# "Джунгли", "Детский сад", "Арена" и многое другое

Юлия Ивановна Шулепова-Кавальони

Эта книга предназначена для настоящих взрослых, которые очень хотят быть действительно взрослыми, и стремятся к тому, чтобы их дети и внуки тоже когда-нибудь стали взрослыми. Чем больше в обществе будет "взрослых" взрослых, и чем скорее это произойдет, тем лучше мы все будем жить. Автор.

Есть взрослые, которые считают себя взрослыми, потому что достаточно хорошо поднялись в сантиметрах, внешне довольно смахивают на взрослых, да и по возрасту ушли далеко за 30. А взрослыми назвать их как-то язык не поворачивается, потому что поведение этих людей напоминает поведение детей или подростков, или даже младенцев. Капризничают, обижаются, болтают без умолку о пустом, сплетничают втихаря за спиной у начальства, дерутся, хулиганят - ну, и все такое прочее. Это взрослые "младенцы", взрослые "дети", взрослые "подростки".

Эта книга предназначена для настоящих взрослых, которые очень хотят быть действительно взрослыми, и стремятся к тому, чтобы их дети и внуки тоже когда-нибудь стали взрослыми. Чем больше в обществе будет "взрослых" взрослых, и чем скорее это произойдет, тем лучше мы все будем жить.


Автор.


Уровни восприятия и соответствующие им модели поведения человека


В данных заметках изложены не научные изыскания, а только собственное видение автором исследуемой проблемы.


Картинка из жизни


В десяти метрах от моего дома расположен детский сад. Каждое утро (за исключением выходных, конечно) собираясь на работу, я слышу у себя прямо под окном чудесную музыку детских голосов. Это стоит слышать, господа, чтобы быть вполне счастливым человеком: снизу звонкий детский гомон, сверху птичий щебет!

Если внимательно прислушаться к отдельным звукам, доносящихся, в основном, снизу, то можно услышать и представить себе настоящие сцены из суетливой жизни маленьких человечков. И каждая сцена могла бы стать основой для любого повествования. Вот, к примеру, слышу, что внизу, где-то еще за полквартала до подходов к детскому саду родился отчаянный рев какого-то карапуза. Понятно: мама тащит ребенка в детский сад, а ему в детский сад не хочется. И несчастный малыш громко заявляет об этом маме и призывает в свидетели всю округу. Но мама торопится на работу. Ей, разумеется, совсем не хочется расставаться со своим ребенком, но и на работу опаздывать тоже не хочется.

Я высовываюсь в окно. Так и есть: в кадре именно только что описанная картина. С тем дополнением, что орущего малыша, лет 3-х - 4-х, за обе руки тянут женщина с мужчиной. Вероятно, мама с папой.

Вот мама с папой завели малыша в калитку. А во дворе уже вовсю идет утренняя зарядка под музыку. Под руководством воспитательницы дети старательно вышагивают по кругу и делают различные упражнения. С появлением во дворе садика ревущего ребятенка, зарядка вместе с музыкой временно приостанавливается. Все взоры и все внимание присутствующих во дворе немедленно обращается на возмутителя спокойствия. Воспитательница приветливо машет пришедшим рукой и зовет малыша принять участие в зарядке. Кто-то из детей подбегает к страдальцу и участливо берет его за руку.

И плач немедленно прекращается. Малыш послушно топает в круг и включается в действие, забыв даже попрощаться со своими родителями, которые, воспользовавшись моментом, спешно ретируются за калитку.

Я с чувством глубокого удовлетворения отхожу от окна. Слава богу! Драма плавно перетекла в бытовую сцену!

Прекрасная пора - детство! Мы, взрослые, часто ловим себя на мысли, что неплохо было бы, черт возьми, как-нибудь опять окунуться в детство! Хотя бы на немного, на чуть-чуть. Почувствовать себя беззаботным и свободным от всевозможных условностей, обязанностей, ограничений, которые налагает на нас цивилизованный взрослый мир. Порой мы "убегаем" в детство и ...застываем перед экраном телевизора, погрузившись взором в детский мультик, неистово гремим трещоткой и свистим на стадионе, радуясь победе "нашей" команды, по-детски самозабвенно пляшем на вечере встречи выпускников - мы позволяем себе иногда делать много всяких "детских" глупостей, прекрасно осознавая, что все это - понарошку, и все наши "шалости" - только лишь краткие мгновения, украшающие нашу жизнь. Потому что мы взрослые. У взрослых жизнь очень даже отличается (и должна отличаться) от жизни детей. Так устроена жизнь. Поверьте, господа, жизнь, сама по себе, устроена достаточно мудро. Ибо мудрость эта состоит в том, что всему должно быть свое время, место и назначение. Чуть вышел за пределы допустимого - неизбежны конфликты с окружающими. А всякий конфликт - это уже драма.

Вышеописанная ситуация с плачущим малышом не является драмой, поскольку тут нет конфликта. Каждый из участников сцены ведет себя так, как и должно быть. Малыш ревет, потому что иначе он не в состоянии заявить о своих желаниях и ощущениях. Папа с мамой тоже поступают вполне эквивалентно ситуации. Все в пределах нормы поведения каждого.

В то же время было бы весьма странно видеть, если бы, к примеру, в рев пустились родители малыша. Ну, это, конечно, шутка, скажете. Взрослым не свойственно вести себя по-детски. Разумеется, не свойственно. Взрослые должны поступать так, как и подобает взрослым. А дети - это дети...

Однако смею со всей мерой ответственности заявить, господа, что больше половины взрослого населения нашей страны в обычной бытовой обстановке позволяет проявлять себя именно по-детски. А часть из этой половины и вовсе по-младенчески.

Доказательства? Да хоть отбавляй! Скажем, взрослым не свойственно безоговорочно принимать на веру всякую ахинею, какую несут всевозможные мошенники и шарлатаны, пытаясь всучить кому-либо негодный товар, или выманить изрядную сумму из кошелька. Взрослым не свойственно вечно обижаться и копить мелкие обиды на родственников, друзей, коллег и знакомых. Взрослый никогда не станет донимать своими рассуждениями "за жизнь" незнакомых попутчиков в трамвае или троллейбусе. Взрослый никогда не поведется на провокации и подстрекательства какого-либо демагога к бунту, к вооруженному акту неповиновения и прочим подобным действиям. Взрослый, совершивший противоправный поступок, не станет тупо выкручиваться и оправдываться, заявляя при этом: "Черт попутал!", "Она сама на кулак налетела", или "Я больше не буду!". Взрослый вообще не пойдет на какое-либо правонарушение, поскольку прекрасно осознает, что совершает, понимает степень ответственности и в своих проявлениях действует рассудочно. А у ребенка все на эмоциях, желаниях, ощущениях. И если взрослый человек совершает поступки, направленные эмоциями и желаниями, и ведет себя так, как описано выше, то перед нами не взрослый, а взрослый "ребенок".

И таких взрослых "детей", "младенцев" и "подростков", увы, неисчислимое множество. Они, естественно, и не подозревают, что, прожив свои 20,30,50 лет, так и не сумели выскочить из коротких штанишек в своем восприятии окружающей действительности, а, следовательно, и в своих проявлениях. Эти взрослые самоуверенно воображают, что они все умеют, все знают, имеют полное право (на всё мыслимое и немыслимое), что они свободные личности - короче, достаточно взрослые, чтобы полностью распоряжаться всем, что предоставила им жизнь, и людьми, которые находятся у них в подчинении. И при этом такие взрослые частенько совершают поступки, свойственные поведению детей.

Винить, а, тем более, карать таких людей невозможно. Нет таких законов, чтобы людей карали за несвойственные их возрасту поступки. Да и не за что, если они не совершили каких-либо противоправных или преступных деяний. Взрослые дети (младенцы, подростки) просто так приспособлены. В своем восприятии они не выросли до уровня взрослого, хотя физиологически, умственно и психически абсолютно нормально соответствуют своему возрасту. Во всех младенческих, детских и подростковых проявлениях и поведении взрослых проблема почти во всем состоит в особенностях уровня восприятия. Чтобы разобраться в особенностях каждого уровня восприятия, следует сначала понять, что есть такое само восприятие


Восприятие

Восприятие - это целостное отражение предметов, ситуаций и событий, возникающее при непосредственном воздействии раздражителей на рецепторные поверхности органов чувств. Вместе с процессами ощущения восприятие обеспечивает непосредственно-чувственную ориентировку в окружающем мире. Будучи необходимым этапом познания, восприятие всегда в большей или меньшей степени связано с мышлением, памятью, вниманием, направляется мотивацией и имеет определенную аффективно-эмоциональную окраску. Иными словами,восприятие - это способность человека воспринимать и отражать окружающую действительность в чувственно доступных временных и пространственных связях и отношениях.

Без восприятия не может быть развития личности, да и сама жизнь человека была бы во многом проблематична, поскольку восприятие - это самый первый и главный канал связи человека с окружающим миром. Как известно, восприятие имеется у всех живых существ. И всякое живое существо способно реагировать на внешние раздражители. Реакция человека на всевозможные внешние и внутренние раздражители - это сложнейший процесс, непосредственно связанный с импульсами, ощущениями, эмоциями и чувствами человека в любом его психическом и физическом состоянии.

Следует различать восприятие, адекватное реальности, и иллюзию.

Иллюзия - это искаженное восприятие действительности, нечто кажущееся. Часто иллюзия проявляется в мечтах, несбыточных надеждах, представлениях. Иллюзии, как правило, уводят человека от реальности в некий искусственный мир, где человеку кажется, что там, в мире иллюзий, все прекрасно, легко и свободно. Часто человек сам загоняет себя в мир иллюзий с помощью каких-то средств: алкоголя, наркотиков, компьютерных игр, страстных увлечений и т.п.

Восприятие может быть сознательным, предсознательным и подсознательным. Подсознательное восприятие не требует от индивида расхода каких-либо физических и духовных сил.

Подсознательное (или, точнее, бессознательное) восприятие находит выражение в интуиции, аффектах, панике, гипнозе, сновидениях, в подпороговом восприятии, в непроизвольном запоминании, а также в стремлениях, чувствах и поступках, причины которых не осознаются.

К бессознательному восприятию относятся те желания, влечения, переживания, в которых человек не может себе признаться и которые поэтому либо не допускаются к сознанию, либо вытесняются из него - как бы забываются, но все же остаются в душевной жизни и стремятся к реализации, побуждая человека к тем или иным поступкам и проявляясь в них в искаженном виде - в сновидениях, творчестве, фантазиях, невротических нарушениях и т.п.

Предсознательное восприятие - это восприятие, при котором мысли и чувства не осознаются человеком, но могут быть осознаны либо с трудом, либо вовсе без труда, но при определенных условиях.

Предсознательное и сознательное восприятие требует от человека расхода сил, он в состоянии контролировать и регулировать свои ощущения, желания, состояния и проявления. Каковы возможности контроля и регулировки восприятия, зависит от его уровня. Уровень восприятия определяется по внешним проявлениям человека в обычной (неэкстремальной) повседневной обстановке.

Восприятие человека способно развиваться и изменяться в ходе жизненного развития самого человека. Восприятие напрямую влияет на развитие и состояние мышления человека, но не зависит от вида, формы, уровня и качества мышления.


Уровни восприятия и поведения


Наше восприятие в повседневной, обыденной и в экстремальной обстановке при отсутствии внутреннего контроля выявляет определенный уровень, который может быть низким или высоким. Уровень восприятия не является показателем социального статуса, умственных способностей, психического состояния или состояния здоровья человека - это способность так или иначе воспринимать мир.

Уровни восприятия (и соответствующее восприятию поведение) аналогичны возрастным периодам, но совсем не обязательно совпадают. Уровень восприятия может у человека меняться с возрастом, может оставаться неизменным. Бывает (и довольно часто), что уровень восприятия меняется у человека в связи с изменением жизненных обстоятельств или в случаях экстремальных ситуаций.

Уровень восприятия у человека напрямую зависит от его природных данных (нервной системы, темперамента, генетической предрасположенности) и от воспитания, очень влияет на то, что мы называем нравом человека, характером, но, повторяю, не является показателем его интеллекта. У многих людей восприятие довольно мобильное, то есть, имеет особенность меняться часто. И человек ведет себя то, как ребенок, то, как подросток, то очень солидно, по-взрослому. У других изменение восприятия совпадает с возрастными периодами, что является абсолютной нормой.

Уровни восприятия напрямую указывают на уровень самостоятельности и самодостаточности человека. Человек, находящийся на низком уровне восприятия не может быть вполне самостоятельным в решении важнейших жизненных проблем, поскольку зависим от многих внешних и внутренних факторов, являющихся помехой в свободных самостоятельных проявлениях. Чем выше уровень восприятия у человека, тем свободнее он распоряжается своей жизнью, тем самостоятельнее он в решениях проблем, тем менее он подвержен влиянию внешних раздражителей.

Уровни восприятия и поведения не следует путать с позициями во время взаимообщения людей. Контактируя друг с другом, люди обязательно занимают определенную позицию: ребенка, родителя или взрослого, то есть, позицию снизу, сверху или равную. Об этих позициях прекрасно пишет Э.Берн в книге "Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры".

Уровни восприятия получили те же названия, что и возрастные уровни, в первую очередь, потому, что имеют проявления, сходные поведению человека в определенном возрасте. К примеру, восприятие взрослого человека на уровне младенца во многом будет заставлять человека вести себя в повседневной жизни подобно младенцам. Естественно, каждый возрастной уровень имеет свое собственное восприятие. Младенцы ведут себя как младенцы, дети поступают так, как и должно поступать детям, подростки ведут себя не иначе, чем как подростки. Но если к этому возрасту, скажем, у подростка зафиксировалось детское восприятие, то такой подросток помимо подростковых проявлений обнаружит проявления, свойственные детям.

Итак, современная физиология выделяет 6 возрастных уровней жизни человека:

от рождения до 2-х лет - младенец;

от 2-х лет до 11 - 11,5 лет - ребенок;

от 11 до 16 - 16,5 лет - подросток;

от 16 до 26 лет - юноша;

от 26 до 70 лет - зрелый взрослый;

от 70 до смерти - престарелый взрослый (старец).

Восприятие также подразделяется на 6 уровней: младенец, ребенок, подросток, юноша, взрослый и старец (Мудрец). При определении уровня восприятия у человека не следует принимать во внимание его возраст. Хотя, как уже было сказано выше, каждый возраст не может обойти стороной свой собственный уровень восприятия. (Это не распространяется на уровень восприятия взрослого).

То есть, младенец по возрасту будет вести себя только как младенец - не иначе. Ребенок поведет себя как ребенок. Но если у него зафиксировался уровень младенца, то он во многом будет вести себя как младенец. Подросток уже будет в своем поведении либо типичным подростком, либо подростком с младенческим или с детским восприятием. И так далее. Следует заметить, что основная масса взрослого населения планеты имеет первые три уровня восприятия. Значительно меньше на Земле взрослых людей старше 30 лет, имеющих юношеский уровень. Людей зрелого возраста с уровнем взрослого очень мало. Ну, а людей с уровнем мудреца - единицы.

Чтобы легче было представить особенности каждого уровня восприятия и характерные черты поведения человека, находящегося на том или ином уровне восприятия, позволю себе обратиться к страницам моей книги "Рабочий отпуск в "Жемчужине моря", где устами моего героя описано поведение людей разного уровня восприятия, оказавшихся волею судьбы в одинаковой жизненной ситуации.


Картинка из жизни

Больничная палата - это уникальное место, собравшее в своих стенах людей разного возраста, профессии, социального положения, интеллекта, взглядов, талантов и способностей, различных убеждений, вкусов, трудовых, военных, спортивных и ученых заслуг. Абсолютно разные во всем люди поставлены в одинаковые условия и положение больных, которые волею судьбы вынуждены переносить одинаковые неудобства и страдания, подчиняться одинаковым правилам и требованиям.

При одних и тех же условиях, испытывая одинаковые неудобства и страдания, в одинаковой ситуации разные люди проявляют себя по-разному. Но не потому, что они разные во всем. В условиях больницы различные социально-общественные и возрастные особенности человека не имеют никакого значения, поскольку в больнице человек волей-неволей обращается в свою природу.

И эта природа проявляется здесь, в больничной палате, как нельзя, нагляднее всего, поскольку каждый больной здесь не склонен особенно ревностно соблюдать правила этикета и сдерживать свои эмоции, ощущения и чувства, оправдывая себя перед самим собою положением больного человека.

Наблюдая за поведением своих соседей по палате, я запечатлел в своей памяти удивительные портреты людей, которые и намереваюсь представить вам во всей их широте и красоте.

Еще раз хочется повторить, что восприятие ни в коем случае не следует отождествлять с уровнем мышления и умственных способностей. Восприятие - это способность реагировать и отражать реакцию на внешние раздражители. А это значит, что когда пойдет речь о низких уровнях восприятия, то это вовсе не значит, что будет разговор об умственно отсталых людях. Речь будет идти только лишь о порогах ощущения и чувствительности, вызывающих такое восприятие.

Порог восприятия, как известно, у всех людей разный. При низком пороге человек реагирует на уровне импульсов и ощущений, инстинктов и рефлексов. При более высоком пороге восприятие осуществляется через эмоции, чувства и, наконец, с помощью разума.

Естественно, самый низкий порог восприятия у младенца. Поэтому младенцы по возрасту и взрослые "младенцы" мгновенно физически реагируют на самые незначительные физические раздражители, мгновенно ощущая боль, удовольствие, голод, жажду, холод - любой дискомфорт, и, сразу же реагируя на внешний раздражитель, соответственно проявляют себя.


Восприятие младенца

Картинка из жизни

Как ведут себя взрослые "младенцы".


Напротив меня у противоположной стенки страдает большой мужчина лет сорока. Он большой со всех сторон: в длину, ширину, в обхвате. Возле его кровати распластались огромные шлепанцы. А на тумбочке громоздится объемистый пакет с продуктами. Голос богатыря тоже, естественно, соответствует габаритам: этакий глубокий рокочущий бас-профундо.

У нас хирургическое отделение, и поэтому каждому из нас здесь что-нибудь режут, шьют, штопают, латают или вправляют. Обладатель баса-профундо прибыл в палату с паховой грыжей, которую предстояло вправить и прилатать. Мне лично эту процедуру проделали, когда мне было 15 лет. Мужик подвалил к своей кровати и, водрузив на тумбочку пакет со снедью, обреченно объявил:

- Все, братцы, меня режут! Грыжа.

Я равнодушно заметил:

- Ну, это пустяки.

Мужик рухнул на кровать седалищем и подозрительно уставился на меня:

- То есть, как пустяки?

- А так: разрежут, зашьют, и через день будешь бегать, как лось.

- Ну, уж прямо и лось, - обиделся мужик.

Операцию ему должны были делать на следующий день. Но накануне он успел замучить всех врачей, медсестер, санитаров и больных во всей округе своими стонами, требованиями, капризами и претензиями.

Началось с того, что он возмутился насчет маленькой подушки и несвежего постельного белья. Ему принесли дополнительную подушку, поменяли белье и выдали еще одно одеяло. Затем он потребовал, чтобы в палате наглухо закрыли окно и форточку и затворили дверь, чтобы не случилось сквозняков, с которыми он был не в ладу.

Когда его, как ходячего больного, пригласили в процедурный кабинет для приема анализа крови, он с возмущением заявил, что не настолько здоров, чтобы мотаться с больной грыжей по коридорам. Лаборантка пришла за анализами в палату.

На ужин он пошел сам, но в столовой не задержался долго и вернулся весьма недовольный рационом: "Как можно больным людям вообще предлагать подобное?" Он развернул свой бездонный мешок, выложил на тумбочку колбасу, картошку, соленые огурчики, помидоры и прочую снедь и принялся с аппетитом жевать. Но тут пришла медсестра и напомнила ему, что врач предписал нынче вечером и завтра утром вообще ничего не есть. Он чертыхнулся, высказал вслух все свои соображения насчет больничных порядков, покидал продукты в пакет и потащился на улицу курить.

Полночи этот бедолага жаловался на свою несчастную судьбу, клял отечественную медицину и интересовался подробностями грыжевой операции, а также всеми опасностями последствий от нее.

Я расписал операцию в самых светлых и радужных красках, клялся на Библии, что через пару месяцев он забудет, в каком месте у него что оперировали, и что абсолютно ничего опасного за этой операцией не водится.

Он мне не поверил, но кое-как угомонился и захрапел. Под оглушительные рулады его храпа я настолько истерзал себя чувством вины перед этим человеком за его страдания, что забыл напрочь про свои собственные ранения и контузию, которые привез из "горячей точки".

Его мучения до операции были ничто по сравнению с тем, что он вместе с нами претерпел после того, как его привезли из операционной. Оперировали его под местным наркозом. И сразу после операции он чувствовал себя превосходно. Шутил, бравировал своею силой и выносливостью, отпустил пару анекдотов насчет физиологии человеческих органов - в общем, был всецело доволен жизнью.

Но постепенно анестезия стала отпускать, и настроение оперируемого поменялась с оптимистического уровня на прямо противоположный. В какие-нибудь полчаса с человеком произошли удивительные метаморфозы: на месте жизнерадостного богатыря оказался капризно орущий младенец.

Ни один больной в отделении не собрал вокруг себя столько обслуживающего персонала, сколько этот человек. Все, начиная от ухаживающих за ним родственников и кончая лечащим врачом, преисполнены были искренним стремлением облегчить его участь, но, по-видимому, сил одного отделения краевой клиники было явно недостаточно, чтобы избавить беднягу от страданий.

Он стонал, плакал, звал на помощь, требовал обезболивающих средств и материл весь белый свет. Он умолял Господа послать ему скорую кончину или избавление от болей. Всевышний услышал его на следующий день поутру. Больной воспрянул духом и тут же поинтересовался у медсестры, можно ли ему заморить червячка?

Ему позволили чуть-чуть подкрепиться кефирчиком или бульоном. И он выполнил это назначение. И от себя добавил к скромному рациону немножко солененьких огурчиков, полпорции холодца и чуточку копченой колбаски, к которой явно питал слабость. Пустой и травмированный кишечник не замедлил взбунтоваться от такого небрежного отношения к нему, и вторая половина дня прошла для всех присутствующих и гостей палаты в беспокойстве и хлопотах. К привычным воям, стонам и крепким выражениям добавились клистир, утка и терпкие запахи туалета и хлорки.

Дней через пять мужика выписали, наконец, из больницы на амбулаторное лечение по месту жительства. Все вздохнули с облегчением. Жизнь и окружающая действительность расцвела солнечным цветом. Господи, спасибо Тебе за твою благодать!

Анализируя потом поведение этого беспокойного богатыря, я пришел к очередному размышлению.

Некоторые взрослые, будучи вполне самостоятельными людьми, частенько проявляют себя подобно младенцам. Они требуют к себе повышенное внимание, особые привилегии и заботу. Они чрезвычайно крикливы, беспокойны, чересчур требовательны к другим и совершенно нетребовательны к себе. Капризны, эгоистичны и плаксивы. Жалобы на судьбу и все и вся - постоянное их занятие. Они чрезвычайно обеспокоены своим собственным здоровьем и вечно дрожат за свою драгоценную жизнь.

Они беспечны и непосредственны, просты и примитивны в суждениях и представлениях. Все мысли и интересы сконцентрированы у них вокруг еды и физиологических потребностей.

Они любопытны вообще, но особенно ко всем состояниям физического тела, которое они с удовольствием препарируют, проявляя необычную заботу к своему телу и полное небрежение к чужому.

Взрослые младенцы, как и младенцы по возрасту, любят удовольствия и вкусную еду и совершенно не выносят голода и боли. Они постоянно заставляют всех вокруг себя крутиться и оказываются абсолютно беспомощными без нянек. Своими благодетелями умеют манипулировать и использовать их по полной программе. Эти люди - сущие тираны, хотя и вызывают к себе чувство сострадания и жалости.

Лично я не смог бы долго общаться с таким человеком.


Младенцы, образно говоря, - это обитатели джунглей. Чистая природа, которую еще следует исследовать и приспосабливать к современным реалиям - вот что такое младенец в самом простом понимании.

У взрослых "младенцев" очень многое от дикаря, являющего собой дикую природу, сильно загрязненную отходами современной цивилизации.

Взрослые, стоящие на уровне "младенца", проявляют себя несдержанно, вызывающе, всячески стараясь обратить на себя внимание окружающих. Демонстрируют свою независимость и величие. С посторонними бывают дерзки, грубы и наглы или, наоборот, плаксивы и беспомощны.

"Я не знаю, не умею, не могу..." - это говорит "младенец". При этом он палец о палец не ударит, чтобы узнать или суметь. Даже самую маленькую ответственность он перевалит на другого. А в итоге отхватит себе лучший кусок.

Младенец не способен мыслить и чувствовать. Он не имеет эмоций, и ощущения его связаны с инстинктами. Поэтому он реагирует на окружающее пространство импульсивно, испытывая при этом боль или блаженство, голод или насыщение. Даже к полутора годам младенец не может в полной мере владеть своим телом, поэтому он пытается постоянно его исследовать. Младенец по возрасту, как правило, исследует свое тело по частям: ручки, ножки, животик, пальчики.

Взрослый "младенец" также значительную часть своего времени занимается исследованием своего тела: то прислушивается к тому, что у него болит, то ищет на нем какие-то изъяны, то пытается его усовершенствовать и т. п. Собственное тело, своя плоть и ее комфортное состояние - вот чем постоянно занят взрослый "младенец". Вообще, себя он олицетворяет со своим физическим телом. Я - это мое тело - вот жизненное кредо младенца. Однако он вовсе не хозяин своей плоти. Плоть и ее прихоти руководят всеми поступками такого человека. Поэтому многие ощущения младенца связаны с его инстинктами. А на уровне инстинктов человек сознательно не присутствует. Ощущения боли или блаженства, голода или насыщения, удовольствия или дискомфорта руководят всеми проявлениями взрослого "младенца". В состоянии блаженства и покоя младенец - милый, приятный и привлекательный человек. В состоянии боли и дискомфорта - это агрессивное, трусливое, беспокойное существо, способное поднять на уши всех и вся. Когда младенцу плохо, то плохо всем. Он ставит на дыбы все жизненное пространство и заставляет всех бросать свои дела и заниматься его проблемами, немедленно устраняя все, что породило его боль. Все будут заняты им, пока он не получит искомое блаженство. Если человек заставляет всех крутиться вокруг себя, при этом капризничает, требуя льгот, привилегий и особенного отношения к себе - то это взрослый "младенец".

Младенец воспринимает мир как: "Я" и "не Я". "НеЯ" может быть дружественное или враждебное.

Если "неЯ" - опасно или враждебно, младенец становится либо агрессивным, либо плаксивым. Младенец очень зависим от всего, что его окружает, поэтому он постоянно старается держать всех в курсе своих ощущений и состояний: то плачет, то жалуется, то требует проявлений внимания и любви, то без умолку рассказывает о своем состоянии здоровья, искренне полагая, что его состояние очень сильно волнует всех окружающих. От окружающих он постоянно ждет и требует заботы и внимания, поскольку все время нуждается в пище и безопасности. Он ищет удовольствий и избегает боли (разумеется, физической). И полностью зависит от своего физического состояния.

