# Lukavye

Леонид Серафимович Татарин

ЛУКАВЫЕ

"...да будет слово ваше: "да, да", "нет, нет", а что сверх того, то от лукавого"

Евангелие от Матфея.

## Глава 5, стих 37.


Иногда меня спрашивают: "Зачем тебе надо в своих рассказах ворошить старое, давно забытое, тем более, не всегда приятное для некоторых людей?" Ответ очень простой - для тех, кто сменит нас. Если записки, рассказы моряков, их мнения по разным фактам помогут избежать хотя бы одной аварии, спасти хотя бы одну жизнь, определить правильную линию поведения в сложных ситуациях, избежать поступков, за которые потом им самим будет стыдно - значит, пишу не зря. Никого не пытаюсь ни судить, ни осуждать. И ни в коем случае мной не руководит гордыня, желание возвысить себя и унизить кого-то другого - у каждого из нас есть свои грехи. Но, правда жизни - превыше всего!

Один из ярких примеров - бывший начальник калининградского "Тралфлота" Василий Дмитриевич Албанов. Никто не станет спорить, что это был прекрасный человек. Буксир в порту, названный его именем, - вполне заслуженная память о нём. Но все стеснялись сказать ему правду - нельзя поощрять пьянки на кораблях!

В 1965 году у нас в стране официально был введён праздник День Рыбака. Тогда я был третьим штурманом на РТМ "Паллада" в районе Юго-Восточной Атлантики, чуть севернее Уолфишбея. Именно в тот день, когда праздник отмечали, на промысел прибыл на ТР "Прибой" сам начальник "Тралфлота". Капитаном у нас был Герой Социалистического труда Цыганков А.Ф. Конечно, Албанов решил отмечать праздник у нас на борту. Утром наш капитан ошвартовался к борту "Прибоя" - красиво, даже элегантно. Начальник сразу перешёл на "Палладу". Нам перегрузили строп водки, потом строп коньяка, строп шампанского - под громкие крики экипажа "Ура!" Получив снабжение, почту, продукты, к обеду отошли от ТР - надо показать начальнику настоящий промысел. К этому времени Григорий Арсентьевич Носаль научил нашего капитана, как надо ловить рыбу на больших траулерах, а Цыганков А.Ф. - рыбак азартный и отличный организатор, - по вылову наш траулер шёл впереди всех!

Вечером, когда весь экипаж собирался в салоне команды и в кают-компании за праздничными столами, (моя вахта начиналась на мостике с 20.00), капитан поручил мне в честь праздника и для высокого гостя поднять на палубу хороший улов - промаха не должно быть! Территориальные воды у Намибии тогда были 3 морских мили. За пределами границ встречались неплохие косяки сардинопса, но за ними надо было ещё погоняться - удачным получалось одно из трёх-четырёх тралений, так как тралы тогда у нас были далеки от совершенства. А в трёхмильной зоне, на малых глубинах у берега плотные косяки рыбы стояли почти сплошной стеной - за пять минут траления можно было "зацепить" полный траловый мешок. Предупредив меня не нарушать границу зоны, не приближаться слишком близко к берегу, капитан ушёл с мостика.

Это предупреждение не было лишним, так как тогда грузинский траулер "Ореанда", капитан которого, увлёкшись рыбалкой, перед выборкой трала забыл развернуть судно носом в сторону моря и, вытаскивая отличный улов на палубу, посадил свой траулер прямо на пляж - потом буксиры несколько дней снимали его с мели. Рулевых матросов на судах типа "Тропик" не держали - я остался на мостике один - надо выполнять приказание капитана! Подойдя к берегу на расстояние около одной мили, выбрав площадку с хорошим грунтом, над которой по эхолоту видно было несколько мощных косяков сардинопса от поверхности до грунта, переключил управление на кормовой мостик, перебежал туда. Матросы-добытчики под руководством старшего мастера добычи Эдика Татулова по моей команде быстро отдали трал. Дал машине полный ход и перебежал в носовую рубку. Минут десять протащил трал по хорошим косякам - скорость заметно упала - есть рыба в трале! Развернув траулер в сторону моря, подальше от берега, начал выборку трала. Вытащив на промысловую палубу огромный траловый мешок, набитый до отказа "живым серебром", позвонил капитану - задание выполнено! Он пришёл на кормовой мостик вместе с Албановым. К этому времени я уже отошёл подальше от берега и от группы промысловых судов, остановил главные двигатели, лёг в дрейф - можно спокойно обрабатывать рыбу, остальному экипажу, свободному от вахт и работ праздновать День Рыбака. На глазах у начальства Эдик Татулов разрезал сбоку траловый мешок - рыба мощной струёй потекла на палубу. Через несколько минут вся палуба была заполнена толстым слоем живой, шевелящейся рыбы. Албанов прямо с кормового мостика по судовой трансляции громко и бурно выразил свой восторг:

- Молодцы, ребята! Поздравляю с Днём Рыбака! Вот теперь я вижу настоящих рыбаков! Ящик коньяка бригаде добытчиков! - Конечно, эти слова были встречены громким "Ура!" всего экипажа. Всё начальство вместе со мной перешло в носовую рулевую рубку. В руках у Василия Дмитриевича я увидел бутылку коньяка и два фужера:

- Молодец, штурман! Порадовал! Я тебя быстро выведу в люди! Ты у меня будешь хорошим капитаном! - Он налил полный фужер коньяка и протянул мне. Второй фужер налил себе.

- Давай выпьем за наших рыбаков и за твои дальнейшие успехи!

- Василий Дмитриевич, большое спасибо, но я на вахте и мне нельзя пить, - постарался ответить я как можно более вежливо, чтобы начальник не обиделся. - Ведь на мостике я один и отвечаю за всех людей и за "Палладу". Мне ещё три часа вахты до смены...

- Пей! Я тебе разрешаю!

- Извините, но я пить не могу, - ответил я начальнику, чувствуя, что совершаю какую-то непонятную мне ошибку.

- Пей, не строй из себя красну девицу, - я разрешаю! - толкнул меня в бок капитан. Ему поддакнул первый помощник капитана Анатолий Михайлович:

- Внукам своим когда-то будешь рассказывать, как выпивал с самим Василием Дмитриевичем Албановым в первый День Рыбака на мостике "Паллады"! Гордись!

Албанов, видя, что я решительно отошёл в сторону, с возмущением хряснул о палубу фужер с коньяком, который сначала предлагал мне, выпил свой фужер, потом выбросил его за борт вместе с недопитой бутылкой:

- Ты не рыбак! Никогда тебе не быть капитаном! - выкрикнул он мне, уходя с мостика. За ним поспешили уйти все остальные. Комиссар выразительно покрутил пальцем у виска, оглянувшись в мою сторону. Я остался на мостике один.


Страшную цену заплатили наши рыбаки за неумение говорить правду в глаза начальству. Все в Калининграде помнят ураган 27 февраля 1967 года в Северном море, РТМ "Тукан". Тогда погибли 56 наших рыбаков. И причина одна - пьянка.


Часто на собрания клуба капитанов (теперь уже правильнее будет назвать его клубом ветеранов флота рыбной промышленности) приходят гости. Особенную активность они проявляют перед выборами. И почему-то больше всех в гости напрашиваются кандидаты, желающие получить официальный статус "слуг народа". Страстной любовью к ветеранам воспылали кандидаты примерно за две недели до выборов в конце 2003 года. Даже, говорят, всем желающим предлагали выпить в буфете ДКР по рюмке водки после официальной части, когда они успешно выступили с трибуны, объяснив, как горячо они любят рыбаков. А тех, кто пытался критиковать, лихо оттесняли от трибуны молодецким плечом. Жалею, что не удалось мне присутствовать на этой встрече, выпить рюмку водки "на халяву", да заодно спросить новых хозяев, - когда, наконец, начнут выплачивать дивиденды на мои 44 акции, доставшиеся мне при акционировании "Тралфлота" в 1994 году? Сами они, часто даже не работавшие никогда в этой рыбацкой организации, скупив по дешёвке акции обманутых рыбаков, которые тогда по полтора-два года не получали зарплату и были рады даже этим жалким копейкам, сумели захватить контрольный пакет и начали рулить флотом. И так "зарулили", что огромные океанские траулеры, супертраулеры, большие автономные траулеры, большие тунцеловные сейнеры посыпались, как переспелые груши с дерева, когда удалый молодец их околачивает чем-то очень мощным. И, что удивительно, нашлись моряки, - среди них много действительно достойных, уважаемых людей, которые поддержали распродажу флота, ссылаясь на то, что более 70 процентов судов были старыми и дряхлыми и могли утонуть прямо у причала. Но почти все эти "дряхлые" суда до сих пор работают под чужими флагами и приносят огромную прибыль - но не нам! Может быть, как раз на дивиденды, причитающиеся мне на мои акции, господа кандидаты и купили ту самую водку - тогда это уже и вовсе не "халява", а мои законные! Хотя, если серьёзно подойти к этому вопросу - неужели дивиденды за 10 лет на 44 акции "Тралфлота" можно оценить рюмкой водки? Что же это за приватизация такая? А ведь до сих пор все демократы рвут на себе рубахи, доказывая, что всё было законно! И даже от президента требуют периодически повторять на всю Россию, как нерушимую клятву:

