# Эротические Приключения Бабы Ежки. - 3. Иван Дурак и Рисун

- Тимофеев Watim

триллер-фэнтези-пародийная сказка

См. также

ПОТЕРЯВШАЯ ОРГАЗМ

Книга психологических ребусов "Семь невыученных уроков"


"Я - SOSка"

эротическая повесть, - исповедь 12-летней


"ЭРОТИЧЕСКИЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ БАБКИ - ЁЖКИ"

Триллер-пародия-фэнтэзи


"БАННЫЙ ДЕНЬ - СУББОТА",

исповедь 13-летнего, повесть, полный вариант на сайте


http://lit.lib.ru/t/timofeew_w_w/


http://zhurnal.lib.ru/w/watim


ИВАН ДУРАК И РИСУН


Дождался Иван-Дурак, пока Писун и его калоши убегут, и вдругорядь свистнул.

Из дремучего леса вышел на поляну не поймешь кто.

- Звали? - спрашивает у продюсера.

- А ты кто? - переспрашивает Иван-Дурак.

- Не признали, чё ли? - мелко смеется.

Ногу выставил, легким взмахом кисти поправляет лохматые волосы, яломок с набекрень перемещает на макушку, смахивает с рожи вчерашний перепой. Подпрыгнет, присядет. Левым боком, правым боком повернется.

- А так?

- Все равно, не признаю.

Тады вновь прибывший паспортину свою собственную из левой штанины достает, стряхивает с нее последние капли, и "дубликатом бесценного груза" в нос Продюсеру сует.

Прочитал Иван-Дурак фамелию и сразу признал.

- Ты наш Рисун!

- Об чем я вам битый час и толкую, - повеселел мужик, - Токо - Художник я! Так бы и кликали. Оно и вам сподручней, и таланту моему соответственней.

Но продюсеру ли в такие малости вникать?

- Хотя, нет! Ты у меня по учетной ведомости не Рисун. А этот... как его...

- Неуж понизили в окладе? - заволновался лохматый.

- Вспомнил! Реквизитор ты!

- По совместительству! Только по совместительству.

- Ну, пошли, совместитель ты мой, реквизит принимать.

Воспользовавшись занятостью Ивана Дурака, Кащей поковылял к тому месту, где Писун гумажку с фамелией злостного неплательщика алиментов обронил. Чтобы, значит, найти ее, перепрятать, а потом в своих... или в чужих, но все равно корыстных целях, сиспользовать. Глядя по обстановке, или кто больше даст: Избушка за сохранение тайны, или злыдень, который сзаду без предупреждениев подходит.

- А чего Кащей у вас нараскаряку ходит? - только сейчас заметил Иван Дурак.

- Вы не знаете? - искренне удивился Рисун.

- Чего не знаю? - немного покраснел от своей неосведомленности Иван Дурак. - Мне никто ничего не докладывал.

- Ну, как же! Любой ребенок знает его страшную историю! С детства!

- А я вот не знаю...

- Вам в детстве сказки не читали? Да, бросьте вы! Знаете, просто разыгрываете меня.

- Честное слово - не знаю! Расскажите, - взмолился вконец заинтригованный чужим секретом Иван Дурак.

- Ну ладно, - снизошел Рисун. - Слушайте. Жизнь Кащея Бессмертного на высоком дубе спрятана.

- А! Вспомнил! На дубе сундук.

- Правильно. В сундуке утка.

- А в утке яйцо!

- А в яйце что? Помните?

- И чего? - начал въезжать продюсер.

- Ну, вот, представьте, что у вас в яйце... ну...

- Ё-моё! И как же он ходит с иголкой в...

- Вот так и ходит, нараскаряку.

- Жалко старика, - посочувствовал Иван Дурак и новым, добрым взглядом проводил ковыляющего Кащея Бессмертного.

А сам прямиком к Избушке Накуно.

- Избушка, Избушка, - прочитал Иван Дурак пароль, в сценарии обозначенный. - Встань ко мне...

- Да ладно вам, - перебила начальство Избушка. - Я тута давно уже под ваше удобство развернулась!

- Молчи, дура! Реквизит проверяю! - вставил ей Иван Дурак.

- Молчу, молчу, - нисколько не обиделась Избушка. - Все работает, сама проверяла! Двигатель на електрической тяге, маслом смазанный.