Эгоцентризм младенца не знает границ. Если у него имеется дружественное "неЯ", с которым ему комфортно и приятно, то это вовсе не обозначает, что этот младенец это "неЯ" любит. Чувство любви младенцу недоступно. Он способен только ощущать и привязываться к тому, от кого зависит. Поэтому ждать от "младенца" сочувствия, любви, сострадания, сопереживания и взаимопонимания бесполезно. Он может только быть привязан к тому, кто его кормит, содержит, выполняет за него его прямые обязанности или работу. Стоит прекратить опекать или содержать "младенца", как он тут же без сожалений уходит к новому попечителю. Будучи привязанным к кому-то, "младенец" без всякого труда умеет привязывать. В этом проявляется элементарная борьба за существование. И этот свой опыт человечества младенцы накапливают с младенческих лет на подсознательном и предсознательном уровне. А на сознательном уровне они только лишь ищут людей, готовых попасться им на удочку.

Поскольку живут "младенцы" исключительно ощущениями и исследуют физическое тело, то они не знают себе равных в сексуальных контактах. Секс для них - родная стихия, игра, соревнование, в котором они всегда победители. Они знают секс в совершенстве, всегда с большим удовольствием им занимаются, чем и привлекают к себе партнеров, сводя их с ума. Сами же при этом они остаются спокойны, безмятежны, трезвы и никогда не теряют головы, хотя и получают для своего тела массу удовольствий.

Мышление у "младенца" конкретное. Обычно он не знает, почему поступает так, а не иначе. Действия и поступки "младенца" неуправляемы, в которых явно выражены либо импульсивность, либо заторможенность.

"Младенцы" во всем и везде проявляют свою младенческую непосредственность. Любопытны во всем, всегда и везде, если что касается своего или чужого физического тела. Если такого человека спросить, что будет, если разрезать какое-нибудь тело, он скажет: "Давайте попробуем!" Потому что все любит пробовать на вкус, осязанием, обонянием. (Как известно, дикари все пробуют на зуб). Исследователи-"младенцы", как правило, уже в раннем возрасте умудряются перепробовать "на зуб" все: курево, наркотики, алкоголь, все атрибуты "красивой жизни". Нередко эти пробы приводят к установлению так называемых вредных привычек, справиться с которыми "младенец" не в состоянии никогда. Самое большее число пьяниц, наркоманов, курильщиков, игроманов - именно из числа взрослых "младенцев". Большая часть убийц и самоубийц - тоже из числа "младенцев". Они же не умеют вообще что-либо по-настоящему ценить. Свою жизнь, равно как и чужую, тоже. Всякое понятие о ценностях у них складывается в понятие о "бабле". Себя они тоже олицетворяют с "баблом": много бабла - это круто, мало, или вовсе нет - это ни с чем не сравнимая трагедия.

У "младенца" нет никакой продуманности действий и способности проникнуть в суть вещей. Нет у них и какой-либо изощренности: они действуют прямолинейно и примитивно. Их примитивность основана на стереотипах и видимых невооруженным глазом манерах поведения. Поскольку они видят вокруг себя только то, что связано с физическим телом, инстинктами и ощущениями, то и речь их выражает состояние физического тела. (Отсюда употребление в речи нецензурной лексики, выражающей части или состояния физического тела)

При общении "младенцы" обычно отводят взгляд, поскольку не выдерживают прямых взглядов собеседника. Очень любят поговорить. Говорят, в основном, о том, что ощущают в данный момент. Поскольку ощущения под влиянием импульсов у "младенцев" постоянно меняются, то речь у "младенца" лишена какой-то логической связанности: от одной мысли он переходит на другую, потом перескакивает на третью и т.д. Разговор состоит из простых, не связанных между собой предложений. Поскольку "младенцы" с трудом умеют формулировать свою мысль, то они используют в речи различные связки и слова, обозначающие примитивные понятия.

Воздействовать на "младенца" способом увещевания, уговоров и любых других способов, призванных воздействовать на чувства или разум, - бесполезно, потому что ни того, ни другого у младенца как раз-таки нет. Вообще, всякие нравственные мучения, искания и сомнения - это не для "младенцев". Они живут здесь и сейчас. Говорить с "младенцем" о чувствах, мыслях или идеях очень трудно. Младенец всегда реагирует на интонацию. Можно говорить ему даже какую-нибудь гадость, но доброжелательным и спокойным тоном, и тогда он поймет. Любое воздействие на "младенца" следует подкреплять чем-нибудь ощутимым для него. Метод "кнута и пряника" - это для "младенцев". Лучше, конечно, "пряник", который все время должен расти. Но и "кнут", как средство воздействия, совсем не лишний, потому что "младенца" практически невозможно убедить доводами разума. Его можно либо привлечь, завлечь, либо запугать, потому что "младенец" одновременно чрезвычайно доверчив и труслив. И то, и другое у него не знает границ. Первыми в очереди ко всяким прохиндеям, колдунам, знахарям, "учителям", которые сразу в одночасье могут сделать что-то за кого-то, будут "младенцы". "Младенцы" ведь не в состоянии что-то делать для себя самостоятельно. Все, что они имеют и умеют - это результат чьих-то усилий, стараний и труда.

"Младенцы" всегда очень нуждаются в руководстве и безопасности. Воспринимают и принимают "младенцы" только того руководителя, с которым им комфортно. Добиваясь комфортности, младенец может манипулировать, прибегать к различным, даже самым безнравственным методам. Любой ценой добивается места под солнцем. Добропорядочность, покладистость и послушание у них только в пределах той выгоды, которая приносит им комфорт и благополучие.

"Младенцы" жадны. Бывают даже ненасытны. Свои удовольствия, пристрастия, привязанности, ценности они не умеют и не хотят делить с кем-либо, даже с самыми близкими людьми (родителями, детьми, супругами). Если же кто-то или что-то вынуждает их что-то делить и отрывать от себя, они всегда находят возможность либо восполнить пробел, либо устранить возникший дискомфорт, не считаясь ни с какими средствами и мерами.

В окружении незнакомых или малознакомых людей, в шумных компаниях "младенцы" держатся скромно, тихо, настороженно, поскольку опасаются всего незнакомого, нового и неизведанного, а значит, враждебного. Внешне в таких ситуациях они выглядят в выгодной для себя позиции: тихи, скромны, благоразумны. В окружении близких людей "младенцы" часто бывают настоящими тиранами: истеричны, капризны, занудливы в своих постоянных жалобах на все и вся. Будучи блестящими манипуляторами и артистами, они часто играют одну и ту же роль - жертвы. У "младенца"-жертвы и на лице постоянно блуждает выражение неугасимого страдания. "Я так страдаю и мучаюсь, потому что..." - и далее - тысячи обвинений в адрес кого-нибудь из близких или далеких, по вине которых "страдалец" не получил вожделенного. "Младенец" постоянно выдумывает различные теории, доводы, идеи, оправдания для того, чтобы внушить окружающим жалость, снисхождение, сочувствие, вхождение в бедственное положение несчастного страдальца. И все окружающие все время что-то должны "младенцу". У него права, свободы, льготы, особое положение и т.п. У всех остальных - только обязанности по отношению к нему. Лень, барство, поиски развлечений и удовольствий, которые должны развеять его постоянную скуку - это вечные спутники взрослого "младенца".

Упаси боже, начинать выполнять прихоти "младенца"! Эти прихоти с каждым разом будут расти в геометрической прогрессии. Потому что аппетиты у "младенцев" безразмерны. Обуздать "младенца" очень трудно, потому что, если он и прекратит свои домогательства, то только для того, чтобы переориентироваться и предпринять другие пути к достижению цели.

Состояние младенца всегда написано на его лице. Либо оно выражает вселенскую скорбь, либо веселье до беспредела. Остановить разбушевавшегося "младенца" порой бывает очень трудно (как развеселившегося, так и разгневанного). А если учесть, что именно "младенцы" чаще всего являются обладателями хорошо накаченных форм, то управиться с "младенцами" - задача не из легких.

На критику "младенец" реагирует однозначно: как на посягательство на его жизнь и свободу. Если ему предъявили какое-нибудь обвинение, он сразу же заявляет: "Это не я!" - и тут же выискивает виноватого. Если его ловят с поличным, пускается во все тяжкие, чтобы избежать наказания: лжет, выкручивается, строит из себя жертву, давит на жалость, притворяется больным, недееспособным, несчастным и т.п. "Я больше не буду", - искренне заявляет он и тут же забывает о своих обещаниях.

Мотивация, логика, здравомыслие в поступках "младенца" отсутствуют напрочь. Зато явно прослеживается быстрая смена настроения. Только что жаловался на судьбу, обливаясь слезами, и тут же веселые анекдоты и разговоры о предстоящей вечеринке.

Самые главные и первостепенные интересы у "младенца" - гастрономические и физиологические. Хлеба, зрелищ и секса - вот что необходимо "младенцу" для счастливого существования. В еде младенец неразборчив так же, как и во всем остальном. Ест все, что есть, с большим удовольствием и аппетитом. Если ему попалось поесть задарма, то уж он постарается наесться вволю. Во время застолий в гостях перепробует все, что есть на столе: и напитки, и закуски. Так напробуется, что утром не будет помнить ни себя, ни окружающих, ни само застолье. Ненасытность и неразборчивость часто толкает "младенца" на воровство. Причем, сам "младенец", укравши что-то у кого-то, совсем не считает себя вором, искренне полагая, что ничего противоестественного он не сделал, поскольку все, сколько-нибудь ценное, которое попадается ему на пути, просто обязано принадлежать ему. "Младенец" же не привык отказывать себе в чем-то.

Взрослые "младенцы" не выносят одиночества, поэтому всегда стремятся окружить себя "братьями по классу", группируясь в банды, тусовки, группировки, кланы, братства и прочие неформальные объединения, где они чувствуют себя комфортно и безопасно. Подобные объединения непременно иерархичны. Во главе группировки обязательно будет какой-нибудь "пахан" или "братан", который по своему уровню восприятия должен быть выше всей "младенческой братвы" (как правило, уровень подростка). Культ насилия и дедовщины в таких объединениях обязателен и необходим совсем не по причине любви к романтической экзотике, а просто потому, что язык насилия "младенцам" наиболее понятен. Они же воспринимают все через ощущения. Их бьют, они бьют - все друг друга колотят или прикармливают - вот примитивный язык "по понятиям".

Физическую боль "младенцы" не выносят и не могут спокойно вытерпеть даже самые слабые травмы. В больницах орут, кричат, стонут и проклинают всех врачей именно "младенцы". К смерти относятся с любопытством. Она их завораживает. Особенный интерес проявляют к чужой смерти. Также могут испытывать большой интерес к пыткам. Они же исследуют физическое тело. (Вот где объяснение некоторым немотивированным преступлениям!)

У "младенцев" очень сильно обострено чувство опасности. Всякую опасность они ожидают со всех сторон, поэтому они всегда и во всем страхуются, устанавливают заборы и вооружения, а также заранее предпринимают меры для подавления или нейтрализации предполагаемого противника.

К животным "младенец" относится так же, как и к людям: разделяют на враждебных или дружественных. Диких животных предпочитают наблюдать в зоопарке, кино или цирке. В зоопарке, где животное находится в клетке, "младенец" будет его дразнить, тыкать в него палкой, кривляться перед обезьянами, бросать пищу или камни. Ему же любопытно, как животное отреагирует. Мелких животных (насекомых, лягушек, мышек), если поймает, будет препарировать: оторвет лапку и будет смотреть, как животное ведет себя? Домашних беспризорных животных (или чужих) "младенец" боится, гонит и при этом кричит, визжит и требует, чтобы животное кто-нибудь немедленно уничтожил или изолировал. Больше всех укушенных и исцарапанных животными - представителей "младенцев". Есть среди "младенцев" люди (чаще всего, одинокие), которые, наоборот, собирают вокруг себя всех бездомных собак и кошек и устраивают в своей квартире собачник или кошатник, чем приводят в шок всех соседей, поскольку эти люди совсем не заботятся о нормах санитарии и гигиены.

Что касается санитарии и гигиены, то эта тема не для "младенцев", поскольку дисциплина и порядок - не их стихия. "Младенцы" не склонны вообще убирать вокруг себя, следить за чистотой и порядком в собственном доме, не говоря уж о местах общего пользования. Приводить в божеский вид свое рабочее место или собственную комнату заставить "младенца" может только лишь страх или предвкушение какого-либо материального вознаграждения. Спившиеся грязные и вонючие бомжи - это стопроцентно "младенцы".

К своим собственным животным "младенцы" привязываются, как к людям: кормят из своей тарелки, укладывают спать на своей подушке. Общаясь таким образом с животным, "младенец" нередко отказывается от общения с людьми. Даже близкими.

К растениям "младенцы" равнодушны. Относятся со вниманием только в той степени, насколько это растение пригодно в пищу.

К самоусовершенствованию взрослые "младенцы", как правило, не стремятся, поскольку не желают и не умеют себя в чем-то утруждать, а работа над собой - это большой труд. Бесполезно младенцу предлагать чему-либо поучиться, что-то полезное узнать, посетить выставку, лекцию, музей. Взрослые "младенцы" вообще не любят чему-то учиться и что-то полезное узнавать с целью расширения своего кругозора и развития ума и души. Во-первых, они самонадеянно считают, что и без всяких наук сами все знают. Во-вторых, им и незачем что-то еще знать, если за них все делают другие. В-третьих, любое напряжение мозговых извилин им в силу особенностей восприятия всегда в тягость. Если надо куда-то пойти, чтобы культурно провести досуг, то из всех предложений "младенец" остановит свой выбор на тех зрелищах и мероприятиях, которые возбуждают плоть, щекочут нервы и повышают адреналин; где можно задарма вкусно поесть (и, главное, выпить), где "младенцу" будет возможность размять свои мускулы и самоутвердиться. Впрочем, нельзя сказать, что "младенцы" вообще не стремятся к каким-либо познаниям. Еще как стремятся, если дело касается питания, одежды и развлечений. Лучшие знатоки приобретения и употребления товаров массового спроса, способов и средств поддержания фигуры и красивого цвета лица - это "младенцы". Все новости шоу-бизнеса и криминальной хроники первыми узнают "младенцы". "Младенцы" всегда в курсе всех скандалов, сплетен и интриг. Часто они сами являются застрельщиками всего этого в масштабах своего окружения. По большому счету, любой скандал, любая шумиха и любые разборки - это родная стихия взрослого "младенца". Это все очаровывает и развлекает его, поэтому редкий "младенец" откажется лично поучаствовать в каком-нибудь скандале или разборке. Разве можно упустить шанс прославиться, оставив пусть даже и безобразный след в истории? Скандалы для "младенца" - это одно из очень немногих способов для самоутверждения, поскольку на действительно героический подвиг эта категория людей неспособна.

Разговаривать с "младенцем" всегда бывает очень трудно. Во-первых, "младенцы" не любят и не умеют слушать собеседника. Они попросту не умеют ничего разумного слышать. Всевозможные объяснения, увещевания, убеждения, красочные примеры - это все мимо них, потому что "младенцам" трудно сконцентрировать себя на какой-либо мысли. "Младенцам" понятен язык приказов, конкретных указаний и распоряжений. Лучше, если все это еще и подкрепляется "кнутом" или "пряником". Сам говорить "младенец" не умеет, тем более связывать фразы в какую-либо мало-мальски определенную речь. Поэтому речь "младенца" всегда состоит из коротких отрывистых фраз, обильно снабженных словесным мусором вроде междометий, слов-связок, а чаще всего, обычным матом.

Психологическое лечение взрослого "младенца" следует очень осторожно и продуманно, поскольку "младенцы" чрезвычайно подозрительны и ранимы. Обидеть их всякий может. И хотя они редко остаются в долгу, пользоваться их необыкновенной доверчивостью, непосредственностью и простодушием - грешно. Их следует принять такими, какие они есть, для того, чтобы осторожно и с большим терпением пытаться корректировать их поведение. "Младенцы" - это уровень, который больше других нуждается в снисходительности и порядочности по отношению к ним. Они, по большому счету, не ведают, что творят. Людям с другим уровнем восприятия следует не забывать, что все родом из младенчества. В тяжелых и экстремальных ситуациях все взрослые способны вести себя по-младенчески.


Акцентуация поведения взрослого "младенца"

при наличии определенных характерных черт


Взрослые "младенцы", у которых преобладают черты покорности, (покорные младенцы) в обычной, тяжелой и экстремальной ситуациях проявляют полное отсутствие всякой ответственности за свои поступки. Это полностью ведомые люди. Они не тяготятся своей зависимости от других: им так уютно, комфортно. Все такие "младенцы" откровенно паразитируют, но умудряются жить безбедно и вольготно.

Взрослые "младенцы" с преобладающими чертами упрямства, истеричны, злобны, чрезвычайно эксцентричны. Добиваясь всеми доступными и недоступными средствами своего, идут на конфликты, могут отказаться от общения, демонстрируя из себя жертву. Любят и умеют собирать вокруг себя сочувствующих. Встречая малейшее сопротивление со стороны окружающих своим амбициям и домогательствам, во всеуслышание орут: "Караул! Помогите! Убивают, грабят!" и т.п. - и с помощью всяких "доброхотов" и "правозащитников" добиваются своего.

Нетерпеливые "младенцы" стремятся получить удовольствие немедленно здесь и сейчас. Все блаженства жизни они не могут отложить на какое-то будущее. Все насильники, грабители, воры - из этой категории людей. Им некогда ждать. Нетерпеливость "младенца" направлена всегда вовне: все окружающие должны ему сейчас и поскорее. Часто нетерпеливость направлена на тех, кто "чужой" или подчиненный. Именно нетерпеливые "младенцы"совершенно не терпят всех инакомыслящих, иноверцев, людей другого цвета кожи. С подчиненными ведет себя грубо, перекладывая на них вся вину и ответственность за свое поведение. Они даже тон вырабатывают давящий на окружающих, заявляя: "Я все время так разговариваю!" Они действительно, все время так разговаривают.

Расточительные "младенцы" стремятся взять от жизни все и побольше. Самые большие любители самых изощренных и экзотических удовольствий - расточительные "младенцы". Они не знают ни цены, ни меры во всем. Ни в чем себя не могут ограничить. Живут сегодняшним днем. В один день могут промотать все, и тогда пускаются во все тяжкие. Игроки, пьяницы, наркоманы, спившиеся бомжи, авантюристы всех мастей - это расточительные "младенцы".

Жадные "младенцы" всегда считают, что все - только им. Прежде всего, и любой ценой. Особенно страшно это проявление в экстремальных ситуациях во время стихий и бедствий, когда жадные "младенцы" пускаются мародерствовать. Скупщики, взяточники, казнокрады, ростовщики, мошенники, способные ограбить слабых и беззащитных, руководители так называемых "пирамид", торгующие воздухом, - все это жадные "младенцы". Отберут последнее и не поведут бровью.

Высокомерный "младенец" - хулиган, который бьет всех подряд. Кулак для него - это метод и средство. Высокомерие у него написано на лице. Дома это настоящий тиран, который держит в страхе всю семью. На работе - такой же тиран для подчиненных, но перед начальством самоуниженный, раболепствующий слуга. Причем, внешне будет раболепствовать, а за спиной будет злобствовать и собирать компромат, чтобы в удобный момент ударить в спину.

Самоуниженный "младенец" проявляется совершенно очевидно: запущенная, неопрятная внешность, подчеркнутая услужливость, заискивание, полное наплевательство на свою честь и достоинство, постоянно подчеркнутое самоуничижение и демонстрация своей никчемности. "Мы люди маленькие, нам ничего не положено, мы ничего не можем, не знаем и не умеем". Втайне, конечно, самоуниженные "младенцы" мечтают "отомстить" всем, кто что-то имеет. Поэтому в моменты бунтов, когда ретивые "оппозиционеры" призывают толпу "противостоять властям", именно эта категория людей особенно жестоко "мстит", убивая мирных граждан, грабит, разрушает и уничтожает их имущество. Бомжи, нищие, приживалки, добровольные "калеки", содержанты всех мастей - это все самоуниженные младенцы.


Восприятие ребенка


Самый большой процент людей на земле по уровню восприятия - это дети. Однако следует учесть, что каждый человек не может целиком и полностью относиться к какому-то определенному уровню. В одних ситуациях он ведет себя, как младенец, в других - ребенок, а если он по возрасту юноша, то у него обязательно будут проявляться юношеские черты поведения. Определить уровень можно только, рассмотревши в совокупности множество поступков и поведение в целом в нормальном (не экстремальном) состоянии человека.

У ребенка по возрасту и у взрослого "ребенка" порог восприятия тоже низкий, хотя и несколько выше, чем у младенца. К тому же, для всякого ребенка очень важен источник раздражения: из дружественной или враждебной среды. Если неприятный источник раздражения поступил из дружественной среды, то ребенок может отреагировать более-менее спокойно, если из враждебной, то реакция может быть непредсказуемой.


Картинка из жизни

Взрослые "дети" - это взрослые, в своем поведении очень похожие на детей.


Гораздо скорее меня привлек бы человек, подобный другому соседу по палате, который своим поведением напоминал мне большого ребенка.

Этот лежал от меня по диагонали в углу возле двери. И хорошо, что лежал у двери, поскольку он вообще не умел долго лежать. Он то и дело вскакивал с кровати и, шмыгнув сразу в дверь, отправлялся гулять по коридору, заглядывая попутно во все встречающиеся палаты, кабинеты, комнаты, тамбуры и кабинки. Совать кругом свой нос везде и всюду его толкало непомерное любопытство.

Было время, когда он не мог не то, чтобы вставать, но даже и шевелиться, поскольку доставлен был в отделение с перитонитом в коматозном состоянии. Но едва он очнулся и пришел в себя, тут же заговорил. И с тех пор почти не умолкал. Обставленный со всех сторон капельницами и утками, он не скучал сам и развлекал своей болтовней окружающую публику. Затихал во время сна и чтения.

Читал только прессу (причем, исключительно желтую) и литературу о здоровье, о народной и нетрадиционной медицине, о всяческих чудесах и параявлениях. И потому считал себя большим специалистом в области медицины и прочих наук. Своими " широкими" познаниями щедро делился с окружающими. При этом он был чрезвычайно наивен и простодушен.

Звали его все "дядя Егор". Дядя Егор был живой, жизнерадостный человек неопределенного возраста. Хотя я подозреваю, что ему было уже где-то после шестидесяти. Невысокий, щупленький, очень юркий и очень любопытный. Внешне он сильно смахивал на мальчишку-подростка. "Вьюнош", - мысленно окрестил я его, когда, обретя сознание, пригляделся к нему.

Дядя Егор нравился всем с первого взгляда. Он привлекал к себе людей своим добродушием и искренним обаянием. Этот человек, как и богатырь с грыжей, был шумливым и беспокойным. Но его беспокойство было не отягощающим и привлекающим к своей персоне целую Вселенную. Он сам беспокоился обо всех и обо всем. Он был сама отзывчивость и доброжелательность. Он готов был помогать всем, кто попадал в его поле зрения. Правда, довольно часто это стремление к оказанию помощи всем и вся обретало черты назойливости. И эта назойливость, свойственная, впрочем, всем детям, и взрослым по возрасту, часто очень сильно досаждала людям. И тогда они бесцеремонно отшвыривали бескорыстного любителя помочь, чтоб не путался под ногами. По-моему, это грубо с их стороны. К детям надо относиться деликатно.

Когда я пришел в сознание после операции, первый, кого я увидел рядом, был этот сосед по палате. "Ну, что, браток, оклемался?" - участливо спросил он, улыбаясь. И мне стало хорошо.

Он был чрезвычайно неуемен и любопытен. Его интересовало все на свете. Он любил новости, которые он разносил по палатам и щедро одаривал ими всех нуждающихся и иже с ними. Больных, особенно тяжелых или вроде нашего младенца с грыжей, он искренне жалел и всячески стремился облегчить им их тяжелую участь.

К своей собственной болезни относился по-детски безмятежно: вспоминал только, когда она о себе напоминала, или во время перевязок и уколов. И то, и другое боялся. Было очень смешно наблюдать, как он удирал и прятался от процедурной сестры.

К медперсоналу относился с большой почтительностью и уважением, но, вместе с тем, постоянно проявлял ко всей медицинской братии этакий скептический критицизм, словно боялся, что они могут сделать с ним самим что-нибудь не так. Были у него любимые сестрички и санитарочки, к которым он искренне привязался и назойливо крутился возле, предлагая свои услуги. Но была у него среди них антипатия. Никто не знает, почему он сильно не взлюбил одну молоденькую санитарку. Свое отношение к ней не скрывал и всячески пытался доставить ей какую-нибудь пакость. Мы урезонивали его, и он стыдился этой своей слабости.

Серьезно призвать к ответственности его мог только лечащий врач, который был для дяди Егора высшим авторитетом. Вот уж кого он боготворил, побаивался и слушался. Если нужно было дядю Егора к чему-нибудь принудить, достаточно было сказать: "Так велел врач". И этот большой ребенок становился покладистым и совершенно ручным.

Таблетки дядя Егор глотал добросовестно и регулярно, если знал, что этот процесс контролирует врач. К обходу готовился основательно: загодя укладывался в постель и какое-то время ждал, потом нетерпеливо вскакивал, выглядывая за дверь: идет или не идет. Часто бывало, что сталкивался носом к носу с врачом в дверях. Когда врач осматривал и ощупывал его, дотошно выспрашивал, отчего и почему так происходит, а не иначе, что нужно делать в той или иной ситуации. Просветившись, дядя Егор потом принимался поучать всех прочих.

Дядя Егор был поразительно легковерен и так же поразительно недоверчив. Он верил в приметы, прогнозы, гадания, заговоры, чудеса и во всю прочую дребедень, к которой относился более, чем серьезно. При нем всякому нормальному гражданину невозможно было шагу ступить, чтобы не споткнуться о какую-нибудь опасность или наваждение.

Всякие мнимые страхи и опасности сопровождали его столь тесно, что за ними он не замечал реальных. Он и перитонит получил, потому что легкомысленно отнесся к опасности. Да еще и потому, что слишком верил в чудеса. Когда у него начался приступ аппендицита, он не обратился к врачу, а помчался к какому-то крутому знахарю-экстрасенсу, который мурыжил его три дня. Разумеется, абсолютно бесполезно. "Ты же мог так запросто дуба дать от этакого "лечения", - внушали мы ему, когда он рассказывал в палате о своих добольничных мытарствах. И знаете, что он нам ответствовал? "Я не к тому экстрасенсу пошел. Надо было к другому".

Еще дядя Егор очень любил всяческие инструкции, правила, предписания. Без них он ничего не принимал на веру и не приступал к делу. Выписали ему какое-то крутое заморское лекарство. Родственники достали и принесли. Сначала он удостоверился, что это лекарство не просрочено, что одобрено Минздравом, и что ему доставили именно то лекарство, которое выписал врач. Затем он принялся тщательно изучать приложенную к лекарству инструкцию к применению. Дошел в ней до строчек "противопоказания к применению" и нашел там кучу всяких болезней и состояний, при которых это лекарство применять не следует или нужно применять с ограничениями. И дядя Егор тут же обнаружил в своем организме все перечисленные в списке болезни и добавил к ним еще те, на которые это лекарство оказывает вредные побочные действия. Когда же во время очередного обхода врач сказал дяде Егору, что таких болезней у него нет, этот Фома неверующий убежденно заверил: "Сейчас нет, но скоро будут, если я стану эту гадость пить".

Разумеется, "эту гадость" родственники унесли обратно.

