# Сказка о несчастной королеве

Анжелика Васильевна Стынка

5+

Сказка о несчастной королеве

За тридевять земель от здешних мест, в одной деревне жил-был зажиточный крестьянин. Всё было у того крестьянина: богатый дом, большое хозяйство. Сам же он был нелюдимым, жадным и тщеславным.

Однако прославился этот крестьянин не своей нелюдимостью и не скупостью, а тем, что была у него дочка на выданье - красавица Мария. Краше Марии никого не было во всей деревне, а быть может, и во всём белом свете: взгляд добрый, лицо белое, осанка статная... Чем не королева?

Только мало кто знал о красоте девушки, потому что отец никуда её со двора не пускал.

Когда снежной зимой молодёжь шумной гурьбой каталась с ледяной горы, Мария целыми днями примеряла перед зеркалами дорогие платья. Когда летней ночью девушки и парни прыгали через жаркие костры и веселились от души, Мария гуляла по скучному отцовскому саду, скрытому за высоким каменным забором.

Если бы девушка знала, как весело там, в деревне, она, конечно, пожалела бы себя. Но она о том не знала. А раз так, то и жалеть ей было не о чем.

Она привыкла к богатой, но замкнутой жизни. Так птичка привыкает к большой удобной клетке, жить в которой и сытно, и тепло. И ждать от судьбы Мария могла только одного - ещё более роскошной клетки. Ведь бабки да няньки рассказывали ей на ночь захватывающие истории о дворцах, украшенных золотыми куполами; о садах с диковинными зверями и чудными птицами; о бриллиантах, изумрудах и агатах - ими украшали свои пышные причёски богатые придворные дамы.

Если бы рядом с Марией была мама, она рассказала бы ей совсем другую историю. Она поведала бы ей удивительную повесть о том, что есть на свете любовь, которая приходит не к каждому, и тот, кто встретит её, будет счастливым.

Но мамы у Марии не было - она умерла, когда девочка была ещё совсем маленькой. Мария выросла без материнского тепла, зная только тепло перин и мехов. Да жар огня в камине.

Отец же Марии посчитал бы подобные размышления вздорными и глупыми - у него, как он считал, были дела поважнее. Когда Марии исполнилось шестнадцать лет, он заказал большой портрет своей красавицы-дочери одному бродячему художнику. Портрет получился красивым, но и отец, и сам художник, который был вовсе не плохим мастером, ясно видели, что в жизни девушка краше. А весь секрет был в том, что она с каждым днём становилась всё прекраснее! "Попробуй успей за такой красотой..." - развёл руками художник и не взял денег за готовый портрет.

А портрет обернули в мягкие бархатные ткани, перевязали широкими шёлковыми лентами и отправили в дальнюю-предальнюю дорогу - в тридевятое царство, в тридесятое государство.

В том царстве-государстве жил-поживал стареющий король. Иногда он скучал, гуляя по своему нескучному саду. И тогда он говорил своим министрам: "Мою тоскливую жизнь могла бы скрасить молодая и красивая жена". Однако потом короля отвлекали важные государственные дела, и он забывал о том, что говорил.

И только в одно серое и очень хмурое утро, когда в окна громко стучал проливной дождь и зычно выл осенний ветер, обещая долгую зиму, король твёрдо решил: "Женюсь!".

В тот же день королевские гонцы отправились на поиск невесты. Они разъехались по всему государству. Да что там государству! В угоду королю они объехали все большие и маленькие страны в мире.

Об иноземных гонцах прослышал и отец Марии. Одного из них он пригласил к себе, решив, что это редкая удача, которой непременно нужно воспользоваться, чтобы породниться с самим королём.

Сказано - сделано. И вот уже ускакал гонец, забрав портрет прекрасной Марии, а для богатого крестьянина потянулись дни томительного ожидания. Кто знает, каким будет решение короля?..

Волновалась и Мария. Если король решит взять её в жёны, далеко ли ей придётся уехать? Каков будет её муж? Красив ли он, строен, статен? О том, что король старый, ей никто не сказал.

Юная Мария воображала удивительную историю, подобную рассказам её нянек, о том, как красивый и умный юноша, увидев портрет, влюбится в неё. Навсегда, на всю жизнь! И Мария уедет из деревни и будет счастлива в далёком королевстве!..

Мария мечтала. Ведь ей было всего шестнадцать лет.