- Пересмотра приватизации не будет! - Послушно повторяет президент при каждом удобном и не совсем удобном случае.

А передел собственности идёт полным ходом по всей России! Регулярно ведётся отстрел старых прихватизаторов, появляются новые, более достойные. В нашей стране появился новый, невиданный ранее класс общества - БОМЖИ - это как раз и есть самый яркий результат пересмотра итогов приватизации.

А дивиденды, как спелые груши с дерева, зелёными пачками продолжают сыпаться, только не в карманы рыбаков, частных собственников, чьё право на частную собственность, согласно Конституции РФ, - священно и нерушимо. Сыплются они солидно и красиво миллионами на счета в заграничных банках. Но распоряжаются этими счетами другие люди. Ну, а нам, рыбакам, чьим трудом созданы эти миллионы, они иногда могут налить сто грамм водки. В День Рыбака, или перед выборами, чтобы рыбаки проголосовали за своего благодетеля-мецената. Пытающимся задавать неприятные вопросы, новые хозяева в лучшем случае презрительно бросят сквозь зубы:

- Совки! Что ещё можно ждать от них - живут старыми понятиями!

Зато они сами живут по понятиям. По новым. По воровским.

На собрание "Клуба капитанов" пришла профессор КГУ Ирина Сергеевна Кузнецова, которая тоже решила сделать попытку прорыва в Госдуму. Как опытный философ, выступила перед моряками на пять баллов! Даже аплодисменты раздались. Но ей задали вопрос, почему она, когда была заместителем губернатора Маточкина, завизировала постановление N 535 от 24 ноября 1994 года, одобряющее сделку по Балтийской косе. В нём говорилось о передаче в бессрочное пользование немецкой инвестиционной компании "Фил Трейдинг" с западным стопроцентным инвестированием Балтийской косы и участков, расположенных вдоль побережья Балтийского моря. Она чётко отреагировала:

- Это клевета! Постановление подписал мэр Балтийска Кузнецов. Я к этому документу не имела никакого отношения!

Лукавит Ирина Сергеевна - не могла она не знать о противозаконной сделке, занимая пост заместителя губернатора. Но не выступила нигде против. Промолчала. Моя хата с краю! Ничего не знаю!

В газете "Известия" от 25 октября 2000 года прошла информация о том, что "под постановлением N 535 поставили свои подписи: глава администрации Калининградской области, бывший капитан дальнего плавания, Ю. Маточкин, его заместители Л. Толмачёв, С. Бучельников, чиновники Сергеев, КУЗНЕЦОВА, Литвиненко, адмирал Егоров, командующий Калининградской группой погранвойск генерал-лейтенант И.Рахманин. Это они продавали Россию! В любом нормальном государстве лица, поддерживающие подобный "гешефт", были бы немедленно отправлены в отставку - ведь речь идёт о прямом нарушении закона!"

Газета "Страна Калининград" в номере от 27 октября - 2 ноября 2000 года также поднимала эту тему в статье "Балтийская коса нашла на камень". Но наши правоохранительные органы сделали вид, что они ничего не замечают. А виновники данного "торжества", сначала даже пытавшиеся представить данный проект чуть ли не как строительство "Российского Голливуда" - великое благо для нашей страны, сейчас скромно опускают глазки - "это не про нас!". И даже в Госдуму некоторые пытаются пробраться.

