть.

- Уже сейчас не болит, мамочка! - заливается Алеша слезами.

- Ничего не пойму, Алеша! - машет мама руками. - Только что сильно болело, и вдруг не болит вовсе.

- Не болит, мамочка! Точно не болит! Я обманул тебя, прости меня! - кричит Алеша и бросается к маме на руки.

- Зачем же ты меня обманул, сынок? - спрашивает мама, обнимая сына.

- Жеребеночка хотел посмотреть.

- Какого жеребеночка?

- В конюшне который. У Герды.

- Ладно, не реви! Давай, успокойся и быстренько собирайся в дорогу. У меня первый урок. И у тебя тоже. А по пути ты мне все-все расскажешь.

А Сережку Мальцева мать отлупила, когда узнала про все его "болезни". Как он там в дальнейшем справлялся со своими недугами, никто не знает. А вот Алеша с тех пор про свой "больной животик" и думать перестал. Чем позориться перед людьми, лучше уж не уроках скучать. Хотя, если по-настоящему к ним отнестись, то можно даже найти в них много интересного и забавного.


Паша + Маша


В начале июня Алешина мама поехала со своими учениками на районный турслет. Этот слет состоялся в живописном местечке близ ст. Ставропольской, где к услугам туристов природа приготовила все свои прелести: горы, лес, речка и великолепная лесная поляна.

Школьная команда состояла из 15 человек: 7 девочек и 8 мальчиков. Спортивным руководителем команды был учитель физкультуры Виктор Васильевич, а главным руководителем была Алешина мама.

Каждый турист взял с собой в рюкзак все необходимые для похода личные вещи и посуду, а палатки и продукты были погружены в автобус, который специально для турслета выделил колхоз.

Мама взяла с собой на турслет Алешу, потому что его не с кем дома оставить. А Виктор Васильевич взял с собой живого петуха, потому что, по словам Виктора Васильевича, без холодильника живая птица хранится гораздо лучше, чем неживая.

Алеша сначала не понял, зачем на турслете петух?

- Затем, что в последний день мы его зарежем и съедим, - объяснил Виктор Васильевич.

- Как зарежем? - выпучил глаза Алеша.

- Обыкновенно, как все режут. И сварим на нем великолепный борщ.

До поляны в автобусе петух ехал в мешке. А на месте, когда поставили продуктовую палатку, петуху привязали веревочку к ножке, а веревочку зацепили за колышек. Петух тут же принялся деловито расхаживать между палатками и клевать все, что ему попадалось под ноги.

Весть о том, что в лагере имеется живой петух, моментально облетела всю поляну. Ребята из других школ набежали поглазеть на петуха, будто вообще никогда в жизни никаких петухов не встречали.

Вдруг выяснилось, что на другом конце поляны в лагере команды из Азовской школы тоже есть живая птица. Только не петух, а курица. И вся команда Виктора Васильевича вместе с Алешей пустилась на другой конец поляны, чтоб удостовериться, действительно ли так? Все точно: между палатками квохчет привязанная веревочкой за лапку самая, что ни есть, настоящая курица.

И тут вдруг кому-то из ребят пришла в голову идея: а, давайте, познакомим нашего петуха с их курицей! Скучно же ведь в одиночестве гулять. И всем эта идея показалась забавной. "Азовцам" идея со знакомством тоже пришлась по душе. Действительно, раз уж этим несчастным птицам суждено быть вскорости съеденными, то пусть хоть последние дни поживут в радости. И обе стороны ударили по рукам.

Тут, правда, возник вопрос: устроить птицам просто шапочное знакомство или более тесное общение?

- А давайте их поженим! - предложил Алеша.

Все засмеялись, но предложение понравилось. Стали бурно обсуждать: устраивать ли свадьбу, и в какой форме эту самую свадьбу проводить, где после свадьбы "молодые" будут жить, ну, и все такое прочее.

- Да вы что? Серьезно, что ли? - вмешалась в дискуссию Алешина мама. - Вы сюда куриные свадьбы устраивать приехали, или соревноваться? Какую-то чушь затеваете, ей-богу!

- Не чушь, мамочка! И курицам тоже хочется хорошо пожить. А за Пашкой и Машкой и я могу присмотреть. Я же не участвую в соревнованиях, - воскликнул Алеша.

- Кто это, Пашка с Машкой? - спрашивают ребята.

- Да петух с курицей, - ответил Алеша. - Мы их так будем называть. У всех должны быть свои имена.

Тут опять все засмеялись. Мама рукой махнула:

- Делайте, что хотите! Только чтоб соревнованиям все эти ваши глупости не мешали.

- А жить наши Паша с Машей будут у нас! - решительно объявили "азовцам" хозяева петуха. - По всем правилам невеста идет в дом к жениху. Тем более, что у нас рядом речка.

- Зачем же петуху с курицей речка? Они же не водоплавающие, - парировали "азовцы".

- Но у нас есть еще и Алеша, который будет следить за птицами, а у вас никого нет.

На это "азовцы" ответили, что Алеша может с таким же успехом следить за птицами и на их территории: не за границей живут.

После недолгих споров решили, что Паша с Машей будут попеременно жить то в одном лагере, то в другом: через сутки.

Сходили в лагерь к "азовцам" и привели с помощью веревочки "невесту". "Свадьбу" устроили весьма скромную: посидели вечером вместе у костра и попели песни. Паша с Машей в это время видели десятые сны в продуктовой палатке. Наверное, эти сны были счастливые.

Проблемы начались в полночь, когда Пашка, взлетев на гребень продуктовой палатки, объявил всей поляне точное время. Кого-то из туристов и их руководителей этот факт никак не затронул: сон крепкий одолел после тяжелого трудового дня. Кого-то слегка всколыхнул. Но нашлись и такие, которые забухтели спросонья, не разобравши сразу: ночь еще или уже утро?

Когда Пашка таким же манером заявил о себе через час, недовольных его поведением оказалось уже больше. К утру, естественно, Пашка восстановил против себя добрую половину поляны. В особенности, команды тех школ, которые были по соседству.

- Вы вот что, - набежали соседи с возмущением, - отправляйте вашего петуха скорее в суп, а не то мы сами ему голову свернем.

- Нельзя его в суп! - сказали хозяева. - У него с Машкой сейчас "медовый" месяц. То есть, неделя. Тем более, что сегодня он будет ночевать на другом конце поляны.

Соседи успокоились. Зато на следующее утро очень сильно взволновались соседи "азовцев". К тому же, к Алешиной маме пришел представитель от судейства и объявил, что ее школе, а так же Азовской школе судьи поставили штрафные очки за нарушение режима в ночное время.

- Вы, - говорит, - палатку, в которой петух ночует, хорошенько чем-нибудь накройте и петуха в какую-нибудь коробку засадите, чтоб не мог наружу выскочить. А лучше всего сразу зарежьте, чтоб не мучить зря.