Я уже говорил, что любил дядя Егор опекать тяжелобольных, старых и всех тех, кто был слаб и немощен. Опекая, стремился все делать "по правилам" и по расписанию. Если больному нужен был укол в определенное время, точно в назначенные часы, минута в минуту, дядя Егор мчался в процедурную напоминать медсестре о ее обязанностях. Всеми опекаемыми командовал, контролировал строгое исполнение ими всего, что от них требовалось. Свой контроль он распространял и на родственников опекаемых.

Когда я был еще "лежачим" больным, дядя Егор, разумеется, добровольно взял надо мной опеку. Честно скажу вам, лучшей няньки, чем он, трудно было сыскать во всей больнице. Я был охвачен вниманием и заботой со всех сторон под бдительным взором моего попечителя. Но иногда он хватал лишку. Как-то приехали ко мне друзья. Посещение ко мне были не ограничены. Врач распорядился впускать ко мне всех в любое время дня и ночи. Но у дяди Егора были на этот счет иные соображения. И когда эти друзья, которые, кстати, очень торопились на поезд, попытались заглянуть ко мне во время тихого часа, дядя Егор воспротивился. Он закрыл дверь и никого не впускал. Пришлось друзьям обращаться к врачу и вместе с ним "заглядывать", потеряв полчаса на обретение своих прав.

Дядя Егор после этого два дня дулся на весь мир и ворчал, что "законы для всех одинаковы, а если всякие начнут их нарушать, то и больниц для всех не хватит". Впрочем, скоро он позабыл свои обиды.

Однажды после ужина у дяди Егора заболел зуб. Врачей, кроме дежурного, никого не было. Медсестра предложила обезболивающую таблетку. Дядя Егор не взял, сказал, что таблетки вредны для организма. Но зуб болел и, по-видимому, сильно, потому что дядя Егор то и дело вскакивал с постели и беспокойно мотался по отделению, зажимая ладонью щеку.

Нельзя сказать, чтобы он не принимал никаких средств, чтобы утихомирить свой зуб. Он мазал какими-то снадобьями свою челюсть, тер и давил на лице и голове "активные" точки, творил заговор и катал в ладонях какой-то шарик. Толку было нуль. Тогда какой-то больной из соседней палаты посоветовал пустить в зуб табачного дыма. Дядя Егор был некурящим мужиком, но, чтоб повлиять на свой больной зуб, решился-таки на сигаретку. Пошли вдвоем на лестничную площадку. Вернулся дядя Егор весь зеленый и несчастный: зуба не вылечил, сам чуть дуба не дал.

В общем, проканителился дядя Егор полночи. К утру зуб угомонился. Мы стали настоятельно советовать страдальцу, чтоб немедленно отправился к стоматологу. "Не пойду, - беспечно заявил дядя Егор, - уже не болит". "Так ведь заболит опять". "Вот когда заболит, тогда и пойду", - отрезал он.

Когда дядя Егор выписывался, вся больница была поставлена на уши.

Началось все с того, что ему вздумалось выписываться досрочно. В соседней палате у него оказался приятель, которому вырезали аппендицит. Тому приятелю сняли швы и предложили отправляться домой. И дядя Егор засуетился.

- Вам еще рано выписываться, - сказал ему врач.

- Как рано? У него аппендицит, и у меня тоже. Он позже меня поступил, а выписывается раньше.

- У него просто аппендицит, а у вас был перитонит. Мы вам три часа всю брюшную полость полоскали, пока вы там с Господом между небом и землей переговаривались. Нельзя вам так скоро домой: еще требуется наблюдение.

Но дядя Егор уже закусил удила. Упрямства ему было не занимать. Он ходил за врачом полдня: уговаривал, обещал, клялся и божился, но своего добился. Врач отпустил под подписку.

Дядя Егор расцвел, принялся всех оповещать о своей радости и заранее прощаться. Приехала за ним, надо полагать, вся имеющаяся в наличии родня: сын, невестка, внуки, жена, какие-то племянники. Все с цветами, подарками. Он разослал всех по отделению выражать благодарности. Сам пока не обошел все кабинеты, не успокоился. "Как дите малое!" - вздыхала его жена, ожидаючи своего беспокойного супруга в палате.

Ушел в сопровождении большой толпы. И сразу стало тихо, чинно и покойно. Как в настоящей больнице. Я смотрел на листок с адресом, который белел на тумбочке, и на душе у меня было тепло и благостно.


Взрослые "дети" в своих проявлениях очень похожи на детей по возрасту.

Взрослые "дети" - это вечные воспитанники "Детского сада", за которыми нужен глаз да глаз. Они обаятельны и привлекательны своею непосредственностью и простосердечием.

Взрослые "дети", как и дети по возрасту, обращают на себя внимание тем, что ведут себя удивительно бестактно, назойливо и непосредственно. Причем, свою назойливость тщетно пытаются скрывать. И это плохо у них получается. Они сначала что-то делают, а потом думают о том, что натворили.

Дети охотно берутся что-то делать, помогать, хлопотать. Будут много суетиться, изображать деловитость и занятость, но в итоге либо ничего не сделают, либо сделают наполовину или кое-как. И при этом у них все от души, искренне и открыто. Если они любят, то всей душой и сердцем, если ненавидят, то так же, от всей души. Они легко привязываются к людям, доверяют и доверяются настолько, что обмануть, обидеть или предать их - просто грех. Вот уж поистине за кого нужно быть всегда в ответе: за детей. Это к ним, прежде всего, следует отнести высказывание: "Мы всегда в ответе за тех, кого приручаем".

В периоды нестабильной обстановки, кризисов, реформ, катаклизмов больше всех страдают дети, в том числе и взрослые "дети". Смутные времена больнее всего и прежде всего бьют по взрослым "детям", потому что они не в состоянии переориентироваться, сконцентрироваться и перестроиться так, как это умеют люди других возрастных уровней.

Они уязвимы, ранимы и доверчивы и совершенно не умеют приспосабливаться к новым ситуациям и порядкам. Поэтому они крайние консерваторы и всегда держатся старых и устоявшихся правил. Им так легче держаться на плаву.

Вместе с тем, они добродушны, жизнерадостны, полны оптимизма и задора. Если, конечно, чувствуют себя вполне здоровыми физически и душевно. Своею энергией и верой в добро и справедливость они заражают окружающих, в кругу которых им комфортно. В некомфортной обстановке они вялы, апатичны, плаксивы и инертны, поэтому заняты поисками какой-нибудь спасительной ниши или отдушины, где можно было бы укрыться и спастись от реальных проблем. Они не любят и не умеют ориентироваться в непривычной обстановке, поэтому стремятся создать вокруг себя привычный мир, в котором склонны придерживаться определенных и четко установленных правил. Чужих правил, как показывает их поведение, они не принимают. Относятся подозрительно и враждебно, какими бы разумными и оптимальными эти правила ни были.

Им легче жить, когда им все ясно, четко, сформулировано и подконтрольно. В связи с этим они постоянно ищут для себя авторитетов, которые могут точно и конкретно указать путь и установить правила, Подчиняются им до тех пор, пока авторитеты авторитетны. Принятые безоговорочно от какого-нибудь авторитета нормы и правила могут моментально разрушить, если авторитет перестал им быть. Как принял, не анализируя, так и выбросил без раздумий.

Взрослые "дети" отличаются парадоксальностью и противоречивостью. У них прекрасно уживаются совершенно противоположные вещи. Да и весь мир ими рассматривается через противопоставления: "да" и "нет", "черное" и "белое", "хорошее" и "плохое".

Взрослые "дети" любят опекать, заботиться, командовать и при этом стремятся все время держать под контролем все окружающее пространство - им так легче и безопаснее. Себя контролировать они не умеют, поскольку у них все восприятия и действия основаны на импульсах, эмоциях и чувствах.

Своими достижениями и достижениями своих близких гордятся, а в провалах ищут вину на стороне. И потому, если у них что-то не ладится, находят оправдания и виноватых. У них в таких случаях виноваты обстоятельства, окружающие, судьба, непогода, случай, "черт попутал", "кошка дорогу перешла" и т.д. и т. п.

Взрослые "дети" искренне и серьезно верят в приметы, гадания, прогнозы, целительства и прочие спасающие, или наоборот, "страшные" чудеса, которые влияют на судьбу и жизнь человека. Свою веру они стремятся навязать близким и знакомым. Если те сопротивляются обратиться в их веру, то бывают настолько недовольны, что могут вообще уйти от общения с тем, кто "не понимает своих благ". "Кто не с нами, тот против нас", - вот девиз "детей" в ситуации отстаивания своих убеждений. "Дети" всячески стремятся оградить и "спасти" себя и своих близких от сглаза, порчи, заговора, колдовства и прочих напастей. Всю свою неуемную энергию могут направить на спасение, охранение, сбережение и профилактику безопасности. Самые ревностные приверженцы всевозможных "спасающих" сект, объединений, организаций, маркетинговых компаний - это взрослые "дети", занятые идеей спасения себя и своей семьи. Целиком погруженные в свое "святое" дело, они не замечают и не хотят замечать обмана и надувательства, а часто и простого мошенничества, скрытые в недрах "спасательных" мероприятий этих структур. Аферисты и мошенники подобных организаций ориентируются именно на взрослых "детей" и используют их в своих целях.

Взрослые "дети", как и собственно дети, совершенно не злопамятны, не мстительны и не коварны. Им чужда жестокость и злонамеренность. Если они невольно совершают зло или дурной поступок, искренне каются: "Я не хотел, - или, - Я не буду больше".

И все-таки, при всех недостатках и прегрешениях взрослые "дети" в своем большинстве - чрезвычайно милые и привлекательные люди.

Ребенок олицетворяет себя со своим физическим телом и испытывает ощущения, выходя на исследования эмоций. Поле блаженства и импульсы у него присутствуют, как и у младенца, но на своих импульсах ребенок не зацикливается. Они не руководят ребенком. Он ими уже умеет управлять, а ощущения исследует. Предсознательно ребенок выходит на чувства. И только подсознательно выходит на рассудок. То есть ребенком уже владеют различные эмоции, он знаком с чувствами, которые овладевают им, и его можно вывести на разум, если грамотно с ним общаться. Сам поступить разумно ребенок не в состоянии. Действует ребенок, исходя из своих ощущений, а не чувств и мыслей, поскольку поступить так или иначе осмысленно и разумно он может только лишь с внешней подачи какого-нибудь авторитета, а объяснить то или иное состояние своих чувств он самостоятельно не может. Ребенок - хозяин только лишь ощущений. Тут он точно может осознать и сказать, что он ощущает, что его волнует, беспокоит или радует.

Как и младенец, ребенок занят стремлением продлить наслаждение и избежать страданий. Весь мир ребенок делит на: "Я" и "другие Мои"или "другие Чужие". Чужие могут быть опасны. "Мои" делятся на старших и младших. От старших ребенок зависит, младшими пытается управлять. Окружающее пространство взаимоотношений ребенок воспринимает как управляемую старшими систему. Поэтому у ребенка обязательно имеются непререкаемые авторитеты, которым он подчиняется. Если старший что-то решил, на что-то указал, куда-то направил - значит, нужно исполнять все в точности. Ребенок не анализирует, не оспаривает действия старших, если таковые являются для него авторитетами. Наоборот, если старший для ребенка не является авторитетом, то ребенок всячески пытается подвергнуть сомнению, критике или противодействию действиям взрослого.

Ребенок считает, что на все имеются свои правила. Главное их найти и выучить. Поэтому ребенок все время занимается тем, что ищет различные правила. И в окружающей действительности он не может ориентироваться, если он не получил достаточно правил, инструкций и норм. Ребенок должен четко знать, что можно, а что нельзя. Так живет и ребенок по возрасту, и взрослый ребенок.

Взрослый "ребенок", явившийся на консультацию к врачу, обязательно потребует: "Вы мне точно и конкретно скажите, что мне можно, а что нельзя". Чтобы слово врача было авторитетно, обязательно у него должно быть соответственное образование, корочки, имя. Даже самым разумным убеждениям и доводам ребенок не поверит и даже не прислушается, если убеждающий его человек не обладает титулами, признанием и должностью, то есть, любым свидетельством авторитета. И наоборот, ребенок будет выполнять любые бессмысленные и абсурдные действия, если совершить их посоветовал или заставил дипломированный, да еще и известный шарлатан. Если вас порекомендовали, и вы заслуженный, то ребенок вас выслушает, а если вы никто, то не обольщайтесь насчет какого-нибудь внимания со стороны ребенка. Он рассуждает так, что, если вы хотите чему-нибудь учить, то станьте "старшим", авторитетным, а пока вы такой, как все, то вы ни на что не имеете права.

Ребенок ощущает себя в этом мире очень небезопасно, настороженно, подозрительно. Со всех сторон он ждет какой-нибудь беды, несчастного случая, рокового стечения обстоятельств или неприятностей, от которых следует выстроить своевременную защиту. Причем, чем раньше и надежнее ребенок обезопасится, тем спокойнее у него будет на душе.

Распознает мир ребенок через противопоставления. "Да" и "нет". "хорошее" и "плохое", "черное" и "белое". Ему трудно отметить оттенки. У него постоянные крайности. Был хороший человек, с ним было приятно, легко. Вдруг этот прекрасный человек сделал что-то, с точки зрения ребенка, нехорошее - все, тут же этот человек стал плохой, ненавистный.

Абстрактное мышление у ребенка неразвито. По жизни ребенок занимается тем, что проверяет собственную независимость и авторитет каждого из окружающих, изучает правила, а потом проверяет их на прочность. Поэтому, познакомившись с каким-нибудь правилом, ребенок тут же пытается его нарушить. Вообще, нарушать правила - это тоже своеобразный закон для ребенка. Тем самым, он проверяет состоятельность этого правила. Здесь у него как нельзя лучше проявляется любопытство и интерес к игре: поймают, или нет? Накажут, или нет? Дети, вообще, большие игроки и авантюристы. Когда нарушившего закон ребенка ловят за руку, то он пытается всю вину возложить на обстоятельства: "черт попутал", "меня туда потянуло". Всеми негативными поступками ребенка руководит любопытство: ( что мне за это будет?)

Ребенок любит подражать "старшим". "Старшим" для ребенка может быть все, что авторитетно: близкий человек, книга, телепередача, киногерой, религиозный догмат, устоявшийся предрассудок или примета, суперизвестный мессия, "учитель" или "спаситель".

Подражая старшим, ребенок ищет их похвалы или благословения. Все любители грамот и наград, или чтоб начальство отметило - это дети. И потому дети стремятся быть благопристойными и хорошими в глазах окружающих, особенно старших.

Тех людей, которые отличаются от него или от его "своих", ребенок боится. То есть, тот, кто не вписывается в его "правила" - чужой, которого следует опасаться и избегать. По отношению ко всяким инакомыслящим, к представителям других национальностей или к людям иного вероисповедания дети непримиримы и агрессивны. Вот, кого легко поднять на любую межнациональную бойню. Обычно дети испытывают замешательство и беспокойство, столкнувшись с идеями или явлениями, на которых они не воспитаны.

В незнакомом обществе ребенок испытывает замешательство. Поэтому дети не очень любят новые знакомства, встречи, места. Путешествия предпочитают в компании авторитетных ему близких людей. Места путешествия у них, как правило, должны быть лишены всяких опасностей и непредсказуемости. Поэтому дети без сопровождения сильных и надежных партнеров не предпримут поездку в горы и в лес.

Ребенок не задает лишних вопросов в общении с малознакомыми людьми. Вопросы типа: "Почему нужно делать так, а не иначе" - не приходят в голову ребенку. Иными словами, дети - отличные исполнители, идеальные солдаты, если, конечно, их вовремя остановить от соблазна нарушить законы и предписания.

Взрослый "ребенок" отличается парадоксальностью суждения и представления. Например, умиленно крестится: "Возлюби ближнего своего!" и тут же заявляет: " Я тебя в порошок сотру!" Вообще, у него прекрасно уживаются совершенно противоположные вещи.

Дети по возрасту и взрослые "дети" - чрезвычайные болтуны. Вот уж кто любит поговорить много и ни о чем. В разговоре дети предпочитают говорить и постоянно задавать вопросы. Слушать не любят и не умеют. Собеседник принимается отвечать на вопрос, который ребенок только что задал, но ответ пролетает мимо, потому что ребенок переключился уже на другую тему, или его донимает другой вопрос. Если в компании двух взрослых людей беседа протекает таким образом, что каждый собеседник говорит о своем, совершенно не слушая другого, то беседуют "дети". Или, во всяком случае, один из собеседников - "ребенок". Второй, разумеется, напрасно потратил время на беседу.

Разговор у ребенка часто принимает хаотичный характер, состоит из несвязных фраз или коротких монологов, которых он не может увязать между собой. Он может говорить бесконечно много и о многом и ни о чем, постоянно перебегая от одной темы к другой, перемешивая понятия, события, теряя нить разговора, забывая о том, что сказал вначале, и о чем речь. Темы разговора и тон целиком зависят от настроения и от того ощущения, которое в настоящий момент ребенок испытывает.

Удивительно, но факт, что ребенок все-таки умеет очень хорошо слушать и слышать говорящего, если перед ним, во-первых, авторитет, во-вторых, если слушает в составе группы людей. Перед взором посторонних наблюдателей ребенок может быть послушным, чтобы не прослыть "плохим".

Поскольку ребенок целиком зависит от импульсов, движущих его поведение, то он легко меняется в лице. Лицо его все в движении: мигает, моргает, кривится, улыбается, морщится, хмурится и т.п. Своими эмоциями ребенок контролирует плохо, и всякое физическое состояние не проходит для него бесследно. Поэтому ребенок всегда чувствует, в каком состоянии находится его тело. Ребенок всегда озабочен состоянием своего тела и своим здоровьем: что там творится у него в желудке, кишечнике, сосудах? Любой непорядок не проходит у него незамеченным. Поэтому ребенок склонен избавляться от последствий стрессов физически: топать, хлопать, бегать, стучать кулаком, жевать и т.п. Вывести из себя ребенка проще простого. Свои душевные волнения ребенок будет проявлять эмоционально: плакать, рыдать, причитать, размахивать руками, биться о предметы и т.п. Свое состояние и чувства будет определять с трудом и совершенно не сможет объяснить, что с ним такое случилось? Почему он себя так вел? Зачастую ребенок сам не знает, чего он желает.

Желания и ценности ребенка чаще всего определены авторитетами, и живет ребенок большей частью стереотипами: он хочет то, что хочет большинство. Он живет так, как живет большинство. Хотя постоянно при этом борется за свою независимость. Вообще, борьба за независимость - любимейшее занятие ребенка. Если "младенец" ни о какой независимости не помышляет, потому что ему комфортно под чьим-нибудь крылышком, то ребенок постоянно свою независимость и самостоятельность декларирует и демонстрирует, хотя, по большому счету, независимым и самостоятельным быть не может. При смене авторитета желания и ценности у ребенка могут меняться. К тем, кто не признает авторитеты, ребенок относится подозрительно. Так же подозрительно он относится к чужим идеалам, верованиям, идеям, нравам и морали. Истина для него то, на чем он воспитан. Вообще, ребенок - консерватор. Он всеми силами будет стоять за устоявшиеся нормы, порядки, правила и системы. Он не любитель новых вещей, предметов, перестановки мебели, переездов, обменов, продаж и покупок. Он испытывает дискомфорт от всего нового и непривычного, поскольку все чужое вызывает в нем страх и подозрительность. Ребенок держится за все старое, рассуждая, что раз это всегда было, значит, это хорошо.

Ребенок живет эмоциями, замаскированными под мысли и слова, то есть, воспринимают сказанное эмоционально. Какая эмоция возникла у него в ответ на то, что он услышал, так он к сказанному и отнесется. В суть сказанного он не вникнет и не сможет проанализировать информацию. Реакция сработает адекватно тому, что сказанное у него вызывает: страдание или наслаждение. Если с ребенком разговаривать грубо, то ребенок будет слушать и думать: ругают его или хвалят? Вызывать ребенка на анализ при разговоре бесполезно. Кроме того, не следует забывать, общаясь с ребенком, какую роль он тебе отводит. Если желаешь внушить что-то ребенку, то сначала постарайся стать ему авторитетом.

Ребенок не мучает себя поисками смысла жизни и сути вещей. Жизнь кажется ему непредсказуемой только потому, что он не знает еще каких-то правил.

Ребенок не способен воспринять, что чувства и мысли могут влиять на состояние здоровья человека. Бесполезно объяснять ребенку, что его мрачные мысли, негативные чувства, постоянная раздражительность, мнительность или страх влияет на его самочувствие. Он будет требовать от вас не рассказов о причинах такого состояния, а рецептов, могущих вылечить его. Вместе с тем, ребенок очень сильно опасается микробов, вирусов. Он считает, что слишком чисто никогда не бывает. При этом, он постоянно озабочен стремлением найти побольше книжек и средств для уничтожения всяческих инфекций и заразы. Подростки безгранично верят различным экстрасенсам, знахарям, колдунам и гадалкам и применяют на себе всевозможные средства от напастей, болезней, порчи и сглаза.

На уровне ребенка начинают проявляться зачатки хитрости и утонченности. Поскольку дети - хозяева своего тела, значит, они могут сдерживать свои действия и движения. Это единственное, в чем они могут схитрить. Ребенку хочется дать кому-нибудь в лоб, но нельзя: тут он может сдержаться. Может отложить это действие до благоприятного момента. Однако на лице эмоции все равно будут написаны.

В интимных отношениях взрослые "дети", как и дети по возрасту, досексуальны. То есть, интим "ребенок" воспринимает либо как выполнение супружеского долга, либо как нечто недозволенное, постыдное, либо как нечто непонятное и неуправляемое, как и само тело. В любом случае, "ребенок" и на этот счет пытается выискать какие-нибудь инструкции. "Дети" чаще других покупают какие-нибудь книги на эту тему, смотрят телепередачи, копаются в Интернете, отыскивая сексуальные и порнографические материалы.

Чтобы говорить и общаться с ребенком, человеку более высокого уровня приходится опускаться до уровня ребенка, чтобы понять парадоксальность своей позиции по отношению к нему. Вы битый час будете убеждать ребенка в чем-то, потом, в конце концов, он будет утверждать то же самое (хотя вначале думал наоборот), и, наконец, он заявит: "Вот, видите, я был прав!" С ребенком тяжело в общении еще и потому, что с ним постоянно приходится опускаться на эмоции. Вы пытаетесь его в чем-то убедить, вы беретесь рассуждать, а он вас не слышит, его беспокоит ваш тон и мысль о том, что его не хвалят и не замечают, какой он хороший.

Сам ребенок методом убеждения не владеет, поэтому у него отсутствует гибкость в общении с людьми. В споре он резко и быстро переходит на грубость и повышенный тон. Ребенок не в состоянии поставить себя на место других. Судит всегда по себе, поэтому очень часто ошибается в людях. Также он не в состоянии охватить ситуацию целиком, разглядеть отдаленную перспективу происходящего, даже если и пытается это сделать.

Вокруг себя дети всегда пытаются создать привычный мир, и очень тяжело переживают оторванность от корней. Совершенно не могут понять и принять причины отказа от них тех людей, к которым они привыкли. Тем более, тех, от которых зависят. Это к ним, прежде всего, следует отнести фразу: "Мы в ответе за тех, кого приручили". С детьми следует быть особенно осторожными: привыкнут, потом для них очень болезненно расставаться. Дети не выносят изгнанья. Они чувствуют себя в такой ситуации брошенными, воспринимают как предательство. Расходятся с бывшими партнерами, как правило, с большими упреками, обидами и скандалами. Обида ребенка - самая тяжелая. "Вы виноваты в том, что приручили меня. Не надо было приручать", - так рассуждает ребенок.

В нестабильной обстановке ребенку очень трудно обезопасить себя. В периоды различных переустройств, катаклизмов, реформ больше всех страдают дети. Взрослые "дети" - вот кто по привычке ходит на работу, хотя давно уже не получает зарплату. Дети не могут сразу переориентироваться. Они же делают все по правилам, хотя правила давно уже устарели. Смутные времена, когда происходит ломка всяких правил, бьет, в первую очередь, по взрослым "детям".

От своих детей взрослые "дети" требуют похожести на них: обучают тем же правилам, внушают те же принципы морали, добиваются неукоснительного исполнения требований, которые предписаны различными авторитетами. Родитель-"ребенок" будет всецело на стороне авторитарного учителя в конфликте между учителем и ребенком-учеником, потому что учитель всегда прав.

Поскольку ребенок сам занят эмоциями, он с трудом вылавливает чужие. О чувствах, охвативших другого человека, ребенок вообще не может иметь представления. Принимает ребенок только конкретные действия и словесные пояснения.

Также не в состоянии ребенок увидеть себя со стороны. И потому в непредвиденных ситуациях попадает в неловкое положение. Он часто делает что-то невпопад, и его легко застать врасплох. Не в состоянии дети определить уровень восприятия кого-либо, в том числе, и свой. Ребенок всегда теряется, когда у него выясняют, что он хочет, и чего добивается конкретно в той или иной ситуации.

Живет ребенок всегда здесь и сейчас и так, как ему хочется. Отдаленное будущее предлагать ребенку бесперспективно.

Как и дети по возрасту, взрослые "дети" - непоседы. Они чрезвычайно деятельны, и бывают неутомимы, если дело им нравится и получает одобрение "старших". При всей их консервативности, дети не любят однообразия, которое их утомляет физически. Им постоянно нужна смена впечатлений.

В еде ребенок разборчив. Он любит все вкусное, и будет есть только то, к чему привык, что полезно для здоровья и что ему порекомендовали "старшие". Если авторитет посоветовал ребенку принимать раздельное питание, есть тот или иной продукт, ребенок последует совету.

Всякую критику ребенок воспринимает трагично: раз меня критикуют, значит, я плохой, а не хороший, и меня будут наказывать. А любое наказание для ребенка - страдание, от которого он всеми силами стремится уйти. Если от страдания невозможно уйти в реальном мире, ребенок уходит в мир созданных им иллюзий. Взрослым "детям" иллюзии приходят вместе с алкоголем, наркотиками, различными сектами, экстрасенсорными спасителями, азартными играми и т.п. Чтобы спастись от жестокой реальности, "ребенок" готов поверить в любой бред, если он сулит ему какое-то блаженство.

В мире взрослых взрослые "дети" чувствуют себя неуютно, зато с детьми по возрасту отлично контачат, поскольку умеют прекрасно их понимать и находят много общего. Вот среди кого следует искать прекрасных нянь, сиделок, воспитателей и учителей начальных классов - среди взрослых детей. Никто другой не может так превосходно опекать и заботиться о младших, больных и немощных. Опекать младших, скрупулезно выполняя все инструкции авторитетов - это родная стихия взрослого "ребенка", как, впрочем, и ребенка по возрасту.

К животным взрослые "дети" относятся так же, как и дети по возрасту: животное для них - игрушка. Она хороша до тех пор, пока не испортилась или не надоела. Заведут щенка или котенка, потом животное принимается портить мебель, гадить на пол, скулить и шуметь по ночам. Еще хуже, если заболеет. Тут обнаруживается, что шерсть животного вызывает аллергию. "Дети" в таких случаях много не думают: просто выгоняют животное на улицу или поручают кому-нибудь животное завезти, усыпить, продать или подарить. Животных, которые не доставляют каких-либо хлопот, держат в доме охотно: рыбки в аквариуме, птички в клетках. Очень любят комнатные растения ( у некоторых это хобби).