Во время собрания "Клуба капитанов" деловые мужики, или, сейчас правильнее будет говорить - господа, быстро и ловко вручали каждому из ветеранов флота красивые рекламные буклеты, газеты со статьями, рассказами, фотографиями, с убедительными доводами голосовать только за их кандидата.

Очень корректно и по-деловому вёл свою агитацию в газете "Дворник" кандидат В.Лопата, который сам не пришёл в гости к ветеранам флота, но его соратники передали нам много агитационного материала. После каждой статьи он указывает, что всё оплачено за счёт избирательного фонда. Значит, в какой-то мере и за деньги налогоплательщиков. Но в последней перед выборами статье в газете "Калининградская вечёрка" за 5-12 декабря 2003 года "Голосуйте за партию - 13" и он сорвался, опустился с высоты представителя интеллигенции до уровня базарной торговки: "Как в народе метко говорят: коммунисты и "Единство" - это две половинки одной задницы, которая сидит на шее народа...". (Не слышал я в народе таких метких выражений. Чаще говорят в таком случае: "ж. с ручкой!" - наверное сюда как раз ручка от лопаты больше подойдёт?) И в заключение очень скромная фраза: "Я - олицетворение вашей мечты. Верьте мне, я честный человек".

Браво, господин Лопата! Сразу видно, что вы к народу ближе, чем все иные-прочие! Очень лукавая агитация! Когда-то и Е.Б.Н., и Б.А.Б., и прочие черночубые искренне уверяли нас, что они - честные люди. Им верили очень многие. Но сейчас они все имеют миллионы и миллиарды долларов на своих счетах, а народ России для них - электорат, совки, чернь!

Только к кандидату Никитину В.П. не было никаких неприятных вопросов. Все моряки-ветераны пожелали ему удачи и высказали пожелание, чтобы он в Госдуме активнее защищал интересы рыбаков. Чтобы, наконец, приняли закон, обязывающий лукавых демократов платить дивиденды не только себе любимым в виде сверхвысоких зарплат, но и остальным, рядовым собственникам акций.

После встречи с кандидатами в депутаты президент клуба капитанов, вокруг которого кругами ходил бывший первый помощник капитана Николай Константинович, вроде бы даже стесняясь, сказал, что надо обсудить один "деликатный вопрос".

Вся "деликатность" вопроса, оказывается, заключалась в том, что "так называемый писатель Т. в своих опусах наносит наглые оскорбительные удары своим коллегам-рыбакам" и почти всеми уважаемому бывшему первому помощнику капитана Николаю Константиновичу. Очень бурно и эмоционально выступил в защиту неназванного капитана в моём рассказе "Казань" сам Николай Константинович и потребовал от меня извинения и опровержения через газету. Не забыл он упомянуть и про свою личную безукоризненность и честность.


Сразу хочу уточнить - никогда не были товарищами, коллегами ни мне, ни большинству простых рыбаков, ни первый помощник Николай Константинович, ни тот бывший капитан БМРТ "Казань", по пьянке отдавший орден лоцману в проливе Зунд - они всегда были господами. Даже тогда, когда имели партбилеты КПСС.

В 1983 году на БАТМ "Маршал Крылов", на промысле в Тихом океане экипаж готовился отмечать очередную годовщину праздника Победы. Заранее побеседовал я с моряками, которые по возрасту могли быть участниками Великой Отечественной войны. Таких в моём экипаже оказалось двое - моторист Сухарев Анатолий Васильевич и первый помощник Николай Константинович.

В моей каюте я поручил поварам и буфетчице накрыть праздничный стол и пригласил их поднять праздничные сто грамм в честь славной годовщины, поздравил их с праздником. Для оживления компании пригласил судового врача, майора запаса Жура Александра Леонтьевича, посадив его между комиссаром и мотористом. Потом попросил их выступить на торжественном собрании перед моряками, поделиться своими воспоминаниями. Сначала выступил первый помощник. Очень красочно, интересно и подробно он рассказал, что в начале войны ему было 13 лет, начал он войну с фашистами, как СЫН ПОЛКА. Закончил её, с его слов, в звании младшего лейтенанта, - а потом ему посчастливилось принимать участие в параде Победы на Красной площади в 1945 году. Одним из эпизодов его рассказа было описание встречи с генералом Батовым, который обнял его и расцеловал прямо на Красной Площади. А сейчас он - майор запаса. Выступление Николая Константиновича было награждено бурными аплодисментами.