- Не дадим резать! - взбунтовались обе команды. Алеша заплакал:

- Только-только жить стали по-человечески, а вы резать предлагаете!

Пока митинговали, опоздали на соревнования по краеведению. Когда "краеведы" пришли на КП, там уже дело шло к концу. Судьи поставили обеим школам "баранки" и посоветовали больше не опаздывать, а не то снимут с соревнований. В остальном весь день прошел нормально.

Вечером Пашку с Машкой затолкали в большую коробку, а палатку накрыли одеялами. Действительно, Пашкино пение уже не настолько будоражило окрестность. Утром "азовцы" забрали обеих птиц. Алеша то и дело бегал к ним в лагерь проверять, как там чувствуют себя его подопечные.

Они чувствовали себя превосходно и безмятежно ворковали, расхаживая между палатками. На ночь "азовцы" тоже затолкали Пашку с Машкой в коробку, а палатку накрыли наглухо одеялами и спальниками. Так что ночь прошла более-менее спокойно, и никому никаких "баранок" за нарушение режима не вписали.

Однако на следующее утро "азовцы" категорически отказались возвращать Пашу с Машей согласно договоренности. Дескать, мы на отшибе стоим и далеко от судейских палаток, поэтому птицы тут почти никому не мешают.

- Да мы тоже на таком же отшибе стоим, а уговор есть уговор, - возразили резонно хозяева петуха.

- Ну, что вы так волнуетесь? - успокаивают "азовцы". - Не съедим мы вашего петуха. Когда надумаете резать, мы тут же вам его вернем. Вам же так гораздо спокойнее.

Плюнули ребята на это дело и вернулись, оставив Пашку. Некогда спорить. А днем перед самым обедом прибежал от "азовцев" Алеша и закричал:

- Я знаю, почему они нам Пашку с Машкой не отдают!

Почему? - выскочили из палаток ребята. Все рванули к "родственникам" на другой конец поляны.

- Так нечестно! - заявили сходу "азовцам" - Уговор был, чтоб все поровну. Если бы Пашка с Машкой были сами по себе, то это одно дело, а если у них потомство появилось, то мы тоже имеем право на него претендовать.

- Ничего подобного! - отвечают "азовцы". - Претендовать никак не можете. Вы нам одного только петуха отдавали?

- Одного.

- Ну, вот, если хотите, то и забирайте одного петуха. А все остальное наше.

- Но ведь, если бы не наш петух, то не было бы у Машки яиц.

- А вы докажите еще, что ваш петух имеет отношение к нашим яичкам.

- Не хотите ли вы сказать, что за своими яичками ваша курица бегала в соседнюю деревню?

- Пусть не бегала. Но при разводе всегда дети остаются с матерью.

В общем, такая перепалка продолжалась долго. В результате хозяева забрали своего Пашку и вернулись ни с чем. Бесполезно спорить! Только время зря потеряли и пропустили соревнование по узлам.

Вечером Виктор Васильевич собрал всю команду и заявил, что если и дальше будет продолжаться вся эта канитель с петухом, то на правах его хозяина он самолично отправит его в суп. С наступлением темноты Пашку, как обычно, сунули в коробку, а палатку закрыли со всех сторон.

Ночью никто Пашкиных воплей не слышал, потому что спали все, как убитые. Да и привыкли, к тому же, за эти дни к петушиным побудкам. Но с восходом солнца, когда все проснулись, вдруг почувствовали, что почему-то не слышно Пашкиного крика.

- Ишь, как дрыхнет в одиночестве! - заметил кто-то из ребят

- Не иначе, как по Машке скучает, - добавил другой.

- Ладно, хватит болтать! - сказал Виктор Васильевич. - Вытащите лучше его из коробки и привяжите к палатке.

- Дежурный по лагерю быстро полез в палатку, но тут же выскочил обратно: Пашки в палатке нет.

Как это нет? Полезли вновь человек пять или шесть. Обшарили всю палатку: нет Пашки ни живого, ни мертвого - и все тут. Обошли лагерь со всех сторон, пошерстили в кустах и в траве. Даже к речке спустились. На всякий случай, заглянули в спальные палатки и к соседям в лагерь. Пропал Пашка, как сквозь землю провалился!

- Да он к Машке побежал на свидание! - догадался вдруг кто-то. И тут же все рванули в лагерь к "азовцам". Но и там Пашки не оказалось. Машка лишь одна хлопочет под столом.

На соревнование по ориентированию команда во главе с Виктором Васильевичем отправилась без всякого настроения. Тем более, что из-за того, что все утро проискали Пашку, не приготовили завтрак и довольствовались легким сухим пайком. К тому же, Вадик, главный специалист по ориентированию, проколол ногу, когда искал в кустах петуха. И вместо Вадика пришлось поставить Сашку. А он в ориентировании - что баран в библии. Только что ноги длинные, и бегать умеет.

- Ты вот что, Александр, - сказал ему Виктор Васильевич, - беги вместе со всеми. Главное, не отставай от группы, тогда не потеряешься. А время за тебя другие наверстают.

Первым пошел Славик. Он тоже в ориентировании настоящий ас. Так что с этапа он, как и ожидалось, пришел раньше всех остальных - первым. Передал эстафету Сашке. Сашка и рванул в лес, словно молодой олень.

Вот уже пришли первые бегуны всех команд, затем вторые отбегали, за ними третьи. Наконец, последние участники завершили эстафету. А Сашка будто в воду канул. Весь лагерь не на шутку взбудоражился. Четыре километра в лесу, да еще в горах - дело нешуточное. Заблудиться - пару пустяков, хоть и станица рядом. Встали всем лагерем на поиски. Судьи, на чем свет стоит, кроют команду и школу, из-за которой столько мороки на слете. Это ж не соревнования, а сплошная канитель!

Нашлись, конечно, и сочувствующие. Вот невезуха навалилась на команду, говорят, прямо беда: ночью Пашка пропал, а днем Сашка. Больше всех команде сочувствовали "азовцы" "Вы, - говорят, - не волнуйтесь! Главное, чтоб Сашка нашелся. А Пашка если не найдется, то мы с вами нашей Машкой поделимся. Как-никак, "родственники".

Вызвали из станицы охотников с собаками. И нашли Сашку километрах в пяти от поляны. Лежит, бедолага, на траве, распластав руки, и спит богатырским сном. А рядом Пашка крутится и квохчет, привязанный к Сашкиной ноге шнурком от кеда.

- Ты что же, бестолковая твоя душа, дрыхнешь тут, когда столько народу ищет тебя по всей округе?!

- Я, - говорит, - нарочно улегся, когда понял, что потерялся, чтоб еще больше не заблудиться.

Привели в лагерь.

- Как ты там оказался? - спрашивает Сашку главный судья. - Почему от маршрута отклонился?

