# Мой папа - сойка, а мама - голос из холодильника. Г А Л Ю цинация No.2

Галина Туз

Мимо моего окна, по улице города хотя и южного, но не так чтоб уж очень, идет верблюд. Кремовый и пушистый, он вышагивает с большим чувством собственного достоинства, каковое имеется, вероятно, у всех верблюдов. Во всяком случае, они так выглядят. Верблюд останавливается возле нашего дома, чтобы что-то там такое пощипать на газоне, а я смотрю на бактриана и не знаю, что делать - то ли бежать за ним, размахивая разноцветным шарфом, то ли в ужасе спрятаться под кровать. Выбираю третье - сесть на кухне и попить кофе, это редко удается тем, кто вечно в бегах. По большинству случаев, конечно, в виртуальных: посмотри, прочитай, напиши, отошли, извинись, подчеркни, сравни, добавь, сократи, откажи, восхитись, отшей... Да много чего еще...

А на воле мы бываем редко, разве что сигареты закончились или вспомнил про нас кто и пригласил в оффлайн-гости.

Вот иду я как-то в такие гости, дышу свежим воздухом, наслаждаюсь простором. Предвкушаю халявную выпивку и глубокую артбеседу, не в смысле грохота артподготовки, а в смысле общехудожественной целенаправленности разговора, апофеозом которого, как правило, становятся фразы: "Ты - воплощение персонифицированного панславизма" или "Сакраментальный вопрос: куда гонит коней Наденька в промасленной спецовочке?".

Иду я вот так себе, иду, но вижу, город-то какой-то, вроде, незнакомый: дома приобрели призрачные очертания, а лица прохожих - явные признаки (признак-призрак) вырождения. Эти человеческие существа обратно отбирают подаренное друзьям, балдеют под собственную музыку в собственном исполнении, не здороваются с соседями, крутят фиги проезжающим машинам, подсматривают в мужской душ и устраивают скандал из-за 78 копеек, а еще и сковородку взаймы жалеют. Ей-богу, все это даже трогательно как-то, вполне по-человечески... Ведь в лучшие времена те же самые существа дарили друзьям, ну, скажем, жемчуг или дубленку - щедро и от души, верили в их таланты - щедро и от души, раскрывали им сердца и объятья - щедро и от души, бежали за поездом, до последнего глядя "в полосы оконные", если кто помнит...

Так что не стоит пугаться человеческого в человеке.

Но я пугаюсь. Бочком и прячась за углами, добираюсь до означенной квартиры ("там живут мои друзья, и дыханье затая..."), плача и жалуясь, сдираю с себя пальто, предвкушая стакан вина и ободряющую руку на плече, а мне говорят: "Заплати за вход!".

Нет, серьезно... Хорошо хоть, истончившееся пространство лишает меня последних надежд на реальность бытия... Я бегу, на ходу уменьшаясь, как Алиса, "вот я уже ростом со столик, вот уже ниже столика...", куды бечь, да мне и бечь-то некуда... Здесь я - 87-я стамбха, там - крепостной дамнат...

А причем здесь, думаете, верблюд? Да не причем, в общем-то. Просто мой папа - сойка, а мама - голос из холодильника.