Она не могла усидеть на месте, её душа нетерпеливо рвалась к ночному небу, которое свободно раскинулось над крышами домов. Мария знала, что где-то за деревней бежал маленький ручеёк, впадавший в большую шумную реку. Она видела ручей из окон своей спальни. Днём к нему приходили за водой люди, около него паслись коровы. А по ночам у ручья никого не было.

Мария накинула косынку и тихонько скользнула за дверь. Никто девушку не остановил и не окликнул - няньки храпели во сне так громко, что её лёгкие шаги были совсем не слышны.

Оказавшись за высокими воротами отцовского дома, Мария вприпрыжку побежала к ручейку. Она скинула косынку, и свободный ветер заиграл её длинными волосами.

- Ах, ручей! - прошептала девушка. - Здравствуй, милый ручей! - и нежно погладила воду.

Ручей блаженно зажурчал в ответ. Слушая тихую музыку воды, Мария думала о том, что, может быть, совсем скоро она должна будет покинуть деревню и уехать далеко-далеко - навстречу своему счастью, великолепным дворцам, королевским покоям, умным придворным дамам, галантным кавалерам и, конечно же, самому влюблённому королю.

- Ты кто? - голос, прозвучавший в тишине, испугал девушку.

Мария вздрогнула, но когда обернулась и увидела перед собой незнакомого красивого юношу, ей почему-то захотелось подшутить над ним. От своих нянек она слышала рассказы о русалках, заманивающих парней в озёра и реки. Встретить неземных красавиц можно только лунной ночью, так как на рассвете, с первыми петухами, они возвращаются в воду, в свои хрустальные дворцы. Там русалочки правят большим подводным миром.

Все эти сказки вдруг вспомнились Марии, и она ответила пареньку:

- Беги отсюда, беги скорее, незнакомый юноша! Я - русалка. Беги, пока я не околдовала тебя! Иначе полюбишь ты меня больше жизни - и пропадёшь!..

- Поздно, русалочка, поздно мне бежать, - ответил юноша. - Красотой твоей я уже околдован и готов умереть за один твой поцелуй!

Юноша вдруг подошёл совсем близко и поцеловал девушку.

Мария хотела оттолкнуть наглеца - и не смогла... Неожиданно большой мир - ночные звёзды, урчащий ручей, шёлковая трава, - всё её настоящее и будущее показались ей чем-то неземным, волшебным.

Всю ночь просидели у ручья юноша и Мария. Они то молчали, то увлечённо разговаривали, торопясь и перебивая друг друга. Мария рассказала юноше о своём чудном русалочьем мире, сочинив на ходу увлекательную сказку о подводных глубинах, хрустальном дворце и придворных рыбах. А паренёк поведал девушке, как трудно жилось людям в его деревне, как просыпались они с первыми петухами и работали до глубоких сумерек. Но это не мешало парням и девушкам влюбляться, играть свадьбы и по-доброму радоваться жизни.

О себе юноша тоже многое рассказал. Когда настанет утро, он пойдёт собирать по деревне стадо. Выведет он их подальше от дома, туда, где луга гуще и трава сытнее, и, вдоволь наевшись, отблагодарят коровы заботливого пастуха протяжной песней: "Му-му-му...".

Мария как заворожённая слушала своего нового знакомого. И так в его рассказе всё было необычно, ново и интересно для неё, что она совсем не заметила, как сквозь серую дымку тумана прокралось раннее утро. Марии очень не хотелось расставаться со своим новым другом, но мысль о гневе батюшки заставила её грустно произнести:

- Вот и пришла пора нам расстаться. Никто не должен знать, откуда я появляюсь, поэтому уходи и не оглядывайся. Иначе накличешь на себя и на меня беду. И никому не рассказывай о нашей встрече!

- Когда же я смогу увидеть тебя снова? - спросил пастух.

- Не знаю. А сейчас уходи, если не хочешь моей гибели, - решительно ответила ему Мария.

И пастух ушёл. А она бросилась к дому. Другой тропкой, по ещё спавшей деревне. Когда она открывала ворота, собаки лениво подняли свои сонные головы - и смолчали. Ещё первые лучи солнца не успели пробиться сквозь ставни в комнату, а Мария уже лежала в своей постели.

- Уж больно долго спит наша девица. Словно настоящая королева, - шептались поутру под дверью няньки, но разбудить не решились. Так и не вышла Мария к завтраку, потому что сладко спала и видела удивительный сон.