Отношения в семье у "детей" могут быть доверительными, если между ними установились роли "старший - младший". Если такие роли не установлены, то неизбежны конфликты и поиски "старших" на стороне.

Дети и взрослые "дети" всегда теряются, когда у них пытаются выяснить, что они хотят и чего добиваются.

Дети и взрослые "дети" очень любят учиться, если учение, во-первых, приносит ощутимые плоды и удовлетворение от процесса обучения, во-вторых, тем или иным образом, благопристойно выделяет из окружения. Ребенок же стремится быть "хорошим" и весьма любопытен в силу особенностей восприятия. Он стремится узнать все, потому что ему любопытно и интересно. Поскольку ребенок сам стремится к познаниям, он легко обучаем. Важность состоит в том, чему обучать ребенка, потому что сам ребенок неразборчив в своих стремлениях к знаниям. Он с одинаковым любопытством и усердием будет учиться всему, на что наткнулась его пытливая натура: и полезному, и бесполезному, и откровенно вредному. Отсюда крайне важный вывод для взрослых более высоких уровней, которые взялись обучать детей: взрослые, будьте ответственны за все, что вы делаете с детьми, чему вы их обучаете!

Взрослых с восприятием ребенка можно встретить как среди малообразованных, так и среди академиков, поскольку образование, таланты и способности не мешают взрослому быть ребенком по уровню восприятия.


Акцентуация поведения взрослых "детей"

при наличии определенных черт характера


Покорные дети по возрасту и по уровню бездумно и беспрекословно полностью подчиняются авторитетам. Их будут обманывать, ими будут вертеть всевозможные мошенники и шарлатаны, "учителя" и кликуши, "вожди" и "заступники" - они всему и всем безоговорочно будут верить, следовать указаниям "сверху", терпеть и еще оправдывать своих кумиров.

Упрямые дети панически боятся всяких перемен, но постоянно демонстрируют свое неподчинение. Они действительно склонны противостоять "старшим" исподтишка и делать что-то по-своему, заручившись каким-нибудь оправданием, чьей-то поддержкой, или рассчитывая на то, что все как-нибудь само собой пройдет, или никто ни до чего не докопается.

Нетерпеливые дети много и громко кричат, грубят, буквально бьют по голове окружающих своей грубостью и дерзостью, причем, сами и не подозревают о том, что поступают грубо. Эти дети постоянно и ревниво требуют внимания прежде всего к себе. Все выскочки, неугомонные и назойливые болтуны - это нетерпеливые дети, готовые всех растолкать локтями ради того, чтобы успеть все узнать первыми. Эти люди совершенно не умеют слушать и способны заболтать кого угодно. Собиратели всевозможных сплетен и слухов, инициаторы разных интриг - это нетерпеливые дети.

Расточительные дети - это люди, которые как бы потерялись в этой жизни. Жизнь кажется им сводом правил, которые им не под силу усвоить. И потому они не могут ничто по-настоящему ценить: ни вещи, ни деньги, ни всевозможные жизненные блага, ни саму жизнь (как свою, так и чужую). Часто рубят сук, на котором сидят, и плюют в колодец, из которого пьют воду. В трудных ситуациях, не справившись с проблемами, пускаются во все тяжкие, прожигая и проматывая все и вся: время, деньги, здоровье. Способны объединяться в группировки, которые организовывают подростки или "младенцы".

Жадные дети, прежде всего, проявляются в еде, власти и богатстве. В еде (особенно сладкой) не знают меры. Отсюда ожирение и всевозможные болезни от чрезмерного употребления пищи. Вкусно и много поесть и попить предпочитают задарма, поэтому всеми правдами и неправдами стремятся попасть на всевозможные тусовки, вечеринки, банкеты и благотворительные мероприятия, где можно бесплатно угоститься. Жадность во власти их выражается в желании всеми командовать, везде совать свой нос и всеми силами выслуживаться перед начальством, чтобы получить от начальства одобрение. Эти люди непременно бывают в каждой бочке затычкой. Для достижения похвалы от начальства способны на все методы и средства, выжимая последние соки из подчиненных. Не дождавшись вожделенного, эти люди часто кидаются в расточительство.

Высокомерные дети - это мелкие бюрократы, сидящие в различных конторках и всевозможных "хлебных" местах, и умеющие морить людей длинными очередями за дверью своего кабинетика. Они любят волокитить любое пустяшное дело, напускать на себя важность и значимость. Не запоминают вашего имени и лица, вы вообще для них никто. Эти мелкие бюрократы буквально наслаждаются своей властью и вашей униженностью.

Самоуниженные дети почти открыто демонстрируют свою несостоятельность в жизни и раболепно подчиняются старшим в любом лице (причем, только пока старший - "старший". Как только старший стал таким же, как все, или "младший", тут же раболепие сменяется равнодушием или презрением). Самоуниженных "детей" чаще можно увидеть в секте, в пирамидальной структуре, на курсах какого-нибудь очередного "целителя", спасающего всех от жизненных невзгод. Жены пьющих и бьющих мужей страдают чаще всего именно этим искажением.


Восприятие подростка


Картинка из жизни

Взрослые "подростки" - самый деловой и предприимчивый народ.


Третьего соседа по палате по странному стечению обстоятельств тоже звали Егором. Правда, мы узнали об этом не сразу.

Он поступил к нам в палату позже всех. Уже богатырь без грыжи, словно молодой козлик, прыгал по отделению, я сам тоже вставал и, простите за подробность, самостоятельно мог осуществлять свои физиологические потребности, когда появился этот пижон.

Он был хорош собою. И лицом, и телом, излучающим самоуверенность и благополучие. На больного он как-то не смахивал. Ей-богу, на вид мог дать сто очков вперед любому здоровяку. Как оказалось потом, у него было ножевое ранение, и до хирургии он лежал в травматологии. Крещение получил, как он сам выразился, "защищая честь молодой дамы". Это похоже на правду: дамы были его слабостью (по-моему, единственной). Мы удостоверились в этом в первый же день нашего с ним знакомства.

Впрочем, рассказываю все по порядку. Появился он в дверях незадолго до обеда. Как раз все обитатели палаты были на местах.

-Всем физкультпривет! - поприветствовал он, широко улыбаясь. - Прошу любить и жаловать: Георгий Константинович собственной персоной.

Аудитория оживилась и с интересом уставилась на лицедея, который тем временем прошел к пустой кровати, смахнул со стула невидимую пыль и водрузил на него свой аккуратненький пакетик. Потом он развернулся к публике фасадом и продолжил:

- Да-да, господа, меня зовут Георгий Константинович. Я не Жуков, и маршалом, скорее всего, никогда не стану. Увы! Меня не влечет военная карьера. Я мирный гражданин и скромный служитель компьютерной техники. Кстати, если у кого проблемы с компьютером, могу помочь. Моя анкета чиста, как стеклышко. Женат, вредными привычками не страдаю. Впрочем, дальнейший обмен верительными грамотами считаю нужным перенести на более позднее время. Я вынужден откланяться и покинуть аудиторию: меня ждут великие дела, господа!

И он выпорхнул за дверь.

- Паяц! - резюмировал дядя Егор вслед ему и добавил, - Но забавный.

Во время обеда я увидел его в столовой. Он стоял, привалившись к стене, засунувши руки в карманы, и мило беседовал с медицинской сестрой. Я понял, что этот донжуан умеет пользоваться дамской благосклонностью. В доказательство моей догадки сразу же после обеда у Георгия Константиновича появились новенькие постельные принадлежности. Дядя Егор, увидев, как санитарка перестилает постель, недовольно буркнул: "Наш пострел кругом поспел, лошак двуногий".

Когда на следующее утро врач пришел с обходом, нашего "пострела", естественно, на месте не оказалось. Он сразу же после завтрака отправился на другие этажи соблазнять женский медперсонал.

- Здесь кто лежит? - спросил врач, указав на пустую кровать.

- Георгий Константинович, - ответил я.

- Какой еще Георгий Константинович? - он углубился в изучение медицинских карт. Нашедши и прочитавши нужную, удивленно вскинул брови:

- Откуда Георгий Константинович? Здесь значится Егор Константинович Бортник, 30 лет, инженер КБ, проникающее ножевое ранение в брюшную полость...

- А вот и я! - весело объявил инженер КБ, нарисовавшись в дверном проеме. - Кажется, слегка припозднился? Виноват, командир, прошу не казнить, но миловать!

- Вы что себе позволяете, больной! - вскипел доктор, уставившись на цветущего обладателя ножевого ранения. - Вы в больнице, или в цирке? Вас вытащили чуть ли не с того света, у вас температура зашкаливает за 38, из брюха течет всякая дрянь, а вы носитесь по больнице, словно лошадь!

(Дядя Егор хихикнул и заткнул рот ладонью).

- Так что же, командир, прикажете мне теперь ложиться и помирать? - недоуменно воскликнул наш герой.

- Где ваша бутылка? - неожиданно спокойно спросил врач.

- Вот! - ответил Егор-Георгий и вытащил из кармана брюк небольшую стеклянную бутылочку, в которую была засунута тонкая гибкая трубка, тянущаяся откуда-то из-под рубахи.

Врач задрал больному рубаху, и нашему взору открылся обклеенный марлевыми тампонами живот с торчащим катетером, вставленным в трубку.

- Ложитесь! - скомандовал врач. Он долго изучал Георгиев живот, тампоны, содержимое бутылочки и медицинскую карту. Потом выпрямился и категорически заявил:

- Сегодня весь день лежать! Завтра операция. - И удалился, не осмотрев даже всех остальных.

- Ну, что, ушел? - спросил Георгий, пролежав спокойно минут пять.

- Слушай, а что это ты вместо Егора Георгием себя возвеличил? - поинтересовался дядя Егор. - Эт чтоб под Жукова скосить?

- Да нет, - усмехнулся Георгий-Егор и пояснил. - Вообще-то это одно и то же: что Егор, что Георгий. Но Георгий - это кто? Победитель! А Егор так, деревня какая-то.

(Этот человек еще не знал, что собеседника Егором зовут).

- И много ты напобеждал? - ехидно поинтересовался дядя Егор.

- Да причем тут победы? - откликнулся Георгий. - Просто Георгий - это красиво. Я люблю, когда все красиво и внушительно.

Дядя Егор отвернулся к стенке, а Георгий поднялся и пошел в коридор.

- И чего ему не лежится? - удивился сосед с грыжей. - Завтра операция, а он мотается со своей трубкой. Того и гляди, выскочит из живота. И без того температура.

- Не хочет он себя слабым признать, - сказал другой сосед, кровать которого находилась прямо у окна. Пояснил:

- Есть такие мужики, что им краше в гроб сойти, чем обнаружить перед людьми свою слабость.

- Да что тут, перед кем кочевряжиться? - развернулся к народу дядя Егор. - Тут кругом больной контингент, травмированные люди. И собрались не олимпийские медали отвоевывать. Да и непорядок это: по всей больнице скакать. (Себя, конечно, дядя Егор в расчет не брал). А врачи, между прочим, за нас в ответе. И ежели всякие начнут болтаться туда-сюда и разводить амуры, то кого же тогда лечить станут?

Я усмехнулся про себя. "Чья бы корова мычала", - подумал. Интересно, надолго ли дядя Егор праведником заделался?

На следующий день нашего Победителя увезли на операцию, и двое суток его аккуратненькая и свеженькая постель скучала без хозяина, который вычухивался в реанимации. В палату то и дело подруливали Георгиевы гости и гостьи. Тумбочка пополнялась фруктами, соками, пакетами, коробочками. Принесли цветы. Одна из дамочек долго не хотела уходить. Остановилась посреди палаты, спросила сокрушенно:

- А он там долго будет?

- Никто не знает, - сказал я и утешил на всякий случай. - Да вы не волнуйтесь, этот парень все выдюжит.

Она обрадованно встрепенулась:

- Это правда. Я тоже считаю, что он сильный. Ведь совсем один был против кучи хулиганов. Он дрался, а кругом были люди, и никто не помог.

- Вы его девушка? - спросил я.

- Что вы? Я думаю, что он тоже в том баре был. Я и лицо-то его тогда разглядела, когда в "скорую" погружали.

"Поменьше бы ты по барам шлялась, - подумал я, - не калечились бы хорошие люди".

Не знаю, почему, но я зауважал этого самолюбивого человека. Я нетерпеливо дожидался его возвращения в палату и размышлял о его натуре.

Георгий-Егор - тип взрослого "подростка".

У таких людей, как он, жизнь - это сплошная борьба, а окружающий мир - арена для гладиаторских боев, где есть только победители и побежденные. Все люди для человека этого типа - соперники или публика. И в этом окружении следует, во-первых, успеть занять свое достойное место (желательно, в первых рядах) и, во-вторых, постараться удержать свой имидж. Во имя этой цели на алтарь победы кладется все: силы, энергия, здоровье, способности, время, средства и принципы. Такой человек руководствуется главным для себя принципом: для достижения цели все средства хороши.

Не достигший ничего в жизни человек взрослым "подростком" воспринимается неполноценным человеком и неудачником. Госпоже Удаче, а не Фортуне молится подросток, не полагаясь, однако, на Его Величество Случай.

Наглядно проявляет себя подросток демонстративной самоуверенностью и самовлюбленностью. Даже окончательно самоуниженные подростки с крайне заниженной самооценкой внешне будут пытаться демонстрировать, что у них все в порядке.

Подросток может быть жизнерадостным весельчаком или наоборот, угрюмым педантом, общительным или замкнутым, доброжелательным или коварным - каким угодно по характеру, темпераменту, способностям и убеждениям, но он обязательно будет деловым. Подростки все деятельны, неутомимы и целеустремленны, если впереди маячит победа и признание.

Жажда славы, любви, обожания обуревает его всегда, потому что без всего этого он вянет и чахнет и в итоге перестает вообще что-либо делать, опускаясь до положения риз. И тогда пускается во все тяжкие.

Взрослые "подростки", как и подростки по возрасту, даже самые необщительные, чрезвычайно любят общество, от которого сильно зависимы. Они умеют находить общество даже там, где, казалось бы, найти невозможно. В обществе у них есть возможность блистать и демонстрировать свою силу, свои способности и свою исключительность. Если "подросток" общителен, то нет более общительного и интересного приятеля и обаятельного любовника. Если "подросток" замкнут, то нет более загадочного и манящего своею тайной существа.

Подросток способен на жертвы и самоотречение во имя славы и любви. Он может быть бесстрашным и совершать немыслимые героические подвиги. Вот среди какой категории людей рождаются Александры Матросовы. Подросток презирает боль и слабость. Все ради самоутверждения и признания достоинств.

Но при всем при этом подросток чрезвычайно раним, уязвим и обидчив. Любое, даже вскользь брошенное слово осуждения, любое непризнание может погрузить подростка в глубокую депрессию. Обиды и оскорбления подросток помнит очень долго. Может всю жизнь носить план мщения обидчику.

Подростки не выносят отверженности. Быть брошенным, покинутым или обманутым для него крах и позор. Он сам предпочитает бросить и покинуть, уйти гордо и независимо, чтобы потом никогда не возвратиться.

Подростка никогда не застанешь врасплох. Он умеет страховаться, просчитывает свои действия и все планы противников. Он прекрасный стратег и тактик. Подросток предприимчив, находчив и неутомим

В благоприятной обстановке и при условии удачных достижений взрослые "подростки" чаще бывают вполне достойными и добропорядочными людьми. Они прекрасные партнеры в делах, изумительные добытчики, хозяйственники, организаторы. В то время когда взрослые "дети" хлопочут в основном болтовней, взрослые "подростки" делают дело.

Дружить и сотрудничать с таким человеком очень интересно и легко. Особенно, если дружба завязана на каких-либо общих делах, потому что подростки - прекрасные партнеры в любом деле. Разумеется, партнерство должно быть на равных. Хотя как раз таки с подростком быть на равных весьма проблематично: все время рвется в лидеры.

Подростки по возрасту и взрослые "подростки" испытывают чувства и желания. И создают свои собственные представления. Олицетворяют себя со своим физическим телом и с внешностью. Их жизненное кредо провозглашается, примерно, так: "Я - это мое тело, мои ощущения и потребности, но у меня есть еще и способности и желания. Какие они, как их удовлетворить и реализовать?" Правила действий и поступков мало волнуют подростков, а желания не зависят от авторитетов (в отличие от детей), поскольку желания им никто не навязывает. Поэтому авторитетов для подростков не существует, и старших подростки не признают. Они сами для себя авторитеты.

Подростки воспринимают мир как "Я" и "Ты". "Ты" - чаще всего - соперник по удовлетворению желаний, или по проявлению способностей. А жизнь у подростка - сплошное соревнование. Подросток стремится взять под контроль свои способности и желания. Тогда он чувствует свою независимость и уверенность. Дети свою независимость чувствуют через изучение правил, а подростки - через контроль над своими способностями и желаниями. Чувствуют и желают подростки на фоне ощущений, которые не проходят для него бесследно. Само по себе свое физическое тело подросток не чувствует до тех пор, пока в нем что-нибудь не заболит, поэтому обратит внимание на свое состояние только тогда, когда явно почувствует тот или иной дискомфорт. Свое тело подросток воспринимает как инструмент, пригодный или не пригодный для завоеваний выгодных позиций в обществе. Отсюда забота о своем здоровье и о состоянии своего тела - занятие не для подростка. Все это волнует его только лишь с позиций того, как внешне выглядит он сам в своем окружении. Если подростка убедить, что заниматься спортом нужно для того, чтобы выглядеть суперменом, он будет заниматься этим делом систематически. Спорт для него - средство для самоутверждения.

Подростки делят мир на победителей и побежденных, сильных и слабых. Поскольку мир у них разделяется на "Я" и "Ты", то они постоянно озабочены вопросом: "Я" - слабый или сильный, "Я" - победитель или побежденный? А кто ты по отношению ко мне?

Эмоции на лице у подростка не написаны. Он умеет скрывать свои чувства, желания и ощущения. Внешне он может не проявить свое физическое состояние и свое настроение (исключая экстремальную ситуацию, конечно). Ему обычно удается сдержать свою мимику, свой тон. Но внутренне подросток ощущает еще перепады настроения. Они также еще не способны контролировать выражение своих глаз. Подросток говорит не словами, а взглядом.

Поскольку чувства и желания у подростка не меняются так быстро, как у детей, то подростки способны преуспеть в жизни, потому что им легче сохранить целенаправленность. В связи с этим, очень важно вовремя указать подростку нужную цель, которую он примет со всей душой.

Подросток способен пользоваться людьми. Как правило, нижестоящими по уровню, т.е. детьми и младенцами. Способен на хитрость и изощренность, а значит, может быть очень дипломатичным и добиваться своего при помощи дипломатии.

Мысли подростка - дети его чувств и желаний, они же и слуги его чувств. Подросток часто направляет свои мысли на удовлетворение своих желаний и способен выстроить целую систему и программу, помогающую выполнить эту задачу. Подросток может видеть отдаленную перспективу и способен просчитать ходы. Ради отдаленной перспективы способен отказаться от временных выгод. Поскольку эмоциями подросток уже умеет управлять, то он редко прислушивается к голосу эмоций. На этом уровне человек - реальный практик, который ради достижений каких-то целей может и потерпеть неудобства.

Предсознательно подросток выходит на рассудок, которым уже хорошо пользуется, но только для того, чтобы обосновать свое желание или чувство. Если подросток разговаривает со взрослым и делится своими размышлениями, то только потому, что чувствует к этому человеку расположение. И наоборот, если подросток не будет чувствовать расположения к человеку, то никаким образом тот не сможет вызвать его на откровенную беседу, даже если этот человек - близкий родственник.

Внешность является основой, фоном жизни подростка, потому что подросток больше всего значения придает именно внешности. Внешность для подростка - имидж. Ради внешности подросток может пожертвовать здоровьем, поскольку он должен выглядеть максимально выигрышным, чтобы быть победителем.

Везде, всегда и во всем подросток старается проявить максимум самостоятельности.

У подростка все направлено на достижение победы в жизни. Или, наоборот, на уход от победы, в зависимости от типа подростка. Свои удачи подросток воспринимает, как победу, свои неудачи - как поражение. Подростки тщательно вникают во все, с чем имеют дело. Дети - не вникают, вопросов не задают, а выполняют указания - и все. А подростки подробно выясняют: как, что, где, почему, до какой степени? Любое учение подростки в состоянии понять и принять настолько, насколько оно может помочь в реальной жизни. Ему важно учиться не просто для того, чтобы учиться, а для какой-то практической выгоды. И от всякого учения он жаждет реального практического результата. Обучаясь, подросток занимается выявлением и реализацией своих способностей и талантов. На что я способен, и как мне себя проявить - вот, что занимает подростка.

Что бы подросток ни говорил, что бы ни делал, внешняя сторона жизни стоит у него на первом месте (в сравнении с внутренней). Только внешняя сторона заставляет его совершенствоваться. Ему важнее всего на свете, как он выглядит в глазах окружающих, особенно тех, от которых он зависит. Кстати, внутренняя сторона жизни для подростка - это практически тоже средство для самоутверждения.

В отличие от детей подростки любят путешествовать и проявляют гибкость в смене впечатлений, привычек, занятий, если это способствует продвижению в жизни, обещает рост в карьере и утверждает имидж.

Смерть подростки воспринимают как поражение. Она их не завораживает, как младенцев, не пугает, как детей, а толкает к действию. Характер действия зависит от того, чье поражение влечет за собой смерть. В любом случае, смерть, по мнению подростка, - итог восхождения или падения. В связи с этим, подростки любой ценой стремятся выглядеть молодыми и бодрыми. Старость и болезни они презирают. Ради того, чтобы выглядеть "соответственно", подростки стремятся содержать свое тело: атлетические секции, аэробика, пластические операции и пр.

Подросток смотрит в глаза собеседнику. Взгляд не отводит с целью оказать давление на собеседника. Но на переходе на его личную тему чаще всего взгляд отводит.

К людям подросток относится как к удовлетворяющим или не удовлетворяющим его претензии. Если человек удовлетворяет его желания, то этот человек для подростка хороший, если нет, то этот человек - враг, или просто не достоин внимания. Однако подросток в состоянии оценить достоинство и способности другого человека, стремясь сравнить их с собственными.

Дикой природы, в отличие от детей, подростки не опасаются, но к растениям и животным относятся практически. Если у подростка есть в доме собака, то она заведена либо как средство защиты, либо для создания особого имиджа.

Все у подростка направлено на преуспевание в материальном плане. Из всех уровней подросток - наибольший материалист. Если он чего-то не добился в материальном плане, то может сломаться, приняв неуспех как поражение.

Подросток очень зависим от окружения, толпы, друзей - от всякого общественного мнения. Он будет носить только ту одежду, которая модна в кругу его друзей, он будет разговаривать так, как говорят в его кругу, будет посещать престижные клубы, слушать модную музыку. Свои желания и привычки он полностью подчинит желаниям толпы, даже вопреки здравому смыслу. Ребенок оденет тот костюм, который ему нравится, а подросток оденет то, что модно среди одноклассников, или что введет их в шок, заставит обратить особое внимание. Подросток одновременно стремится быть "как все", чтобы не отстать и не остаться одному, и стремится выделиться и обратить на себя внимание, подняться над всеми.

В еде подростки разборчивы в том смысле, что внешний вид и внешний антураж вокруг еды предпочитают качеству. Будут есть то, что не любят, но одобрено окружающими. Любители всяческой гастрономической экзотики, ресторанов, баров и кафе - это подростки. Еда и процесс поедания для подростка - тоже имидж. Подростку очень важно, чтоб все было красиво, богато и по первому классу.

Для подростка все вещи духовного плана - это средства. В церковь пойдет и будет демонстрировать свою религиозность, если это поднимет его престиж.

Во время спора подросток будет сильно горячиться, доказывать свое, совершенно не вслушиваясь в аргументы противника.

Подросток совершенно не видит себя со стороны. Оценить себя и свои поступки адекватно он не в состоянии, поэтому самооценка у него будет либо завышена, либо занижена в зависимости от того, какой период жизни он переживает: победу или поражение. Однако критику и советы старших по уровню абсолютно не выносит, поскольку это, как он считает, роняет его имидж.

Будучи очень общительным и зависимым от окружения, подросток, тем не менее, постоянно рвется к самостоятельности и к независимости. Причем, свое это стремление демонстративно декларирует. Но в силу того, что постоянно стремится соответствовать принятыми в его окружении условиями и нормами общения, старается "не выделяться" из толпы, "быть, как все", подчиняться требованиям бытующей в его среде морали и т.п. Иными словами, подросток не может быть самостоятельным, хотя к самостоятельности стремится. Отсюда все противоречия и сложности подросткового возраста и жизненные проблемы взрослых подростков.

Подросток постоянно видит перед собой не разрозненные события, а их череду. Жизнь для него состоит не из дней, а из периодов. Если ребенок во всем и от всего ищет рецепты, то подросток ищет методы и средства. В связи с этим, подростки могут быть особенно опасны. Подростки хорошо владеют импульсами и ощущениями, но представлениями и принципами они еще не владеют. Поэтому подростки с искаженным восприятием, как правило, бывают крайне беспринципными людьми.

Если нужно предпринять какое-нибудь дело с подростком, то, в первую очередь, следует определить, с чем этот человек связывает свой успех в жизни. При психологическом лечении подростка необходимо дать ему новое направление в жизни. Ребенку необходимо новое правило, а подростку - направление, которое сулит ему успех. Очень важно при этом заставить подростка отнестись к неудаче, как к опыту жизни, а не поражению. Наоборот, к своим победам ему следует относиться с осторожностью. Иными словами, следует осторожно смягчить его соревновательный пыл.

К учебе, процессу обучения и к приобретениям знаний отношение у подростков по возрасту и взрослых подростков очень сложное, потому что подростки ко всякому учению и к самосовершенствованию относятся практично и меркантильно. Подросток с большим усердием будет учить то, что, по его мнению, ему должно пригодиться в его будущей профессии, или то, благодаря чему он может достичь наибольшего успеха, причем, желательно, чтобы теперь или в ближайшей перспективе. Избрав для себя сферу деятельности или применения своих способностей, подросток устремляется к намеченной цели наиболее короткой дорогой. Ему же некогда ждать. Успех, слава, победы нужны ему сейчас главным образом. Поэтому, если подростку подворачивается случай "отметиться" на скрижалях истории прямо теперь, то он не упустит случая. К примеру, купит диплом, удостоверение, какой-нибудь отличительный знак, лицензию и т.п.

Подросток может учиться с большим удовольствием, легко и усердно, если успехи в обучении выгодно выделяют его из среды товарищей по учебе. В этом случае подросток готов учиться хоть всю жизнь до академика, делая на этом карьеру. И такой человек действительно добивается больших успехов в своем деле как специалист. При всем этом, такие ученые взрослые подростки не обладают широким энциклопедическим кругозором знаний. Их высокие познания распространяются только на ту область знаний, которой они посвятили себя. Общаться с такими людьми бывает всегда очень трудно, поскольку сами они считают себя большими учеными, которые знают все, и у которых на все и вся всегда имеется готовый ответ, но в действительности они оказываются довольно скучными собеседниками, неудобными и неприятными коллегами и партнерами в работе. В семье подобные субъекты бывают настоящими деспотами, отравляющими жизнь всем членам семьи своими притязаниями, нравоучениями, завышенными требованиями к окружающим и заниженными к себе, что вполне понятно, поскольку всякий "ученый" подросток искренне считает, что он сам знает все, а другие - ничего. Стало быть, всех надо учить, и все обязаны учиться у него и брать пример с него, такого умного и продвинутого.