- Пашку по дороге увидел, - отвечает Сашка. - Ну, и принялся его ловить. Я же не знал, что он такой прыткий. Я за ним, а он от меня.

В предпоследний день состоялись соревнования по топографии. У Виктора Васильевича в команде топография - любимый конек. Который год подряд школа на турслетах занимает призовые места по этому виду спорта. Да и на съемку отправились прошлогодние призеры, девятиклассницы Оля и Марина.

Кому из девочек первоначально пришла эта идея, теперь уже и они сами не помнят, а только во время съемки вздумали они завернуть в станицу, чтоб выпросить напрокат у кого-нибудь из местных жителей курицу. На один день только. Машку-то забрали "азовцы", а без подружки петуху скучно. "В станицу мы за час какой-нибудь смотаемся. Еще уйма времени останется на съемку" - рассудили топографы. И отправились за курицей.

Вернулись в лагерь уже после обеда. Уставшие, голодные, без съемки. И без курицы, разумеется.

- Что же вы все это время делали? - спрашивает у них Виктор Васильевич.

- Мы в станицу ходили за курицей, - отвечают.

- Зачем вам еще и курица понадобилась? Мало нам с петухом проблем?

- Мы для Пашки подружку хотели вместо Машки.

- Ну, и где же ваша курица?

- Никто не дал напрокат. Полстаницы обошли впустую.

- Как же вы теперь собираетесь карту чертить? - спрашивает Алешина мама незадачливых топографов.

- Ну, пойдем у кого-нибудь срисуем. Хоть бы, например, у "азовцев". Небось, не откажут по старой дружбе.

Вернулись от "азовцев" ни с чем.

- Нет у них самих никакой съемки, - сказали Оля с Мариной.

- Как это нет?

- А так. Их топографы тоже в станицу ходили.

- За петухом?! - догадалась Алешина мама.

- Ну да!

Теперь уже всей команде не было никакого дела до съемки. Бросились к "азовцам" выяснять подробности.

Все оказалось просто до невозможности. Их топографы, так же, как Оля с Мариной, смекнули, что можно было бы в станицу махнуть за петухом. Ну и поплелись в станицу. Но и у них ничего с этой затеей не вышло, потому что, не нашлось в станице таких дураков, которые согласились бы обменять домашнюю птицу на компас. А поскольку топографами у "азовцев" были не скромненькие девочки, вроде Оли с Мариной, а два нехилых мальчика с предприимчивой душой, то эти два мальчика, не долго размышляя, сиганули в первый, подвернувшийся на пути курятник, и заловили петуха.

Самое интересное событие произошло несколько позже, когда где-то на полдороге в лесу петух, который, по-видимому, был заядлым домоседом и не любил внеплановые путешествия с незнакомыми мальчиками, изловчился в руках своего похитителя и клюнул его прямо в нос. Тот взвыл от боли и выпустил пленника из рук. Петух и был таков. Ни съемки, ни петуха в результате.

Но и на этом не закончились у бедных топографов злоключения. Не успели успокоиться ребята, узнав об очередной "баранке", как грянула гроза в виде надвигающихся судей.

- Чует мое сердце, что они к нам идут! - сказала Алешина мама.

Сердце, разумеется, не ошиблось. Подошли судьи к лагерю. Целая толпа людей с главным судьей впереди. А с ними какой-то незнакомый мужик.

- Вот они, наши любители петухов! - сказал главный, обращаясь к мужику. - Петухомания у них, не иначе! А меня все их петухи и курицы достали окончательно. Слава Богу, завтра последний день всего этого кошмара. Так что забирайте их всех разом в милицию, в суд, в исполком, в Организацию Объединенных Наций - куда угодно! Я, может быть, хоть одну ночь посплю спокойно без всей этой птицефермы.

- В чем дело? - обращается Алешина мама к подошедшим людям. - К чему все эти разговоры?

- Где ваши топографы, которые сегодня в станицу ходили? - грозно вопрошает главный судья.

- Вот наши топографы, - говорит мама, указывая на Олю с Мариной.

Мужик внимательно оглядел девочек, потом головой замотал:

- Нет, это вовсе не они! Что вы мне этих пигалиц подсовываете вместо тех лохматых бугаев, которые по моему подворью гарцевали?! А это вовсе и не хлопцы, по-моему, а совсем даже наоборот.

- А еще кто-нибудь из ребят ходил в станицу? - спросил главный.

- Да нет же, никто не ходил.

Судья просиял от радости:

- Ну, вот, я же говорил вам, что наши тут ни при чем. Это какие-то другие хулиганы. - Добродушно похлопал мужика по плечу. - А петух у нас есть собственный, и никакие другие петухи нам не нужны.

Делегация ушла восвояси. Ребята расползлись по палаткам. Руководители принялись подводить неутешительные итоги. Минут через пятнадцать к лагерю опять подгребает уже знакомая толпа судей с мужиком, пополненная представителями команды Азовской школы.

- Коллеги! - обратился к Виктору Васильевичу и к Алешиной маме руководитель "азовцев" - Очень просим вас, отдайте нам вашего петуха, пожалуйста!

- Как отдать? Зачем отдать? - выскочили из палаток ребята. - Не будем мы никого отдавать! Он же наш собственный!

- Конечно, он ваш! - сказал руководитель. - Но что нам делать, если этот человек требует вернуть нам его петуха? А у нас только курица.

- Ну, и отдайте ему курицу.

- Предлагали. Не берет курицу. Говорит: петух нужен.

Ребята принялись уговаривать мужика:

- Возьмите у них Машку, - говорят. - Вы даже не представляете, какая она у них замечательная: и трудяга, и домоседка. Пашка наш бегать по лесу любит, а Машка дома сидит. А еще она чистоту любит и порядок: под столом все крошки до единой выгребает.

- Что вы мне голову морочите?! - заорал тут мужик. - Плетете мне какие-то басни! Вы мне петуха верните, которого эти прохвосты утащили!

- Ну, не хотите так отдать, давайте меняться! - умоляет руководитель "азовцев". - Мы вам курицу, а вы нам петуха. Все равно ведь завтра зарежете. Какая вам разница, петух будет в супе или курица?

И тут из толпы ребят выскочил Алеша, подлетел к петуху, схватил его в охапку и нырнул с ним в палатку.

- Не отдам! - закричал он отчаянно. - Никому не отдам Пашку! Лучше меня вместо Пашки режьте! - И заревел громко, на всю поляну. А все затихли...

- А ну вас! - плюнул в сердцах мужик. Махнул рукой решительно, - Хай вин пропадае, цэй петух! - Развернулся и пошел прочь быстрыми шагами.

Чуть ли не до темна уговаривали все Алешу вылезти из палатки. Сидел там, сжимая Пашку в объятиях, и всхлипывал:

- Все равно не отдам! Вы его резать собираетесь! А он живой!

- Да не будем мы его резать! - клятвенно пообещал Виктор Васильевич. - Забирай себе этого петуха насовсем и вылезай из палатки!