В том сне на зелёном лугу, раскинувшемся на берегу чистого озера, юный пастух играл на самодельной дудочке. От волшебной музыки выросли у коров крылья. И они легко и плавно поднялись в небо и закружились над лугом. И вдруг из синего озера вышли дивные русалки - одна краше другой. Все голубоглазые, с белокурыми волосами до пят. И все на неё, Марию, похожи! Только губы у них не алые, а бледные, почти белые. Стали русалки хороводы водить и пастуха к себе зазывать. Вот уже потянулись к нему руками...

"Нет!" - закричала Мария, испугавшись за юношу, и - проснулась.

А солнце уже стояло высоко-высоко. А в чистом небе звонко пели птицы. А во дворе кудахтали неугомонные куры.

Спрыгнула Мария с кровати, подбежала к окну, распахнула настежь ставни, и вместе с ярким солнцем и громким щебетом птиц рассеялись тревоги сна.

А вот и тайный ночной друг - тихий ручеёк, только из окошка казался он совсем тоненьким, словно линия жизни на ладошке. У ручья виднелась маленькая фигурка пастуха, и, как игрушечные, стояли неподалёку коровы.

Мария смотрела на эту утреннюю картину из окошка, и сердце её радовалось.

Только вот человечек у ручья грустил. Не отводя глаз, глядел он на воду, и не было ему никакого дела до коров. Защемило тоской сердечко Марии, и захотелось ей обернуться быстрой птицей, полететь к ручью и утешить пастуха. Но не была она волшебницей, и оставалось ей только считать минуты до наступления ночи. Когда волшебница-ночь раскинет над деревней звёздные крылья, побежит Мария босиком к ручью, войдёт в прохладную воду и станет ждать пастуха.

В мечтах день пролетел незаметно. Спустились сумерки. Пришла ночь.

Под звёздным небом Мария уже ждала своего милого. Подол её длинного сарафана скрывался в журчащей воде. И хорошо было у неё на душе, радостно и весело от того, что тихо шептала вода: "Счастливая ты". И яркие звёзды, и ветер шептали: "Счастливая... Счастливая...".

Вот наконец показался пастух. Он был не один - следом за ним шли две белые лошади.

- Здравствуй, русалочка, - сказал пастух. И указал на лошадей: - Это конь и кобылица. Они никогда не расстаются. Все в деревне знают, что их нельзя разлучать. На любую работу их берут только вместе. Иначе не будет никому покоя - они будут громко ржать и страшно метаться. А ещё будут плакать... А русалочкам можно ездить верхом? - спросил он вдруг.

- Наверное, можно, - ответила Мария, - только я не умею.

- А я научу, - обрадовался пастух. - Ты сядешь на Ласточку, она тихая и смирная.

- Ласточка... - Мария погладила лошадь.

- Ну вот, вы уже друзья, - улыбнулся пастух.

Через мгновение Мария уже сидела на белой спине Ласточки и чувствовала её тепло, слышала биение её сердца. И вместе с пастухом поскакали они через поля и луга навстречу падавшим звёздам.

Вдруг взгляду Марии открылось большое озеро, блестевшее серебряным лунным светом, а перед озером раскинулся широкий луг с высокой сочной травой. И хотя Мария никогда не бывала в этих местах, они показались ей удивительно знакомыми.

"Где же я могла видеть и этот луг, и это озеро?.. - подумала она. - Ах, да - во сне!"

Разгорячённые кони вошли в воду. После быстрой скачки им нужна была прохлада. Кони пили, а их седоки, играя, били босыми пятками по воде, поднимая высокие сверкающие брызги. Они так шумели, что вздрагивали сонные птицы на ветках деревьев. И это было так весело! Так весело, как никогда раньше!

И снова пришло утро. На траве задрожала свежая роса, потянулась над водой голубая предрассветная дымка. Марии с пастушком пора было расставаться, но они знали, что скоро будет новая ночь, а за ней - ещё и ещё...

- Радуйся, дочка! - воскликнул однажды, подойдя к Марии, её отец. - Мы дождались хороших вестей. Завтра в наш дом прибудет много высоких гостей! И ты получишь множество подарков. Целая повозка ковров и две повозки мехов! Король берёт тебя в жёны! Ему очень понравился твой портрет, - и богатый крестьянин в радостном возбуждении потёр ладони.

Бедная Мария, она совсем забыла и о портрете, и о каком-то далёком короле, и о золотой короне.

"Ну почему пастух не король?" - подумала она с защемившим сердцем. И слёзы подступили к её глазам.

"Я увижусь с моим милым пастушком и скажу всё, как есть, - решила Мария. - Признаюсь, что не русалка и пришла не из воды, а из этого нелюдимого дома, скрытого за высоким забором. Что я и есть дочь известного всем богатого и скупого крестьянина. И что я не могу пойти против воли отца - и выйду замуж за иноземного короля, которого ещё даже не видела..."