Подростка можно определить по речи и манере вести беседу. Как и дети, подростки, в большинстве своем, (особенно подростки по возрасту) любят поговорить. В отличие от ребенка подросток умеет говорить связно, сохраняя в разговоре тему. Предпочитает говорить только на темы, в которых компетентен. Именно наличие некомпетентности с его стороны, обнаруженной в ходе беседы, или боязнь того, что его некомпетентность может быть обнаружена окружающими, побуждает подростка навязывать окружению свои темы. Подростки умеют блистательно "пудрить мозги", уводить тему разговора, забалтывать собеседника, "переводить стрелки", "вешать лапшу на уши", "заводить" собеседника или ставить в тупик собственной тупостью. Подростки вообще прекрасно умеют манипулировать людьми, добиваясь каких-то целей.

В семейных отношениях у "подростков" наблюдается то же соревновательное направление, что и в любых других отношениях. Однако на основе равноправия подростки могут установить и вполне мирные взаимоотношения.

При концентрации желаний и представлений у подростка, как правило, возникают конфликты с окружающими. И здесь у него могут быть два выхода: либо отказаться от части желаний и представлений и подняться на новый уровень, либо подчиниться своим желаниям и скатиться на уровень ниже, то есть, начать жить ощущениями.


Акцентуация поведения подростка

при наличии определенных черт характера


Покорные подростки - люди, сознательно изображающие себя мучениками и страдальцами, чтобы поднять в глазах окружающих ореол своей значимости, героизма или мученичества. "Мне ужасно трудно все достается, но я все-таки чего-то добиваюсь", - вот истинный мотив подобной демонстрации. Если внутренне подросток считает себя неудачником, то такая позиция помогает ему оправдать себя в глазах окружающих. Роль мученика часто сопровождается ролью жертвы. В случаях, когда подросток слишком уж "заигрывается" в своей роли, то он проваливается со своего уровня в "детство" или даже "младенчество".

Упрямые подростки чрезвычайно консервативны во всем. По отношению к окружающим, конечно. Они никогда не меняют своих решений, приказов, слов, даже, если всем, и ему самому, очевидна нелепость этих приказов и решений. "Я так сказал и все!" - вот обычная формулировка. Упрямые подростки невероятно тупы, непробиваемы и бестолковы в любых делах, потому что не желают учиться ("Я сам все знаю!"), развиваться, прислушиваться к разумным доводам других ("Не учите меня жить!").

Нетерпеливые подростки несдержанны и торопливы в бешеной погоне за победой. Эти люди постоянно страдают отсутствием времени. Они вечно торопятся и вечно опаздывают, потому что, нахватав сразу тысячу дел, не умеют распланировать процесс работы, не умеют организовать свой и чужой ритм работы. Им вечно кто-то и что-то мешают. И потому они не достигают намеченных целей. Львиная доля их времени уходит на устранение препятствий в работе, а не на саму работу. Рабочее место у нетерпеливого подростка всегда будет беспорядочно захламлено орудиями труда. И в этой куче ничего невозможно сразу что-либо отыскать. Виноватыми во всех бедах у такого человека, как правило, оказываются все, кто попал под горячую руку.

Расточительные подростки - это те, кто, достигнув победы и успеха, тут же принимаются прожигать направо и налево все, что приобрели. Это происходит потому. Что за внешним успехом таится потеря смысла жизни. Ну, добился, накопил, приобрел, выиграл - а дальше что? Дальше после вершины - спуск. Кто-то остается на этой вершине, а расточительный тут же катится вниз, потому что поднимался наверх без оглядки на завтрашний день. Разрушаясь, такие подростки тянут за собой других. Конец трагичен: алкоголизм, наркомания, суицид - смерть.

Жадные подростки стремятся стать самыми, самыми. Власть, секс и деньги - вот их идеалы. Занятые постоянно процессом накопительства, достижения власти и успеха в сексе, они всего этого не ценят. Жадность подростка - это болезнь голодных глаз. Эти люди чрезвычайно ненасытны в получении наслаждений. В сексе очень страстны, потому пользуются особенным успехом у противоположного пола. Сами себя чувствами и обязательствами к противоположному полу абсолютно не обременяют. Получил желаемое - тут же охладел к предмету вожделения. Классический тип Дон Жуана.

Высокомерие у подростка гораздо изощреннее, чем у ребенка. Оно не написано на лице. Это едва прикрытое презрение к окружающим и упоение своею властью, если "подросток" наделен какой-то властью. Внешне высокомерный "подросток" может даже проявить внимание к человеку, но постольку, поскольку тот ему нужен. Обычно высокомерные "подростки" обладают высокой репутацией, так как добивались ее, "шагая по трупам". И очень дорожат своей репутацией. На пути к власти, оттесняя своих противников, высокомерные "подростки" стремятся не только предотвратить какие-то их поступки, но и лишить их такой возможности.

Свое превосходство перед людьми такие "подростки" любят демонстрировать и внешне. Но часто не прямо, а косвенно. И для этого, пользуясь положением, заставляют подчиненных (или дают им понять через доверенных лиц) сочинять хвалебные речи, поздравлять, произносить тосты, писать послания и т.п.

Самоуниженные подростки сознательно считают себя неудачниками, демонстрируя свое поражение, а всех окружающих, особенно близких, - виновниками этого поражения. Не состоявшись в карьере, в материальном положении, во внешности, эти люди объявляют себя гениями-одиночками, которых никто не может понять и оценить. Это злобные, завистливые и мстительные индивидуалисты-одиночки, которым никто не нужен, и которые никогда и ни с кем не могут найти общий язык.


Юношеское восприятие

Картинка из жизни

Взрослые "юноши". Их слабости и достоинства.


Его кровать находилась прямо посредине комнаты. Это было самое неудобное место, какое только можно было придумать. Но хозяин этого места, похоже, и не замечал никакого неудобства. Он был, казалось, довольным всем, что предлагала ему отечественная медицина.

Этот человек был самым молодым из всех нас, лет 25 -27. Его звали Ваня.

Ваня был чрезвычайно непропорционален и нескладен: длинный, худощавый, с большой и умной головой, увенчанной пышной русой шевелюрой. У него были длинные руки и широкие рабочие ладони.

Ваня поступил в больницу одновременно со мной. Правда, он пришел своими ногами, а меня привезли на каталке. За все время пребывания в больнице Ваня так толком и не установил со всеми соседями по палате дружеских контактов. Впрочем, со мной он был более откровенен и приветлив, нежели с другими. Задумчивость была, по словам поэта, его подруга. Целые дни он лежал на своей кровати, вокруг которой со всех сторон бурлила жизнь, и думал. Или читал.

Ваня очень много читал. За несколько дней он проглотил столько литературы, сколько другие и за всю жизнь не читают. Читал все подряд, что попадалось, и что приносили из дому. Когда в палате разгорались дискуссии, Ваня большей частью слушал (если, конечно, не читал). Но уж коль вступал в разговор, то говорил дельно, складно и по существу. Правда, очень терялся, выдавая речь. Как будто он стеснялся того, что вступил в разговор.

Знания у Вани были энциклопедически обширные и глубокие. Это мы почувствовали сразу. И потому дядя Егор мгновенно окрестил его Студентом. Он и действительно только что окончил университет. Собственно, потому и попал в больницу, что по окончании университета должен был отправиться в армию. Когда проходил медкомиссию, у него обнаружили желчно-каменную болезнь. С тем и направили в хирургию. Сначала врачи долго решали, что делать: удалять пузырь, вытаскивать или дробить камни? Обследовали, прикинули, наконец, сошлись на том, что надо вырезать. Ваня был согласен на все, и его прооперировали.

К операции Ваня отнесся философски спокойно. Гораздо тяжелее он переживал разрыв с девушкой, которую он, по-видимому, любил, и которая по телефону заявила ему, что ей не нужен мужчина-калека.

Дядя Егор по своему обыкновению резонно прокомментировал этот факт:

-Не горюй, парень, а радуйся, что она показала себя до свадьбы, а не после. А ты какой же калека? Подумаешь, пузырь! Да без него даже лучше. Без желчи человек добрый. А хотя ты и раньше был добрый, теперь еще добрее будешь.

- Это верно, - отозвался мужик с оперированной грыжей. - Моя жена 12 лет без пузыря живет, язви его в корень! И ничего. Меня лично устраивает.

Но Ваня страдал, считая себя неполноценным человеком.

- Мне сказали, что теперь даже в армию не возьмут, - сокрушался он, заявляя, что отсутствие какого-либо органа свидетельствует об ущербности.

- Дурак ты, Студент, - горячился дядя Егор, - другой, чтоб от армии откосить, готов не только пузырь заложить, но и более важный орган, а ты про пузырь сокрушаешься. Это тебя так девка настроила, небось.

Медсестрам, и особенно санитарочкам, Ваня нравился своею застенчивостью и неприхотливостью. Самой мучительной процедурой для Вани была манипуляция с уколом в ягодицу. Молоденькая сестричка прибежит в палату со шприцем и сходу командует:

- А ну-ка, вертай свой зад поживее!

Тут Ваня побагровеет до корней волос, испариной покроется и принимается потихоньку оголять поясницу и кусочек тощей ягодицы.

- Да что ты там все прячешь? - сердится медсестра, разворачивая одеяло.

Ох, как страдал Ваня сразу после операции, когда ему нельзя было вставать с постели. Разумеется, страдал не от боли. Он целый день терпел естественную нужду, стесняясь попросить утку. И терпел бы, небось, еще сутки, если бы заботливый дядя Егор не вмешался.

- Давай-ка, дружок, выключим свет, да я поставлю тебе потихоньку, а то ведь может и случиться что-нибудь непоправимое.

Через день после операции Ваня обходился без посторонней помощи. Сам ковылял в туалет и в столовую. И даже на перевязку поплелся сам. Он стеснялся свидетелей всяких интимных мероприятий.

По моим наблюдениям, Ваня был очень мужественный и гордый человек. Хотя и этих своих качеств он стеснялся.

Перед теми, кто хоть как-то выделялся из общей массы, он робел. С медперсоналом, особенно младшим составом, был предельно корректен и внимателен. И потому, можете себе представить, насколько мы все были поражены, когда наш робкий тихоня с возмущением отчитал ту самую санитарку, которую невзлюбил дядя Егор.

Это случилось тогда, когда известный вам Георгий Константинович двое суток "отдыхал" в реанимации, а к нему открылось несанкционированное паломничество из числа его множественных друзей и приятелей. Среди прочих даров природы и воздаяний на его осиротевшей тумбочке оказался чудесный букет из милых полевых ромашек, разносивших аптечный запах по всей палате.

Никто не знает, чем эти ромашки не пришлись по вкусу этой санитарке. А только она, вытирая пыль на тумбочке, вытащила эти ромашки из банки и бросила в мусорную корзину.

-Зачем вы это сделали? - тут же раздался возмущенный глас.

И санитарка, и остальные присутствующие оторопели от удивления. По-моему, санитарка не поверила сразу тому, что голос принадлежал Ване. Посмотрела на всякий случай в сторону двери: вдруг там какой врач объявился?

- Я спросил, зачем вы выбросили цветы? - снова спросил Ваня.

- Да кому нужен этот веник? - наконец ответствовала санитарка, недоуменно взирая на Ваню. - И потом, вовсе не положено в палате цветы.

- Кто сказал, что не положено? Вы покажите мне документ, где было бы написано, что близкий родственник не имеет права преподнести больному человеку цветы? - грозно вопросил Ваня и поднялся с кровати. Мы встревожились: ну, все, Ваня разбушевался! Что теперь будет!

Но он культурно, интеллигентно, хотя и очень возмущенно принялся втолковывать оторопевшей санитарке, что та не только нарушила конституционные права свободно болеющего гражданина, но и проявила нечуткость и бессердечие к беспомощному человеку.

- Эка невидаль: ромашки, - попыталась оправдаться санитарка. - Таких вон полон двор. Да и парня-то пока еще нету в наличии. А когда появится, то, поди, и завянут вовсе.

- Без разницы, - сказал правозащитник. - Я требую: немедленно верните цветы на место!

И санитарке пришлось подчиниться. Когда она, обиженная и оскорбленная в лучших своих побуждениях, удалилась, дядя Егор попенял Ване.

-Ну, что ты на нее накинулся? В самом деле, что это за ценность такая? Так, тьфу! Трава, да и только! Сказала ведь, что не положено. А Георгий-то когда еще возвернется? Завянут все одно.

-Не она принесла, не ей и расшвыриваться, - убежденно возразил Ваня. - Георгию Константиновичу, может, и эта трава дорога.

Я был согласен с Ваней полностью. И очень устыдился, что не смог восстановить справедливость, а за меня это сделал робкий и стеснительный тихоня.

Немного позже Ваня неожиданно спросил у меня:

- По-вашему, я дурно поступил, что накричал на женщину?

- Да ты вовсе и не кричал. А сказал правильно.

- Ну, хотите, я извинюсь перед ней?

И действительно, ходил извиняться, чудак.

Когда Георгия доставили из реанимации, он обрадовался, как дитя, увидев на своей тумбочке цветы.

- Слыш, Победитель! - обратился к Георгию богатырь с грыжей. - Там у тебя в банке ромашки.

- Ага, - тихо простонал Георгий.

- Слыш, старик, а наш Студент чуть ни драку затеял, когда твои ромашки выбросить хотели. Налетел, как петух: не смейте, кричит, чужое добро трогать!

- Ага, - повторил Георгий и добавил. - Это жена принесла. Бывшая, правда. - И он улыбнулся сам себе.

Я смотрел, как улыбался Георгий и думал: "Удивительный человек, этот Ваня. Мальчишка еще, можно сказать, а душевный".


Представители Ваниного племени - люди юношеских чувств и высоких устремлений. Они романтики и в двадцать, и в шестьдесят. Они постоянно в поисках любви и благородных отношений, которых редко находят, и потому пребывают в состоянии пессимизма и разочарования. Честь, достоинство и дружба для них превыше всего. В реальной жизни они выискивают себе кумиров, ориентируясь, чаще всего, на внешние признаки. И всегда ошибаются, а потому разочаровываются в человеке и в жизни вообще. Насколько очаровываются очередным кумиром, настолько и разочаровываются. Все разочарования и переживания в связи с этим переносят болезненно и долго.

Как и подросток, юноша жаждет любви и признания. Но в отличие от подростка, он мечтает о том, чтобы его любили не за деловые качества лидера, а просто потому, что он человек.

Душа и душевные переживания - вот, чем живет юноша. Физическое тело юноши - его враг, потому что тело несовершенно и уродливо, по его мнению. Не соответствует нарисованным в мечтах идеалам. Поэтому, погруженный весь во внутренние переживания, к своему телу юноша относится как к средству, способному привлечь или оттолкнуть обожаемый предмет мечтаний.

При общении юноши проявляют себя довольно скромно, и на первый взгляд кажутся необщительными. Однако свои убеждения и принципы во время полемики отстаивают горячо и страстно, если, конечно, убеждены в своей правоте.

Юноши - все бунтовщики и борцы за справедливость, честь, свободу и идеи. На всяческие баррикады первыми выступают юноши. Самые ярые правозащитники и сторонники оппозиций - юноши. Демократы и анархисты по своим убеждениям, они первыми хватаются за все новое, неизведанное и революционное. Предприимчивые политики, зная эту особенность юношества, для достижения своих целей, порой даже преступных и коварных, используют юношеский идеализм и революционность.

Юноши самые неуемные бродяги всех мастей, потому что их постоянно тянет в неведомые края к новым приключениям и подвигам. Поиск всего, что только можно искать - это жизненный принцип всех юношей. "Бороться, искать, найти и не сдаваться!" - это главный девиз юношей всех времен и народов.

При всей своей революционности и страстности юноши, между тем, весьма впечатлительны и робки. Стеснительность и самокопание - это вторая натура каждого юноши, считающего себя недостойным и несовершенным существом.

Юноши - самые верные друзья и товарищи, но как любовники заметно уступают решительным и инициативным подросткам. Как и дети, юноши любят много говорить, если есть слушатели. Из них бывают прекрасные ораторы. Но как деловые люди юноши заметно уступают все тем же подросткам, поскольку юноши склонны к сомнениям и колебаниям.

У юношей обыкновенно рождаются в голове самые гениальные идеи, самые выдающиеся изобретения. Но воплощают в жизнь эти идеи, как правило, подростки. Пока юноша, родив идею, будет тысячу раз эту идею проверять, прикидывать и сомневаться, подросток, подхватив идею, тут же пустит ее в дело. И при этом не забудет оформить на нее патент.

Короче, юноши по своему восприятию и проявлениям - настоящие идеалисты, а подростки - материалисты. И эти противоположные позиции всегда и везде, раньше и сейчас разводили указанных типов по разным комнатам. Причем, лучшая комната, естественно, всегда достается подростку.

Юноши по возрасту и по уровню восприятия - люди высоких чувств и устремлений. Они романтики и в двадцать, и в шестьдесят. Они постоянно в поисках любви и благородных отношений, которых редко находят, и потому пребывают в состоянии пессимизма и разочарования. Честь, достоинство и дружба для них превыше всего. Их кумиры - Дартаньян и Дон Кихот, Грей и капитан Немо. В реальной жизни они выискивают себе кумиров, ориентируясь, чаще всего, на внешние признаки. И всегда ошибаются, а потому разочаровываются. Все разочарования и переживания переносят болезненно и долго.

Юноша олицетворяет себя и свое тело со всеми своими эмоциями, чувствами, желаниями и состояниями. Мир делит на "Я" и "ТЫ" с нашими взаимоотношениями и акцентирует внимание на понимание других или самого себя. Он сознательно выходит на рассудок, которого исследует. У юноши высоко развита интуиция, он довольно хорошо способен к абстрактному мышлению, в состоянии назвать свои эмоции и чувства и задуматься над течением мысли. Юноша уже действительно мыслит на основе своих чувств, поэтому ощущения проходят для них незамеченными. Про импульсы уже и говорить не стоит. Про свое физическое состояние юноша может вообще забыть, погрузившись в мир чувств и мыслей. Свои эмоции внешне юноша способен прекрасно контролировать, но внутренне ощущает борьбу чувств и желаний.

Людей юноша судит не по их поступкам, а по их внутренним побуждениям, которые пытается отыскать. Также он пытается отыскать мотивы своего и чужого поведения. При этом не делает скоропалительных выводов. Если чувствует, что мотив у человека был позитивный, то может простить ошибки и негативные поступки.

С собеседниками юноши ведут связную беседу, сохраняя однонаправленность темы, но при отсутствии четкого общего взгляда на предмет. Разговор ведет в виде объяснений и вопросов. Ему очень важно: понимают его, или нет. Юноша непосредственно мыслит и думает вслух, когда говорит. В разговоре способен перейти к другой точке зрения, хотя она может меняться в зависимости от чувств и желаний.

Чувства и желания юноши более постоянны, чем ощущения. И с ними у юноши идет постоянная борьба, поскольку те чувства и желания, которые его одолевают, заставляют сомневаться, переживать, страдать, пересматривать свое состояние.

Как и подросток, юноша жаждет любви и признания. Но, в отличие от подростка, он мечтает о том, чтобы его любили не за деловые качества, а просто потому, что он человек.

Юноша отдает предпочтение внутренней жизни по сравнению с внешней. Душа и душевные переживания - вот, чем живет юноша. Физическое тело юноши - его враг, потому что, по его убеждению, тело несовершенно и уродливо. Не соответствует нарисованным в мечтах идеалам. Поэтому, погруженный весь во внутренние переживания, к своему телу юноша относится как к средству, способному привлечь или оттолкнуть обожаемый предмет мечтаний. Как правило, к своему телу относятся плохо. Часто просто не замечают, а порой ненавидят и страдают от физического несовершенства. Поэтому могут вообще махнуть рукой на свое здоровье и внешний вид, если чувствуют, что в своем внешнем облике они явно не на высоте.

Юноши - все бунтовщики и борцы за справедливость, честь, свободу и идеи. На всяческие баррикады первыми выступают юноши. Самые ярые правозащитники и сторонники оппозиций - юноши. Демократы и анархисты по своим убеждениям, они первыми хватаются за все новое, неизведанное и революционное. Предприимчивые политики, зная эту особенность юношества, для достижения своих целей, порой даже преступных и коварных, используют юношеский идеализм и революционность.

Для юноши все материальное имеет второстепенное значение. Одежда и окружающая обстановка предпочитается удобная, а не престижная. Хотя от престижа совсем уж он отказаться еще не может.

При споре внимание юноши направлено на понимание сути происходящего. Если приходит к выводу, что собеседник не понимает его, то тут же теряет интерес к спору. Во время разговора юноша не горячится, не переходит на повышенные тона, а быстро выдыхается (за исключением экстремальных ситуаций), логически обосновывает свои доказательства, не допускает грубости и брани по отношению к собеседнику, а пытается его понять, как говорится "влезть в его шкуру". При желании всегда может сказать, чего он хочет в данной ситуации конкретно. Юноша всегда конкретно знает мотив своих действий. Он уже способен определить свой и чужой уровень восприятия, чем он и занимается предсознательно. Человек, стоящий ниже его по уровню, практически для него предсказуем.

Посмотреть на себя со стороны для юноши является большим усилием. Он часто бывает неадекватен в своей самооценке: либо она у него слишком занижена, либо завышена.

Основанные на чувствах мысли зачастую идеалистичны у юноши и оторваны от жизни. Юноша ведь не занимается поступками, потому и становится непрактичным. Иногда чувства юноши становятся слишком интенсивными, и тогда юноша в своем восприятии выпадает на более низкие уровни. Юноша наиболее сильно подвержен таким выпадам, по сравнению с другими уровнями. Это делает его поведение нестабильным и сложным во взаимоотношениях с окружающими. Люди, стоящие ниже его по уровню, вообще его не понимают. В связи с этим, чтобы поддерживать отношения с такими людьми, юноша вынужден "понарошку" опускаться до их уровня, то есть, делать то, что делают родители и воспитатели с детьми: сами "становятся" детьми, чтобы играть, соблюдая все правила игры. Но при этом взрослые все-таки остаются взрослыми. А юноши, "заигравшись", могут и действительно скатиться "в детство".

Акцент поведения юноша обращает на установление взаимоотношений с окружающими и на попытках разобраться в своих и чужих чувствах.

Поскольку юноши способны часто менять свою точку зрения, они не являются столь целеустремленными, как подростки. Вот, отчего получается, что человек с более развитым уровнем восприятия и развитыми интеллектуальными способностями будет кое-как добывать себе средства для пропитания, а более целеустремленный, но находящийся на более низком уровне подросток оказывается преуспевающим. Он стал таким не потому, что умный, а потому, что настойчивый, упорный и целеустремленный, что гнул свою линию, добиваясь своего, не сворачивая с намеченного пути и умело обходил преграды. А высокоинтеллектуальный юноша в это время все сомневался, копался в себе, искал смысл жизни, скромно уступая дорогу, боялся кого-то обидеть, кому-то навредить и т.п. В результате более нахальный подросток отпихивает интеллигентного юношу и устремляется вперед. Очень часто подростки пользуются теми идеями, которые юноши не сумели внедрить. Чтобы юноша в данной ситуации мог догнать преуспевающего подростка, он должен подняться еще на уровень выше и стать взрослым, или опуститься до уровня подростка и заняться практической деятельностью. У юношей самой слабой стороной является то, что в результате многих раздумий они не реализовывают себя в жизни. Поэтому такие люди очень редко оказываются у власти. Чего не скажешь о подростках и детях. Часто юношу в обыденной жизни спасает тесный союз с подростком. Ведущий в таком союзе всегда оказывается предприимчивый и практичный подросток. Зато юноша всегда является мозговым центром. Если оба партнера хорошо понимают свои задачи, то теория с практикой дают превосходные результаты.

У юношей обыкновенно рождаются в голове самые гениальные идеи, самые выдающиеся изобретения. Но воплощают в жизнь эти идеи, как правило, подростки. Пока юноша, родив идею, будет тысячу раз ее проверять, прикидывать и сомневаться, подросток, подхватив идею, тут же пустит ее в дело. И при этом не забудет оформить на нее патент.

Юноша не очень сильно стремится к самостоятельности. Он ищет учителя среди людей старшего уровня. И если такого находит, то моментально находит с ним общий язык. У них получается превосходный союз и сотрудничество. Взрослый с "взрослым" уровнем восприятия прекрасно понимает юношу и ненавязчиво направляет его действия в нужную сторону. А юноша счастлив оттого, что его понимают. К тому же, юноша постоянно стремится к самосовершенствованию, к изучению чего-либо. Он ведь устремляется к высоким идеалам духовности, стремится понять закономерности в жизни и обосновать изучаемое. Взрослый в этом плане дает юноше с лихвой. При собеседованиях с взрослым юноша в состоянии понимать, что взрослый может дать ему направление мыслям, к решению которых он придет сам. У взрослого, ведь, уже сложилась система взглядов в его мировоззрении.

Свои чувства юноша стремится подчинить разуму, занимается развитием своего интеллекта для творческой самореализации. И здесь он способен решать задачи, требующие личной ответственности за результат. Очень остро переживает чувство стыда, если результат не соответствует желаемому. По большому счету, стыд больше всего присущ именно юноше.

Учиться юноши любят и умеют. Из всех форм образования они, как правило, предпочитают самообразование, поскольку при этом они могут самостоятельно выбирать способы, средства, пути. К тому же, юноши не любят, чтобы им навязывали учителей, справедливо опасаясь, что среди учителей могут оказаться (и, действительно, в большинстве своем оказываются) представители более низких уровней (подростки, дети, а то и младенцы), которых юноши интуитивно сразу же определяют. У учителей взрослого уровня юноши учатся много и с удовольствием. С учителями своего уровня часто становятся хорошими друзьями, с которыми любят вступать в полемику. Знания юноши стремятся черпать из любого источника.

Юноши опасаются применять свои знания на других, так как ощущают большую ответственность за происходящее. Трудятся юноши во имя принципов, а не во имя карьеры, как подростки, или, чтобы быть хорошими, как дети. В свои принципы юноши верят даже за скромное вознаграждение. Никогда не поменяют интересную работу на более высокооплачиваемую.

Юноши - саамы неуемные бродяги всех мастей, потому что их постоянно тянет в неведомые края к новым приключениям и подвигам. Поиск всего, что только можно искать - это жизненный принцип всех юношей. "Бороться, искать, найти и не сдаваться!" - это наипервейший девиз юношей всех времен и народов.

Юноши - самые верные друзья и товарищи, но как любовники заметно уступают решительным и инициативным подросткам. Юноши способны на глубокие и прочные отношения, поскольку людей ценят не по их поступкам, а по душевным качествам, и любые перепады настроения людей могут понять и простить. Они понимают внутреннее состояние человека. Как и дети, юноши любят много говорить, если есть слушатели. Из них бывают прекрасные ораторы.

Свою жизнь юноша воспринимает не как дни (что происходит с ребенком), и не как периоды (как у подростка), а как этапы своего развития. Он видит путь. Очередное внутреннее событие - шаг по пути. Внешние события особой роли в его жизни не играют.

Смерти юноша не боится. Боится не успеть понять чего-то в жизни.