- Ага, вы меня обманете! - не верил Алеша.

- Ну, вот еще, - обиделся руководитель. - Кого я когда обманывал? Да я и сам к этому вашему Пашке прикипел душой.

Может, Алеша еще долго сидел бы в палатке в обнимку с притихшим Пашкой, да тут подошли ребята из Азовской школы и принесли Машку.

- Вот, - сказали они, обращаясь к Алешиной маме. - Мы решили нашу Машу отдать вашему Алеше. Не можем мы ее резать, а назад не повезем.

Тут Алеша и выполз из палатки. Стоит, петуха к груди прижимает и улыбается от счастья: воевал за одного Пашку, а получил еще и Машку в придачу.

Пашку и Машку Алеша по приезде с турслета отдал в детсадовский "живой уголок", в котором уже проживали два попугая, четыре хомячка, две белые крыски, утка без крыла по имени "Кряква", черепаха "Тортила" и хромой гусь "Гага".


Часы с "кукушкой"


На День рождения маме подарили часы с "кукушкой". Это такие настенные часы, которые очень похожи на сказочную избушку на курьих ножках. Только вместо ножек у этой избушки висит длинная цепь с гирей, и маятник болтается. Если цепочкой подтянуть гирю к полу избушки и толкнуть маятник, то часы пойдут: "Тик-так, тик-так".

Вместо двери с окном у этой часовой избушки - циферблат с двумя стрелками, которыми можно вертеть сколько угодно хоть вперед, хоть назад. А под крышей у избушки есть маленькое окошечко, из которого кукушка высовывается и кричит: "Ку-ку!" Сколько часов показывают стрелки, столько раз и кукует. К примеру, если маленькая стрелка стоит на единице, а большая - на двенадцати, то кукушка прокукует всего один раз: "Ку-ку!" Это значит, что часы показывают один час времени. Когда два часа показывают, кукушка дважды кукует. Ну, и так далее. Еще по одному разу кукует кукушка в половине всякого часа. В общем, через каждые полчаса кукушка исправно вылетает из окошечка и кричит столько, сколько положено по времени. Если, конечно, часы идут исправно.

А часы с самого начала совершенно исправно шли. Потому что новые. Новая вещь, если она без брака, то всегда исправно работает. Так что с кукушкой этой и с маятником, и с гирей у мамы никаких не было хлопот. Только знай себе каждый день утром и вечером подтягивай гирю и толкай маятник. Мама так и делала: гирю на цепочке подтянет до самого верха, маятник толкнет, если он остановится, часы и тикают себе спокойно. А в положенное время кукушка выскочит, прокукует, сколько надо - и все в порядке.

Правда, поначалу кукушка сильно донимала Алешу с мамой своим кукованием. Особенно по ночам. Только задремлешь, устроившись в постели, тут: "Ку-ку, ку-ку!" На другой бок перевернешься, опять: "Ку-ку, ку-ку, ку-ку!" Ну, беда прямо! Вскоре привыкли. Просто перестали обращать внимание. Зато не надо всякий раз бежать в большую комнату, чтоб время посмотреть: кукушка сама о нем сообщает.

В общем, очень довольна была мама таким подарком. Алеша тоже. Еще бы: более занимательной вещи в доме у них до сих пор не водилось. Перво-наперво заняла Алешу проблема: зачем к этим часам привешена гиря? Да еще такая большая и на такой длинной цепочке. К тому же, странное дело, висит себе эта гиря тихо-тихо, совсем неподвижно, а через какое-то время оказывается, что она опустилась. К вечеру вообще до самого пола опускается. Алеша вздумал как-то покараулить эту самую гирю, чтоб посмотреть, как опускается. Специально подольше сидел, не спуская глаз. Никаких движений. Даже не шелохнулась. Но опустилась. Алеша для верности решил отметить расстояние. Побежал в свою комнату, принес карандаш и отметил на стене положение гири. И опять стал долго-долго наблюдать. Все то же самое. Через полчаса приложил гирю к стене, а метка-то выше оказалась. Чудеса прямо, да и только!

"Интересно, - подумал Алеша, - а если к этой гире привесить еще что-нибудь, что получится?" Он побежал на кухню и стал искать в столе, что можно было бы привесить потяжелее. И чтоб держалось хорошо. Сначала приладил ручку от мясорубки. Ничего: все в порядке. Маятник болтается, часы тикают, гиря висит и вниз опускается вместе с ручкой. Заметно стала опускаться, да и маятник быстрее болтаться, а часы тикать. Потом Алеша прицепил к гире саму мясорубку без ручки. Маятник тут же принялся трепыхаться, как сумасшедший. И цепочка вниз поехала-покатила, словно с горы. Алеша быстро снял мясорубку и привесил пустую кастрюльку. Цепочка ехать перестала, но все-таки довольно заметно двигалась. Маятник тоже приостановил свою прыть. А кукушка успела за время Алешиного эксперимента с мясорубкой и кастрюлькой выскочить раза три или четыре.

"Ну, - смекнул Алеша, - гиря, оказывается, цепочку тянет. Чем быстрее тянет, тем и маятник быстрей качается. А что, если вообще гирю с цепочки снять?" Алеша снял с цепочки гирю, и маятник вовсе остановился. Часы тикать перестали. Тут Алеша и понял окончательно, что без гири часы просто не могут идти. Совершенно никак.

Он повесил назад гирю, толкнул маятник и успокоился. Теперь он знал, в чем дело. Гиря в этих часах что-то вроде завода. Она тянет цепочку, и цепочка разматывается, как пружина. Осталось только не совсем ясным, для чего маятник болтается? Но с этим делом Алеша не стал разбираться, потому что скоро должна была мама с работы прийти, а он еще не прибрался на кухне. Да и уроки надо делать.

Вечером посмотрела мама на часы, удивилась:

- Странно, что-то часы у нас вперед ушли! - Поставила стрелки правильно и маятник толкнула.

На следующий день Алеша маятником часов занялся. "Интересно, - подумал он, - что в этих часах главнее: гиря, маятник или кукушка?" Гиря, конечно, заводит часы. А маятник зачем качается? А как это выходит, что кукушка всегда вовремя выскакивает? Это совсем уж сплошная загадка.

Алеша подтащил к стене, на которой висели часы, стул, поднялся к часам и остановил маятник. Чтобы проверить, что будут делать без маятника гиря с цепочкой? Ну, и кукушка, разумеется.