Настала ночь. Мария встретилась с пастухом у ручья - на том самом месте, где они впервые увиделись. И Мария всё рассказала.

Пастух крепко обнял её за плечи, словно хотел удержать, оставить её, и взмолился:

- Останься! Останься со мной! Я могу сделать твою жизнь счастливой. Я буду много работать, и ты будешь жить, как королева. Вот увидишь, для меня не будет ничего невозможного! Лишь бы ты была со мной!..

- Я не могу. Прости, - со слезами прошептала Мария и высвободилась из объятий возлюбленного. - Я всегда буду помнить о тебе, - добавила она тихо и ушла, не оглядываясь.

Наутро в доме богатого крестьянина было настоящее столпотворение. Чужие люди хозяйничали здесь как у себя дома, отдавали всевозможные распоряжения, сновали из комнаты в комнату, толкая отца Марии локтями. Они не обращали внимания на его низкие поклоны. Они вообще не обращали на него внимания.

Зато к Марии придворные обращались очень вежливо, с глубокими почтительными поклонами. Всё же будущая королева! Хотя за спиной у неё зло шептали: "Слишком уж румяна девица. Не хватает невесте аристократической бледности. И хороших манер. Одно слово - крестьянка. И что в ней нашёл наш король?".

"Это ничего, - думала Мария. - Я научусь быть хорошей королевой, и придворные полюбят меня".

И вот настал день, когда торжественная процессия из дюжины карет выехала из деревни и направилась в тридевятое царство, в тридесятое государство. Мария ехала в самой богатой и удобной карете, запряжённой лучшими лошадьми. В новом парчовом наряде королевская невеста восседала на золочёной скамье, словно на троне. Золотые нити охватывали её пышную причёску, созданную искуснейшим парикмахером, а на руке сверкало изумительной красоты венчальное кольцо, преподнесённое ей накануне от имени короля. Две фрейлины ни на секунду не оставляли Марию одну. Они готовы были исполнить любое её приказание, желание, каприз - такая уж была у них работа.

Пока процессия мчалась по родным местам Марии, она неотрывно глядела в окно кареты. Уплывали вдаль знакомые пейзажи - и маленький ручеёк, и большое синее озеро. И не увидела она там пастуха, только паслись на лугу коровы, разбрелись, одинокие, в поисках сочной травы. А Мария так надеялась увидеть юношу ещё один, последний, раз!..

Долго ли, коротко ли, стали открываться взгляду Марии совсем не знакомые ей места, необычные пейзажи. Унылая, пустынная местность. Высокие деревья, низкие облака. Чёрные ночи, беззвёздное небо. И сплошной туман. Такой густой туман Мария видела впервые, и он показался ей угрожающе зловещим. Ведь было совершенно неизвестно, что могло прятаться там, за непроглядной пеленой.

"Это ничего, - успокаивала себя Мария. - За этим туманом ждёт меня чудесный дворец, цветущие сады и - король. И счастье".

Через десять дней пути сквозь туман пробились солнечные лучи.

- Это хорошо, что вы увидите дворец при солнце, - сказала Марии одна из ехавших с ней фрейлин. - В такую погоду он особенно красив: в лучах солнца играет золото куполов, и этот удивительный блеск виден издалека. Правда, это ненадолго. Ведь наше королевство расположено в стране туманов и дождей, - и фрейлина сочувствующе взглянула на Марию. Она поняла, что девушке о многом ещё не рассказали.

Дворец действительно был красив. Как всякий настоящий дворец. Парадный вход украшали огромные мраморные статуи древних богов.

"А ведь это мой новый дом", - подумала Мария. И от этих мыслей ей стало неуютно.

Как только карета Марии остановилась, целый полк солдат дружно прокричал:

- Ура! Да здравствует королева!

И грянул марш, после которого со всех сторон вновь раздался приветственный клич:

- Король! Король! Да здравствует король!

Кричали и солдаты, и придворные, и толпа собравшихся зевак.

По ковровой дорожке навстречу своей невесте шёл маленький, толстенький старичок. На его лысеющей голове красовалась золотая корона. Чем ближе он подходил, тем яснее понимала Мария, что это и есть король - её будущий муж.

Вдруг поплыла перед её глазами и ковровая дорожка, и король, и солдаты, разевающие рты в уже не слышном для Марии приветственном крике. Неожиданно для всех невеста упала в обморок.