Потом выступил моторист Сухарев Анатолий Васильевич. Он рассказал, что всю войну был мотористом на торпедных катерах. Трижды его катера были потоплены. Сам он был весь израненный. Даже снял тельняшку и показал свою грудь и спину, - сплошные страшные шрамы и рубцы. Чудом спасался - выручали друзья-моряки. После каждого ранения долго валялся по госпиталям, а выздоравливал - снова на фронт. И снова на торпедный катер!

Имеет все морские, и не только морские медали, которыми награждались рядовые участники войны. А в сорок пятом - участник Парада Победы на Красной Площади в Москве!

В заключение Анатолий Васильевич, помолчав, собравшись, как перед прыжком в холодную воду, тихо сказал:

- Всё, что вам только что рассказывал комиссар - враньё. На параде всё было совершенно не так. Сыном полка он, конечно, мог быть. И в боях мог участвовать. И ранения мог иметь - это всё было во время войны много раз. А в остальном он врёт. Его отец в сорок пятом был военным комендантом Ленинградского района в Кёнигсберге и имел возможность сделать ему любые документы. - Сразу моторист Сухарев ушёл из салона.

У комиссара началась истерика - еле удалось мне его успокоить. Моряки молча разошлись по своим каютам. Пришлось мне ещё раз поговорить с Анатолием Васильевичем - часа два пытался убедить его, что с разных точек Красной Площади одно и тоже событие может выглядеть по-разному, что с течением времени в памяти каждого человека могут происходить разные естественные изменения - всё бесполезно.

- Такое событие, как Парад Победы я помню чётко, словно это было вчера! Никакой прохвост не сможет меня обмануть! Комиссар врёт!

Очень хотелось бы верить, что наши люди, которые проливали кровь за Родину, готовы были отдать жизнь за Победу - оба правы! Возможно, кто-то из них немного ошибается, что-то забыл с годами...

Но мне вспомнился ещё один эпизод, связанный с этим комиссаром.

В рейсе в Тихом океане зашёл ко мне второй помощник Валерий Васильевич Бруев:

- Первый помощник потребовал, чтобы я принёс ему два ящика тропического вина. Если я это сделаю, то экипажу не хватит - ведь вино нам выдано, чтобы каждому моряку при работе в тропической зоне каждый день выдавать по 200 грамм - как я потом отчитываться буду? Как объясню экипажу?

- Валерий Васильевич! Никому не выдавать ни грамма лишнего. Так и скажите комиссару - капитан запретил.

Минут через двадцать заходит ко мне первый помощник. Тяжело дыша, с возмущением:

- Как вас прикажете понимать? У меня день рождения!

- Николай Константинович, поздравляю Вас с днём рождения! Желаю здоровья и удачи в море и на берегу! Наши повара приготовили для Вас красивый торт, но вино я запретил выдавать кому бы то ни было - только как тропическое по 200 грамм в день каждому моряку. В том числе и Вам.

- Но на всех судах вином распоряжаются первые помощники капитана!

- У нас будет немного иначе - только 200 грамм в день. Исключение не будет делаться никому.

После этого отношения у меня с комиссаром испортились надолго. При каждом удобном случае он старался напомнить мне о его возможностях контролировать каждый шаг капитана "от имени партии".

- Читайте шестую статью Конституции! Там всё чётко оговорено!

В шестой статье Конституции СССР действительно было чётко определено: "Коммунистическая партия - руководящая и направляющая сила нашего общества". Но лукавил первый помощник. Совсем немного, но лукавил! Первый помощник капитана, желающий выпить пару ящиков вина за счёт экипажа - это не партия! Правда, сейчас и такая партия создана - "Партия любителей пива". Но это уже из другой оперы.

Кто-то из ветеранов флота даже упрекнул меня:

- Когда Николай Константинович уже воевал, - ты ещё бегал в коротких штанишках!

