# Ложь более правдивая, чем правда. Валентин Катаев

Галина Туз

Вряд ли существует на свете еще одна книга, которая за свою уже довольно долгую жизнь вызывала бы столько ожесточенных споров. И вызывает до сих пор! Роман-загадка "Алмазный мой венец" Валентина Катаева (изд. ДЭМ, 1990 г.) с момента выхода в журнале "Новый мир" в 1978 году будоражит фантазию читающей публики своими секретами - прежде всего, зашифрованными именами известных писателей, отгадывать которые тогда было ее, читающей публики, любимым занятием. Сейчас-то - зайди в "Википедию", и она выложит тебе полный разоблачающий список героев. А тогда, в 78-м, восхитительное чувство тайны и игры, в которую играет с тобой автор, заставляло докапываться до истины абсолютно самостоятельно. Ну ладно, кто такие Командор и королевич можно было догадаться сразу - Маяковский и Есенин. Насчет ключика читавший "Трех толстяков" тоже смекнет - Суок ведь должна была выкрасть ключик у наследника Тутти. Ясно, ключик - это Олеша. Ну а кто такой колченогий? Кто такой эскесс?

Ничего похожего на этот роман-загадку в советской литературе до момента его публикации не встречалось. Игра? Какая там игра, это позволено разве что в сказках для самых маленьких. Бессюжетность, свободный полет фантазии? Это кто еще такое разрешил? В общем, официальная критика с "Алмазным венцом" обошлась жестоко, буквоеды всех мастей набросились на текст с огромными лупами, уточняя, переуточняя, ловя автора на неточностях, а то и на прямой выдумке, предъявляя ему обвинения в передергивании и даже "зависти и цинизме". Автору вменяли в вину желание покрасоваться - не по праву - рядом с его знаменитыми коллегами, "резкое смещение акцентов и психологических мотивировок при описании событий", ну и все такое прочее.

Читатели же, в основном, бурно приветствовали появление "нового Катаева" и с восхищением приняли его необыкновенный текст. Одна восторженная студентка Литературного института даже написала в своей контрольной работе по катаевскому роману: "У меня такое чувство, будто я родилась специально для того, чтобы прочитать "Алмазный мой венец".

Да, о книгах Катаева написаны горы исследований, но в мемуарах часто вспоминают о нем, как о человеке, мягко выражаясь, "не очень" (см., например, книгу Олега Волкова "Погружение во тьму", изд. ЭКСМО, 2007 г.). Однако текст "Алмазного венца", кажется, еще не оценили по достоинству. Существует, правда, книга-комментарий "В лабиринтах романа-загадки" М. Котовой, О. Лекманова при участии Л.М. Видгофа (изд. Аграф 2004), но и эта работа не исчерпывает всех вопросов, которые рождает "Алмазный мой венец".

Впрочем, Катаев сам просил считать его книгу выдумкой: "Умоляю читателей не воспринимать мою работу как мемуары... Это свободный полет моей фантазии, основанный на истинных происшествиях, быть может, и не совсем точно сохранившихся в моей памяти... Недаром же сказано, что мысль изреченная есть ложь. Да, это ложь. Но ложь еще более правдивая, чем сама правда". Что ж, считать так - право автора. Да ведь еще Пушкин устами своего героя утверждал, что "тьмы низких истин мне дороже нас возвышающий обман...".