- Ах! Ох!.. - раздалось отовсюду. Марию спешно унесли во дворец.

Её уложили на широкую пуховую постель, вокруг засуетились придворные доктора.

Мария быстро пришла в себя - помогла нюхательная соль. У дверей в покои, где лежала Мария, столпились фрейлины, пажи и многочисленные придворные, которые, заглядывая через головы друг друга, с любопытством ждали, что скажет будущая королева, когда очнётся.

А будущая королева, очнувшись и увидев горящие любопытством лица, поняла, что больше не принадлежит себе. Что за каждым её движением отныне и навсегда будут следить глаза придворных, а уши их будут жадно ловить каждое её слово. Все будут ждать её ошибок, промашек. Ведь она - чужестранка. С каким удовольствием тогда многие за её спиной скажут: "Недостойная"!

Поняв это, Мария повела себя так, как подобает настоящей королеве. Она слегка улыбнулась окружавшим её людям и произнесла:

- Милостивые господа, искренне благодарю вас за заботу обо мне. Путь мой сюда был долгим и утомительным, и смею надеяться, король извинит мне мою минутную слабость. Питаю надежду на скорую встречу с великим и мудрым королём.

После этих слов по комнате и за её дверью прошёл одобрительный шёпот.

Спустя некоторое время король и Мария встретились. Старый, лысеющий король протянул ей свою дряхлую руку, и девушка вложила в неё свою - белоснежную, нежную. Венчальное кольцо украшало её безымянный палец.

Во время пышной свадьбы Мария старалась казаться счастливой невестой. Ведь на неё смотрело всё королевство. Её королевство! А люди в нём - как, впрочем, и в любом другом королевстве - были уверены, что короли и королевы не могут быть несчастными.

Когда же на следующий день на голову ей возложили блестевшую драгоценными камнями корону, она вспомнила вдруг милую резвую Ласточку, летевшую вместе с ней навстречу тёплому ветру. Тогда они были такими свободными!..

Во время бала, устроенного во дворце в честь молодожёнов, Мария думала о том, как хорошо было сидеть бок о бок с пастухом и смотреть на падающие звёзды... И о том, что громкая музыка, звучавшая в честь неё и короля, не могла превзойти незатейливую мелодию влюблённого пастуха, тихо игравшего только для неё на самодельной дудочке.

В далёкой стране, в огромном дворце её воспоминания оказались теперь самым большим её богатством. Сундуки с драгоценностями не радовали королеву. Большие просторные залы с люстрами из чистого хрусталя не услаждали взора. Парадные платья, расшитые жемчугом и золотом, бесчисленные перчатки и туфельки стали ненужными. Льстивое внимание, завистливые взгляды придворных и влюблённость короля - всё это казалось ей пустым.

Но Мария была королевой! Она терпеливо училась править чужой страной, потому что подданные возлагали на неё большие надежды. Ведь король был очень стар.

Марию учили музыке, живописи, дипломатии. И чем больше она узнавала, тем яснее понимала: всё то, что осталось там, у журчащего ручья, и было самым ценным! Настоящая жизнь прошла мимо. Увы, и любовь, и счастье, и красивый юноша-пастух - всё осталось в прошлом. И ничего уже не вернуть.

Однако королева Мария не имела права даже вздохнуть об этом. Ни ночью, ни днём. Сотни придворных глаз следили за ней. А поэтому королеве оставались только сны. В них не мог заглянуть никто - даже сам король.

Сны Марии снились яркие, волшебные. В них её несбыточные мечты на короткий миг становились реальностью. Во сне Мария могла превратиться в голубку, и рядом оказывался красивый белый голубь - её возлюбленный пастушок. Вместе, рассекая воздух белыми крыльями, они поднимались высоко-высоко, к самому солнцу. Как сладко они ворковали! Он говорил, что любит её. А она отвечала, что всегда будет с ним...

Но приходило утро, и красивые сны растворялись в лучах зари. Мария снова просыпалась королевой - властительницей чужих судеб. У её кровати уже ждали распоряжений услужливые фрейлины, ловившие каждое слово проснувшейся госпожи. И так изо дня в день. Из года в год.

И где бы Мария ни была, что бы ни делала, за её спиной раздавался завистливый людской шёпот: "Счастливая!..".

Но в щебете птиц королева слышала: "Бедная!". В шуршании листьев различала она: "Несчастная!".

И холодное туманное море, начинавшееся сразу за королевским садом, кричало ей шумным прибоем, разбивавшимся о крутой берег: "Ты могла быть счастливой! Могла!..".