К сожалению, в то время у меня не было ни коротких, ни других штанишек. Наша семья была в ссылке в Южной Сибири в бассейне реки Тобол, притока Иртыша, а всё наше имущество было конфисковано. И бегал я, набросив на себя мешок, в котором были вырезаны дырки для головы и для рук. А воевали с фашистами мой дядя Иван и дядя Борис - оба погибли. Один в партизанах в Белоруссии, а другой на 2-м Белорусском под Белостоком. А отец был тяжело ранен при штурме крепости Торунь в сорок пятом. Брат моей мамы, дядя Николай, с 13 лет воевал с фашистами в партизанском отряде, для солидности соврав командиру, что ему 16 лет - ему поверили. Когда фашистов прогнали, он пошёл в Красную Армию. Закончил войну с тяжёлым ранением в голову при штурме Кёнигсберга. Вернулся домой 17-летним мальчишкой с двумя орденами Славы, орденом Красной звезды и кучей медалей на груди. В 1956 году отца реабилитировали, а меня - только в 1998 году. И в моей биографии есть такой факт, как три с половиной года ссылки. И мой отец, и сам я всегда считал и сейчас уверен, что во всех репрессиях, во всех несправедливостях Советского периода России виноваты не большевики, не коммунисты, а комиссары и подобные им "патриоты", которые, прикрываясь партбилетом, решали вопросы своего личного благополучия. Во всех сомнительных случаях у них был готов неотразимый аргумент: "Ему не нравится Советская власть!"

Во время обсуждения "деликатного вопроса" на заседании клуба капитанов бывший инспектор Инспекции безопасности мореплавания Крыжановский О.В. тоже выступил в защиту "неназванного капитана" и потребовал:

- Пусть он официально, через газету признает свою вину и принесёт извинения! Так он и о нас может написать!

Да, Олег Владимирович, о Вас надо упомянуть. В Вашей статье "Гибель шхуны Юпитер" в номере 44 "Балтийской газеты" за 2003 год есть такая фраза:

"С "Юпитера" успели завести на "Тунгус" только один носовой швартовый конец, когда со шхуны поступил сигнал, что из выхлопной трубы двигателя идёт вода".

Эта фраза, Олег Владимирович, прямое обвинение Вам лично, бывшему третьему механику этой шхуны. Как бывший инспектор безопасности мореплавания, Вы должны понимать, что просто так из выхлопной трубы двигателя вода пойти не может - выводы может сделать каждый моряк, особенно с учётом того, что тогда погиб второй штурман Валентин Королёв. Внимательно посмотрев снимок, помещённый в вашей статье, можно увидеть, что это не шхуна с косым парусным вооружением, а баркентина. И, если даже у неё вышел из строя двигатель, у которого "из выхлопной трубы идёт вода", любой моряк знает, что парусник не может считаться аварийным, пока у него есть паруса. Под парусами можно отойти от опасности не хуже, чем под двигателем.

Если быть точным, то на снимке, помещённом в вашей статье, вовсе не парусник, а баржа, ошвартованная в Ленинграде у Тучкова моста. На ней оборудован плавучий ресторан и установлены декоративные мачты, как на баркентине - на снимке чётко просматривается часть Зимнего дворца.

А бывший первый помощник капитана не постеснялся напечатать за своей подписью кляузы и откровенный донос в духе 37-го года: "... Все написанное г-м Т. не соответствует действительности и является очередной клеветой, что лишний раз доказывает его патологическую ненависть ко всему, что относится к советской действительности и к компартии в частности" - а вдруг ещё к власти придут такие комиссары, типа Васильева, которые на любой неприятный для них вопрос реагировали мгновенно: "Тебе, что - не нравится Советская власть?"


И ещё хочу вспомнить один эпизод из серии "деликатных вопросов".

В 1980 году, работая на БМРТ "Перламутр" в Норвежском море, я попросил капитана ТР "Приморский берег", который вышел из Калининграда, закупить для нас в Копенгагене скоропортящиеся продукты - свежие фрукты, овощи. Шипшандлер, доставлявший продукты, для каждого капитана передал по ящику виски "Баллентайн". Сам я не пью спиртного, и устраивать пьянки в рейсе не имел привычки. Поэтому, когда увидел восемь литровых бутылок хорошего напитка, вспомнил просьбу одного из начальников отдела "Тралфлота" - если будет возможность, передать ему виски, хотя бы несколько бутылок. Подошёл к капитану "Приморского берега":

- Владимир Георгиевич, если можно, передайте, пожалуйста, эти восемь бутылок Олегу Ивановичу.

- Ну конечно, передам! Олега Ивановича я знаю хорошо - недели через две всё исполним! - Он позвал начпрода. Приказал взять и сберечь всё до берега.