Юношеский возраст и юношеский уровень восприятия - самый опасный из всех для самого юноши. Если уровень юноши перешел у человека и в зрелые годы, то жизнь этого человека необычайно сложна и тяжела. В его жизни никогда нет покоя, стабильности, ясности и удовлетворения. Его все время что-то мучит. Он не может найти взаимопонимания, и сам постоянно ищет ответы на неразрешенные вопросы. В материальном плане он тоже не достигает высот, поскольку его всегда опережают дети и подростки, а зачастую, на его порядочности паразитируют младенцы, живущие за его счет и манипулирующие им, как средством своих доходов. В связи с постоянным своим таким состоянием юноши очень часто болеют. По выздоровлении нередко поднимаются на уровень выше. Тогда их жизнь стабилизируется. Часто случается, что, перестрадав от неудач, юноша опускается на уровень ниже и разом уходит от внутренних переживаний, чтоб достичь внешнего благополучия. (По принципу: хватит страдать, нужно зарабатывать).

Самые лучшие взаимоотношения по всем параметрам у юноши складываются, конечно, с человеком, находящимся на уровне взрослого, который прекрасно понимает и принимает юношу таким, каков он есть.

С людьми подросткового уровня у юноши могут быть прекрасные деловые отношения, семейные и партнерские союзы при наличии общих дел, интересов и взглядов.

С людьми своего уровня юноши прекрасно уживаются только при наличии общих идейных взглядов или творческих интересов. Обоих абсолютно устраивает бытовая неустроенность, оторванность от реального бытия: было б только взаимное понимание. В случае, когда взгляды юношей расходятся, партнеры расстаются с большими нравственными мучениями и страданиями.

Детей юноши обожают наставлять на путь истинный, когда те слушают, раскрыв рот. Дети завораживают юношей только внешней привлекательностью, как и "младенцы". Однако с "младенцами" у юношей могут быть увлекательные сексуальные взаимоотношения. Кроме того, юноша наивно полагает, что своей опекой и покровительством он спасает "младенца" от превратностей злой судьбы, и самоотверженно содержит паразитирующего нахлебника. Жизнь с таким партнером у юноши превращается в сплошной кошмар, наполненный постоянными скандалами и выяснениями отношений. Жертвой всегда остается юноша.

Разрыв такого чрезвычайно обременительного для юноши союза практически невозможен, потому что "младенцу" совсем не выгодно терять бескорыстного покровителя, а юноша склонен к постоянным угрызениям совести.


Акцентуация поведения юноши

при определенных чертах характера


Покорные юноши сознательно и заранее считают себя мучениками в этой жизни. Они склонны объявлять себя жертвой непонимания и интриг, жертвами социальных или общественных перемен, хотя сами же, как правило, за эти перемены боролись. Именно эта категория людей чаще всего подвержена депрессиям, приводящим к нервным и психическим срывам и болезням.

Упрямые юноши будут всегда и во всех ситуациях заявлять: "Я сам" и стоять на своих позициях, искренне считая, что либо его никто не понимает и не принимает его позиций, либо он сам что-то не понял, а потому лучше всего держаться собственной точки зрения. Упрямый юноша часто бывает глух к увещеваниям и просьбам, если его убеждают пересмотреть свои взгляды и воззрения. Он стойко держится ранее сформированных убеждений. Если он убежден, что его жена его любит и верна ему, то он будет утверждать это даже тогда, когда сам воочию увидит ее в постели с другим, оправдывая ситуацию тем, что жену принудили, или что сам виноват, или что сам факт еще не доказательство неверности и т.п.

Упрямые юноши более всего не принимают критику в свой адрес или в адрес своих близких. Могут внимательно выслушать все критические замечания и, либо напрямую не согласиться, оставаясь при своем мнении, либо просто промолчать, но отношение с критикующим больше не поддерживать.

Жадные юноши все время жаждут проявления внимания и любви к ним или своего - к людям. Они вечно ищут и не находят задушевных собеседников, товарищей, партнеров - объектов любви и обожания, ожидая, конечно, от этих объектов взаимности. Встретив свой предмет внимания и обожания, такой человек сразу же рассчитывает на ответное чувство. В любви и дружбе жадный юноша ревнив и подозрителен. Терять предмет своего обожания он не согласен ни при каких обстоятельствах и будет поддерживать взаимоотношения при любых условиях, пока не разочаруется в партнере.

У расточительных юношей наиболее сильно проявляется разрушение вовнутрь. Они испытывают большую склонность к наркотической и алкогольной зависимости, к "улету" из реального мира в мир иллюзий, к суициду, поскольку считают, что жизнь полностью не удалась, и весь мир ополчился против них, а, стало быть, не стоит такую жизнь ценить.

Нетерпеливость юноши также всегда направлена вовнутрь, на самого себя или ситуацию, в какую он попал. Юноши нетерпимы к своей медлительности к своей медлительности или торопливости, неуклюжести, неспособности к чему-то - вообще ко всем своим недостаткам. Юношам кажется, что они что-то не успели, куда-то не попали, в чем-то не разобрались, а поэтому не стоит заниматься данным делом или проблемой в дальнейшем: все равно ничего не получится. Поэтому нетерпеливые юноши часто меняют характер своей деятельности, меняют партнеров или свои решения и цели.

У высокомерных юношей также действие направлено вовнутрь. Оно выражается в боязни оказаться не на высоте. Эти люди боятся возможной своей слабости в решении какой-то проблемы, а поэтому заранее вгоняют себя в роль этакого супермена, считая, что, если внешне будут выглядеть жесткими и непробиваемыми, то эта маска поможет им быть и внутренне жесткими и упорными.

Высокомерные юноши всегда стараются действовать в одиночку, самостоятельно, не прибегая к посторонней помощи, особенно лица, от которого юноша как-нибудь зависит. Ушедшие из дому нищенствовать отпрыски богатых родителей - это высокомерные юноши, которые живут мечтой как-нибудь выбиться в люди, разбогатеть и доказать всем, что они тоже что-то значат. Они считают, что их достоинства никто не в состоянии оценить, а благородные устремления понять.

Самоуниженные юноши больше всех страдают от сознания своей униженности. Они больше, чем кто-либо осознают свое униженное положение, ощущают непонимание со стороны окружающих и свою неполноценность. Особенно, если окружение состоит из "детей" и "подростков", то есть людей, сориентированных на внешнюю сторону жизни. Такие юноши постоянно оказываются не у дел, и им кажется, что они не знают и не умеют делать ничего стоящего. Но такие юноши очень охотно принимают чужую помощь, охотно учатся и совершенствуются как профессионально, так и внутренне. Поэтому их легко можно вывести из этого состояния и поднять на более высокий уровень. Либо они приходят к убеждению, что надо "не хныкать, а делать" и принимаются за дело, опустившись в своем уровне до "подростка".


Взрослое восприятие

Картинка из жизни

Все остальные взрослые.


Шестым обитателем палаты был мой ближайший сосед, кровать которого располагалась прямо у окна вдоль подоконника.

Этого спокойного седовласого человека звали Евгением Петровичем. В отделении он лежал со старым осколком, застрявшем в левом легком еще в период Великой Отечественной. По словам Евгения Петровича, этот осколок отличался весьма непредсказуемым характером. Мог годами сидеть тихо и спокойно, не привлекая к себе внимания. А мог будоражить своими выходками весь организм с левой стороны. И тогда Евгению Петровичу ничего не оставалось, как отправляться в больницу под наблюдение врачей. Они совершенно не знали, как обуздать буяна. Как-то чуть было ни вытащили из груди. Но осколок успокоился. Теперь опять разбушевался. И врачи снова принялись решать ребус: вытаскивать или не вытаскивать?

К ранению и ко всяким болезням Евгений Петрович относился довольно спокойно. Как мне показалось, он просто старался не думать о болячках и не тратить свою жизнь на суету вокруг них. "Надо вести здоровый образ жизни", - говорил Евгений Петрович.

Здоровый образ жизни по Евгению Петровичу - это продуктивная деятельность и обуздание дурных эмоций. Евгений Петрович не одобрял бесполезную суетню дяди Егора и пустую браваду Георгия. И то, и другое, по его мнению, движимо комплексом неполноценности и стремлением огородить себя некоей защитой на случай неблагоприятных обстоятельств, которых эти люди опасаются. "Жизни, как и смерти, бояться не следует, - рассуждал Евгений Петрович. - Ни к чему обольщаться ее счастливыми моментами и скорбеть по поводу несчастий. Нужно просто жить спокойно и мудро, постоянно занимаясь каким-нибудь полезным делом. И тогда всякие болячки, телесные и душевные недуги, а также бестолковые бредни, фантазии и страхи не будут донимать".

По профессии Евгений Петрович географ, а точнее, геолог. Последние годы посвятил преподаванию в колледже, где вел курс геодезии. Как я понял, в свое дело был влюблен и принадлежал к так называемым "трудоголикам". "Нет ничего благороднее, - убеждал он, - чем служить своей земле и людям, которые на ней живут".

Я очень быстро подружился с Евгением Петровичем. И мы подолгу потихоньку болтали, соседствуя подушками.

Евгений Петрович был единственным больным в палате, которого все величали по имени-отчеству, причем, не потому, скорее всего, что был в возрасте. К примеру, дядю Егора не называли по имени-отчеству, хотя он тоже был в возрасте.

Удивительно, насколько сильно различались эти два немолодых человека.

Дядя Егор был суетлив и беспокоен. Он вечно куда-то спешил и нередко опаздывал. Евгений Петрович не торопился никуда, производя впечатление невозмутимейшего человека. Движения его были неторопливыми и уверенными. И вместе с тем, он никуда и никогда не опаздывал. Все предстоящие свои действия он предпочитал готовить заранее, в то время как дядя Егор часто действовал по вдохновению.

Дядя Егор при всей его отзывчивости и доброжелательности не всегда был обязателен в своих намерениях и обещаниях, которые мог менять по несколько раз. Если забывал или не успевал выполнить чью-то просьбу, то искренне и трогательно извинялся, каялся и клял свою забывчивость и рассеянность.

Евгений Петрович никогда никому и ничего не обещал. Он вообще производил впечатление человека сухого и бесчувственного. Однако, если его о чем-нибудь просили, или он сам принимался хлопотать за кого-нибудь, то выполнял все в точности и в срок, не забывая о мелочах.

Как я заметил, оба они были увлекающимися натурами. Но увлечения дяди Егора были подобны вспышкам молний. Он деятельно и заинтересованно совал нос в любое дело и предприятие, загораясь всякой интересной идеей и зажигая этой идеей других. Как только интерес к делу пропадал, он без сожаления оставлял его и переключался на другое занятие.

Евгений Петрович, казалось, не интересовался ничем. Со стороны выглядел инертным и ленивым человеком. Когда же он выписывался, выяснилось, что за две недели он проделал месячную работу целой конторы. Ряду больных выхлопотал страховки, Георгию подготовил пакет исковых документов в суд на избивших его хулиганов. Одному больному совсем даже из другого отделения устроил встречу с родственниками, которые его потеряли.

Обращался Евгений Петрович ко всем только на "вы" и не допускал ни панибратства, ни заносчивости, ни фамильярности. Он был, пожалуй, единственный, кто величал дядю Егора по имени-отчеству.

- А зря вы, Егор Никитич, не пошли к стоматологу, - сказал Евгений Петрович дяде Егору, когда тот уж и забыл про свой больной зуб. - Сейчас самое время его вылечить. Во-первых, вам сделают обезболивание. Вы не будете чувствовать боли. Во-вторых, все сделают абсолютно бесплатно. А за стенами больницы за то же самое вам нужно будет хорошо заплатить. Еще ходить в кабинет далеко придется. А тут рядом, задарма, да еще и времени у вас предостаточно. А самое главное, вы сейчас принимаете антибиотики. Стало быть, угроза заражения какого-нибудь совершенно сведена к нулю. Ей-богу, подумайте и сходите полечиться.

Дядя Егор подумал и внял совету. Потом радовался и благодарил соседа по палате. Вообще, как я заметил, дядя Егор Евгению Петровичу доверял и очень его уважал. Слушал Евгения Петровича с нескрываемым интересом, часто задавал вопросы. Очень любил консультироваться по мелочам: можно ли употреблять тот или иной продукт, пить лекарство, стоит ли просить о чем-нибудь врача. Советы выслушивал, но поступал, как правило, по-своему.

С Ваней у Евгения Петровича были самые доброжелательные отношения. К молодому человеку старик обращался на "вы", хотя и называл просто Ваней.

- Я думаю, Ваня, вам не следует слишком серьезно относиться к тому, что эта девушка вас отвергла. Вы думайте о том, что вы сами счастливо избежали каких-то сложных проблем в жизни. Она ведь отвергла не потому, что вы плохой или неполноценный человек. Поверьте мне, голубчик вы очень достойный, мужественный и приятный юноша. А то, что она о вас думает, так это ее проблемы. У нее слишком искаженные взгляды. Возможно, когда-нибудь ее взгляды изменятся. Но вам не стоит быть в зависимости от ее или чьих-либо других взглядов и суждений. Будьте независимы и самодостаточны. Свобода придает человеку силы.

Как ни странно, однако доводы Евгения Петровича благотворно повлияли на состояние Вани. Он воспрянул духом. После он частенько вовлекал старика в разговоры о смысле жизни.

Компьютерного инженера Георгия-Егора Евгений Петрович тоже величал по имени-отчеству. Причем, именно так, как тот отрекомендовался. Общались они между собой мало. Да это и понятно: Георгий почти не бывал на месте. Но даже в редкие моменты общения между ними чувствовалось взаимоуважение. Во-первых, Георгий уважал недуг Евгения Петровича. Насколько я понял, Георгий всякие болезни не любил, мы с ним в этом союзники. Стоны, вопли и сопли он не терпел органически и считал не мужским делом носиться с различными хворями. "Нужно не по больницам болтаться, а ходить в спортивный зал и на стадион", - заявлял он категорично. Исключения он делал насильственным увечьям, какими считал всякие ранения. У Евгения Петровича была "мужицкая болезнь". Это было достойно уважения. Во-вторых, и тот и другой любили свое дело. А в-третьих, Евгений Петрович всегда мог дать дельный совет. Это было большое достоинство, по мнению Георгия. Ну, и, наконец, Евгений Петрович имел над людьми какую-то необъяснимую власть, которую не имел Георгий. Мы убедились в этом, когда Евгений Петрович в один миг поставил на место не в меру охамевшего богатыря с грыжей.

А произошло вот что. Богатырь готовился к выписке. Грыжа его не беспокоила. Он уж носился по отделению, как лось. Отсутствием аппетита, разумеется, не страдал. Всякую снедь в больших количествах ему доставляли из дома жена или мать. Больше всего этот лось любил молоко в пакетах "тетра-пак". Он опустошал их в один присест и складировал пустые пакеты в тумбочке. Когда он был лежачим, пакеты убирали ухаживающие за ним родственники. А когда они перестали бывать в палате, в тумбочке различных пищевых отходов расплодилось под завязку. Что и вызвало справедливое возмущение санитарки, когда она в очередной раз устроила генеральную уборку.

- Где это видано, чтоб больные убирали в палатах? - возмутился Богатырь, когда санитарка попросила его унести весь хлам в мусорный бак. - Тебе деньги за что государство платит? Чтобы ты гоняла увечного человека по мусоркам? Может, я еще и полы за тебя должен драить?

И тут перед кроватью, на которой возлежал "увечный человек", вырос Евгений Петрович

- Встать! - громко скомандовал он. Наглец приподнял голову:

- Это вы мне?

- Встать, я говорю! - почти крикнул старик.

- А что я такого сделал? - трусовато пробормотал верзила и, усевшись на постели, стал шарить глазами по комнате в поисках поддержки со стороны свидетелей. Но таковой не нашел.

- Немедленно извинитесь перед женщиной! - приказал Евгений Петрович, грубо приподнимая мужика.

- Да что вы, в самом деле? Я ведь пошутил.

- Извиняйтесь! И бегом убирать в тумбочке!

И этот "шутник" без возражений принялся выполнять приказ. К вечеру он выписался и убрался домой.

- Вот это мужик! - восхищенно вспоминал после Георгий. - Одним словом размазал по стенке! Ей-богу, я бы так не смог: дал бы в морду, и дело с концом.

- А тебе бы все кулаками размахивать, Победитель! - проворчал дядя Егор. - Что ли, Грыжа не человек? Может, он и не со зла, а по глупости своей, потому как молодой еще.

- Он не молодой, а хам! - отозвался Ваня. - Я бы тоже его побил. Только наверняка не смог бы.

Я уже говорил, что Евгений Петрович внешне производил впечатление человека равнодушного и бессердечного. Но это далеко не так. Он был весьма внимательный ко всем и ко всему.

Как-то днем, заступив на смену, в палату заглянула сестричка, которую мы все обожали за ее приветливость и безотказность.

- Пройдите-ка сюда, дочка, - попросил Евгений Петрович. Медсестра подошла.

- У вас сегодня какой-то необычный день? - спросил старик. - Вы выглядите торжественной и праздничной.

- Конечно, необычный, - засмеялась девушка. - Меня приняли в мединститут. Но откуда вы узнали?

- Про институт от вас узнал только что, а про то, что вы самая счастливая девушка на свете, мне сказали ваши глаза.

Вечером, разумеется , благодаря стараниям дяди Егора в отделении организовался праздник под названием: "Посвящение в студенты" Сам Евгений Петрович подарил студентке аметист - красивый кусок горной породы величиной с кулак. Этот камень, естественно, принесла жена Евгения Петровича по его указке.

- Нашел на Урале, - сказал бывший геолог. - Аметист - камень святых людей. Обладатель его благороден и чистосердечен. Будьте же и вы, дочка, всегда такой, какая сейчас.

Евгений Петрович выписался вскоре после больного с грыжей. Без старика мы будто осиротели. Он был, словно отец или учитель, вдохнувший за столь короткое время в наши огрубевшие души пример высокой человечности.

Я долго вспоминал наши с ним разговоры и размышлял о том, что он говорил и чему учил. Это он надоумил меня наблюдать за поведением окружающих, открыв мне суть психологии восприятия и поведения людей.

"Наше поведение, - рассказывал он, - всецело зависит от нашего восприятия, а точнее, от уровня восприятия. Мы воспринимаем мир таким, каким его видим и как к нему относимся. Соответственно своему восприятию строим поведение и свое отношение ко всему, что нас окружает. Иными словами,как понимаем, так воспринимаем, а что воспринимаем, то и проявляем".

Самый высокий в среде простых смертных уровень восприятия - уровень взрослого. Достичь его, конечно, могут лишь люди, дожившие до зрелых лет. Или очень уж одаренные юноши, которым Господь даровал особую мудрость.

Отличить взрослого от всех остальных чисто внешне в обычной будничной обстановке бывает довольно трудно, потому что взрослый никогда не стремится выделиться чем-либо в окружении коллег, знакомых, посторонних людей. В общении с людьми взрослый скромен, прост, открыт и доброжелателен. Всегда опрятный, подтянутый, уважительный со всеми, он не возводит между собой и окружающими психологические барьеры и преграды. Не допуская ни с кем панибратства, взрослый, между тем, устанавливает с окружающими настолько доброжелательную и простую атмосферу общения, что представители всех уровней восприятия как-то само собой проникаются к взрослому доверием и уважением.

Жизнь и мир взрослый воспринимает как "Я, ты, мы - это часть чего-то еще более высшего". К жизни взрослый относится не с точки зрения взаимоотношений, а воспринимает жизнь саму по себе такой, какая она есть. Поэтому в каждой ситуации, явлении или действии видит что-то поучительное. Взрослый не сопротивляется жизни, не пытается ее переустроить, не стремится навести в ней свои порядки. Он ищет возможности научиться самому жить достойно в гармонии с окружающим миром.

"У меня есть чувства, мысли и принципы, но как устроен мир?" - вот проблема взрослого, которую он решает сам для себя.

Взрослый, исследуя духовность, рассматривая проблемы о строении мироздания и о собственном месте в этом мироздании как частицы его, испытывает озарения, которыми щедро делится с окружающими. Он постоянно акцентирует свое внимание на совершенствовании себя и окружающих. Но при этом не занимается переустройством существующего по своему стандарту. Для взрослого важнее не действие, а само бытие. Жизнь ценна сама по себе, и он любит ее и дорожит каждым ее мгновением и проявлением.

Взрослый без труда применяет опыт, вынесенный из одной ситуации на другую, и никогда не попадается на одних и тех же ошибках, потому что без всяких усилий способен взять на вооружение закон о подобии подобных. Уроки жизни взрослый воспринимает сразу и не нуждается в повторении, а потому свои проблемы решает быстро. Имея за плечами богатый жизненный опыт, не отчаивается при появлении трудностей. Свои теоретические знания легко приспосабливает к сложным жизненным ситуациям.

Взрослый уже уравновесил свои эмоции с мыслями и действиями, поэтому поведение его стабильно и предсказуемо. При разговоре он полностью владеет собой. Свои мысли и идеи формулирует четко, связно, поскольку полностью владеет сутью высказывания. Через свои мысли и на фоне мыслей взрослый выходит на непосредственные знания.

Взрослый всегда знает, что он совершает. И уже в начале действия видит его результат. Он исследует разум, однако еще не в состоянии гарантировать стабильность выхода своего разума на высшую ступень. Поэтому взрослому трудно еще охватить открывшиеся ему знания в полном объеме и легко связать их в стройную систему (хотя он все время этим занимается). Именно это приводит взрослого к тому, что его, что называется, "несет".

Взрослый учит личным примером. Люди всех уровней тянутся к нему. Сам взрослый очень легко обучаем и чрезвычайно мобилен в приобретении знаний, поскольку ему не нужно много объяснять, а следует лишь только представить факт, предложить мысль или нарисовать ситуацию. Окружающим со стороны кажется, что у взрослого энциклопедические познания, настолько он компетентен в любом вопросе и в любой сфере. Да это так и есть: познания взрослого, действительно, чрезвычайно широки и глубоки, поскольку взрослый постоянно совершенствуется в приобретении новых знаний.

Взрослый любит хорошо поработать, и хорошо отдохнуть. Причем, и то, и другое делает весьма эффективно. Когда взрослый работает, то за ним трудно угнаться. За короткий промежуток времени он успевает выполнить большую работу. Зато когда отдыхает, то полностью.

Жизнь взрослого детям, подросткам и юношам почти не понятна. Им кажется, что взрослые ленивы или немощны, поскольку работают, когда вздумается, не суетясь и не проявляя бурной деятельности. Людям и в голову не приходит, что за внешней бездеятельностью взрослого скрывается огромная работа. Потому что взрослый способен работать всегда. Его мозг все время в действии: когда взрослый смотрит, наблюдает, слушает, ощущает.

Такое же обманчивое представление возникает у представителей низших уровней о состоянии здоровья и настроения взрослого, о его личных проблемах, бедах и заботах. Людям кажется, что у взрослого вообще в жизни нет никаких проблем, он вовсе не болеет, никогда не страдает, ничем не мучается - он счастливец, которому всегда везет. Такое представление о взрослом объясняется тем, что взрослый всегда держит себя благоприятно для окружающих. Он всегда в настроении, бодрый, приветливый, внимательный ко всем. Взрослый никогда прилюдно не станет жаловаться на жизнь, на родственников, на невыносимые условия работы, неприятности в доме и т.п. Все свои домашние проблемы взрослый оставит дома, а все проблемы, связанные с работой, оставит на работе. Постоянно контролируя себя в своем поведении и отношении ко всем, с кем общается, взрослый заботится о том, чтобы никому не навредить, ни на кого не перевалить своих проблем. Свои проблемы взрослый решает сам. Причем, всегда успешно.

У взрослых очень небольшой уровень озабоченности, а поэтому небольшие искажения. Обустраивая свой быт, взрослый старается избежать любой регламентации, всякое ограничение и какие бы то ни было рамки и пределы, мешающие его свободному существованию. Взрослый ищет такую работу, время и место которой он регулировал бы сам.

Поскольку все свои проблемы взрослый решает сам, то он обычно имеет свои деньги и средства и старается быть не зависимым от окружения. Ему безразлично, что думают и говорят о нем другие.

Дети и подростки взрослых либо боятся, либо влюбляются в них. Юноши взрослых обожают и стараются подражать.

Сами взрослые никогда не обвиняют и не осуждают других людей, и не предъявляют им счета. Свои проблемы связывают с собственными ошибками и недоработками. Ответы на все проблемные вопросы ищут в себе самих. Именно поэтому взрослые не нуждаются в утешениях. Они также не ищут спасения со стороны, например, от церкви. С духовным миром взрослые устанавливают контакт напрямую.

В неожиданных и трагических ситуациях взрослые не теряются, не проявляют слабости и, вообще, никак внешне не проявляют свои страдания, печали, болезни. Поэтому люди иногда приписывают им черствость, бездушие и "толстокожую" непробиваемость.

К смерти взрослые относятся спокойно, без страха и упрека, и воспринимают ее как естественную трансформацию. Они знают, что пока действительно совершенствуются, то будут жить.

Жизни взрослые радуются. Своему телу и душе благодарны. Они уважают все живое, ко всему живому относятся бережно и трепетно. И живое их понимает. Взрослый без труда находит общий язык с цветком, деревом, животным, ребенком - со всеми - равный с равными. С домашними или дворовыми животными взрослые всегда в самых дружеских отношениях, и животные отвечают им взаимностью. Взрослые вообще со всеми стараются наладить дружеские взаимоотношения. У них это весьма хорошо получается.

По витку уровневой спирали взрослый приближается к детям, только, разумеется, стоит на целую ступень выше. Однако именно эта близость позволяет взрослому особенно хорошо понимать ребенка и находить с ним общий язык. Никто так хорошо не поймет ребенка и его проблемы, как взрослый (по уровню восприятия, конечно).

Личные взаимоотношения взрослых лишены психических срывов, а потому глубоки и продолжительны. Людям более низких уровней кажется, что взрослые не способны любить, поскольку внешне взрослые не проявляют своих бурных чувств и не озабочены тем, чтоб удержать любимого человека рядом.

На самом деле взрослый испытывает все человеческие чувства, в том числе любовь и привязанность. Но, во-первых, свои чувства он не склонен афишировать, во-вторых, он способен всецело доверять. Расходятся взрослые с людьми очень легко, без конфликтов и выяснений отношений, поскольку ясно понимают причины разрыва. Разорвав отношения, не мстят, не злятся и уважают чужое мнение, а потому на разрыв идут сознательно и не страдают по этому поводу.

Взрослым очень нравятся люди, чем-то от них отличающиеся, поэтому они легко принимают чужое мнение, суждение, точку зрения и действительно очень рады чужому успеху. При этом взрослые, разумеется, всегда остаются верны своим мнениям и суждениям.

Взрослый всегда готов к переменам, и в любых обстоятельствах ориентируется моментально. Без колебаний принимает чужую помощь, не комплексуя, и не страдая вспышками самолюбия. При этом сам взрослый всегда и без колебаний охотно спешит на помощь нуждающемуся, не требуя и не ожидая за это какого-либо вознаграждения.