Она только и ждала, чтоб к ней особое внимание проявили. Поставленная на дополнительное довольствие, крылечко под ноги почетным гостям подкатила, ковровую дорожку на травку бросила, хлеб-соль на рушнике расписном поднесла. Это уже от себя, не по сценарию. Из особой благодарности.

Реквизитор на полшага впереди семенит, под локоток поддеть норовит.

- Сюда пожалте!

Продюсер ступени крыльца проверил, - потоптался, ноготком ковырнул. Дерево старое, червяками изъеденное, сотнями случайных ног истоптанное. Цвет натуральный, фактура соответствует, конфигурация совпадает. Пригляделся внимательнее - железные гвозди отсутствуют, количество ступеней в норме, смета не превышена.

- Обратите вниманьице!

Дверь. Открывается со скрипом. Звук правильный, петельный, три года не смазываемый. Косяк кривой, щели соответствуют по ширине и кривизне. Дерево в меру состарено, мухами засижено и загажено.

- Ну и, прошу в хату! - приглашает Реквизитор с гордостью Художника своего дела.

Стряхнув липкую паутину, Иван Дурак вошел в жилище Бабы-Ёжки.

Внутри дом, как и положено в сказке, многажды больше кажущейся снаружи малости.

Стены часто завешаны пучками высушенных цветов, трав, грибов, косами лука и чеснока, всякими репами, капустами и прочей лесной и огородной растительностью. А главное, русским духом густо так, хоть нос зажимай.

- Все натуральное, по старинной технологии в окрестных лесах выращенное, в тенечке засушенное. Мастерицами в пучки увязано, в косы заплетено. Заметьте, никаких пестицидов, никакой химии. Потому и цена высокая, - оправдывал завышенную смету Реквизитор.

У одной стены большая русская печь с черной железной заслонкой. Тут же деревянная лопата, которой обычно Бабы-Ёжки в жаркое нутро непослушных мальчишек заталкивают.

- Модель печки действующая. Заказывали в Курляндии. Лопата дубовая. Дрова наши, березовые. По две двести за куб. Квитанция имеется.

Посреди избы очаг с котлом внушительных размеров.

- В этом котле варево дурманящее готовят. Поленья горкой для камуфляжу. Внутрь газовая горелка просунута, для економии. Ну и дыму меньше.

Рядом с очагом сколоченный из горбыля стол. Он завален всякой всячиной. Даже колбы и перегонные змеевики. Над столом, на цепи, свисает толстая смоляная палка, временно и надежно исполняющая обязанности люстры.

На задвижке печной трубы дремлет Сова.

Занавеска на полатях отодвинута. Огромный жирный кот подглядывает за непрошенными гостями.

Справа от входа завешанная коровьей шкурой дверь. На шкуре нарисован череп и кости, и надпись: "ОПЕРА - торская. Не входить! Козлом сделаю!" Рядом закуток, и еще одна табличка. "Бьюз-галтер-и-Я. Пшёл вон! Работают люди".

В левом дальнем углу, где в любом нормальном доме иконе место, у Бабы-Ёжки чистая тряпица висит. Единственное светлое пятно во всем доме. За тряпицей на огромном пне стоит телевизор фирмы "Тетя Соня" с дистанционным управлением, видеомагнитофон и продвинутая дивидишка.

В закутке небольшой столик со счетами и древним арифмометром. У стены толстая сейфовая дверь со множеством замков и запоров - Общак хранится. В смысле, что общие деньги Ивана Дурака на фильму эту, и накопления Бабы-Ёжки от ее предпринимательской деятельности.

В комнатке за черепом современная операторская студия, сильно продвинутый компьютер с монитором на 25 дюймов. На штативах три видеокамеры, четвертая свисает с потолка, охватывая в кольцо широкую кровать с воздушным розовым балдахином - спальным местом Бабы-Ёжки. Кровать свою она сдает время от времени в аренду влюбленным или не очень парочкам. Для сладостных утех, или чтобы перед камерами покрасоваться.

- После влюбленных кровать моя волшебная их любовной энергией напитывается, - призналась как-то Баба - Ёжка. - И мне лучше спится. И сны сладкие снятся.

Продюсер доволен: реквизит замыслу фильма соответствует. Смету подписал, чем несказанно Реквизитора обрадовал. Тот сразу в шинкарную лавку побежал, с Чудищем лесным премию обмывать.