- Начпрод у меня очень строгая и порядочная женщина - можешь не сомневаться!

Я написал небольшое письмо Олегу Ивановичу и передал его через начпрода. Когда вернулся из рейса, подошёл к Олегу Ивановичу:

- Получили с "Приморским берегом" мою передачу?

- Письмо получил, а больше ничего нет, - ответил мой коллега, с которым мне приходилось работать долгий рейс 9 месяцев среди айсбергов Антарктики.

Через несколько дней в порт возвращался ТР "Приморский берег". В тот день я был в рыбном порту и сразу, как только пограничники и таможня закончили работу, поднялся на борт ТР. Зашёл к начпроду:

- Где моя коробка с виски, которую вы обещали передать в Калининграде Олегу Ивановичу?

- Обращайтесь к капитану. Владимир Георгиевич приказал мне принести эту коробку к нему в каюту - больше я эту коробку не видела.

Захожу в каюту капитана. Увидя меня, он растерялся:

- Прошу меня извинить, - мне очень нужны были эти бутылки - пришлось их использовать. Но вы не беспокойтесь - после следующего рейса я обязательно верну вам всё полностью.

Пришлось поверить. После следующего рейса опять подошёл я к Владимиру Георгиевичу - пора возвращать должок! Но он опять нашёл предлог увернуться, правда, с извинениями. А потом начал просто избегать встреч со мной. Прошло уже больше двадцати трёх лет. Теперь Владимир Георгиевич перебрался на постоянное место жительства в США. Если кто-либо из моряков встретит его случайно - передайте, пожалуйста, ему привет и просьбу: "Владимир Георгиевич, верните долг. Лучше "Клубу капитанов", чтобы ветераны могли вспомнить вас добрым словом и отметить День Рыбака или Новый год".

Этот эпизод я однажды рассказал в рейсе комиссару, Николаю Константиновичу. Потом, после рейса случайно встретился с капитаном Мазниченко. Валентин Константинович, человек честнейший даже в мелочах, удивлённо спросил меня:

- Твой комиссар сказал, что я должен тебе восемь литровых бутылок виски. Неужели я допустил такую оплошность? Извини, пожалуйста, - если это действительно так, я обязательно верну долг.

- Валентин Константинович, комиссар много чего путает - речь была не о тебе, а о капитане "Приморского берега" Владимире Георгиевиче. - Мазниченко даже рассмеялся:

- Ну, спасибо, - снял грех с души. - А то я всегда чувствую себя ужасно неудобно, если за мной обнаруживается даже самый маленький долг.

Летом 81-го года мне пришлось по поручению первого заместителя начальника "Тралфлота" Офицерова В.К. сопровождать экипаж одного из наших траулеров при перелёте через Москву в инпорт. Тогда был случай, - рыбаки одного из экипажей, основательно наглотавшись спиртного, во время перелёта попытались раскачать самолёт в воздухе. Командир самолёта, не сумев справиться с разбушевавшимися морскими волками, вернулся назад в Шереметьево. Разбирался с этим случаем лично министр рыбного хозяйства СССР. Было принято решение - до Москвы должен быть сопровождающий, который не допустит коллективной пьянки.

Один из очень известных капитанов, Рустем Борисович Панкратов даже песенку сочинил на эту тему:

"Наши декларации типичны:

Прочерки сплошные - "нет" и "нет".

Может по бутылочке по лишней...

Или же - пятёрка на буфет.


Я стою - мне нечего бояться!

Я не в первый раз, но, только вот -

Снова, говорят, калининградцы

В небе раскачали самолёт...


Да и нам не стоит напрягаться -

В наших чемоданах - нужный вес!

За ноги - дак это ж ленинградцы

В прошлый раз хватали стюардесс!


В зале появляется таможня,

С ходу раздвигают верстки,

Рейс для них заведомо порожний -

Плёвая работа - рыбаки!


Здесь у них теперь машины "Филипс"!

Глянул раз - и будто бы раздел!

Первый чемодан залез и вылез,

Во втором он чё-то углядел!


Жаль - грибочки могут быть изъяты.

Или, там - варенья с полведра...

- Что вы, как ребёнок - латы*, латы! (Лат - серебряная монета в Латвии)

- Им в Перу хватает серебра!