Как он и ожидал, часы стали. Алеша пометил карандашиком положение гири и оставил на время часы в покое. А чтоб время ожидания результатов двигалось быстрее, Алеша занялся домашними делами. Помыл посуду, подмел на кухне, убрал на своем столе. А часы стоят. Кукушка под крышей избушки уснула. Алеша приложил гирю к стене, и гиря точно совпала с меткой. Ни на миллиметр не продвинулась. "Выходит, маятник у них главнее, - подумал Алеша, - если без него гиря на месте стоит". Полез к часам и вытащил маятник из часов. Внутри часов что-то щелкнуло и зажужжало, гиря стремительно поехала вниз и потянула цепочку. Стрелки тоже побежали по кругу циферблата, а кукушка проснулась и принялась вылетать из домика через каждую минуту и куковать, сколько ей вздумается.

Алеша быстренько нацепил маятник на трепыхающуюся петлю в часах и водворил назад стрелки на циферблате. Толкнул маятник и задумался: "Так что же, все-таки, главнее: маятник или гиря?" Может, все дело в кукушке? Разборки с кукушкой Алеша решил отложить до завтра. Опять же по случаю дефицита времени.

Вечером мама еще больше удивилась, чем накануне:

- Да что это за чудеса такие с нашими часами происходят? - воскликнула она, переставляя стрелки. - То вперед убегали, а теперь отставать начали? Алеша, ты не снимал часы со стены?

- Нет, мама, не снимал! - честно ответил Алеша.

- Ну, что ж, придется, видно, нести к часовщику! - вздохнула мама. - Как жаль: так мне эти часы понравились, а они с браком.

Утром сняла мама часы со стены и забрала с собой в школу, чтоб после работы занести их в мастерскую.

Часовщик осмотрел часы и сказал:

- Ваши часы очень даже хорошие, и никакого ремонта им не требуется. Вы, наверное, криво повесили их. - И вернул часы обратно.

Мама повесила часы на тот же гвоздик в стене. Но при этом тщательно примерила точное расстояние со всех их сторон, пока не убедилась абсолютно, что часы висят ровно.

Следующий день часы шли исправно. И кукушка вела себя прилично. Но Алеше все не давал покоя вопрос о том, как это кукушка с маятником и гирей вместе соединяются, если умудряются так слаженно сотрудничать друг с другом? Наконец, пытливая душа ребенка не вынесла испытание неизвестностью. Поэтому еще через день Алеша пришел из школы и тут же вплотную занялся часами. Он снял часы с гвоздика, осторожно перенес их на диван и принялся внимательно осматривать со всех сторон. Во-первых, оказавшись в лежачем положении, часы немедленно стали. Во-вторых, задняя стенка часов оказалась наглухо закрытой. Алеша не стал ее снимать, поскольку представлял, примерно, как выглядят часы изнутри. Его интересовала кукушка. И поэтому он удовлетворился тем, что развинтил шурупы, скрепляющие крышку избушки, поскольку именно под крышкой эта самая птица и проживала.

Картина под крышкой представилась ему весьма примитивная. Вместо кукушки на проволочке сидела обыкновенная палка, на которую была насажена кукушкина голова. А сама эта палка прикреплялась проволочкой к фанерной коробочке с крышечкой. Алеша приподнял крышечку, и коробочка тут же сказала: "Ку-ку!" Алеша слегка разочаровался: "Так это коробочка, оказывается, кукует, а не кукушка!" Подергал крышечку коробочки раз пять и, насладившись ее кукованием, поставил ее обратно. Потом привинтил крышку часов, как и должно быть. С "кукушкой" разобрался, но так и не понял, как она с маятником соединяется. "Небось, тоже с помощью проволочки", - решил Алеша и повесил часы обратно на стену. У него пропал интерес к этим часам. Подтянул на цепочке гирю, толкнул маятник, и часы затикали. Немного подумавши, Алеша сходил на кухню, чтоб посмотреть на будильнике время. Затем опять поднялся с помощью стула к часам и перевел на циферблате стрелки, как надо. Чтобы маме не пришлось опять нести часы к часовщику.

Удовлетворивши душу уже порядком надоевшими часовыми проблемами, Алеша со спокойной совестью уселся за уроки. У мамы тоже к этим часам в этот вечер никаких особенных претензий не возникло, потому что шли они минута в минуту точно: ни спешили, ни опаздывали.

Впрочем, сразу же после восьми вечера мама вдруг поинтересовалась как-то так настороженно:

- Алеша, тебе не кажется, что у нас в доме как-то необычно тихо?

- Нет, не кажется, мамочка! - ответил Алеша. - А что такое?

- Или мне так показалось, или это на самом деле, но, по-моему, наша кукушка совершенно перестала куковать. Во всяком случае, в восемь она точно не проявила никаких признаков жизни.

- Я думаю, что тебе это показалось, - успокоил Алеша. - Вот увидишь, в половине девятого она обязательно прокукует.

Но в половине девятого кукушка, вопреки ожиданиям, не соизволила даже пискнуть.

- Мамочка, она, вероятно, устала так часто куковать. А в девять уж точно прокукует, - потухшим голосом промямлил Алеша и подумал: "Что-то, видать, я не так прикрутил там. Надо завтра починить".

А мама подумала, что часовщик явно что-то недосмотрел: какой-то брак в часах непременно есть. "Надо в город их свезти к настоящему мастеру, - решила она и успокоилась.

Весь вечер и всю ночь кукушка не проронила ни слова. Поэтому еще утром, отправляясь на занятия, Алеша поставил себе задачу непременно починить часы.

Пришел из школы и тут же взялся за дело. Все аккуратно приладил и проволочку к коробочке прицепил точь-в-точь, как было. Повесил часы, подтянул гирю, толкнул маятник. Часы пошли, и кукушка закуковала вслед. Получилось нечто, вроде: "Тик-так, ку-ку! Тик-так, ку-ку!"

Алеша вновь снял часы и полез ремонтировать. Но результат был тот же. Провозился с противной кукушкой чуть ли не до вечера. Уже перед самым маминым приходом плюнул на это дело и оставил все, как есть.

- Алеша! Что это за чудо? - спросила мама, появившись на пороге. - И давно они так?

- Давно, - ответил Алеша. - С самого обеда. Это она, вероятно, за вчерашнее решила откуковать, мамочка.

Тут мама строго посмотрела на сына:

- Алеша, скажи мне откровенно, что ты там в этих часах делал?

- Ничего особенного, мамочка! Я только попробовал починить коробочку в кукушке.

- Какую коробочку?

- Ну, которая вместо кукушки кукует. Там есть такая коробочка с крышечкой и проволочка. Эта проволочка коробочку открывает и кукушку толкает, чтоб выскакивала.

- Но зачем ее нужно было чинить, если она исправно работала?

- Ничего не исправно. Она же вчера совсем не куковала.

- А не куковала потому, что ты вчера забрался в часы, чтоб посмотреть, каким образом кукушка кукует? - догадалась мама.

- Нет, мамочка, забрался в часы я еще раньше. А вчера я хотел их немножко подремонтировать.

- Час от часу не легче! - схватилась за голову мама. - Ну-ка, признавайся, что ты еще в этих часах ремонтировал?

- Ничего не ремонтировал. Смотрел только, как работает маятник, и для чего гиря привешена?

