# Письма к неизвестному другу. Лидия Чуковская

Галина Туз

Свое великое произведение "Софья Петровна" (в книге "Избранное", изд. "Горизонт" и "Аурика", Москва-Минск, 1997 г.) Лидия Чуковская написала, когда ей было немногим более тридцати. В голове не укладывается: молодой человек, женщина, которой в этом возрасте пристало жить полной жизнью, заботиться о муже и дочке, ну а если и писать - то что-то легкое, романтическое, - берется за перо и создает первый и, кажется, единственный на тот момент правдивый текст о том, что происходит в советском государстве в конце 30-х годов ХХ века. 1939-40-й, репрессии идут на убыль, но их жертвам это неведомо... Ведомо лишь кровавому дирижеру репрессий.

Муж Лидии Чуковской, талантливый физик Матвей Бронштейн, арестован в 37-м - десять лет без права переписки, что означает расстрел, но это пока неизвестно близким. Лидию Корнеевну саму не арестовывают по чистой случайности - она в отъезде, однако "дело находится в производстве". Тьма вокруг сгущается. И Чуковская - человек, владеющий словом, один из всех, - ставит это слово на службу правде - в тот самый момент, когда практически никто не отдавал себе отчета в том, что же есть эта правда. Далеко до появления книг Солженицына и Шаламова (первый пока что поступает на факультет литературы Института философии, литературы и истории, совершает байдарочное путешествие по Волге, второй отбывает срок на Колыме), далеко до Оттепели, впереди - сплошные испытания... Но повесть пишется. И, хотя осмысление текущих событий - дело трудное и часто неблагодарное, уводящее автора либо в публицистику, либо в опоэтизирование времени, у Лидии Чуковской выходит текст предельно честный, жесткий, но художественный.

Главная героиня Софья Петровна на самого автора ничуть не похожа. Несгибаемая Лидия Корнеевна (по словам ее дочери Елены Цезаревны, "с ней совершенно невозможно было договориться") и мягкая, одурманенная временем, безумно любящая и сына, и советскую власть, машинистка Софья Петровна. Ее сын арестован, но признать его вину мать не в состоянии. Но не в состоянии она признать и то, что советская власть способна ошибаться. Раздвоение действительности ведет к раздвоению личности и к социальной шизофрении, ведь сын для Софьи Петровны - идеален, но и верховное божество, великий вождь и учитель, в свою очередь, непогрешим. Чем помочь собственному ребенку в такой ситуации? Написать заявление, все объяснить, попросить о помиловании? Кто подскажет? Может быть, соседка?

"- Вы уже написали заявление?

- Нет.

- И не пишите! - зашептала Кипарисова, приближая к лицу Софьи Петровны свои огромные глаза, обведенные желтым. - Не пишите, ради вашего сына. За такое заявление по головке не погладят. Ни вас, ни его. Да разве можно писать, что следователь бил? Такого даже думать нельзя, а не только писать. Вас позабыли выслать, если вы напишете заявление - вспомнят. И сына тоже упекут подальше... А через кого прислано это письмо? А свидетели где?.. А как доказать?.. - Она безумными глазами обвела ванную. - Нет уж, ради Бога, ничего не пишите".

"Софья Петровна" и "Спуск на воду", "Прочерк" и "Памяти детства", открытые письма в защиту гонимых и "Процесс исключения" - все эти произведения Лидии Чуковской на родине не печатались долгие годы, замалчивалось само ее имя. В 1974 году Союз писателей исключил Лидию Корнеевну из своих рядов. Однако с 1988 года ее книги наконец-то стали выходить - массовыми тиражами, попадая в руки благодарных читателей. Да, Лидия Чуковская - неустрашимый борец за правду и справедливость, правозащитник и диссидент - прожила долгую, страшную и в то же время очень яркую и значительную жизнь. Но прежде всего она, конечно же, писатель. Писатель, живший литературным творчеством: сюжетами, идеями, мыслями и - реакцией читателя на эти мысли. "Все наши книги - письма к неизвестному другу. И когда друг откликается - тогда, значит, я жива, мы живы".