При разговоре взрослый всегда поддерживает зрительный контакт, смотрит собеседнику в глаза и стремится создать для собеседника комфортную, доверительную обстановку. Умеет внимательно слушать говорящего и направлять беседу в нужное русло. Вообще, взрослый без труда умеет разговорить человека и побудить его к откровенности. При этом, к чувствам и переживаниям собеседника всегда отнесется с бережным уважением. Об этом своем отношении взрослый непременно даст понять собеседнику, чтобы не только успокоить его, но и побудить всецело довериться. Доверие раскрывшего душу человека взрослый обязательно постарается сохранить. И будет верен, даже если взаимоотношения с этим человеком по каким-то причинам утратятся.

В экстремальной или тяжелой обстановке и взрослый все-таки может быть подвержен негативным эмоциональным вспышкам и приступам: гневу, ненависти, страданию, злости - и может на какое-то время "провалиться" на уровень (и даже больше) вниз. Но только взрослый (в отличие от остальных уровней) в состоянии мгновенно после вспышки или приступа трезво оценить ситуацию и свое поведение и вернуться на свое "взрослое" место. Свои ошибки впоследствии взрослый не повторяет, негативную ситуацию, вызвавшую вспышку, старается избегать.

В семье, в кругу друзей и приятелей, в коллективе даже один взрослый на десяток "младенцев", "детей", "подростков" и юношей в состоянии, рано или поздно, установит добропорядочный микроклимат взаимоотношений. Он ведь прекрасно понимает, как нужно себя вести с людьми. И свое поведение он строит не в связи со стремлением показать себя с лучшей стороны (ему в этом нет необходимости), а с позиции ответственности перед людьми. Он всегда чувствует свою ответственность за все, что делает, что говорит, как к нему относятся. К тому же взрослый всегда знает, как с кем нужно говорить, как воздействовать. Он знает, что ребенка можно привязать к себе, а подросток будет искать пути, и взрослый должен указать эти пути. А юноша будет ходить следом за взрослым в поисках смысла жизни. И этот смысл необходимо разъяснить. Поскольку взрослый все это знает и понимает, то он с успехом направляет каждого: "младенца" поставил на место, ребенку дал правило, подростка отрегулировал, чтоб не заносился, юношу успокоил, чтоб не занимался самокопанием.

Взрослый всегда знает, что он совершает, и уже в самом начале действия видит его результат. Поэтому взрослый работает быстро, продуктивно и качественно.

Жизнь взрослого на самом деле одновременно и сложна, и проста. Сложна потому, что, по большому счету, он не может рассчитывать (да и не рассчитывает) на чью-то помощь, поддержку, совет, участие. Он сам призван оказывать людям поддержку и помощь, давать советы и принимать участие. Будучи высоко ответственным человеком, взрослый прекрасно понимает, что обязан быть взрослым, а потому он не имеет права проявлять себя (даже в мелочах) так, как подростки, дети или юноши, не говоря уж о "младенцах". Он знает, что его жизнь не может полностью принадлежать только ему самому: он воспитывает своим примером, он ответственен за всех.

И в то же время жизнь взрослого проста потому, что взрослый не обременен такими лишними и бесполезными страстями, которые отравляют бренную жизнь и душу всякого смертного, как страх за свою жизнь, подозрения, зависть к чужим успехам и достижениям, обиды, презрение, мнительность, ревность, злость и т.п. Взрослый совершенно свободен от предрассудков и слепой веры в чудеса, от чьих-то злых козней, интриг и попыток отравить ему существование. Взрослый настолько далек в своем восприятии от всевозможных внешних воздействий, что чьи-то злые попытки поколебать его волю и его состояние просто не могут пробиться через крепкую броню философски мудрого отношения к мелким житейским неурядицам. "Ну что такое эта мышиная возня по сравнению с мировой революцией?" - иронически рассуждает взрослый, спокойно наблюдая со своей высоты всевозможные попытки недоброжелателей отравить его существование. Сломить взрослого духовно очень сложно, поскольку его дух недосягаем до тех, кто по уровню восприятия находится ниже его.

Однако и у взрослого все-таки имеются небольшие искажения, поскольку он тоже относится к простым смертным, и ему ведомы и радости, и печали, и болезни, и страдания, и сомнения, и чувства любви, тоски и боли в переживаниях о близких и родных. Не следует забывать, что взрослый стал взрослым, прожив все возрастные и уровневые периоды своей жизни. Вполне естественно, что все пережитое в той или иной степени оставило свой след и свою память. А потому в тяжелых или экстремальных ситуациях взрослый тоже способен "проваливаться" в поведении. Особенность взрослого состоит в том, что, "провалившись", он находит в себе силы моментально вернуться в свое взрослое состояние.

На земле не слишком много людей, достигших уровня взрослого. Во всяком случае, гораздо меньше, чем юношей, подростков, детей и младенцев. И совсем единицы людей, которые смогли в своем развитии дойти до уровня старца или мудреца. Поэтому описывать этот уровень не представляется необходимым.


Особенности поведения взрослого

при наличии определенных черт характера


Все взрослые на пути к "взрослости", как уже было сказано выше, когда-то переживали перечисленные выше периоды жизни и уровни восприятия. И все взрослые в течение жизни приобретали или утрачивали какие-то черты характера, причем, как позитивные, которые способствовали самосовершенствованию, так и негативные, которые мешали развитию совершенствования личности.

Однако природа человека за все время эволюционного развития, как человеческого сообщества, так и самого человека, совершенно четко определила непреложный жизненный закон развития человека: насколько совершенствуется уровень восприятия у человека в течение жизни, настолько совершенствуются его нрав и характер.

Взрослые, вышедшие на уровень взрослого, постепенно совершенствуясь в своем психическом и духовном развитии в течение жизни, сумели основательно почистить почти все искажения в характере, потому что уже на уровне юноши эти взрослые вышли на разум, обративши свое восприятие вовнутрь, в свое собственное отношение к окружающей действительности, а не наоборот. Взрослые на уровне "взрослого" вполне самостоятельны в своих проявлениях и совершенно не зависимы от окружения в психологическом и духовном плане. Поэтому среди взрослых нет покорных, самоуниженных, расточительных, жадных, самоуверенных, упрямых и нетерпеливых.

Если, скажем, в детском или подростковом возрасте человек был покорным или самоуниженным, то с годами, формируя свой характер и волю, он утратил эти качества и, ставши взрослым, обрел такие качества как отрешенность и скромность. (Отрешенность - сознательное психологическое самоустранение от внешних раздражителей. Человек спокойно воспринимает какие-то неприятные ситуации, которые другие на дух не переносят).

Если в молодости взрослый страдал расточительностью, то теперь он обрел щедрость и самоотдачу. И он готов свои знания, свой опыт, свои средства - всего себя отдать для благих дел.

Те, кто в детстве и юности склонен был к здоровому накопительству, на взрослом уровне становятся отнюдь не жадными, а жизнелюбивыми, поскольку эти люди сумели накопить достаточно мудрости и средств для того, чтобы всем этим делиться с близкими им людьми.

В критических, экстремальных, тяжелых ситуациях взрослые обычно проявляют себя отважно, в то время как представители других уровней могут проявить себя нетерпеливо и нетерпимо.

"Младенцам", "детям", "подросткам" и даже "юношам", достигшим каких-либо высот в жизни (например, в карьере), очень трудно бывает устоять перед соблазном проявить свою самоуверенность и высокомерие. Взрослые свободны от этого. Хотя они могут испытывать гордость.

Даже находясь на уровне взрослого, человек отнюдь не становится ангелом или неким божеством. Он человек. А, как известно, всякому человеку ничто человеческое не чуждо. Поэтому и взрослый способен на чувства и состояния, которые его не радуют(гнев, вспышки ненависти, раздражения, упадка сил и т.п.). Но эти чувства и состояния, как уже было сказано выше, во-первых, встречаются у взрослого лишь в тяжелых, экстремальных или неприятных ситуациях, во-вторых, взрослый отлично умеет их гасить и моментально приходить в свою норму. Чаще всего взрослого донимают различные сомнения в правильности и целесообразности каких-то своих действий. Поэтому взрослому свойственно заранее все просчитывать, продумывать, намечать пути по принципу: семь раз отмерь... . В связи с этим взрослый представителям других уровней часто кажется буквоедом и перестраховщиком. А он никакой не перестраховщик, он уже видит конец только что начавшегося дела, в то время, как другие еще и не представили себе самого дела.

Некоторые поступки, советы, предостережения и дела взрослого кажутся людям нелепыми или напрасными. На самом деле взрослый не станет говорить или делать что-то напрасно, потому что перед его взором всегда четко пролегает ясно намеченная цель или точный путь, ему ясен конечный результат. В этом взрослый очень близко подходит к уровню "мудреца".


Существенные дополнения к сказанному


Как уже было сказано выше, уровень восприятия определяет степень самостоятельности и самодостаточности человека в его зависимости от окружающей действительности.

Самые зависимые от внешних воздействий и от влияния со стороны окружающих - младенцы. Как по возрасту, так и взрослые "младенцы". Ну, несамостоятельность и зависимость младенцев по возрасту всем очевидна и понятна. Взрослые "младенцы" по уровню, несмотря на имеющийся жизненный опыт, умственные и физические возможности, наличие каких-то талантов и способностей, генетических предрасположенностей и других данных, имеющихся у всякого нормального взрослого человека, несамостоятельны, прежде всего, в мере и степени личной ответственности за свою и чужую жизнь.

"Младенцы" не умеют и не желают не только что-то самостоятельно делать, предпринимать и принимать решения, они, прежде всего, освобождают себя от любых усилий воли. По сути, ни воли, ни целеустремленности у "младенцев" нет. Все, что они в жизни имеют, и что умеют, - это сделано или достигнуто либо другими, либо с помощью других. Естественно говорить, что, коль скоро окружающие содержат и опекают такого человека, то они им в полной мере управляют. О свободе личности, о каких-либо равных правах здесь не может быть речи. Как говорится, кто платит, тот и заказывает музыку. Управляя "младенцем", всякий "хозяин" способен делать с ним все, что угодно, ожидая от него только лишь повиновения, молчания и исполнения желаний и требований самого хозяина.

Немногим более самостоятелен в жизни ребенок. Он тоже сильно зависим от внешнего окружения, хотя в чем-то может проявлять и самостоятельность. К примеру, в выборе для себя авторитета. Ребенку легче вырваться на более высокий уровень, если он усердно работает над собой и самосовершенствуется. Иными словами, ребенок способен что-то делать сам. И это залог его успеха в будущем, это путь к обретению независимости. Однако большими препятствиями к обретению независимости у ребенка являются: быстрая утомляемость, неумение собраться и сконцентрироваться, неразборчивость в желаниях, повышенная эмоциональность, крайняя непоследовательность в стремлениях и отсутствие целеустремленности. Ребенок часто бывает зависим, потому что его используют в своих корыстных целях всевозможные бесчестные люди, а разобраться в том, кто есть кто, ребенок еще не в состоянии.

Сильно зависим от окружения и подросток, поэтому он тоже не может быть достаточно самостоятельным и свободным в своем волеизлиянии. Но у подростка, в отличие от младенца и ребенка, зависимость носит скорее внутренний характер, чем внешний. Подросток ведь сам стремится соответствовать толпе, быть таким, как все. Это его внутреннее желание - иметь тот или иной имидж. Освободись подросток от тех цепей, которыми он сам себя сковал, тут же появится самостоятельность. Ведь подросток может сам делать все возможное и невозможное. Подросток сам умеет управлять. Подростку мешает быть самостоятельным только сам подросток

Юноша, как по возрасту, так и по уровню, скорее всего, даже больше зависим от окружения, чем подросток. И вся его зависимость тоже кроется внутри себя самого, потому что он вечно копается в себе, сомневается, что-то пытается в себе усовершенствовать. Однако по уровню самостоятельности юноша, конечно же, стоит выше подростка, потому что юноша знает ответы на многие вопросы. Он может быть вполне самостоятельным, если внутренне освободится от всевозможных табу, которых нагородил на себя.

Несмотря на то, что юноши - это высоко ответственные люди, чаще всего они сознательно не стремятся освободиться от внутренней зависимости, а потому не вполне могут быть самостоятельными в выборе пути. И они принимаются советоваться, искать партнеров, что-то еще изучать и исследовать.

Вполне самостоятельными и вовсе независимыми от внешних воздействий могут быть только люди, стоящие на уровне взрослого. Мнения, суждения, отзывы, критика окружающих взрослого не тронут ни с какой стороны, потому что всякий взрослый сам в состоянии адекватно оценить свои и чужие действия и поступки. Взрослый всему найдет объяснение и самое верное решение любой проблемы. Взрослый достаточно умело регулирует обстановкой в окружающем его пространстве и не нуждается в каких-либо руководствах к действию.

Единственная проблема, с которой чаще всего сталкивается взрослый, это когда кто-либо оказывает на него давление с целью управления и руководства. Сам взрослый-то, по большому счету, ни в каком руководстве и управлении не нуждается. Но чиновники всех мастей, которые жить не могут без того, чтобы не употребить свою власть и величие, естественно, расточают свою "руководящую роль" на всех без разбору. Когда взрослый оказывается в подчинении, скажем, у подростка, ребенка, или, того хуже, у младенца, то руководитель принимается уничтожать мудрого подчиненного. Люди же по природе своей не выносят тех, кто выше по уровню.

Подчиненный, стоящий на уровне взрослого, никогда не "поведется" на провокации руководителя и не станет скандалить. Но и управлять собою не позволит. Он либо постарается найти способ благоприятного воздействия на руководителя, без труда выявив его уровень, либо навсегда распрощается с этим руководителем и его предприятием. Однако в том или другом случае взрослый может поплатиться состоянием своего здоровья, поскольку в подобных ситуациях он внутренне чересчур напрягается и расходует слишком много сил.

Со взрослым необходимо сотрудничать, принимая, как дар свыше, его умения мудро решать всевозможные проблемы.


Восприятие необходимо воспитывать и развивать


Свое восприятие каждый человек обязан воспитывать и развивать, как и характер, ум, свои природные способности и таланты. Восприятие на любом его уровне чрезвычайно мобильно и легко поддается трансформации в зависимости от устремлений и воли человека. То есть, если человек сознательно целенаправит свою волю на самосовершенствование и развитие каких-либо своих личных качеств и будет действительно совершенствоваться, то его восприятие непременно будет подниматься на более высокий уровень. И наоборот, человек, потерявший контроль над своими чувствами, эмоциями, желаниями и ощущениями, способен "провалиться" в своем восприятии до самого низкого уровня.

Как известно, чаще всего человек склонен терять контроль над собой в экстремальных и трудных ситуациях. Нет ничего удивительного в том, что именно в трудных или экстремальных ситуациях человек и показывает свою сущность. Он же утрачивает на какое-то время самоконтроль.

Разумеется, наиболее неприглядно в экстремальных ситуациях выглядят все "младенцы". Во-первых, они вообще не имеют над собой контроля, и потому им нечего терять. Во-вторых, у них низкий порог восприятия, и малейшие внешние неудобства и раздражители погружают их в ощущение дискомфорта. А в своей жизни они всегда стремятся к наслаждениям, избегая полностью всяческих страданий. Наконец, "младенцы" привыкли, чтобы их постоянно кто-нибудь опекал, кто-то что-то решал, делал, обустраивал. Сами "младенцы" не в состоянии взять на себя какую-либо ответственность, тем более в тяжелых условиях. В момент экстремальной или тяжелой ситуации "младенцы", как правило, громче всех орут, требуют, призывают к ответственности, заявляют о своих правах, обвиняют всех и всяк (в первую очередь, властей и ответственных руководителей), первыми бегут с места бедствия (непременно прихватив с собой что-нибудь для себя полезное), призывают окружающих к актам неповиновения, к погромам, дракам, под шумок мародерствуют и всеми силами стремятся из любой экстремальной или тяжелой ситуации извлечь для себя какую-либо пользу.

Взрослый, находящийся на уровне "ребенка", в экстремальных и тяжелых ситуациях либо, теряет полностью над собой контроль и, провалившись на уровень "младенца", ведет себя точно так же, как "младенец", либо, сохранивши все-таки в своих арсеналах небольшой запас самоконтроля, принимается паниковать, плакать, ныть, жаловаться, хвататься за любую спасительную соломку. Охваченный весь ужасом, "ребенок" мечется в поисках спасителя, который все за всех сделает, спасет, вытащит, направит, утрясет и уладит. Всякому "ребенку" совершенно все равно, кто будет этим спасителем: Господь, царь, вождь, сатана, "продвинутый" политик, добрый барин или закордонный демократ - главное, что этот спаситель всех в одночасье спасет и выведет на светлую дорогу. Сам же "ребенок" самостоятельно не будет предпринимать ничего путевого, путаясь под ногами, снабжая тех, кто что-то делает, "ценными" советами, критикой и замечаниями. Если "ребенок" находит спасителя, то полностью подчиняется его воле и указаниям, слепо выполняя все, что руководитель предпишет. За спиной своего руководителя "ребенок" все-таки будет искать возможности выхода из повиновения и влияния этого авторитета, одновременно подыскивая новых авторитетов, которые будут круче предыдущего и смогут наладить жизнь быстрее и краше. Если "ребенок" не находит спасителя, то стремится как можно скорее и подальше убежать от места бедствия. При этом постарается спровоцировать на побег кого-нибудь из близких родственников, друзей или знакомых. (Самому-то страшно!)

Вот уж кто будет настоящей рабочей лошадкой в экстремальной ситуации, так это подросток! Причем, как подросток по возрасту, так и взрослый "подросток". Этот народ не будет хныкать, орать, плакать и паниковать, даже если и серьезно испугается, не станет убегать с поля боя (если инстинктивно не побежал сразу). Мгновенно оценив ситуацию (в прямом и переносном смысле), подросток примется делать всякую работу, которая прямо сейчас или в некотором будущем (даже отдаленном) принесет какую-либо выгоду, удачу, успех, славу, признание, хоть самую маленькую награду. Подростку крайне важны свидетели его "подвига", его усердия и трудов. Поэтому, чем шире публика, которую подросток облагодетельствовал, тем старательнее он будет действовать. Во имя славы, почета или материальной выгоды подросток может пожертвовать своим здоровьем, рискуя даже расстаться с жизнью. Однако риск у подростка всегда будет точно рассчитанным настолько, чтобы в любом случае выйти победителем (естественно, живым). О своих достижениях и подвигах подросток непременно заявит и добьется, чтобы его труды оценили по справедливости. Среди подростков, как правило, нет безымянных героев.

Подростки в экстремальной и тяжелой ситуации способны "проваливаться" на уровень ребенка или младенца. И тогда поступают так, как требует тот уровень, на который подросток вышел. Однако подростки именно в таких случаях могут и подняться на уровень или два выше. И тогда они способны поступать так, как свойственно юношам или даже взрослым. Иными словами, подростки способны совершать подвиги самоотверженно и бескорыстно, абсолютно не задумываясь о выгодах и славе. Но тогда они в своих поступках (а часто и в целом в восприятии) поднимаются на более высокий уровень.

Безымянные герои чаще всего выходят из среды юношей по возрасту и взрослых "юношей". В экстремально и тяжелой ситуации юноши первыми ринутся на помощь всем, кто окажется рядом. А если рядом пострадавших не будет, то юноши кинутся искать тех, кто попал в беду. Как и подростки юноши будут делать все, что возможно и невозможно до последнего. Причем, в отличие от подростков, юноши будут совершать подвиги абсолютно бескорыстно, а просто потому, что так велит долг. Если не я, то кто же? - этот девиз пошлет юношу в огонь и воду. Бросаясь на амбразуру или баррикады, юноша и не подумает о славе, о выгоде, о награде и даже о том, что можно в каких-то ситуациях добиться того же самого успеха, не рискуя собственной или чьими-нибудь жизнями.

Юноши, как и подростки, способны в экстремальной ситуации как проваливаться, так и подниматься в своем уровне восприятия и проявления. Все зависит от того, какие уроки жизни из ситуации извлечет юноша, сумеет ли мобилизовать свою волю, собрать нужные силы и мысли и выйти на рассудок.

И только взрослый в экстремальной и тяжелой ситуации, мгновенно оценив обстановку, свои и чужие возможности и ресурсы, поступит чрезвычайно толково, быстро, последовательно. Сумеет организоваться сам и организовать окружающих, мобилизовать все имеющиеся силы. Форсировать события, действовать без согласования и плана - не стиль взрослого. В действиях взрослого всегда присутствует вариативность. Если ситуация допускает возможность обдумывания и осмысления, взрослый не станет рисковать и торопить события. Если ситуация не оставляет времени на размышления, взрослый мгновенно совершает единственно верный в данной момент поступок. В условиях экстремальной ситуации взрослый тоже может "провалиться" в своем уровне восприятия. И тогда он либо опускается в своем поведении и поступках и остается на том уровне, на который провалился, и уже не является "взрослым" по своему уровню восприятия, либо, оставаясь на своем уровне, мгновенно выравнивается, справляется с собой и извлекает соответствующие уроки.

Подняться или опуститься в своем уровне восприятия можно не только в экстремальной или тяжелой жизненной обстановке, но и в условиях обычной жизни. Как уже было сказано выше, подняться можно, совершенствуя себя: свою волю, свой характер, физический, духовный и умственный потенциал; постоянно контролируя свои желания, эмоции, культивируя чувства и развивая собственный кругозор. Чтобы "дойти" до уровня взрослого, необходимо не только накопить огромный жизненный опыт, какой приходит, естественно, с годами. Нужна колоссальная внутренняя духовная и душевная работа. Нужны неимоверные силы духа, воля и целеустремленность. Ежедневно и ежечасно человек должен делать себя, как говорил классик, "выжимать из себя раба по капле". А это очень сложно. Ведь труднее всего преодолевать врага в себе.

Гораздо проще бороться с внешними врагами и со всем окружением, особенно, если это окружение думает, предпринимает, делает и поступает вразрез с твоими жизненными правилами. И деятельный подросток именно так и совершенствуется, точнее, совершенствует мир вокруг себя, устанавливая свои представления о жизненных приоритетах. Ребенок тоже где-то пытается подстроить под свои представления окружающую действительность. Но чаще он совершенствуется лишь в том, чтобы умудриться как-нибудь устроиться и не попасть впросак. И не дай бог, не дойти "до тюрьмы и до сумы". И, естественно, постараться быть не хуже и не лучше других.

Можно вообще никак не совершенствоваться, как представляют себе "младенцы", потому что и так хорошо. А кому надо, тот пусть и совершенствует, что хочет, если делать нечего.

"Младенцам" и "детям" очень трудно поднять себя хотя бы до уровня подростка именно потому, что, приспособившись в жизни более-менее комфортно, они абсолютно не хотят выбираться из своего привычного мирка, особенно, если этот мирок никак и ничем не нарушается.


Следует особо подчеркнуть, что...


все младенцы независимо от их природных способностей и талантов одинаково требуют к себе постоянного внимания и заботы. Они инстинктивно стремятся получить удовольствие в виде тепла, комфорта, пищи и развлечений и абсолютно не выносят боли, голода, любых проявлений дискомфорта и страданий.

Все дети не в состоянии жить без авторитета (старшего), поводыря, к которому привязываются всей душой, и который обязан их водить за руку и устанавливать правила.

Все подростки в окружающих видят потенциальных соперников и заботятся, в первую очередь, о своем престиже. Выглядеть не хуже других - для них более важная задача, чем, скажем, заботиться о своем здоровье.

Все юноши - неисправимые романтики, ищущие смысл жизни и полноту чувств. От жизни они ждут только любви и понимания.

"Младенцы", "дети", "подростки" и "юноши" встречаются на каждом шагу среди взрослых, и это вовсе не означает, что эти взрослые - недоразвитые в интеллектуальном плане существа. Просто у людей такое восприятие. С этим необходимо считаться, строя с ними свои взаимоотношения.

Взрослых людей, обладающих "взрослым" уровнем восприятия, довольно мало. "Дойти" до "взрослого" - большой труд, огромная духовная, душевная и умственная работа, на которую способен не каждый. "Взрослые" взрослые - это весьма мудрые люди, готовые щедро делиться своею мудростью с окружающими.

Еще более редки люди, достигшие уровня "старца".

Если говорить о возрасте человека, то стариками в определенное время жизни становятся все. Но лично я не встречала еще в жизни старика, обладающего необыкновенной и вдохновенной мудростью, граничащей с прозорливостью и божественной ясностью ума. Я все больше встречала стариков - "младенцев", тяжелым грузом висящих на своих родственниках. Я встречала стариков, поведение которых ничем не отличалось от поведения детей. Бывают и старики - "подростки", заносчивые, задиристые, не умеющие ни уступить, ни пожертвовать. И те, и другие, и третьи не способны на мудрые решения и поступки. И очень часто это служит основанием для возникновения конфликтов с более крепкими и выносливыми физически молодыми членами семьи, являющимися на свою беду не только младшими в роду, но и всецело обязанными старшему поколению. Эти молодые родственники большей частью о своем долге помнят. Но на одних долгах добрые взаимоотношения не могут строиться.

Как ни странно, однако взрослые "младенцы", "дети" и "подростки" совсем не склонны "покидать" свой уровень, чтобы подняться выше. А зачем? Им прекрасно живется в своем привычном мирке. Люди, занимающие эти три низших уровня, вполне удовлетворены удобными позициями, которые они занимают, воспринимая мир с высоты "собственной колокольни". Терзания о смысле жизни, о ценности и цельности мироздания, о служении Высшему идеалу их не волнуют. Да и всяческие теории насчет каких-то там уровней они, скорее всего, не признают. Начнешь им толковать про высшие и низшие уровни, они обижаются и заявляют, что их причисляют к умственно отсталым.

"Сам дурак! - говорит "младенец". - Ты меня идиотом выставил, а я коттедж имею и машину. А ты голь перекатная".

"Ребенок" обижается: "Нет, я хороший! Вон сколько людям добра делаю. И живу по закону. А ты мне все это вранье про уровни нарочно суешь, чтобы меня унизить".

"Подросток" бьет себя в грудь и с гордостью заявляет: "Вот я сам и есть по-настоящему взрослый. А галиматью про какие-то там уровни вшивые бездельники выдумали, чтоб оправдать свою несостоятельность".

С этим народом бесполезно спорить, что восприятия и проявления - не умственные отклонения и количество энергетической силы на единицу массы тела, а особенность приема информации из окружающей среды и реагирования на эту информацию.

"Юноша" и "взрослый" вполне в состоянии не только правильно определить свой и чужой уровень, но и регулировать свои эмоции и чувства. Люди этих уровней готовы учиться всему, что способствует стабилизации нормальных отношений.


Современному человеку жить постоянно в "джунглях"

опасно, а в "детском саду" - вредно


Это аксиома, потому что "джунгли" элементарно угробляют всякую цивилизацию, а вечный "детский сад" приведет мировое сообщество к вырождению.

Остается только выяснить, что предпочтительнее для мирового сообщества людей: скорое самоуничтожение с помощью вышедших из-под контроля "младенцев", готовых крушить, уничтожать, убивать, зверствовать, или медленное вымирание грядущих поколений взрослых "детей", совершенно не способных к репродуктированию?

Ну, то, что наша матушка-планета с каждым годом все интенсивнее пополняется населением, состоящим из "младенцев" и "детей", которыми все настойчивее пытается управлять горстка предприимчивых "подростков", видно невооруженным глазом. И это уже становится опасно. Потому что сам по себе младенец - это стихия, а изобретательный и неутомимый ребенок - это стихия вдвойне. И вот этим двум стихиям в скором будущем будет принадлежать почти все жизненное пространство на планете. Глобальное потепление или похолодание отдыхают в сравнении с тем, что может натворить на Земле полудикая орда, снабженная огромным арсеналом сверхмощного вооружения, управляемого электронным оборудованием.