- О, Господи! - воскликнула мама и уселась на стул. - Алеша, есть ли у нас в доме еще хоть одна какая-нибудь порядочная вещь, которую ты еще не ремонтировал?!

- Есть! - торжественно заявил Алеша. - Телевизор!!!


Дела сердечные


В третьем классе Алеша влюбился. В Люду Гусеву из маминого 6-го "А" класса. То есть, приглянулась ему эта Люда Гусева еще летом, на турслете. Скромная такая, спокойная девочка, и глаза у нее большущие, а ресницы длинные.

Ходил Алеша за нею следом поначалу, все приглядывался. Но к концу слета перестал ходить, потому что другие дела появились поважнее. А в школу пришел 1-го сентября, увидел ее и влюбился. Так сразу и понял, что Гусева Люда - самая лучшая девочка на всем белом свете. И опять стал ходить за нею следом. Ну, не в прямом смысле, конечно. Да и не получится все равно. Алеша в третьем классе, а Гусева - в шестом. У нее уроки в разных кабинетах. Попробуй, набегайся из кабинета в кабинет.

Зато Алеша может запросто часто бывать в мамином кабинете. А в мамином кабинете Гусева бывает каждый день, да и не по одному разу. Еще на переменках можно встретить Гусеву, или, к примеру, в столовой.

Короче, в школе увидеть любимую девочку можно запросто, если очень хочется.

Шестиклассники сразу же догадались об Алешином увлечении. Говорят Гусевой:

- Людка, гляди, Алешка-то в тебя влюбился! Все время крутится возле тебя и глаз не сводит.

А у Гусевой уже есть мальчик, Саша Крючков. Большой такой добродушный увалень. Гусева с ним с 1-го класса дружит и за одной партой сидит. Поэтому ей абсолютно все равно, кто на нее как смотрит. Она отвечает одноклассникам:

-Пусть себе Алешка крутится, если хочет. Мне не жалко.

-Так ведь мучается человек, - говорят ей. - Ты скажи ему, что другого любишь.

-Во-первых, не люблю, а только дружу. А, во-вторых, если Алешке самому хочется мучиться, то пусть и мучается. А я тут ни при чем.

Стали ребята Саше Крючкову говорить:

-Поговори ты, Крючок, с Алешей, а то, ведь, отобьет у тебя Гусеву.

-Не отобьет! - уверенно заявил Саша. - Нос еще не дорос. А если влюбился в Гусеву, значит, она и впрямь хорошая девчонка.

Но с Алешей Крючков поговорил все-таки.

-Тебе, что ли, действительно Гусева нравится? - спросил он, встретивши Алешу в коридоре школы.

-Ну да, - ответил Алеша.

-А почему нравится?

-Не знаю! - пожал Алеша плечами. Подумал немного и добавил:

-Не выделывается, как другие девчонки.

-Вот это ты в самую точку попал, - согласился Саша. И вдруг предложил:

-А давай вместе дружить! Я Гусевой скажу, чтоб не прогоняла.

-А как мы будем дружить? - спросил Алеша.

-Ну, например, в кино в воскресенье вместе пойдем. Я билеты возьму, а ты что-нибудь вкусненькое притащишь.

Всю осень так и продружили втроем. В кино по воскресеньям на детские Раза два Сашин папа возил детей на рыбалку на водохранилище. Ни ссор, ни обид, ни каких-нибудь там размолвок не случалось между ними.

Ребята в школе успокоились и перестали судачить. Ну, дружат люди и дружат. Подумаешь, невидаль! Все бы так дружили!

Ближе к зиме Алеша, вдруг, заявил маме:

-Мамочка, я жениться хочу!

-Ну, и прекрасно! Вырастешь, школу окончишь, в армии послужишь, получишь в институте какую-нибудь специальность, тогда и женись себе на здоровье!

-Да нет, мамочка, ты меня не понимаешь. Я сейчас хочу жениться!

-Сейчас, это когда?

-Ну, через неделю, или через две. Надо же еще подготовиться.

А мама в это время тетради проверяла. Когда она тетради проверяет, то не может сразу переключиться на другие дела. Особенно, если дела очень важные. Мама оторвалась от очередной тетради и встряхнула головой:

-Ну-ка, сынок, повтори-ка все сначала с тех слов, что ты вырастешь большой...

-Нет, мам, про то, что я вырасту большой и окончу школу, и выучусь на какую-нибудь специальность, это ты сказала. А я сказал, что я хочу жениться.

-Ну, я это уже слышала.

Да, а ты спросила: "Когда?" И я ответил, что недели через две или меньше, когда подготовимся.

-Кто подготовится?

-Ну, мы с тобой.

Наконец, мама окончательно уразумела, что хочет ее сын. Она спокойно посмотрела на Алешу и поняла, что он вовсе не шутит, а даже, наоборот, серьезно говорит.

-Ну, и на ком же ты собрался жениться? - наконец, спросила она.

-На твоей Гусевой.

-Н-да! - изрекла мама задумчиво. - Девочка она, конечно, хорошая. Отличница, и поведение примерное. Но я никак не могу взять в толк, с чего это тебе приспичило прямо сейчас жениться? Неужели нельзя подождать хотя бы до 18 лет? Ты же должен школу окончить.

-Нельзя, мамочка.

-Но почему?

-Потому что тогда на ней женится кто-нибудь другой.

-Верно, все может быть. Но, пойми, сынок, сейчас это просто невозможно хотя бы потому, что никто вас не имеет права поженить. Вы же несовершеннолетние. Закон запрещает несовершеннолетним вступать в брак. К тому же, как и где ты собираешься жить, когда женишься вдруг, не дай бог? Ты об этом подумал?

-Мамочка, я все обо всем подумал. Мы же не будем жениться по-настоящему, как взрослые. Мы просто сейчас договоримся, что, когда вырастем, то обязательно поженимся друг с другом. А жить будем, как и теперь, у себя в своих домах.

-Кто это, "мы договоримся"?

-Ну, мы с тобой и родители Гусевой.

-А с самой Людмилой ты разговаривал на эту тему?

-Нет, еще не разговаривал.

-Ну, вот, с ней не разговаривал, а мне уже голову морочишь. Может, она будет против вашей женитьбы. Насколько мне известно, она давно дружит с Сашей Крючковым.

-Ты не волнуйся, с Сашей я договорюсь.

-Ты с нею сначала договорись, а потом уж затевай такие дела, - посоветовала мама и опять уткнулась в тетради, давая понять сыну, что сегодня разговор на эту тему закончен.

На следующий день Алеша выловил Гусеву в мамином кабинете. Подошел и, нимало не смущаясь, спросил:

-Гусева, ты поженишься на мне, когда мы вырастем?

Гусева сначала вытаращила на Алешу глаза от удивления, потом засмеялась и сказала:

-Дурачок ты еще, Алеша, чтоб такие разговоры заводить!