Вижу - не грибочки и не латы.

Наши заметались впереди:

- Водку отбирают! - мол, - ребяты!

- Всю, как есть! На стол! И - проходи!


Как же так, ребятушки-славяне!

Мы ли опозорили тралфлот?

Это же, похоже, клайпедчане

В Турцию угнали самолёт!


Помню я - открыл бутылку Ваня:

- Пей! - шепнул, - иначе пропадёт!

- Жаль, что мы с тобою не южане -

Продали б в Шаньёне* самолёт!"

(Шеннон - аэропорт в Ирландии, в котором

Часто останавливались наши самолёты ).

Если немного перепутал слова - прошу прощения у Рустема Борисовича - аудиокассеты с его песнями были долго почти на всех промысловых судах. Он сам исполнял их под гитару на очень высоком профессиональном уровне. Рыбаки ценили их почти так, как песни Высоцкого.

Вот и мне приходилось исполнять роль "пастуха". Отправив экипаж на БМРТ "Радищев", зашёл в кабинет представителя "Соврыбфлота". Там увидел нашего капитана Сизова Николая Ильича, Героя Социалистического Труда. Он вернулся из командировки в Испанию и ждал вылета в Калининград. Поздоровавшись, поговорив немного о новостях в Калининграде, о его работе в Лас-Пальмасе, Николай Ильич, явно смущаясь, тихонько обратился ко мне:

- Извини, но у меня нет ни копейки в кармане. Даже попить чай не на что. А до самолёта ещё три часа. Одолжи, пожалуйста, пару рублей - верну в Калининграде.

У меня в кармане оказалось шесть рублей, которые отдал Сизову, так как сам имел возможность одолжить у одного из знакомых работников нашего министерства.

Прошло года два. Однажды на проспекте Калинина случайно встретил Николая Ильича. Первые его слова были:

- Извини, - я тебе должен шесть рублей. - Он достал деньги из кармана и вернул мне. Такая сверхаккуратность и порядочность даже в мелочах вызывает только уважение к памяти этого капитана.

Конечно, и в те времена были разные люди. Например, был такой капитан, который, пользуясь своим служебным положением главного капитана, регулярно обращался ко многим морякам:

- Одолжи сто рублей - через месяц верну.

Но, когда через месяц его спрашивали:

- Когда вернёшь долг? - он делал удивлённые глаза - Ты что, с луны свалился? Какой долг? - широкая, добродушная улыбка рубахи-парня, настоящего моряка, который всегда выше всякой мелочной суеты.

Однажды я разговаривал с капитаном Ужгиным в конце декабря в коридоре недалеко от службы мореплавания. Проходя мимо нас, главный капитан спросил:

- Вы в этом году материальную помощь получали?

- Нет. А разве это реально? - спросил МихМих.

- Быстренько пишите заявления начальнику "Тралфлота".

Мы оба написали под диктовку заявления. Главный капитан с этими заявлениями сходил к начальнику, принёс нам эти бумаги с визой начальника и председателя профкома профсоюза:

- Быстренько в кассу - получайте деньги!

Мы даже удивились - надо же, какой внимательный наш шеф! По 180 рублей отвалил каждому! В то время это были очень приличные деньги - примерно около 300 нынешних у. е. Подошли к кассе - кассир, Ольга Николаевна взяла наши бумаги и выдала нам по 180 рублей. Неожиданно рядом оказался главный капитан и молча выхватил у нас из рук эти деньги.

- Ребята, - потом разберёмся... - и убежал.

- Ну, - вымогатель! - растерянно произнёс МихМих.

Прошло много лет, но до сих пор, встречая таких людей, всегда чувствуешь какое-то неудобство, словно мелкая заноза сидит в пальце - и не видно её, а беспокойство причиняет. Зато сами эти люди чувствуют себя прекрасно. О таких обычно говорят - "живчик" или "хохотунчик". И больше всего к ним подходит библейское определение - "лукавые"!

Надеюсь, что продолжение следует. И не обязательно за моей подписью.


(Опубликовано в "Балтийской газете" в январе 2004 года).


Образцово-показательные ЛУКАВЫЕ


Автор фотографии "Христос воскрес!" Александр Астафьев.

Фотография из газеты "Московский комсомолец" 20 июня 2011 г.

10