А можно ли было бы что-то предпринять, спрашивается, чтобы эти самые "джунгли" и "детский сад" переделать в какое-нибудь более спокойное образование? Скажем, в "парк", "стадион" или, еще лучше, в "храм"?

Можно, конечно. Нужен только здравый смысл и добрая воля тех людей, которые взяли на себя ответственность обустраивать на Земле жизнь. Пока этого самого здравого смысла и ответственности, увы, наблюдать не приходится. Наблюдается совершенно обратное: полнейшая безответственность и отсутствие здравомыслия со стороны тех, кто политически, экономически и социально управляет всеми нами.

"Те" - это, в первую очередь, горстка так называемых "хозяев планеты", глобализаторов, членов семейных кланов крупнейших миллиардеров мира, которые в течение последних двух-трех веков сумели прибрать к рукам почти все материальное богатство Земли: запасы недр и вод, золотые запасы, все системы информации и коммуникаций, огромный арсенал различных видов вооружения, средства и ресурсы для производства предметов первой необходимости и продовольствия.

Главная нынешняя задача "хозяев планеты", вполне естественно, заключается в том, чтобы:

1) сохранить все материальные богатства Земли для себя, своих близких и своих потомков;

2) установить свою полную и неограниченную власть над всем мировым сообществом, которая позволила бы целиком контролировать производство и потребление всех материальных ценностей на Земле;

3) как можно скорее решить в свою пользу демографическую проблему (безудержный рост народонаселения на планете), сократив население Земли до 1миллиарда. В этот "золотой миллиард" "глобализаторы" включили "избранных" граждан из числа жителей США, Канады, Англии и ряда других "высокоразвитых" стран. (Население России и стран СНГ, естественно, в этот список не входит).

Однако реализация этих далеко идущих планов весьма затруднена тем, что вопреки желаниям "хозяев планеты" народы Земли вовсе не настроены жить так, как хотят "хозяева". Не в восторге от того, что кто-то из-за кордона собирается задарма пользоваться всем тем, что принадлежит коренному населению той или иной страны. И уж, тем более, ни один народ любой страны не желает массово покинуть этот свет и потянуть за собой родившееся и неродившееся потомство. Население Земли упорно и стремительно растет. Причем, интенсивнее всего растет население так называемых "третьих стран" Азии, Африки и Латинской Америки.

И ради осуществления своих кровожадных планов высшие представители американской и западной "демократии" придумали блестящий план по массовому уничтожению именно той части населения Земли, которую, по их расчетам, и следует уничтожить. План этот прост: население намеченных стран должно уничтожить себя изнутри самостоятельно. Для этого первоначально следует осуществить ряд мер по коренной трансформации жизни населения этих стран, то есть: 1) полностью разрушить привычный народу уклад жизни и дестабилизировать социальную, экономическую, культурную и политическую жизнь в стране; 2) лишить народы способности противостоять любой агрессии и бороться за свои гражданские и человеческие права.

Далее, когда народы намеченных стран целиком станут зависимыми от воли и желаний "верховных правителей", можно будет спокойно осуществлять уничтожение народов слаборазвитых и "третьих" стран путем голода, катастроф, эпидемий, самоуничтожения.

Полностью зависимыми от всевозможных внешних воздействий являются взрослые, стоящие на уровне "младенцев". Почти целиком зависимыми бывают взрослые, стоящие на уровне "детей". Стало быть, чем больше в стране взрослого населения, находящегося на этих двух уровнях восприятия, тем легче это население покорить, или истребить.

Более того, взрослые "младенцы" и "дети" больше всего подвержены различного рода манипуляциям со стороны всевозможных мошенников, политических шарлатанов, прохиндеев и предпринимателей, делающих карьеру и деньги, шагая по трупам - вообще, всех нечистоплотных людей, использующих людей в своих корыстных целях. Так называемым "хозяевам жизни", прибравшим к рукам мировые материальные ценности, очень удобно и выгодно обустраивать жизнь на планете так, чтобы общество людей состояло, в основном, из "младенцев" и детей", которыми очень легко управлять, которых несложно держать в повиновении, и которых можно использовать все время по своему усмотрению.

Не мудрствуя долго над изобретением велосипеда, "глобализаторы" умело вычислили, подобрали и приманили из числа жителей намеченных стран (в первую очередь, из России) целую когорту беспринципных или бестолковых людей, которые способны были усердно и умело развращать собственный народ. В число этих манкуртов вошли, конечно же, представители откормленной "элиты", стоящей у власти, политики всех мастей и рангов, умеющие влиять на широкие массы людей, представители творческой интеллигенции, руководители структур сферы массовой информации, банкиры и экономисты, держащие в руках материальные богатства страны и средства производства. И эти, с позволенья сказать, граждане страны призваны были одурачить, ограбить, опустошить духовно и опустить собственный народ, подготовив тем самым его к окончательному вымиранию.

Для скорейшей и успешной деятельности этих "слуг" народа по манипулированию массовым сознанием, западное "демократическое" руководство обусловило создание огромной мировой индустрии по превращению людей в "младенцев" и "детей", то есть, в дикарей и в послушных рабов. Основными орудиями переработки сознания масс стали средства массовой информации и коммуникации, образовательные учреждения, учреждения культуры и массовых зрелищных мероприятий, которые в считанные годы поставили свою работу по тем "западным" образцам, какие услужливо подсунули "хозяева планеты". Людей стали учить тому, как нужно пользоваться "свободами" современной "демократической" цивилизации, чтобы превратиться в дикарей, живущих ощущениями и желаниями, требующих от жизни только лишь "хлеба, зрелищ и секса".

Воздействуя на сознание людей через их восприятие, исполнители в течение очень короткого по историческим меркам периода жизни добились колоссальных успехов по возвращению человека из мира цивилизации в дикую природу.

Наша страна сегодня - страна растущего населения, состоящего из "младенцев" и "детей", успевших уже научиться жить здесь и сейчас, в свое полное удовольствие, "красиво" и комфортно, бездумно, безмятежно и бездуховно и, естественно, демократически, как предписывает "цивилизованный Запад".

Естественно и то, что эйфория от победы "демократии" и "демократического" образа жизни продлится совсем не долго. За удовольствия, как говорится, нужно платить. Господам западным "учителям", конечно. И Господу, заветы которого мы, крестясь, попрали. То есть, расточительная жизнь взаймы, рано или поздно, закончится.

А когда рушится благополучная и комфортная жизнь, к которой так привыкли взрослые "младенцы" и "дети", наступает катастрофа, хаос. Чем больше в стране взрослых "младенцев" и взрослых "детей", тем крупнее катастрофа и ужаснее хаос. Потому что толпы диких, необузданных и безбашенных "младенцев", которым все равно терять нечего, принимаются все и вся крушить, уничтожать, насаждая культ насилия и беспредела. "Хлеба и зрелищ", массу удовольствий и как можно больше секса - вот, что возводят они на пьедестал, разрушая все, что стоит на пути к достижению этих требований. Обиженные и оскорбленные "несправедливой" жизнью "дети", в лучшем случае, заползают в свои норы, в худшем, принимаются звать на помощь: "Караул! Грабят!" И помощь приходит со стороны всевозможных мошенников, манипуляторов, кликуш и "народных заступников", готовых как можно плотнее поживиться на горбу тех, за кого собрались заступаться. Здравые призывы к восстановлению порядка, мира и согласия ни "младенцы", ни "дети" услышать не в состоянии до тех пор, пока кто-то или что-то не заставит их напрячь свои уши, глаза и мозги для приема здравой информации.

Господа! Нравится это кому-то или не нравится, но я должна со всей ответственностью заявить, что все взрослые "младенцы", число которых растет в нашей стране, как на дрожжах, абсолютно все - это предатели нашей Родины. Они предают стариков, которые обеспечили в течение десятков лет комфортную жизнь взрослым бездельникам. Предают своих детей, которых обрекают на жизнь рабов, предают все будущие поколения, которые, возможно, и не смогут появиться на земле. Все нынешние взрослые "младенцы" - предатели, потому что не желают учиться, не желают совершенствоваться и развиваться духовно, потому что грабят собственный народ, в погоне за удовольствиями, потому что бездумно прожигают жизнь (свою и чужую), не задумываясь о том, что будет завтра.

Я заявляю о том, что все взрослые "дети" в нашей стране - это пособники предателей нашей Родины, потому что позволяют себе "покупаться" на дешевые игрушки "свободного" западного мира. Потому что способствуют безудержному разграблению государства со стороны предприимчивых дельцов, банкиров, кликуш шоу-бизнеса и политиков, продавшихся западным "демократам".

Это вы, взрослые "дети" часами прожигаете драгоценное время перед экранами телевизоров и пялитесь на то зловонное непотребье, которое выливается вам на мозги и в сердца, Это вы, взрослые "дети", пичкаете ваших собственных детей кошмаром и дерьмом из "стрелялок", уродливых мультиков и бесконечными триллерами с убийствами и насилием.

Это вы, взрослые "дети", уродуете своих детей в школах западного образца, совершенно не задумываясь о том, что там, на Западе, элита учит своих детей совсем не тому, и совсем не так, как предписывает нам.

Это вы, взрослые "дети", постоянно "ведетесь" на всевозможную западную и доморощенную отечественную пропаганду, очерняющую нашу историю, нашу культуру, наш народ, наши традиции и наши завоевания.

На что вы рассчитываете, господа отечественные предатели и господа пособники предателей? Неужели, на то, что, уничтоживши и проморгавши все свое, получите что-то где-то "за бугром"? Только нас там и ожидают! События последнего времени, которые сотрясают Запад, свидетельствуют о том, что у них, в их "демократическом" раю, и без нас своих нахлебников девать некуда.

Давайте, господа, пока не поздно, взрослеть и приниматься обустраивать по-человечески свое собственное Отечество.


И все-таки, думаю, нужно хотя бы вкратце

представить примерный портрет старца (мудреца)


... исключительно для того только, чтобы читатели имели представление о том, что такие люди временами появляются на Земле, к сожалению, не всегда и не везде.

Их единицы. Их не встретите в толпе среди всех прочих смертных. А если бы и встретили, то вряд ли смогли бы сразу выделить из общей массы. Потому что эти люди не склонны афишировать себя каким-то образом. Они чрезвычайно скромны и неприметны внешне. Эти люди - все - весьма почтенного возраста, потому и относятся по возрасту к категории старцев. Но в отличие всех прочих людей преклонного возраста, эти обладают необыкновенной мудростью, накопленной годами и, вероятно, преподнесенной Свыше в дар за неустанный душевный труд.

К моему огромному счастью, однажды, в годы далекой юности, мне довелось встретиться с одним таким старцем-мудрецом. Но это была единственная встреча. Хотя и её было вполне достаточно, чтобы я могла уже тогда серьёзно задуматься о многом и четко определить свою жизненную позицию. Я попытаюсь припомнить портрет этого человека и описать его действия. Судить о нем не берусь, поскольку считаю, что нам, смертным, не позволительно судить о том, чего мы не можем судить, и что, по большому счету, от Бога.

Это произошло летом 1971 года. Я работала в то время секретарем по школам а Горнозаводском райкоме комсомола Пермской области. У меня была масса друзей, и впереди маячила прекрасная карьера партийного номенклатурщика. Как-то на одной из комсомольских вечеринок кто-то пустил слух о том, что в тайге, в верховьях Вильвы (притока Чусовой) живет некий старец, который обладает даром провидца. Он знает все и может, посмотрев на человека, точно предсказать его судьбу. Люди валят к нему толпами, но он принимает не всех. Кому-то просто не показывается, кого-то сходу отправляет восвояси. А говорит лишь с теми, с кем захочет.

Здесь же, на вечеринке, нашлись товарищи, которые, по их словам, добирались до места обитания старца, но самого его не нашли, видели только лишь сруб на берегу Вильвы и слышали лай собак в тайге поблизости. В сруб зайти не решились и потому уехали назад не солоно хлебавши. "Нет там никакого старца, - авторитетно заявили, - враки все это. А что сруб, так это понятно: рыбаки и охотники непременно ставят в тайге летники и зимники. Без этого в тайге нельзя". Поговорили, языками почесали - на том и закончился разговор.

Но меня очень заинтересовала эта информация. А вдруг, вправду, живет в тайге такой старец? Ведь почему-то идут слухи среди местного населения? В общем, уговорила я своего жениха (который, кстати, был инструктором по туризму и проводником в тайге, знал тайгу и умел ориентироваться в ней даже ночью), чтобы он съездил со мной на моторке в верховье Вильвы. Вдруг повезет что-нибудь или кого-нибудь там увидеть. В крайнем случае, любопытно было посмотреть на сруб.

Сложили в моторку палатку, телогрейки, резиновые сапоги-болотники, спички, ружье и кое-какие съестные припасы - и поехали.

Лодке было уже почти невозможно идти по мелководью, когда из-за чащи кедровника вынырнула небольшая рубленая сторожка. Мой спутник приглушил мотор, а на берегу к воде выскочили с лаем две огромные собаки. Я спрыгнула с лодки в воду и побрела к берегу, а молодой человек продолжил хозяйничать в лодке.

Я остановилась метрах в полтора от берега, стараясь не подходить близко к собакам.

- Умные и порядочные собаки так не встречают гостей, - как можно более миролюбиво сказала я животным. - Вы же видите, что я совсем не собираюсь делать что-нибудь дурное.

Как ни странно, собаки прекратили лай и принялись рассматривать меня. Тем временем, мой спутник подтянул к берегу лодку, и мы, сошедши на берег, в сопровождении собак направились к сторожке.

Возле дверей сторожки на широком пне сидел старик и точил оселком топор.

- Здравствуйте, отец! - поздоровалась я. - Долгих вам лет и всяких вам благ!

- Спаси Бог! - ответил старик. - С чем-нибудь, аль за чем-нибудь пожаловали товарищи начальники? - Он как-то особенно выделил это слово: "начальники".

- Ни с тем и не за другим, - сказала я. - Просто любопытство. Говорят о Вас много в народе.

- И что говорят, к примеру? - старик лукаво прищурился.

- Что Вы все на свете знаете и можете предсказать судьбу, - ответила я, глядя старику прямо в глаза.

- Только один Господь знает все, - спокойно заявил старец. - А что про судьбу человеческую могу сказать, то правда. Только не каждому про то баить следовает. Слаб человек, честолюбив и соблазны всякие одолевают, а судьба - не приданое к свадьбе. А ты, надо полагать, из этих? - он выразительно махнул рукой.

- Из этих.

Внешне он выглядел именно так, как должен был выглядеть классический фольклорный старец-сказитель: седовласый, худощавый, возраст, застрявший между восемьюдесятью и сотым годами, густая, абсолютно белая борода и корявые морщинистые руки. В довершение всего - скрипучий и тихий голос. Одежда на нем, правда, была самая обыкновенная: старая, грязно-серого цвета телогрейка и такого же цвета штаны, заправленные в кирзовые сапоги. Удивительного и необычного внешне в нем совершенно ничего не наблюдалось. Старый лесоруб, или охотник, или рыбак, или еще какой доживающий свой век работяга из самой гущи народа.

Впрочем, нет, от всех простых смертных он, пожалуй, сильно отличался своим спокойствием, неторопливостью движений и удивительно мягким, но пронизывающе завораживающим взглядом. Лицо его излучало целую гамму человеческих состояний: живой интерес, внимание, понимание, доверие, участие. Величие души и сила духа этого человека почувствовалась мне сразу. Мне захотелось слушать его долго. Если бы, конечно, удостоил бы он меня своим вниманием.

- Скажу тебе, девка, чевой-то, - неожиданно заявил старец. - А ты послушай, да на ус намотай. Возьмешь в толк - хорошо. А на нет - и суда нет.

Старик призадумался на минутку, потом слегка махнул рукой в сторону моего спутника:

- А ты, парень, отойди-ка маненько! Хотя бы, вон, к берегу. Не надобень тебе мой сказ. Иди, голуба душа!

- Послушай, Ген, - добавила я, - принеси-ка из лодки сумку с харчами да патроны. Мы все равно сегодня к вечеру домой вернемся. А тут в хозяйстве все пригодится.

-Пригодится, пригодится, - согласился старик.

Молодой человек побрел к лодке, а старец пальцем подозвал меня к себе ближе. Я подошла, остановившись в шаге от старика.

- Не дело ты себе нашла, красавица, - сказал старик. - Уходи! Туда иди, куда душа просит. Делай, как сердце велит. Добро кидай впереди себя. И с людьми со всеми, как с собой. Не честь - любить любимого, дружить с другом, приятствовать с приятелем. Жизнь у тебя будет долгая, сложная и тяжелая. Все принимай, как благодать. И воздастся тебе, коли трудиться будешь в поте лица. Ангелы за тебя похлопочут, но и ты не плошай. Ступай! Вон, суженый твой идет. Не обижай его: греха не бери! А гордыне верха брать не давай. Суета все это.

- А почему, отец, Вы отослали его и ничего не сказали ему? - спросила я.

- Ничего ему не надо знать. А что скажу, все равно не поймет.

- Почему Вы сказали, что он мой суженый?

Старик усмехнулся:

- Он на тебя шибко влюблено смотрит, а ты с ним - ровно его начальница: то сделай, это принеси! Небось, у вас там, в конторах все командовать горазды. Нехорошо! Ступай, ступай! Про меня помни, а я за тебя помолюсь перед Отцом нашим, Господом.

... Через полгода я уволилась из райкома комсомола, уехала на Кубань и пошла работать в школу преподавателем. Молодой человек стал моим мужем, потом отцом моего сына. Через пять лет он внезапно умер от остановки сердца. Старика этого я больше никогда не встречала. Когда через несколько лет мне довелось побывать в Горнозаводске, я пыталась узнать хоть что-нибудь узнать о старце. Никто из моих знакомых ничего не смог мне что-нибудь сообщить. Как будто и не было этого человека. Но я-то знаю, что был...

Старцы-мудрецы действительно обладают необыкновенной мудростью, которая приходит к ним не благодаря каким-то паранормальным способностям, а в результате приобретения колоссальных знаний. Знания эти, приобретенные всеми доступными человеку способами, настоящие мудрецы (а не шарлатаны, рядящиеся в одежды мудрецов) никогда не обращают кому-либо во вред, не используют в качестве средства для обогащения и не таят в себе только для личного пользования, как золотой запас, а щедро делятся ими со всеми, кто нуждается и кто обращается за помощью. А поэтому, допуская ошибки, слабости и заблуждения в других, они не могут всего этого позволить себе.

Мудрецы - тонкие психологи, умеющие понять любого человека, его состояние, настроение, проблемы, характер по маленьким деталям, проявляющихся в поведении, манерах, внешнем виде, разговоре. Обычные люди это умение мудрецов причисляют к особым экстрасенсорным способностям, присущим магам и чародеям..

Говорят мудрецы очень мало, неторопливо, взвешивая каждое слово. Поэтому речь мудрецов всегда краткая, в отличие от "взрослых" - афористичная.

Мудрецы очень наблюдательны. От их всеобъемлющего ока скрыться невозможно. Собственно, в исключительной наблюдательности и способности видеть целое по деталям и заключается их умение все видеть и прогнозировать.

Вильвенский старец, как я поняла позже, не был каким-то там магом или пророком. Он был очень наблюдательным и мудрым человеком. Он знал природу человека. По деталям поведения и внешности, по манере говорить, по, казалось, совсем неприметным обычному глазу поступкам, он определял характер человека, а в связи с этим, и ход судьбы собеседника. Он точно определил, что моему жениху бесполезно было что-нибудь говорить и советовать, поскольку сам по себе он был человеком слабовольным и без посторонней помощи вряд ли смог бы в себе что-то изменить. И на мои недостатки, которые в то время сильно мешали мне в отношениях с людьми, тоже указал совершенно точно ("гордыне не давай верха брать"). Да и как было не заметить эту "гордыню", когда "принеси!", "сходи!", "подавай сюда!" и т.п.?

Много раз потом в жизни я благодарила судьбу за то, что она подарила мне встречу с таким мудрым человеком.


Послесловие


Эта книга была уже полностью готова к изданию, когда мне на глаза попалась опубликованная в местной рекламной газете "Ва-Банкъ" статья, которую можно было бы стопроцентно взять в качестве иллюстрации, отображающей актуальность рассуждений об уровнях восприятия. Впрочем, господа, судите сами о том, что происходит на самом деле, когда взрослые "дети" и "младенцы" выращивают подобных себе великовозрастных инфантильных "младенцев".

Газетную статью, автором которой является С.Мухамедов, переношу в книгу полностью с сохранением стилистики и пунктуации. К сожалению, не имею возможности испросить разрешения на публикацию у самого автора. Но, думаю, он простит мне


"Чтобы отмазать сына от армии, мама стала инвалидом

Офигительная однушка с евроремонтом на окраине столицы мне понравилась сразу. Чудесный двор, детская площадка, красивый дом - все меня устроило. Найти хорошую квартиру без мебели, да еще чтоб разрешили с собакой - большая удача.

Хозяйка, Татьяна Ивановна, часто приходила в гости, мы болтали о жизни, погоде, о её сыне Сашеньке:

- Ах, Сашенька у меня такой талантливый... Ах, Сашенька у меня такой скромный. Однажды, когда еще работал курьером у него украли деньги фирмы с документами, он три месяца домой не возвращался, боялся сказать, жил где-то на стройке.

Проникнувшись её проблемами, я даже предложил взять Сашеньку на работу - рыть канавы для кабеля в одном коттеджном поселке. Но Сашенька так и не вышел - он боялся идти по мосту от дачи, где они жили, до электрички, ведь там менты, а у него нет паспорта.

Татьяна Ивановна к тому времени уже несколько раз брала деньги вперед под разными предлогами. И, наконец, попросила большую сумму - пять тысяч долларов.

- Сашеньке надо паспорт восстанавливать, а в его возрасте без справки из военкомата не дают, а туда придешь - сразу загребут. Мне этих денег хватит на отмазку от армии, и долги кое-какие верну.

Я соглашаюсь - какая разница, когда отдавать деньги - сразу или после, все равно отдавать, тем более, что они у меня тогда были. А так уверенность в том, что в этой квартире я проживу долго. Выторговываю для себя бесплатный месяц - как бонус - и настаиваю на заверенной передаче денег.

В первых числах января слышу строгий уставший женский голос:

- Здравствуйте, кем вам приходится Татьяна Ивановна?

- Знаете, я на такие вопросы по телефону не отвечаю. - Опыт, выработанный годами жизни на съемных квартирах, научил меня отшучиваться в подобных ситуациях, тем более, если спрашивали хозяйку квартиры.

- Ну, тогда приезжайте в больницу номер... и побыстрее, пожалуйста.

- Что с нею случилось?

- А на такие вопросы уже я не отвечаю по телефону.

- Нам её из областной больницы перевели. Инсульт, сухая гангрена рук и ног, травма головы. Замерзла на улице. Операция через неделю - ампутация всех конечностей, а сейчас ей нужен только уход: памперсы, сиделка, одноразовые пеленки...

Абсолютно черные мумифицированные руки на одеяле, обритая голова пятидесятилетней женщины. Спит. Даю санитарке деньги, привожу памперсы.

- Что произошло?

- Я вышла на улицу за водой и упала, поняла, что не могу встать, звала... На дачах никого нет... Начала замерзать... Мне стало тепло и хорошо... А потом поняла, что я хочу жить и поползла, долго... Доползла до дома и лежала там... Не знаю, сколько... Очень хотелось пить... Зашел таджик, тот, что на дачах работает, и сказал; "Нет больше твоего Сашеньки". Они его убили! Найди его отца, пусть приедет...

- Операцию перенесла хорошо, но долго мы её здесь держать не можем - нет показаний. Вам надо срочно найти родственников.

Проблема разрешилась сама - отыскались далекие родственники. Перевозка больного за тысячу километров в таком состоянии хоть и возможна, но стоит заоблачных денег: "скорая", врач, санитар, дорога туда-обратно, а главное - ответственность. Родственники таких сумм не потянули, забирали на своей машине. Несколько недель спустя я, подруга хозяйки и два родственника едем на дачу, где все произошло, чтобы подать заявление о пропаже-убийстве Сашеньки и понять, куда делись пять тысяч баксов.

Как и полагается в хорошем детективе, один из родственников - сотрудник милиции. Мы заезжаем в местное отделение, он общается с начальником, и нам решают помочь. В конце-концов, вырисовывается вполне четкая картина: Сашенька за день, перед тем, как нашли мать, а она в это время уже лежала на полу, приехал на дачу, зашел в дом на несколько минут и неожиданно уехал.

Областная больница. Сюда её привезли, чтобы оказать первую помощь и отправить в Москву. Здесь мы забираем паспорт Татьяны Ивановны.Нахожу медсестру, дежурившую в тот день.Она рассказывает о странном молодом посетителе, который постоял в дверях палаты, глядя на обмороженную женщину без сознания, и быстро ушел, даже не подойдя к ней.На охране перелистываем страницы книги посетителей за тот день. Находим знакомую редкую фамилию... Пересмотрев еще несколько тетрадок за месяц, убеждаемся, что это было его единственное посещение.

Заявление мы все-таки подали - о пропаже человека, и только ради Татьяны Ивановны, хотя сами уже ни в чем не сомневались.

Ну, что ж, она очень хотела отмазать Сашеньку от армии и, видимо, это у неё получилось - по уходу за инвалидом и как единственный кормилец. По дороге домой мои ошарашенные попутчики начинают рассказывать то, что только мне и не было известно. Сашенька воровал. Всегда и у всех. У маминой подруги в квартире, у сослуживцев Татьяны Ивановны на работе, в фирмах, куда устраивался. Иногда оставлял записки: "Простите, у меня такая ситуация, я верну". И все проигрывал в автоматах.

Прошел почти год. О Сашеньке никаких известий. Каким образом передавать им деньги, когда подойдет день очередного платежа, мы договорились решить, дождавшись его наступления. Сашенька позвонил в дверь моей квартиры ровно в тот день.

- Я по поводу оплаты.

- Я тебя презираю, денег не дам и не буду с тобой общаться, только через мать!

Хлопаю дверью.

Прошла неделя. Звонит мобильный:

- Это Татьяна Ивановна. Ты что там себе позволяешь? Ты как с Сашенькой разговариваешь? Не тебе решать за мою жизнь! Посчитай, сколько ты там на памперсы потратил и вычти из платежа - я тебя об этом не просила!

Следующие два года прошли тихо. Однажды ко мне приезжала милиция - брать Сашеньку по месту прописки. В отделении я дал показания, когда последний раз его видел и что не имею никакой связи с ним. Сашенька вырвал сумку у женщины, выходящей с покупкой из салона связи. Его взяли в ста метрах, переодевавшимся в другую куртку. Он дал подписку, не явился и пропал. А как-то ночью позвонил следователь уже из другого района и сказал, что если кто-нибудь сейчас к нему не подъедет, то он "закроет" Сашеньку, а статья у него серьезная. Почему Сашенька дал ему именно мой телефон для спасения, я понять не могу, но к тому времени у меня уже сформировался еще один принцип: никогда не входить в положение людей, у которых снимаешь квартиру. Контакты следователя я передал Татьяне Ивановне". (С.Мухамедов. - Краснодар, "Ва-Банкъ", ╧42(357),27 октября 2012г.)