-А все-таки, я хочу знать, поженишься или нет?

-А если хочешь знать, то сначала выучись, чтоб стать ученым, знаменитым и богатым, тогда, может, и поженимся.

Алеша остался удовлетворенный ответом. И вечером заявил маме, что с Людмилой договорился. Теперь можно с ее родителями договариваться.

И как ты себе это мыслишь? - спросила мама.

-Обыкновенно. Мы вместе с тобой пойдем к родителям Гусевой и попросим у них ее руки.

-Ладно, - отмахнулась мама. - Я подумаю.

Она еще слабо надеялась, что Алешина блажь скоро пройдет. Но дня через три Алеша опять пристал к ней с той же просьбой.

-Мамочка, но ты же обещала мне! - заныл он, когда мама сказала, что на эти дела у нее нет пока времени.

-Я обещала тебе подумать, а не заниматься так скоро твоей женитьбой.

-Но, мамочка, разве ты не видишь, как мне плохо! - заплакал ребенок.

"А ведь он действительно страдает, бедный мой влюбленный малыш!" - пронзило щемящее душу сознание. Она притянула к себе сына и прижала к груди:

-Извини, родной! Я не думала, мой мальчик, что это так важно. Обещаю, что в ближайшие два дня я постараюсь для тебя что-нибудь сделать!

В тот же день мама отправилась в колхозную бухгалтерию, где работала мама Людмилы Гусевой.

-Валентина Ивановна, можно с вами поговорить? - попросила она, поздоровавшись с женщиной.

-Что-нибудь с Людочкой случилось? - обеспокоилась та.

-Нет, с Людочкой все в порядке. Простите, что заставила волноваться! Я по другому вопросу. У меня сын Алеша. Он, к несчастью, влюбился в вашу дочь.

- А-а, ну, да, я в курсе, - ответила Валентина Ивановна. - Мне Люда рассказывала. Но почему же, к несчастью? Пусть себе дружат. Глядишь, вырастят и...

-Вот-вот, я как раз об этом и хотела с вами потолковать. Видите ли, Алеша вздумал жениться на Людмиле. Прямо сейчас. Вполне серьезно. Ни о чем другом и думать не хочет. Вот и пристал ко мне: сходи, да сходи к Людиным родителям, чтоб договориться.

-Жениться? - засмеялась Валентина Ивановна. - Прямо сейчас? И как же это он себе представляет?

-Он представляет, что сейчас мы договоримся о женитьбе, а когда придет время по окончании учебы, они и поженятся по-настоящему.

Валентина Ивановна призадумалась.

-А знаете, в его намерениях определенно есть резон, - сказала, наконец, она. - Раньше-то в казачьих семьях так и делали: родители сговаривались, когда дети еще пешком под стол ходят. И уговор держали до совершеннолетия. А потом женили. Частенько будущие супруги вместе и вырастали.

-Ну, ладно, раньше-то, может, и хорошо это было. А мне что с мальчиком делать присоветуете?

-Знаете что, приходите с ним к нам в гости в воскресенье! Чайку попьем, потолкуем. Алеша-то и успокоится. Да и то сказать, что вы у нас в гостях ни разу не были. Учителя, вроде, как обязаны к ученикам домой заглядывать. Проверять, так сказать, условия жизни.

-И это раньше практиковалось. Впрочем, совсем не хорошо ходить по домам и высматривать, где что у кого творится. Раньше такие действия со стороны учителей, может, и целесообразными являлись, когда население почти сплошь безграмотное было. А теперь это ни к чему. Никто не вправе вмешиваться в сугубо частное дело семейного воспитания. Так что лично я не хожу к ученикам по домам с целью проверки. Но если вы сами нас приглашаете в гости, то это другое дело.

-Приглашаем, приглашаем! Я и с мужем поговорю, чтоб он в курсе был.

На том и договорились. Вечером говорит мама Алеше:

-Ну, что, жених, если не передумал жениться, то в воскресенье собирайся: пойдем к Гусевым в гости.

-Что, правда, пойдем? - обрадовался Алеша.

-Правда, правда. Я с мамой Людмилы договорилась.

В воскресенье утром Алеша погладил брюки, почистил ботинки, потом полез в кухонный шкаф и достал оттуда большой бумажный пакет.

-Можно, я возьму яблоки с мандаринами? - спросил он.

- Конечно, - разрешила мама. - В гости с пустыми руками не ходят.

По дороге прикупили еще торт с конфетами. И посиделки вышли очень даже замечательными.

В понедельник утром у ворот школы Алешу встретил Саша Крючков.

-Ты зачем это сделал? - спросил он у Алеши.

-Что я сделал? - не понял Алеша.

-Ну, к Гусевым зачем свататься ходил?

-Затем, что жениться на Людке буду, когда вырасту.

-А почему мне ничего не сказал?

-Но я же не на тебе собираюсь жениться.

-Это верно. А все-таки я с Гусевой с 1-го класса дружу. Я думал, что мы с тобой друзья, а ты вон как!

-Ты меня теперь бить будешь?

-Не-е, бить не буду. Я не люблю драться. Мне папа сказал, что так настоящие мужчины не выясняют отношений.

-А как выясняют?

-Ты должен был с нами, то есть, я хотел сказать, со мной и с Людкой поговорить.

-Я с нею говорил.

-А она что?

-Она "дураком" обозвала и сказала, что женится, если я выучусь на ученого.

-Правильно она тебя обозвала! - сказал Саша и, не простившись, пошел прочь.

Алеше стало неловко. Действительно, нехорошо как-то с Крючковым получилось. Ведь это Крючков первый предложил дружить вместе. А теперь получается, что Алеша его предал.

На первой же перемене Алешу обступили мальчики из его класса.

-Ты, что ли, правда, женился на Гусевой вчера?

-Не женился, а только свататься ходил.

-А зачем? - спросил Алешу Аладин, которого все Булкой называют.

-Как зачем? Все мужчины обязательно жениться должны.

-Ну, так то мужчины. А ты же еще мальчик.

-Это я сейчас мальчик. А когда-нибудь мужчиной буду. Вырасту, а у меня уже невеста есть. Хорошую невесту, брат, в наше время сложно подыскать.

-Это правда. Я тоже, наверное, женюсь, - сказал Аладин. - Только я не знаю пока, с кем жениться.

Тут мальчики принялись Булке советовать, кого из одноклассниц ему следует выбрать. Ни одна из девочек не подходила: обязательно какой-нибудь изъян обнаруживался. Наконец, остановились на отличнице Марине Сорокиной.

-Она тебе списывать будет давать, - сказал кто-то из мальчиков.

И Булка согласился жениться на Сорокиной.

-И я хочу жениться! - воскликнул Сережка Мальцев.

-Кто за тебя пойдет? - набросились на него ребята. - Ты же лодырь и прогульщик. Весь класс назад тянешь.

-А я вот женюсь, и не буду прогуливать! - заявил Мальцев.

Кто знает, возможно, вся мужская половина 3-го "Б" немедленно отправилась бы под венец, если бы не прозвенел звонок на урок.

Так или иначе, но, по всему видать, третьеклассники очень даже одобрили Алешин поступок. Мальчишки решили тут же время последовать его примеру, а девчонки смотрели на него, как на благородного рыцаря.

А шестиклассники, наоборот, сильно возмутились, узнав о сватовстве. Они дружно стали на сторону Саши Крючкова.

-Это несправедливо! - заявили они Алешиной маме, когда пришли к ней на урок. - Саша с Людой с 1-го класса дружат и сидят за одной партой.

-Да ведь Алеша предварительно с Людой договорился! - сказала Алешина мама. - И Люда не отказала. Разве не так?

Люда Гусева разревелась:

-Я думала, что он шутит.

-В таких делах шутки неуместны! - строго заметила мама и пообещала шестиклассникам детально разобраться со всей этой канителью.

А после уроков маму вызвал в кабинет директор школы.

-Что это у вас там за дела такие свадебные между учениками происходят? - недовольно спросил он. - Вся школа жужжит.

-Ничего страшного, Иван Павлович! - ответила мама. - В ближайшее время я непременно урегулирую обстановку.

-Да уж, пожалуйста, урегулируйте! - попросил он и проворчал:

-Что-то нашу школу последнее время свадьбы лихорадят: то птичьи на турслете, то ученичьи в школе. И все под вашим присмотром получаются.

Домой пришла мама туча тучей. Алеша сразу почувствовал ее скверное настроение.

-У тебя неприятности, мамочка? - участливо спросил он.

-Да уж наломали мы дров с твоим сватовством, хоть с работы увольняйся! - вздохнула мама. - Ты же, получается, обманул меня. Сказал, что с Людой договорился, а на самом деле не договорился. Она теперь плачет.

Алеша ничего не ответил. Он подумал, что, действительно, ничего хорошего из его женитьбы не получилось: одни неприятности. И кругом виноват, если все обижаются: и мама, и Саша Крючков, и Людка Гусева. Он ей поверил, а она, выходит, просто посмеялась.

Утром по дороге в школу Алеша предложил маме:

-Мам, а давай, сходим к Гусевым и назад раздоговоримся. Я уже не хочу на Гусевой жениться, если она такая.

-Какая, такая?

-Ну, вредная. Я с ней серьезно разговаривал, а она смеяться вздумала.

-Вообще-то, Гусева нормальная девочка. А ты сам виноват. Что еще другое ты хотел получить от своей глупой затеи? Еще и меня втравил!

-Но, мамочка, надо же как-то исправить все!

-Вот сам и исправляй. Может, ты на неделе по десять раз жениться и разводиться собираешься. А я тебе способствовать в этом должна? Нет уж, дорогой, отправляйся к Гусевым без меня, и разговаривай там с ними самостоятельно.

В школе на чтении Алеша получил записку от Катьки Степиной: "Алеша, поговорить надо. Степина". Алеша прочитал записку и ответил: "Приходи после уроков на стадион".

После уроков побрел на стадион просто так, из чистого любопытства, поскольку все разговоры насчет женитьбы ему порядком надоели.

-Ну, ты что? - сердито спросил, подошедши к девочке.

-Ты не сердись на меня, - сказала Степина. - Я знаю, что тебе и так плохо. А Людка плохая, хоть и бегают за нею все мальчишки. Ей весело, а тебя все ругают.

-Ну и ругают. А тебе что от меня надо.

-Ничего. Я хотела попросить тебя. Давай дружить будем вместе. А потом, когда вырастем, поженимся.

-Хватит с меня! Я уж поженился один раз.

Да ты не обижайся. Я серьезно. Ты мне с первого дня понравился. А теперь еще больше нравишься.

-Правда? - удивился Алеша.

-Ну, да. Как пришел в прошлом году в класс, так и понравился.

-А что же я не заметил?

-Но ты же Гусеву любишь?

-Да не люблю уже. Пусть ее Саша Крючков любит.

-А со мной будешь дружить?

-Что же, мне теперь и к твоим родителям надо идти договариваться?

-Да ни к кому не надо ходить! Мы просто так будем дружить. Ты меня защищать будешь.

-Ну, ладно, - согласился Алеша. - Если защищать, то давай дружить. Только сначала я к Гусевым должен сходить, чтоб раздоговориться обратно.

-Когда пойдешь?

-Ну, сегодня и схожу. Я маме обещал.

-И я с тобой пойду, ладно?

-Зачем?

-Чтоб тебе не скучно было.

-Ну, пойдем, если хочешь.

Алеша прибежал домой, наскоро пообедал, почистил ботинки и отправился к Гусевым с визитом. Возле магазина встретил Степину. Взялись за руки и пошли вместе.

У дома Гусевых трактор стоит. Возле него Людкин отец возится, дядя Слава. "Вот хорошо! - обрадовался Алеша, увидев дядю Славу. - Не надо никого звать и в дом идти".

-О-о! Зятек пожаловал! - воскликнул дядя Слава. - Ну, здравствуй, Алеша! - Дядя Слава вытер тряпкой мазут на руках и протянул Алеше свою широченную ладонь.

-Здравствуйте, дядя Слава! - поздоровался Алеша. - Вы не обижайтесь, пожалуйста, только я уже больше не буду вашим зятем.

-Что так? - удивился Гусев.

-Да вот, пришел сказать, что пусть лучше Крючков на вашей Люде женится, если они с 1-го класса дружат.

-Стало быть, выходит, что ты уступаешь нашу Людмилу ее старому другу?

-Стало быть, так.

-Ну, что ж, это очень даже по-мужски! - похвалил дядя Слава. - Если с 1-го класса дружат, то, пожалуй, ты прав. Дружбу нельзя разбивать. А сам-то не пожалеешь потом?

-Нет, не пожалею! Я теперь со Степиной дружить буду, - ответил Алеша.

Дядя Слава оценивающе посмотрел на Степину и сказал одобрительно:

-Степина - это тоже хорошо, если, конечно, хорошо дружить.

-Ну, тогда мы пошли! - сказал Алеша. - До свидания!

Он взял Степину за руку и повел ее к дому.

Утром Алеша сам выловил в школьном коридоре Сашу Крючкова:

-Забирай, Крючков, назад свою Гусеву! Я вчера с ее родителями раздоговорился.

-Да знаю уже! - улыбнулся Саша, протягивая Алеше руку. - Ладно, давай мириться! Странный ты какой-то, Алешка! Все у тебя как-то легко получается. Я бы сам лично ни в жизнь не решился бы ни договориться, ни раздоговориться с Людкиными родителями.

-Ну и дурак! - засмеялся Алеша и поскакал к своему классу.